Всемогущий лирион

Глава 7. С очей сняли покрывало Была глубокая ночь. Тонкие лучи луны пробивались сквозь витражи, отбрасывая на пол смутные цветные узоры. В покоях было тихо, слишком тихо — даже для дворца. Натан лежал в постели с открытыми глазами, глядя в потолок, будто надеясь найти там ответ. Сон не приходил. Он медленно встал, накинул лёгкую накидку и вышел в коридор. Двери закрылись за ним мягко, беззвучно. Дворец спал, и только редкие капли света из полупотухших ламп освещали ему путь, превращая его тень в хрупкую, призрачную фигуру. Он шёл медленно, прислушиваясь к собственным шагам. "Мне здесь хорошо… Я нужен. Я любим. Я… важен. Разве не это я всегда хотел услышать?.. Но почему же внутри пусто?" Он повернул за угол и замер: приоткрытая дверь. Внутри — полумрак, еле слышное дыхание. Комната была общей, судя по количеству лежаков и свернувшихся на них фигур. Стражники. Их спальня. Он уже хотел пройти мимо, но услышал шёпот. Два голоса — не спящие. Один из них был ему слишком знаком. — …да это мерзость, Лукас. Эта система — чушь. Всё ради одного человека, которому дали право вершить судьбы. — Ноэль, тише, вдруг услышат... — Пусть слышат! Мне плевать! Лиорины… — голос Ноэля дрогнул, но был ясен, злой. — Эти надменные “боги” с чужим лицом. Им дают право делать всё, потому что катастрофы… потому что мир их боится. Не уважает — боится! — Ты ведь его… охраняешь. Ты его личный… — …и ненавижу каждую минуту, — оборвал тот. — Я не служу людям, считающим себя выше. Это всё — показуха. Кланяться, улыбаться, чтобы выжить. Чтобы он был милостив. Но на самом деле… — Ты их всех ненавидишь… — Особенно его, — выдохнул Ноэль. — Он даже не знает, **что на самом деле никто здесь его не любит. Все делают вид. Потому что боятся, что он взмахнёт рукой — и сотрёт их город с лица земли. У Натана внутри что-то оборвалось. Он остался стоять в темноте, забыв дышать. Мир не рухнул — он раскрылся, как безжалостный театр. С очей сняли покрывало. И правда оказалась холодной. Он медленно отступил назад. Ни звука. Ни вздоха. Он не позволил себе даже взглянуть в ту комнату — просто ушёл. Вернулся в свои покои, но всё внутри было другим. Роскошные стены стали чужими. Мягкая ткань — холодной. Серебро — фальшивым. Он прошёл к окну и прислонился лбом к стеклу. В отражении — чужое лицо. Лицо, которое все приветствовали с радостью, а за спиной ненавидели. "Я поверил. Я думал, они меня приняли. А они просто прячутся. Боятся. Улыбаются, потому что не могут сказать правду. Особенно… он." В груди что-то щемило. Он сглотнул. Протянул руку, провёл по стеклу. "Снова одна ложь." Он отвернулся, надел простую, уличную одежду — местную, тёмную, удобную, ту, что сливалась с тенями. Никаких украшений. Никаких знаков власти. Он даже снял перстень Лиорина, лежащий на столе. Небо за окном потемнело. Ветер взвыл между башнями. Вдалеке грохнуло. Вспышка молнии осветила горизонт, затопив балкон призрачным светом. Начался шторм. Почти ураган. Натан выглянул в окно и увидел, как деревья гнулись к земле, как пламя факелов дрожит и гаснет, как тьма собирается в клубящуюся воронку. Он знал: это он. Его ярость. Его разочарование. Его боль. "Я больше не хочу видеть их лица. Не хочу слушать их ложь. Не хочу чувствовать эту фальшь, скрытую под поклонами и улыбками." Он приоткрыл окно, и в лицо ударил сырой, солёный ветер. Он сделал шаг вперёд — уходит. В этот раз никто не будет удерживать. Он даже не знает, куда. Но теперь это было неважно. Ведь он — уходит. Глава 8. Цветы среди тьмы Окно тихо щёлкнуло за спиной. Натан беззвучно ступал по узкому карнизу, ловко перебираясь вдоль стены. Холодный ветер трепал его волосы, тонкая ткань одежды липла к коже. Спустившись по колонне на выступ, а затем — по шпалам декоративной решётки, он соскользнул вниз. Когда он достиг земли, что-то резко кольнуло в правой руке. Он зашипел от боли: порез — неглубокий, но длинный. Видимо, зацепился за выступающую кромку. "Плевать. Я ушёл. И назад пути нет." Он встал, отряхнулся и направился прочь от стен дворца. Сзади темнели величественные башни, а впереди, за каменными арками и цветущими лианами, начиналась живая, настоящая столица. Здесь всё было иначе. Не золото, не мрамор, но дерево, красная черепица, балконы с цветами. Запахи трав, выпечки, сырой земли после ночного дождя. Люди в скромных одеждах, смех, разговоры из окон. Это было настоящее сердце Форию, то, что не показывают Лиоринам за высокими стенами. Он шёл по узкой улочке, пока не свернул в тёмный переулок. Именно там — крик. Женский, испуганный, пронзительный. Натан замер. Его сердце сжалось. Он метнулся на звук. В тени — четверо мужчин. Грубые, широкоплечие, лица скрыты, одежды затасканы. Они сжимали за руки двух девушек — одна боролась, другая кричала, закрывая сестру. — Отпустите нас! — голос дрожал. — Помогите! Пожалуйста! Натан вытянул руку. "Вы зря выбрали эту ночь." Разряд молнии со вспышкой ударил в землю у ног одного из нападавших. Он закричал и отпрянул. Ещё один — получил прямо в грудь и отлетел назад. — Что за…?! Ещё два шара молнии — и вся четвёрка, не разбирая дороги, бросилась прочь, не оглядываясь. Переулок затих. Девушки стояли прижавшись друг к другу, тряслись. Одна из них — высокая, с волнистыми каштановыми волосами, а вторая — более миниатюрная, с пепельными прядями и испуганными глазами. — Спаситель… — прошептала старшая. — Лиорин… — Спасибо… — добавила младшая. Они обе поклонились, низко, с благоговейной нежностью. — Меня зовут Селест Шевалье, а это моя сестра — Изабо. Мы флористки. У нас своя лавка цветов в нижней части города… — Вы спасли нас, — сказала Изабо. — Мы… даже не знаем, как вас отблагодарить. Натан помедлил, затем мягко проговорил: — Можно… укрыться у вас на время? Хотя бы на пару дней. Я… я сбежал. И мне пока некуда идти. Сёстры переглянулись. Удивление на их лицах сменилось участием. Доброе, тёплое молчание повисло между ними, прежде чем Селест кивнула. — Конечно. Пойдёмте с нами, Лиорин. Изабо подошла ближе, взяла его за руку и увидела порез: — Вы ранены… — Пустяки, — попытался улыбнуться он. — Просто царапина. Но забота в её взгляде была не пустой. Не фальшивой. И в этот момент — впервые за всю ночь — ему стало немного легче. Они пошли по улочкам, в сторону лавки "Шевалье & Сёстры", где за цветочными шторами и тихими стенами, возможно, и найдёт приют тот, кого предал собственный светлый мир. Глава 10. Семья Тихий вечер в доме Шевалье. Дождь уже стих, лишь вода с редких карнизов всё ещё капала в лужи за окном. Натан сидел на мягкой кушетке, рука его была перевязана. Изабо аккуратно закрепляла последний бинт, её пальцы были тёплыми, заботливыми. Селест, устроившись напротив, держала чашку с ароматным тёплым отваром. — Спасибо, — тихо сказал Натан, не глядя ни на одну из них. — Не за что. — ответила Изабо, — Ты спас нас. Мы никогда не забудем этого.— Это… ничего не значит, — проговорил он после паузы. — В моём мире меня никто не любил. А в этом… в этом все только делают вид. Все боятся. Все видят во мне оружие, не человека. Ведь я могу по щелчку пальцев уничтожить весь мир, не так ли? Разве можно… любить такое? Комната на мгновение погрузилась в тишину. Селест вздохнула, положив чашку. — Я вижу, как обидно тебе. Как ты зол… Это не слабость, Натан. Ты имеешь право так чувствовать. Изабо нахмурилась.— Но разве никто тебя не любил? Ни брат? Ни сестра? Никто? Натан покачал головой, взгляд его затуманился. — Нет. Во всяком случае… никто так и не показал. Изабо погладила его по плечу. — Я бы не смогла жить без Селест. Это была бы… не жизнь. Мы — одно целое. Селест кивнула. — Иногда, Натан, мир настолько жесток, что даже доброта и любовь становятся невидимы. Но это не значит, что ты должен оставаться один. Она сделала паузу, а потом вдруг серьёзно добавила: — Стань частью нашей семьи. Натан удивлённо посмотрел на неё. — Зачем… вам это? Селест улыбнулась, немного горько. — В этом мире женщинам, живущим одни, не доверяют. Нас считают странными. Называют ведьмами… распутницами… Некоторые думают, что мы держим бордель. — Грязные слухи. — подхватила Изабо, фыркнув. — Всё потому, что мы живём без мужчины в доме. Селест продолжила: — Если ты будешь с нами, это будет защита. Но, прежде всего, ты обретёшь то, чего у тебя не было: семью. Настоящую. Где не боятся, не преклоняются, а просто любят. Натан долго молчал. Он смотрел в их глаза — ясные, искренние. — Хорошо, — тихо сказал он. — Я… согласен. Изабо обняла его — мягко, неуверенно, по-сестрински. Селест положила ладонь ему на плечо. — Добро пожаловать домой, Натан. Глава 11. Гнев трона Утро выдалось пасмурным, но без дождя. Ноэль, покрытый пылью и усталостью, вернулся ко дворцу. Он искал Натана всю ночь — на улицах, у городских ворот, в подворотнях и рынках. Бесполезно. Глаза резало от недосыпа, но покой ему не светил. — Командир, вас… вызывают, — промямлил один из младших стражников. — Во дворец. К… Их Величествам. Сердце Ноэля сжалось. Он знал — ничего хорошего его там не ждёт. Тронный зал. Тяжёлый, гулкий, как чужой приговор. Король и королева уже ждали. Королева была первой, кто заговорил. Голос её звенел ледяной яростью: — Где он, страж? Где Лиорин?! Где тот мальчишка, которому всё дозволено?! — Ваше Величество… — Ноэль опустил голову. — Он сбежал, потому что ему что-то не понравилось, — отрезала она. — Этот высокомерный мальчик, он даже не удосужился оставить весточку! Ни слова! Король был сдержаннее, но голос его гремел, словно раскат грома: — Мы не можем позволить Лиорину просто исчезнуть. Если он умрёт — если с ним что-то случится — мы будем жить в страхе. Каждый день. Каждую бурю. Пока судьба не пошлёт нового… и не ясно, когда это будет. Ноэль стоял молча, напряжённый как струна. — Если ты, — произнёс король, глядя ему в глаза, — не найдёшь его к послезавтра, ты больше не поднимешь головы. Ни здесь, ни где бы то ни было. Молчание затянулось. — Я… клянусь, Ваше Величество. Я найду его, — проговорил Ноэль, сжав кулаки. Его лицо было непроницаемым. Но внутри всё горело. "Какого демона ты вообще ушёл, мальчишка?!" "Почему?.." "Почему именно я должен за это платить?.." Он поклонился и вышел, шаги отдавались в пустом зале гулкими ударами. И только за дверью он позволил себе выдохнуть — тяжело, злобно, устало. Глава 12. Удар молнии Утро стояло тусклое, серое, словно выцветшее полотно. Улицы столицы были влажны после ночного шторма. Ноэль шёл медленно, вглядываясь в прохожих, заглядывая в переулки, в лица — всё тщетно. Рядом шагал тот самый стражник, с которым он делил ночное дежурство у покоев Лиорина. Они шли в молчании. Ноэль пытался сосредоточиться на задаче, но мысли путались, душили изнутри. "Почему ты ушёл, Натан?" Он вспоминал… Как тот впервые вошёл во дворец — сбитый с толку, с глазами полными страха. Как вместе с ним заполнял регистрационный лист:«Имя: Натан Моро. Возраст: девятнадцать. Дата рождения: …» Он вспомнил, как Натан застенчиво спросил, должен ли указывать своё отчество. Как нервно поднимал взгляд и благодарил за каждый, даже самый простой жест. "Ты ведь никогда не просил лишнего… даже когда мог." "Ни принцесс, ни золота, ни власти." Ноэль шагнул через лужу, хрустнул гравий под ногами. "Высокомерный мальчишка…" — вспомнились слова королевы. Ноэль сжал зубы. — Он… не был высокомерным, — вдруг пробормотал он. — Что? — не понял идущий рядом стражник. Ноэль не ответил.Прошли ещё несколько улиц. Прохожие бросали взгляды — на их доспехи, на напряжённые лица. И вдруг, будто изнутри толкнуло: — Как ты думаешь, почему он сбежал? — тихо, но неожиданно спросил Ноэль. Стражник вздрогнул. — Я… — замялся он. — Не знаю. Может… может, испугался своей силы? Ноэль молчал. — Или… — продолжил стражник, понизив голос, — может, он что-то… услышал? Они остановились. Ноэль медленно повернул голову, взгляд прищурен. — Услышал? Что? Стражник сглотнул.— Я… не хочу предполагать худшее, командир. Но… может быть… он… слышал, как вы… той ночью… в комнате… Слова оборвались, будто воздух вокруг сгустился. Ноэль стоял недвижимо. Словно в него ударила молния. Взгляд стекленел, дыхание стало резким. "Он… слышал?.. Он был там?.." Стражник замолчал, не решаясь продолжить. — Продолжай, — тихо, напряжённо сказал Ноэль. — Я просто… думаю… он ведь смотрел на вас как на друга, нет?.. Он… верил вам. Ноэль не слышал. Он уже погрузился внутрь себя."Я называл Лиоринов злом. Ненавидел их… А он стоял где-то за дверью… Слушал… И верил мне." "Какой же я идиот…" Он больше не двигался. Даже не моргал. В голове всё грохотало. А стражник всё ещё что-то говорил, но его слова размывались, тонули — будто вода за стеклом. Ноэль стоял посреди улицы, словно потерянный. Впервые за всё это время — по-настоящему растерянный. И впервые — по-настоящему виноватый.Глава 13. Цветы для матери Утро было ясным и прохладным. Небо — безоблачным, а воздух пах весной и свежей землёй. На окраине столицы, среди черепичных крыш и кривых улочек, стоял дом, полный цветов. Во дворе, у самой клумбы, Натан осторожно перебирал стебли. Одни цветы он пересаживал, другие — срезал острыми ножницами, аккуратно укладывая их в корзину. Сестры Шевалье стояли у своего прилавка — раскладывали букеты, улыбались покупателям, переговаривались с соседями. Натан наблюдал за ними, но чувствовал себя… мирно. Спокойно. Словно он здесь — не случайный гость, а часть чего-то настоящего. — Извините… — раздался тонкий голосок. Натан повернулся. Перед ним стоял мальчик — худенький, лет шести. Глаза его были покрасневшими, щёки мокрыми от слёз. — Что случилось? — мягко спросил Натан, присев на корточки. Мальчик шмыгнул носом. — Мама… плачет… — прошептал он. — Папа… больше не живёт с нами. Мама всё время грустит. Даже не готовит сегодня… У Натана сжалось сердце. Он посмотрел на корзину, полную весенних цветов, потом на ребёнка. — Знаешь что? — тихо сказал он, выбирая несколько самых ярких бутонов. — Подари это своей маме. Не говори от кого. Просто… отдай и улыбнись. Он связал стебли тонкой лентой, вложил в руки ребёнка небольшой букет.Мальчик недоверчиво посмотрел, потом — просиял. — Спасибо! — воскликнул он, прижимая цветы к груди, и побежал прочь. Натан встал и смотрел ему вслед. Лёгкий ветер колыхал стебли рядом. Из окна доносился голос Изабо, напевая что-то, Селест смеялась у прилавка. Сердце Натана было тёплым. Ончувствовал, что сделал что-то важное, пусть и крохотное. Но где-то в глубине души шевельнулся страх. А вдруг и эта радость — иллюзия? А если и это окажется фальшивым, как всё остальное?.. Он сжал пальцы. "Не сейчас," — сказал он себе. — "Сейчас я… просто живу." Глава 14. Шевалье & Сёстры Улицы столицы постепенно оживали. Запах выпечки смешивался с пылью дороги, голоса торговцев звенели в утреннем воздухе, а солнце скользило по крышам домов, освещая вывески лавок. Ноэль шёл быстрым шагом, вглядываясь в лица прохожих. Рядом с ним — всё тот же стражник, тот, что недавно сказал правду, которую Ноэль не мог перестать прокручивать в голове. Он молчал. И думал. Думал о Нате. — Может, он просто прячется, — пробормотал стражник, будто в попытке хоть как-то успокоить своего командира. Ноэль ничего не ответил. Они остановились у небольшой, но яркой лавки, утопающей в цветах. Вывеска гласила: "Шевалье & Сёстры". Стены были увиты цветущими лозами, а на прилавке стояли десятки букетов — от скромных полевых до вычурных праздничных. У прилавка стояла Селест — в белом переднике, с цветочной заколкой в волосах. Она как раз оборачивалась, чтобы позвать Изабо, когда увидела их. — Доброе утро, — холодно начал Ноэль, показывая знак стражи. — Мы ищем одного человека. Лириона. Юношу, высокий, чёрные волосы, глаза цвета стали. Возможно, вы его видели? Селест замерла. На одно короткое мгновение — совсем едва — в её лице мелькнуло узнавание. Небольшая пауза. Тишина. — Лирион?.. — повторила она, будто задумавшись. — Нет… Точно не знаю… Сейчас спрошу у сестры, может, она видела.Она быстро повернулась, скользнув взглядом внутрь лавки. Ноэль нахмурился, но кивнул: — Буду признателен. Он остался стоять у прилавка. Селест скрылась за занавеской. Внутри лавки пахло ромашкой и лавандой. А у Ноэля в груди нарастало подозрение. Глава 15. Тайна в цветочной лавке Селест поспешно вошла в дом, закрыв за собой дверь. Внутри пахло чаем и свежими цветами. Изабо сидела у окна, штопая старую скатерть, а Натан стоял у стены, прижавшись спиной к прохладному дереву шкафа. — Он там, — сказала Селест, сбросив сандалии и откинув прядь волос. — Ноэль. Стоит прямо у прилавка. Он ищет тебя. Натан нахмурился. — Он один? — С тем самым стражником, который был с ним в ту ночь, — ответила Селест. — Он спросил про «лириона». Я сказала, что спрошу у сестры. Но теперь вопрос: отдаём ли тебя? Изабо подняла взгляд. Натан долго молчал.Затем тихо, но с твёрдостью прошептал: — Нет. Я не хочу к ним. Ещё не сейчас. Я не готов. Не после всего. Сёстры обменялись коротким взглядом. Изабо кивнула. Селест вздохнула, поправила рубашку и вышла обратно к прилавку. На лице — спокойствие, даже лёгкая растерянность. — Моя сестра тоже ничего не видела, — сказала она Ноэлю. — Простите, но… если увидим кого-то похожего, мы сообщим, конечно. Ноэль смотрел ей прямо в глаза. Молчал. А затем коротко кивнул. — Хорошо. Спасибо за помощь.Он повернулся и ушёл вместе со стражником. Но в глубине души… он знал, что они лгут. Он чувствовал это. А значит — вернётся. И проверит. Глава 16. Разговор под вечерним небом На улицах Форьи сгущались сумерки. Ветер трепал знамёна на фонарях, редкие прохожие спешили домой. Ноэль шёл медленно, устало — плечи опущены, глаза тяжёлые. Но прежде чем направиться во дворец, он свернул в знакомый переулок. Он остановился перед невысоким домом с резными ставнями, свет которых мягко струился сквозь стекло. Он подошёл ближе — заглянул в окно. За столом сидели трое. Изабо, Селест и… Натан. Тот смеялся. Тихо, искренне. Перед ним стояла миска с супом и кусок хлеба.Он был не в золоте, не в парче — в обычной рубашке, с растрёпанными волосами. Но выглядел живым. Таким живым, каким Ноэль не видел его в стенах дворца. Он сжал кулаки… и постучал. Селест открыла дверь с недоверием. — Я знаю, что он здесь, — сказал Ноэль. — И… мне нужно с ним поговорить. Селест колебалась, но, взглянув на Натана, отступила в сторону. — Только попробуй его ранить — я лично сверну тебе шею, — бросила она шёпотом. Натан поднялся, взгляд его был насторожен, но он кивнул. — Пойдём. Они вышли. Улица была пустынна, только лампы горели редким светом.— Почему ты сбежал? — спросил Ноэль, хотя в душе уже знал ответ. Натан молчал. Смотрел куда-то в сторону. Небо было ясным, но будто давило своей тишиной. Наконец, Натан ответил: — Потому что я не собирался оставаться в месте, где всё — ложь. Где меня терпят, а не принимают. Где моё присутствие вызывает отвращение. — Я… — Ноэль отвёл взгляд, — я виноват. Я не должен был говорить того. Я говорил… в целом. О других. Ты — другой. Натан усмехнулся.— Прекрасно помню, как ты сказал, что ненавидишь находиться рядом со мной. Ненавидишь всё, что связано с лиоринами. Это не похоже на «других». Ноэль сделал шаг ближе. — Я… не это имел в виду. Мне тяжело подчиняться безвольному повиновению. Но… я не ненавидел тебя. Ни разу. Я просто... не знал, что тебе не всё равно. Натан молчал. — Вернись со мной, — тихо сказал Ноэль. — Ты нужен во дворце. Ты… нужен мне. Натан опустил взгляд. — Зачем? Чтобы снова слушать, как меня боятся и презирают? Ноэль, словно приняв решение, выдохнул: — Потому что если ты не вернёшься, король прикажет меня казнить. Натан резко поднял глаза. — …Что? Ноэль опустил голову. — Я поклялся, что найду тебя. Иначе… мне не сносить головы. Уже к утру. Натан остался стоять. Ошеломлённый. Он отвернулся. Про себя он подумал: Конечно. Стоило догадаться. Всегда есть цена. Он глубоко вдохнул. — Подожди здесь. Я поговорю с сёстрами.Он развернулся и зашёл в дом, не оборачиваясь. Дверь закрылась за ним мягко. Ноэль остался стоять один. Под мерцающим светом фонаря. И впервые за долгие часы — боялся не за себя. Глава 17. Приказы Лиорина Дом был наполнен теплом — пахло травами, мёдом и вечерним светом. Натан зашёл внутрь, опустив плечи. Сёстры обернулись к нему с тревогой. — Что случилось? — первой спросила Изабо. Натан вздохнул. — Мне… нужно вернуться во дворец. Селест нахмурилась. — Почему? — Потому что… если я не вернусь, король… он прикажет казнить Ноэля. Он поклялся, что приведёт меня до утра. Наступило молчание.Сёстры переглянулись. — Но ты ведь не хочешь возвращаться, — тихо сказала Изабо. Натан покачал головой. — Нет. Я не хочу. Я больше не хочу быть среди тех, кто улыбается в лицо, но боится меня за спиной. Там… всё фальшиво. Он опустился на стул и закрыл лицо руками. — Что же мне теперь делать?.. Селест подошла ближе. — Натан… Ты забыл, кто ты теперь. Ты — Лиорин. Ты можешь приказать всем. Даже королю. Даже королеве. Они тебе не указ. Натан поднял голову. Он удивился. — Правда? — Абсолютно, — кивнула Селест. — Указ Лиорина — это закон. Если ты скажешь: "Не трогать Ноэля", — никто не посмеет. Он замолчал. Медленно начал осознавать. Он может. Он вправе. Он… власть. Натан задумался. В его мире он был никем. Ни денег, ни положения, ни семьи. А здесь… он может спасти, приказывать, менять. У него может быть всё, 'не только семья.. он может получить всё и сразу!' Он поднялся, резко. — А поехали со мной! — воскликнул он. Сёстры удивлённо посмотрели на него. — Вы поедете со мной во дворец. Я возведу вас в ранг дворянок! Вы будете жить в лучших комнатах, у вас будет свой сад, цветы — хоть сотни клумб! Всё, что вы захотите! Изабо заулыбалась, глаза её заблестели. — Это... возможно?— Возможно, — с уверенностью сказал Натан. — Я — Лиорин. Селест тоже улыбнулась, сдержанно, но тепло. — Значит… мы будем рядом. И в безопасности. — И вместе, — добавил он. Они переглянулись. Слов не требовалось. — Тогда… поехали, — сказала Изабо. Натан широко улыбнулся. Впервые — искренне, открыто. Он чувствовал: всё только начинается. Он вышел из дома, навстречу Ноэлю. Под небом, полным звёзд. Глава 18. Первый Приказ Ночной воздух был прохладным, но в груди Натана горело. Он вышел на улицу и увидел Ноэля — тот всё ещё стоял, ожидая ответа. — Ну? — устало спросил стражник. — Что ты решил? Натан подошёл ближе, спокойно, уверенно, совсем не так, как раньше. — Мы возвращаемся, — сказал он. — Мы? — Я. И сёстры. Ноэль изумлённо уставился на него. — Ты хочешь… привести их во дворец? — Да. Они поедут со мной.Я введу их в ранг дворянок. Они заслужили это. Ноэль не сразу нашёлся с ответом. — Натан… это… 'вы' ведь не може'те' просто… — Я могу, — спокойно перебил его Натан. — Я — Лиорин. И я только что принял первое решение. Он сделал шаг вперёд, глядя прямо в глаза Ноэлю: — Вернись во дворец. Привези карету. Мы поедем вместе. Сёстры едут со мной — это не обсуждается. Молчание. Ноэль открыл рот, потом закрыл.Что-то в голосе Натана изменилось — не упрямство, не каприз… Власть. Он кивнул. — Да… конечно. Сейчас же. Натан молча наблюдал, как Ноэль разворачивается и уходит прочь, почти бегом. Лишь когда тот скрылся из виду, он вернулся к дому сестёр. Он приказал — и его послушались. Он выбрал — и никто не усомнился. Глава 19. Карета для Лиорина Когда Ноэль вернулся во дворец, было уже далеко за полночь. Стражи у ворот лишь молча поклонились — все знали, кого он ищет, и насколько это важно. Король и королева ждали его в малом зале. Как только он вошёл, тишина вспыхнула криком. — Где он?! — сорвалась королева. — Где наш Лиорин?! — Ваше Величество... — начал Ноэль, но его перебили. — Вы поклялись, что вернёте его к утру, — прошипел король. — И если Вы пришли один... — Я нашёл его, — отчеканил Ноэль. — Он вернётся. Но не один. Оба монарха замолкли. Он впервые осмелился так резко говорить с ними. — Что 'ты' несё'шь'? — прищурилась королева.— Его решение. — Ноэль выпрямился. — Лиорин приедет с сёстрами Шевалье. Он требует карету. Для троих. Молчание. — Карету? — переспросил король, медленно, как будто не веря. — Сёстры Шевалье?.. Эти… продавщицы цветов? — Он назвал их своей семьёй, — спокойно сказал Ноэль. — Хочет ввести их в дворянство. Королева фыркнула, презрительно взмахнув рукой. — Вот до чего дошло! Он считает себя вправе распоряжаться титулами? Этот мальчишка… капризный и самодовольный... Ноэль ничего не ответил. Лишь стоял, глядя вперёд. Король же молча встал. Посмотрел на него испытующе.— Дайте ему карету, — наконец сказал он. — Лиорин требует — мы подчиняемся. — Ваше Величество!.. — возмутилась королева, но король лишь поднял руку. — Мы ещё посмотрим, куда приведёт нас его власть. Ноэль низко поклонился. — Я немедленно отправляюсь за Ним. Он вышел, и двери зала с глухим звуком захлопнулись за его спиной. Карета уже готовилась к выезду.Глава 20. Возвращение Лиорина Карета остановилась у знакомого дома Шевалье под глухой перестук копыт. Стража спешилась, и Ноэль первым подошёл к двери. Он постучал уверенно, но с внутренним напряжением. Через мгновение дверь открыла Селест — в простом платье, волосы убраны в привычный узел. Она посмотрела на Ноэля без улыбки, но и без враждебности. — Он Вас ждал, — просто сказала она и отступила вглубь дома. Изнутри вышел Натан. Одетый просто, но с той естественной достоинственной осанкой, которую теперь невозможно было в нём не заметить. В руках он держал одну сумку — вещи Изабо. Вторая, с вещами самой Селест, стояла у порога. Следом показалась Изабо, сияющая, будто бы это было самое счастливое приключение в её жизни. — Вы готовы? — негромко спросил Ноэль, обращаясь к Нему.— Да, — ответил Натан коротко и спокойно. — Мы выезжаем. Он сам подал сумки одному из стражников, и Селест, прежде чем выйти, на мгновение задержалась в дверях, оглянувшись на родной дом. Но лишь на мгновение. Карета была просторной — её готовили лично для Лиорина. Внутри расположились трое: Селест, Изабо и Натан. Ноэль сел напротив, чуть склонив голову, всё ещё не зная, что сказать. Колёса скрипнули, и карета тронулась в путь — обратно, во дворец, где начиналась новая глава их жизней. Глава 21. Указ Лиорина Дворец встретил их величественной тишиной. Стража открыла высокие двери, и под внимательными взглядами придворных, Натан вошёл в тронный зал — уверенно, прямо, с обеими сёстрами по бокам. Ноэль следовал немного позади, будто охраняя покой Лиорина. На троне восседали король и королева, сопровождаемые множеством придворных, министров, стражи и знати. Все ожидали объяснений — и, как минимум, скандала. Но вместо этого они получили указ. Натан остановился в нескольких шагах от трона и чётко, спокойно произнёс: — Как Лиорин Форьи, наделённый высшей властью в этом королевстве, я издаю указ: отныне Селест Шевалье и Изабо Шевалье возводятся в ранг герцогинь, с соответствующим титулом, имуществом и правами. Зал замер.На несколько секунд повисла тишина, в которой было слышно, как кто-то чуть не уронил перо. Затем шёпоты. Кто-то едва не задохнулся от удивления. — Герцогини? — первым нарушил молчание один из министров, но его голос тут же стих под тяжестью взгляда Натана. Королева вскочила, сжав подлокотники трона: — Вы… Вы решили дать им титул герцогинь? Это выше, чем маркизы! Вы… вы не оставляете нам даже возможности— — Я не намерен пересматривать своё решение, — перебил её Натан ровно. — Оно окончательно. Король долго смотрел на юношу — долго и, возможно, с неохотным уважением. Затем перевёл взгляд на сестёр, которые смущённо стояли чуть позади Натана, в простых платьях, чуждых придворной роскоши. — Если Лиорин так постановил… — тихо сказал король. — Так тому и быть.И зал снова замер. А потом — поклонился. Сёстры не до конца осознавали, что произошло, но в глазах Натана был блеск спокойного удовлетворения. Он сделал, как хотел. Он сделал, как считал правильным. Глава 22. Передышка Натан сидел у окна своих покоев, глядя в сад. Свет мягко ложился на подоконник, а тишина в комнате была почти уютной. Рядом стоял Ноэль, как всегда прямой и собранный, но взгляд его то и дело скользил в сторону юноши. Натан задумчиво провёл пальцами по подлокотнику кресла. — Справлюсь ли я?.. — пробормотал он едва слышно. — Смогу ли защитить их? Он вспомнил взгляды, бросаемые на сестёр в тронном зале, едва сдерживаемые перешёптывания, скрытые усмешки. Им завидовали. Их ненавидели. А он — он сам вёл их в этот омут. Тем временем Ноэль молчал, опустив взгляд. Мысли крутились одна за другой: Простили ли вы меня?.. Действительно ли?.. Он не решался задать этот вопрос вслух. Боялся ответа. Или молчания. Вдруг — стук в дверь. Натан повернулся и спокойно сказал:— Войдите. В комнату вошли Селест и Изабо. Обе — уже в одежде чуть более изысканной, чем простые платья, но всё ещё по-своему скромной. Они несли в себе лёгкость и простоту, чуждые вычурной помпезности дворца. — Как прошло? — спросил Натан с лёгкой улыбкой. — С документами? Селест кивнула, присаживаясь на край кресла: — Всё хорошо, брат. Нас приняли, записали, даже предложили примерить какие-то кольца по статусу. — Рад слышать. — Натан встал. — Я хочу показать вам дворец. Настоящий. Залы, галереи, коридоры… Чтобы вы знали, где вы теперь дома. Изабо сияла: — Правда? — Конечно. Пойдём?Сёстры одновременно поднялись. Ноэль безмолвно шагнул ближе, будто напоминая, что он всё ещё тут. — Ты с нами, Ноэль? — бросил Натан, поворачиваясь к нему. Тот чуть поклонился: — Если вы пожелаете, господин Лиорин. — Я — желаю. Он открыл дверь, и четверо — Лиорин, его сёстры и стражник — вышли в коридоры королевского дворца, по которому уже начинали ходить первые слухи о новых герцогинях Шевалье. Глава 23. Их собственный дворец Они шли по мощённой дорожке, окружённой аккуратными газонами, мимо мраморных арок и фонтанов. Солнце ярко освещало просторный внутренний двор королевского комплекса. Позади остался дворец Натана, впереди — величественное здание в светло-золотых и кремовых тонах, почти воздушное на фоне тяжёлых королевских построек. — Вот, — Натан остановился, указав вперёд, — это теперь ваш дом. Селест и Изабо одновременно остановились, ошеломлённо глядя на здание. Оно было изящным, с высокими окнами, колоннами, резными балконами и лёгкими витыми лестницами, словно сошедшими со страниц сказки. На крыше трепетали бело-синие флаги с гербом Шевалье — роза, пересечённая звёздной нитью. — Это… — прошептала Изабо. — Мы будем… здесь жить? — Да, — просто ответил Натан.У входа уже выстроились служанки в белых и синих платьях, опустив головы в приветствии. Сзади стояли рыцари в доспехах, но все до единой — женщины. Их лица были спокойны и решительны. Селест посмотрела на брата: — Ты всё это… для нас? Натан кивнул: — Вы — герцогини. И вы — моя семья. У вас будет всё самое лучшее. Он обернулся к служанкам и рыцарям: — С этого дня — служите им как себе. Заботьтесь о них. За каждую царапину вы будете отвечать передо мной. Служанки и рыцари синхронно поклонились. — А теперь, — Натан обернулся к сёстрам, — хотите взглянуть на ваш личный сад? — Конечно! — обрадованно сказала Изабо, почти подпрыгивая. Селест улыбнулась мягче, но в её глазах блестела радость: — Покажи, брат. Натан кивнул, и они все вместе — он, сёстры и Ноэль — направились вглубь нового дворца, туда, где их ждал личный сад, полный роз, лилий и обещаний новой жизни.