Всемогущий лирион

Глава 24. Враг под маской Прошла неделя. Натан сидел в своих покоях у окна, наблюдая, как ветер качает ветви деревьев во внутреннем дворике. Он держал бокал холодного вина, но к напитку даже не прикасался. Он всё чаще замечал взгляды. Холодные. Вычисляющие. Завистливые. Благородные дамы и лорды теперь кланялись Изабо и Селест, но в их улыбках было слишком много натянутого восхищения и слишком мало искренности. Некоторые шептались прямо на балах, другие — в коридорах. Натан слышал всё, даже то, что не говорил никто. "Они не привыкли, что кто-то из простолюдинов поднимается выше их, — думал он. — Особенно — сразу так высоко. "Он глубоко вздохнул. "Но пока это не волнует сестёр... мне тоже не стоит переживать. Пока." Вдруг дверь резко распахнулась. — Натан! — вбежала Изабо. Её лицо было взволнованным, платье помято, волосы немного растрепались. Несмотря на испуг в глазах, на её губах теплилась странная тень облегчения. Натан и Ноэль одновременно вскочили. — Что случилось? — хором спросили они. Служанки тоже насторожились. Изабо сглотнула и заговорила быстро, сбивчиво: — На Селест напал рыцарь. Один из тех, что охраняли наш дворец. Он… он попытался взять её силой! — голос дрожал. — Мы не ожидали! Он был одним изновых… она закричала, я прибежала, но… Натан резко встал, с лицом, затянутым гневом: — Где он? Я немедленно… — Подожди! — Изабо схватила его за руку. — Дослушай. Селест спас... вор. Он пробрался в наш дворец, никто не знает как, но он оказался рядом и остановил того рыцаря! Они подрались. Потом прибежала стража и задержала обоих. Селест — в амбулатории, она жива, с ней всё... более-менее, — голос дрогнул. — Но что теперь делать, я не знаю… Натан смотрел на сестру в молчании, его кулаки сжимались так сильно, что побелели костяшки. — Мы идём к Селест. А потом… потом разберёмся со всем этим, — произнёс он тихо, но в этом спокойствии была буря. Изабо кивнула.— Я с тобой. Они оба вышли из покоев, на ходу отдавая короткие распоряжения слугам. За ними шёл Ноэль, молча, с тревожной тенью в глазах. Натан знал: он простит многое. Но не это. Глава 25. Под защитой Амбулатория была тиха. Лишь лёгкий аромат целебных трав витал в воздухе. Белоснежные шторы, мягкий свет, покой — почти как в храме. Натан шагнул внутрь первым. За ним следовали Изабо и Ноэль. На кровати у окна, укрытая лёгким покрывалом, сидела Селест. На ней было простое, но аккуратное платье. Волосы, хоть и не уложенные, оставались безупречно чистыми. Она выглядела уставшей, но не сломанной. Увидев брата, она едва заметно улыбнулась: — Ты пришёл. — Конечно, — тихо ответил Натан и подошёл ближе. — Как ты? Селест кивнула, аккуратно отставив чашку отвара на тумбу: — Всё в порядке. Ничего серьёзного не произошло. Он не успел. — В голосе —твёрдость. — Этот… рыцарь. Он думал, что может вести себя как хочет, потому что мы — "простолюдинки в чужом мире". Но я закричала, и тогда появился вор. Натан напрягся, но сдержался. Он сел рядом, сохраняя спокойствие во взгляде. Селест продолжила: — Он не сказал, кто он. Но он появился в тот же миг, и... остановил это. Быстро. И очень эффективно. Я жива — только потому, что он был рядом. Изабо кивнула, подтверждая. Ноэль стоял в стороне, внимательно наблюдая за Натаном. Он заметил, как побелели костяшки пальцев того, кто с виду казался невозмутим. Натан тихо сказал: — Он получит по заслугам. Я это гарантирую. Селест тихо кивнула. Никаких слёз, никакой истерики — только достоинство и внутренняя сталь.Натан поднялся. "Этот рыцарь... он пожалеет, что вообще дышал рядом с моей семьёй." — подумал он. Затем он взглянул в окно. "А вора... я хочу видеть лично. Он спас мою сестру. И мне нужно знать, зачем он был там." Глава 26. Справедливость Лиорина Темница дворца была тёмной и влажной, каменные стены источали сырость, цепи глухо звенели от сквозняка. Факелы едва освещали мрак, отбрасывая на стены дрожащие тени. Натан спустился вниз медленно, с прямой осанкой. За ним шёл Ноэль и двое стражников. Его шаги звучали глухо, но с каждым приближением в камере становилось тяжелее дышать. Рыцарь — высокий, ранее гордый воин — сидел на полу, скрючившись. Его лицо побледнело, когда он узнал, кто стоит перед ним. — Ли... Лиорин... Натан остановился перед решёткой, молча глядя на него. Мгновение длилось вечность. — Ты... ничтожество. — Голос Натана был тих, но в нём звенела холодная сталь. — Ты носил доспехи короны. Ты имел честь защищать людей. А попытался растоптать мою сестру, как грязь под сапогом.Рыцарь опустил голову, дрожащий. Натан сделал шаг ближе, заглянув сквозь решётку: — Ты мерзок. Презренен. И ты останешься здесь. Навсегда. — Голос его не повышался, но ударял сильнее плети. — С этого дня ты лишён своего имени, звания и прав. Ты приговорён к пожизненному заключению с регулярными допросами под пытками. И пусть каждый новый день напомнит тебе, что значит тронуть семью Лиорина. Рыцарь захрипел, моля о пощаде. Ноэль молчал, не вмешиваясь. Натан повернулся к стражникам: — Передайте надзирателю. Это мой второй официальный указ как Лиорина. Исполнить немедленно. — Есть, господин Лиорин.Решётка со скрипом открылась. Рыцаря волоком потащили вглубь коридора. Его крики и мольбы о милосердии заглушились каменными стенами. Натан стоял без движения. Затем тихо произнёс: — Теперь — к вору. Я должен знать, зачем он оказался там. Он развернулся, уходя из темницы. Его шаги были всё такими же размеренными, но в воздухе остался холод власти — беспощадной, если её вынудить. Глава 27. Добрый вор Темница снова встретила их сыростью и гулкой тишиной. На этот раз Натан шёл без спешки, Ноэль шагал рядом, бросая косые взгляды в полутень. Они остановились перед камерой, за чугунной решёткой которой сидел молодой мужчина — усталый, с поцарапанным лицом и растрёпанными волосами. Его руки были скованы кандалами, ноги в цепях. При виде Натана он вздрогнул и резко выпрямился, даже не пытаясь скрыть испуг, но почти сразу заставил себя выглядеть спокойнее, пусть и напряжённо. — Ты — тот, кто пробрался во дворец герцогинь Шевалье? — спросил Натан, голосом ровным, как лёд. — Да... — Вор сглотнул. — Я не думал, что сам Лиорин... — Что ты там делал? Говори честно. Вор шумно вздохнул, потом устало опустил плечи:— Я пытался украсть драгоценности. Они ведь теперь герцогини, сказочно богатые, а я… никто. Он коротко усмехнулся безрадостно. — Но... когда я оказался внутри, увидел, как младшая из них — герцогиня Изабо — убегала по коридору в панике. Я… не знаю зачем, но пошёл за ней. Любопытство. И... увидел это. Того ублюдка в доспехах над Селест Шевалье. Он... Он замолчал, стиснув зубы. На секунду в его взгляде мелькнула ярость. — Я не смог просто смотреть. Бросился на него, вырубил. Думал, успею сбежать, но не успел. Всё. Наступило молчание. Вор потупился, ожидая приговора. Натан слегка усмехнулся и склонил голову: — Ты пришёл красть, но в итоге спас герцогиню, зная, что можешь потерять голову. Это — добрый поступок.Вор поднял взгляд в изумлении. — Ты ничего не успел украсть, а значит, причинённого зла — нет. А вот добро ты совершил настоящее. Потому я, Лиорин Форью, прощаю тебя. — Что?.. — И предлагаю работу. С этого дня ты можешь служить при дворе герцогинь Шевалье. Честно, открыто, за оплату. Ноэль резко посмотрел на Натана. Стража замерла. Вор смотрел на него, не веря ушам, потом вздрогнул и кивнул: — Да! Я... согласен. Конечно! — Как тебя зовут? — мягко спросил Натан. — Дамьен. Дамьен Лефевр. Натан чуть улыбнулся: — Рад нашему знакомству, Дамьен. Постарайся не разочаровать меня. Он кивнул стражникам. Те сняли с Дамьена кандалы и повели прочь, уже не как преступника, а как человека, получившего второй шанс. Глава 28. Слуга с тенью прошлого Амбулатория была залита мягким светом. Воздух пах травами и медицинскими настоями. Селест лежала на высокой кровати, укрытая лёгким покрывалом. Рядом, на кресле, сидела Изабо и перебирала складки на платье, едва услышав шаги, она встрепенулась. Дверь отворилась. Вошёл Натан — уверенный, сдержанный. За ним следовали Ноэль и новенький в их компании — Дамьен Лефевр. Теперь он выглядел иначе: волосы были аккуратно причёсаны, на нём была простая, но чистая и ухоженная униформа дворцового слуги. Он держался скромно, чуть позади. — Натан! — Изабо первой поднялась с места. — Ты пришёл! — Конечно, — улыбнулся он, подойдя ближе. — Как ты, Селест? — Лучше, чем вчера, — спокойно сказала она, приподнимаясь на подушке. — Благодарю за заботу.Натан кивнул и затем указал на стоящего рядом молодого мужчину: — Это Дамьен. Он... тот самый вор, что оказался во дворце. Сёстры переглянулись. Селест не сказала ни слова — лишь спокойно посмотрела на Дамьена. — Он спас тебя, Селест, рискуя жизнью. Он ничего не украл. И я решил, что он достоин второго шанса. — Я хочу, чтобы он работал при вашем дворе — честно, как слуга. Дамьен чуть наклонил голову, не осмеливаясь заговорить. — Ты ведь не против, Селест? — мягко уточнил Натан. Селест после короткой паузы кивнула: — Если ты доверяешь ему, Натан, то и я доверюсь. А за спасение — моя благодарность.— И я не против! — быстро добавила Изабо, оглянувшись на сестру. — Он же правда спас её, Натан. Это важно. — Отлично, — коротко сказал Натан. — Прошу вас помочь ему с оформлением бумаг. Пусть будет официально. — Конечно, — отозвалась Селест. Натан снова кивнул, теперь уже с лёгкой усталостью, и обернулся к Ноэлю: — Пойдём. Они вышли из амбулатории, оставив в комнате трёх человек: девушку, что едва избежала позора, её младшую сестру и того, кто спас одну и неожиданно стал частью их жизни. Глава 29. Письмо из прошлого Солнечное утро, лёгкий ветерок колышет листву, в саду герцогинь Шевалье приятно пахнет цветами и свежескошенной травой. На кованой скамье, под навесом из роз, сидят Селест и Изабо в лёгких, изысканных платьях. Рядом стоит Натан — в своём обычном, но изящном наряде, за его спиной, чуть поодаль, — Ноэль. — Как настроение? — спросил Натан, любуясь цветущими клумбами. — Прекрасно, спасибо, Натан, — первой отозвалась Изабо. — Сегодня особенно свежо. — Да, погода словно для прогулок создана, — кивнула Селест. — А как ты сам? Натан пожал плечами, слегка усмехнувшись:— У меня всё хорошо. Единственное, чем здесь можно заняться — это разглядывать красивые пейзажи. И, пожалуй, слушать разговоры сестёр герцогинь. Сёстры тихо засмеялись. Тем временем взгляд Ноэля случайно упал на окно на первом этаже дворца. За стеклом, в одном из залов, он заметил Дамьена. Тот вытирал пыль с каминной полки, аккуратно и сосредоточенно, не замечая, что за ним наблюдают. «Он и правда старается…» — подумал Ноэль. «Честно работает, не жалуется. Возможно, в нём и правда можно что-то увидеть… Не вор теперь — а человек.» Тишину прервал лёгкий голос служанки: — Госпожа Селест… вам доставлено личное письмо. Оно адресовано герцогиням Шевалье.Селест удивлённо подняла брови и взяла конверт, запечатанный простой сургучной печатью. — От кого? — спросила Изабо. — Этьен Броссар, — пробормотала служанка, чуть склоняясь. — Кто это? — переспросили одновременно Изабо и Натан. Селест развернула письмо и начала читать вслух. Почерк был аккуратный, чуть старомодный, стиль — деликатный, но тревожный. — «…Прошу, прошу вас, проявите милосердие. Если у вас есть хоть капля сомнения в вине Дамьена Лефевра, прошу освободить его… Он не злодей. Прошу, спасите, 'простите' его.» — Так он не знает, что Дамьен уже работает у вас, — произнёс Натан, задумчиво сложив руки за спиной. — Наверное, письмо было отправлено ещё до того, как мы всё уладили.— Отправим ответ, что он уже свободен, и всё в порядке, — предложила Селест. Но Натан покачал головой: — Нет. Я сам навещу его. Этого Этьена. — Ты? Лично? — удивлённо воскликнула Изабо. — Зачем? Натан повернулся к Ноэлю. Тот уже читал его глазами. — Скучно мне, Ноэль, — честно признался он, — но и любопытно. Этьен явно знает Дамьена хорошо, раз так за него просит. Я хочу знать — кто он ему? Друг? Родственник? Учитель? Может, даже что-то большее? Ноэль не стал спорить. Он уже начал понимать: если Натан что-то решил, переубедить его бесполезно. Селест и Изабо молча переглянулись и кивнули.— Тогда поезжай. Но будь осторожен. — Всегда, — сказал Натан, чуть улыбнувшись, и развернулся, направляясь к воротам сада. Глава 30. Перед дорогой Утро было ясным, над городом стояла лёгкая дымка, обещавшая жаркий день. У парадных ступеней резиденции лириона стояла карета, украшенная гербом Форью. Натан и Ноэль неспешно направлялись к ней, о чём-то вполголоса беседуя между собой. В этот момент неподалёку, прогуливаясь по внутреннему двору, появилась младшая принцесса — Софи де Вальмон — в лёгком розоватом платье, с кружевным зонтиком от солнца. Рядом — её постоянная служанка Розелин, шагавшая на полкорпуса позади. Софи первой заметила карету и фигуру Натана: — Лирион? Простите, куда вы направляетесь? — прозвучал её звонкий голос. Натан остановился и вежливо поклонился. — Навестить простолюдина, живущего на окраине столицы.Принцесса чуть наклонила голову, удивлённо приподняв брови. — Можно уточнить? Почему? Натан, не теряя спокойствия, кратко пояснил: — Недавно был случай: один вор пробрался во дворец герцогинь Шевалье, но в итоге спас одну из них от позорного насилия. Я пощадил его и назначил работать при дворе герцогинь. А сегодня получил письмо — за его свободу просит человек с улицы Сендрев. Я хочу поговорить с ним лично. Принцесса Софи моргнула, переваривая услышанное, а затем легко улыбнулась: — Тогда желаю хорошего пути, Лирион. — Благодарю вас, принцесса, — вежливо ответил Натан и повернулся к Ноэлю. Оба подошли к дверце кареты. Слуга распахнул её, и Натан первым поднялся внутрь, за ним последовал Ноэль.Дверца закрылась. Колёса покатились по каменной мостовой, унося карету прочь от королевского дворца — туда, где начиналась улица Сендрев. Глава 31. В гостиной королевского дворца В роскошной гостиной, украшенной фресками и золотыми карнизами, царила напряжённая тишина. Король Теодор де Вальмон, облачённый в тёмно-синюю мантию, сидел в резном кресле с высокими подлокотниками. Рядом — королева Элеонор д’Обиньи, строгая и неподвижная, с бокалом белого вина в руке. Напротив них — наследный принц Адриен де Вальмон, нахмуренный и молчаливый, и старшая принцесса Амели де Вальмон, склонившая голову, будто в раздумьях. Вдруг с лёгким шумом распахнулась дверь, и в комнату стремительно вошла младшая принцесса Софи де Вальмон. Её щеки пылали. — Отец, мать! Я только что видела Лириона. Он с Ноэлем сел в карету и уехал. Он… он собирается на улицу Сендрев. К какому-то простолюдину! Королева резко повернулась к дочери, бокал зазвенел в её руке.— Что?! На 'эту бедную' улицу Сендрев? К простолюдину? Неужели он и этого жалкого вытащит наверх?! Не удивлюсь, если через неделю этот оборванец будет вельможей! — гневно процедила Элеонор д’Обиньи. Король же не выглядел сердитым — скорее, встревоженным. — Это, конечно, неожиданно… Но, Элеонор, давай помнить: многие из прежних лирионов позволяли себе и не такое. Некоторые устраивали кровавые состязания, иные — публичные казни в развлечение. Один — помнишь? — держал танцовщиц в зале совета. Так что мы не можем жаловаться. Пока ещё нет. Королева тяжело выдохнула, но промолчала. Софи опустилась в кресло, скрестила руки на груди. — Он сказал, что тот простолюдин просил отпустить какого-то вора. И, видимо, это действительно связано с инцидентом у герцогинь Шевалье.Адриен де Вальмон молчал, но внутри бушевал вихрь мыслей. Отец спокоен… слишком спокоен. Матушка — в ярости. Они явно что-то задумали. Натан слишком свободен. И они этого не потерпят. Наверняка... Вдруг король встал. — У меня есть план. — спокойно произнёс он. Принц и обе принцессы напряглись. В комнате снова повисла тишина — тревожная, холодная, глухая. Но никто не осмелился задать ни одного вопроса. Глава 32. На улице Сендрев Пыльная улица Сендрев была на удивление тихой. Карета Лириона остановилась перед простым домом с выцветшими ставнями и покосившимся забором. Натан и Ноэль вышли из кареты и направились к двери. Возле дома на скамье сидела пятёрка молодых парней. Все в простых, но опрятных одеждах, они что-то оживлённо обсуждали. — Этьен, друг, как думаешь, дошло ли твоё письмо до герцогинь? — спросил один, утирая лоб от жары. — Надеюсь, что дошло, — устало ответил Этьен, молодой мужчина с тёмными волосами и беспокойным взглядом. В этот момент раздался спокойный, но весомый голос: — Письмо дошло. Не только до герцогинь Шевалье, но и до меня. Все головы резко повернулись. Перед ними стоял сам Лирион — высокий,сдержанный, в сопровождении верного Ноэля. Момент был почти нереальным. Парни застыли. Один судорожно вскочил. Ещё трое резко поднялись и, не проронив ни слова, поспешно ушли, почти бегом, скрывшись за углом. Оставшийся Этьен смотрел на Натана, словно не веря глазам. Затем спохватился, шагнул вперёд, и неловко поклонился: — Господин… Лирион… Простите мой внешний вид. Пожалуйста… если позволите… пройдите в дом. Натан молча кивнул. — Веди. Глава 33. Разговор в доме сапожника Скромный дом Этьена внутри оказался опрятным — деревянные стены, простая мебель, запах кожи и клея в воздухе. На полу у стены стояли сапоги в разных стадиях ремонта, 'Натан нашёл их красивыми и очень хорошими,' а на столе — аккуратно разложенные инструменты. Натан и Этьен сидели друг напротив друга, за тёмным, но чистым столом. Ноэль стоял за спиной Лириона, наблюдая молча, чуть прищурившись. — Всё произошло вот как, — начал Натан спокойно. — Дамьен попытался проникнуть в покои герцогинь Шевалье. Он хотел украсть драгоценности. Этьен опустил глаза, лицо его побледнело, но Натан продолжил: — Однако вместо этого он стал свидетелем того, как один рыцарь пытался обесчестить старшую герцогиню. Дамьен вмешался. Рискнул собой. Не убежал. Его схватили. Этьен резко поднял голову. Его глаза заблестели от искреннего волнения.— Но мы пощадили его, — добавил Натан. — Он теперь служит у тех же герцогинь, у которых пытался украсть. — Господин Лирион… Я не знаю, что сказать… — тихо произнёс Этьен, глядя на Натана, как на чудо. — Скажи мне лучше, кто он, этот Дамьен? — спросил Натан. Этьен вдохнул и начал говорить, спокойно, немного устало: — Он сирота. Сколько себя помнит — жил на улице. Еду доставал как мог, воровал. Несколько лет назад его поймали… сержант городской стражи. Дамьен тогда был совсем подростком. Его посадили на неделю в темницу. Натан слушал молча, не перебивая. Этьен продолжил: — Когда его выпустили, он лежал на грязной улице, весь в синяках. Я нашёл его изабрал к себе. У него нет ни документов, ни образования. На работу его не брали, да и жить ему негде было, так что большую часть времени он проводил у меня. А воровал, потому что по-другому не умел. Натан кивнул, задумчиво глядя в стол, потом усмехнулся: — Очень интересно. А кем работаешь ты сам? — Я сапожник, господин, как и мой отец, — просто ответил Этьен. — Работаю на местных. Натан на секунду помолчал, а затем спросил, глядя Этьену прямо в глаза: — А ты хочешь всегда быть рядом с Дамьеном? Ноэль резко повернулся к Лириону, не скрывая удивления. Его брови приподнялись — снова? Опять? Этьен, ошарашенный, перевёл взгляд с Натана на Ноэля, потом снова на Натана. — Да… конечно. Он мне как брат. Я бы хотел быть рядом, если он позволит.Натан с лёгкой улыбкой кивнул: — Тогда я предлагаю тебе служить сапожником при дворе. — Чего? — мысленно ахнул Ноэль. — Мне срочно надо перестать удивляться. Этьен не поверил сразу. Он застыл, словно боялся, что ослышался. — Вы… вы серьёзно? — Абсолютно. Собирай свои вещи. Едем во дворец. Этьен, не скрывая радости, вскочил со стула: — Я… конечно! Сейчас! Мне недолго! Натан и Ноэль переглянулись. Один сдержанно-спокойный, другой всё ещё немного ошарашенный. Они вышли к карете, пока Этьен в спешке собирался в путь. Глава 34. У кареты Солнце медленно клонилось к закату, отбрасывая длинные тени на мощёную улицу. Ноэль стоял рядом с каретой, прислонившись к дверце, наблюдая, как внутри Натан задумчиво смотрит в сторону дома Этьена, откуда доносился шум собираемых вещей. — Скажи'те' мне, Натан, — нарушил тишину Ноэль, — зачем 'вы' зовё'те' всех подряд во дворец? — Он говорил спокойно, но в голосе чувствовалось искреннее недоумение. Натан перевёл на него взгляд. Несколько секунд молчал, потом улыбнулся краем губ и ответил просто: — Потому что мне хочется, чтобы во дворце как можно больше людей… любили меня.На лице Ноэля появилась еле заметная усмешка — не насмешка, а скорее что-то между усталостью и пониманием. — Ты уверен, что это сработает? Натан пожал плечами: — Не знаю. Но, по крайней мере, мне будет не так одиноко. В этот момент дверь дома открылась, и Этьен выбежал с небольшим узлом в руках. — Я готов! Натан коротко кивнул и сел в карету. Ноэль задержался на миг, глядя на него, а затем, не говоря больше ни слова, тоже вошёл внутрь и закрыл за собой дверь. Карета тронулась, оставляя улицу Сендрев позади.