Всемогущий лирион

Глава 52. «Письмо Леони» В покоях наследного принца Лумьена было тихо. Филипп, уже одетый к утру, сидел у окна, перелистывая скучный отчёт, доставленный одним из его помощников. Возле двери стояли его слуги. Атмосфера была сдержанно размеренной. Раздался вежливый стук. — Войдите, — мягко произнёс Филипп. Натан и Ноэль вошли без стеснения, как свои. Филипп встал, и на его лице появилась лёгкая улыбка: — Рад вас видеть. — А я рад, что ты не сбежал, — усмехнулся Натан и сел на край кресла, привычно, почти по-домашнему. — Доброе утро, — вежливо кивнул Ноэль и остался стоять чуть в стороне. Они разговаривали спокойно. Ни один из троих не сказал ни слова о прошедшем вечере — будто все решили забыть. Или хотя бы отложить разговор. Слова шли легко — о погоде, о визите лумьенской королевской семьи, даже о вине, которое они пили. Внезапно — новый стук. — Войдите, — снова сказал Филипп, поворачиваясь к двери. Вошёл юноша в рабочей одежде, немного смущённый, но с прямой спиной. Он прижал руку к груди и слегка поклонился: — Простите за вторжение, меня зовут Этьен... Я искал лириона. Филипп удивлённо взглянул на Натана: — Ты знаешь его? Натан кивнул: — Конечно. Это я привёл его во дворец. Он работает сапожником. Хороший парень. Этьен шагнул вперёд, держа в руках аккуратно сложенное письмо. — Это письмо... от невесты моего друга. Она просит вас, господин лирион, о помощи. Натан поднялся и взял письмо. Развернул и начал читать вслух: «Моего жениха, Тьерри Маршана, арестовали и обвинили в измене короне Гёльтсе. Его подставили. Я точно знаю, что обвинители дали взятку прокурору и судье, чтобы избавиться от него. Пожалуйста, господин лирион, если вы действительно тот, кто может остановить несправедливость — помогите нам. Леони Дюруа.» Натан медленно опустил письмо, задумчиво глядя перед собой. — Разберусь, — сказал он тихо. — Обязательно. Этьен с облегчением выдохнул. — Она попросила передать письмо вам лично, — добавил он, чуть поклонившись. Натан благодарно кивнул, затем обернулся к Филиппу: — Поедешь со мной? Мне бы не помешала трезвая голова и... пара ясных глаз. Что думаешь? Филипп слегка улыбнулся. — Конечно. Будет интересно узнать, как ты борешься с неправдой. — Иногда — быстро, иногда — грязно, — усмехнулся Натан. — Но результат тебе понравится. Филипп коротко хмыкнул, вставая из кресла. Глава 53. «Дом Дюруа» Карета с гербом лириона остановилась у простого дома на окраине провинциального города. Место было скромным, но ухоженным. Из кареты первым вышел Натан, за ним — Ноэль, Филипп и его верный слуга Август, державший зонт, чтобы защитить принца от солнца. Натан подошёл к двери и уверенно постучал. Через несколько мгновений дверь приоткрылась, и на пороге появилась девушка в бледном платье с дрожащими руками и опухшими от слёз глазами. В руке она сжимала платок. Увидев гостей, она сразу узнала того, кого ждала, и низко поклонилась. — Леони Дюруа, — представилась она тихо, срывающимся голосом. Натан чуть склонил голову. — Мы получили твоё письмо. Можно войти? — Да… конечно. Прошу… Она отошла в сторону, давая им пройти в дом. Гости вошли. Внутри было бедно, но чисто. Запах пыльных книг, чая и немного слёз. Леони прикрыла за ними дверь, будто боясь, что вместе с ветром в дом ворвётся беда. Глава 54. «Ложь, запертая в темнице» Внутри дома Леони было тихо. На старом деревянном столе стояли чашки с остывающим чаем, рядом — стопка писем, платок и полураспустившийся букет. Натан, Филипп, Ноэль и Август сидели за столом, внимательно слушая. Леони говорила негромко, её голос дрожал, но в нём слышалась сдержанная решимость: — Моего жениха, Тьерри Маршана, и 'дорогого' друга Этьена оклеветал капитан морской стражи Жюль Лаваль. Он обвинил их в предательстве королевства. Якобы… якобы Тьерри убил важного чиновника, которого вёз в своём экипаже. Тот ехал заключать сделку с иностранными послами. Она сжала платок, едва не разрывая его. — Я не знаю, зачем капитану было это нужно, но… я точно знаю — он дал взятку судье и прокурору. Тьерри признали виновным. Теперь он сидит в темнице. Повисла тишина. Натан слегка подался вперёд: — Адрес суда? Леони сразу вытянула из стопки бумаги листок с записанным адресом. — Вот. Натан кивнул, взял листок и посмотрел ей прямо в глаза: — Я разберусь. Она всхлипнула, но тут же поклонилась: — Спасибо… ваше высочество… — Не за что. Он встал. — Пошли. Филипп, Ноэль и Август поднялись. Леони проводила их до двери, крепко прижимая платок к груди. Когда дверь закрылась, в доме вновь стало тихо. А снаружи над крышами начинал сгущаться вечер. Глава 55. «Судья и прокурор» Судебный зал был полутёмен — дневное разбирательство только что закончилось. Служащие собирали бумаги, несколько свидетелей расходились по проходам, обсуждая громкие обвинения сегодняшнего дня. Судья уже поднялся со скамьи. Но в следующий миг двери распахнулись. На пороге, окружённый мягким золотым светом заката, стоял Натан Моро — лирион Форьи.За ним — Филипп, Ноэль и Август. Зал будто окаменел. Папки с бумагами выпали из рук младшего писца. Один из охранников вздрогнул и опустил взгляд. Люди не знали: вставать ли, кланяться ли, говорить ли вообще хоть слово. Прокурор Мишель Гравье, седеющий мужчина с плотным лицом и узкими глазами, тихо пробормотал, почти себе под нос: — Что… что делает сам лирион… в таком захолустье? Натан спокойно шагнул в центр зала, не меняя лёгкой, но властной походки. Он бросил быстрый взгляд на судью и прокурора — точно режущий ветер. — Судья Антуан Дюбуа. Прокурор Мишель Гравье. Вы не покидаете это здание. Пока я не скажу иначе. Голос Натана был ровным, но звенящим, как сталь. Дюбуа и Гравье побледнели. Глубоко поклонились. — К-как прикажете, ваше высочество… В зале повисла ледяная тишина. Глава 56. «Дело Тьерри Маршана» Тяжёлая дверь захлопнулась за спинами. Кабинет судьи был обставлен добротной мебелью, но воздух внутри был напряжён, как натянутая струна. На одной стороне стола — судья Антуан Дюбуа и прокурор Мишель Гравье, побледневшие, напряжённые. На другой — лирион Форьи, Натан Моро, и Филипп, сидящие уверенно и спокойно. Позади — Ноэль, стоящий с прямой спиной, наблюдающий за каждым движением. Август находился за дверью, по приказу Натана. — Чт-чт... что привело... самого лириона… в наш скромный город? — пробормотал судья, опуская взгляд в бумаги, хотя пальцы его мелко дрожали. Натан не моргнул. — Судья и прокурор подозреваются во взяточничестве. Гравье выпрямился, резко вспыхнув: — Это возмутительно! Мы… мы ничего противозаконного не делали! — Вот как, — тихо произнёс Натан. — Тогда покажите мне доказательства по делу Тьерри Маршана. — Не… не припомню такого… — затряс головой судья. — Это недавнее дело, — с нажимом добавил Натан. — Вы точно его помните. — Простите, — вмешался прокурор. — У судьи сотни дел, он не может помнить всё… Натан наклонился чуть вперёд, голос стал мягким и колким: — Дело о предательстве королевства Гёльтсе. О гибели высокого чиновника. Вы оба знаете, о чём я говорю. Судья и прокурор переглянулись. Через мгновение Дюбуа будто бы вдруг вспомнил: — А-а… разумеется, разумеется. Да, такое дело действительно было… — Тогда дайте мне папку с доказательствами. — Папки… — прокурор замялся. — У моего помощника. Он отвечает за хранение. Филипп поднял бровь: — У этого помощника? — раздался голос от двери. В комнату вошёл Август, а за ним — помощник прокурора и помощник судьи. В руках каждого — по папке с документами. Натан посмотрел на помощника прокурора: — Папку по делу Тьерри Маршана. Помощник молча передал папку. Натан открыл её. — Прядь волос Тьерри, найденная на месте убийства. Экипаж, принадлежащий Маршану. Косвенные улики… — Есть ли что-то более весомое? — спросил Филипп, глядя на страницы. Помощник судьи прокашлялся: — Простите, господа… но… были и показания против обвинения. На теле погибшего — отпечатки чужих пальцев. Подсудимый говорил, что на него напали бандиты, когда он ехал с тем чиновником. Натан медленно закрыл папку. — На каком основании тогда был вынесен приговор? Судья сжал подлокотники кресла: — Было… достаточно косвенных улик. — Этого недостаточно, — холодно отозвался Филипп. — Вы не проверили даже возможность нападения со стороны. Вы не искали бандитов. А ведь именно к этому склонялся подсудимый. Молчание. Липкое и густое. — Скажите… — Натан прищурился. — Правда ли, что капитан Жюль Лаваль дал вам взятку? Помощник судьи опустил голову. — Да… это правда. Судье — четыре тысячи серебряных монет. — Он лжёт! — выкрикнул судья, но помощник не отступал: — У меня есть записи и свидетели. Я сам присутствовал при передаче. Натан повернулся к Ноэлю: — Сколько это — четыре тысячи? — В провинции средняя годовая зарплата — пятьсот серебряных. Натан спокойно встал. — Тогда ясно. Судья Антуан Дюбуа и прокурор Мишель Гравье отправляются в столицу, где предстанут перед судом. Помощники поедут с ними — в качестве свидетелей. — Разумеется, ваше высочество, — почти в унисон ответили помощники. Натан посмотрел на Августа: — Повяжи их. Август, не говоря ни слова, сделал шаг вперёд. Натан повернулся к Филиппу: — Теперь… поехали в темницу. Пора освободить Тьерри Маршана. Глава 57. «Темница» Каменные стены коридора темницы были сырыми, пропахшими плесенью и кровью. Факелы отбрасывали на пол пляшущие тени. Натан и Филипп шагали рядом, их шаги отдавались гулким эхом. Стражи, увидав лириона, расступались, склоняя головы. — Вот, — указал один из них на железную решётку. В камере — фигура, прикованная к полу. Молодой человек с растрёпанными тёмными волосами, грязной рубахой и свежими ссадинами на запястьях. Он сидел, опустив голову, не реагируя на приближение. Натан шагнул в камеру. Цепь звякнула, когда Тьерри дёрнулся, но головы не поднял. — Тьерри Маршан, — сказал Натан громко и спокойно. — Вы освобождаетесь от приговора. Парень вздрогнул. Медленно, с трудом, словно не веря ушам, поднял голову. Сначала — смятение, потом удивление, и, наконец, шок: — Вы… вы — лирион… Натан кивнул. — Леони Дюруа обратилась ко мне. Она попросила разобраться в этом грязном деле. Я разобрался. Глаза Тьерри засверкали. Он прикусил губу, не веря в происходящее. — Я… знал, что милая Леони не оставит меня… даже когда я уже сам почти в это не верил… — Стража! — обернулся Натан. — Освободите его. Два стражника вошли, и через мгновение цепи упали на пол с глухим звоном. Тьерри Маршан был свободен. Глава 58. «Разговор в кабинете» В кабинете судьи, где совсем недавно кипели обвинения, остались лишь Ноэль и Август. Окно было приоткрыто, и лёгкий ветерок колыхал занавески. Судейское кресло пустовало. Бумаги были собраны. Тишина будто впитала все недавние крики и признания. Август — высокий, строго одетый мужчина с усталым взглядом, стоял у книжного шкафа и наконец заговорил: — Скажите… он хороший человек? Ноэль, стоя у стола, с задумчивым лицом повернулся к нему: — Натан? Август кивнул. Ноэль улыбнулся немного тепло, немного устало. — Никогда не видел его жестоким. Никогда не был он высокомерным или наглым. Он… добрый, по-своему. Но… Он отвёл взгляд к окну. — Ему часто скучно. Это, пожалуй, его единственная слабость. Поэтому он всё время едет куда-то, вмешивается, наводит порядок, ищет себе занятия. Чтобы не скучать. Август молчал. Словно пытался переварить услышанное. Или — словно увидел в этом что-то слишком знакомое. Глава 59. «У кареты» Карета ожидала у каменной лестницы, запряжённая гнедыми лошадьми. Ветер шевелил края плащей, серое небо нависало низко. Натан и Ноэль стояли у дверцы экипажа. Натан что-то негромко говорил, а Ноэль внимательно слушал, едва кивнув в ответ. Позади них, в нескольких шагах, стояли Филипп и его личный слуга Август. — Господин Ноэль говорит, что лирион добрый и… сострадательный, — негромко произнёс Август. Филипп на мгновение замер, а затем мягко улыбнулся.