Бог озорства Чёрный Кролик Повелитель Несчастий

      Вечер опускался на Сюэ Юй Кунцуэ стремительно. Снег на крышах темнел, теряя дневную мягкость, и лишь по краям черепицы поблёскивал тонкий иней. Ветер, спустившийся с верхних уступов, нёс с собой сухой холод и редкие колкие снежинки, которые хаотично метались в воздухе.       Цзэ Юнь поднялся на крышу без труда. Раньше он едва ли смог хотя бы подтянуться, чтобы залезть, а теперь для каждого его шага находилась удобная опора. Месяцы тренировок всё же дали свои плоды.       Он присел у кромки крыши, укрывшись в тени выступа, и на мгновение задержал дыхание, прислушиваясь. Внизу, во дворе у кухни, уже начинали собираться адепты: кто-то шептался, кто-то украдкой оглядывался, кто-то явно наслаждался собственной «хитростью». Ловушки ещё не были расставлены, но суета говорила сама за себя.       Принц как раз устроился поудобнее, уверенный, что останется незамеченным, однако уже через мгновение он вздрогнул и повернул голову влево. Оказалось, совсем рядом с ним сидел ещё один человек, выдавший своё присутствие сдавленным чихом.       Цзэ Юнь моргнул, удивлённый. Он ожидал увидеть кого угодно, но уж точно не Лю Шуйгуна.       Тот устроился так, будто был частью самой крыши: колено подтянуто к груди, плечи напряжены, взгляд направлен вниз. Лицо его, освещённое бледным светом фонаря, выглядело недовольным даже в покое.       — …ты что тут делаешь? – буркнул тот, заметив взгляд, прежде чем Цзэ Юнь успел заговорить.       Тон был резкий, без приветствия, словно сам факт чужого присутствия являлся личным оскорблением.       — Тот же вопрос я могу задать и тебе, – спокойно ответил Цзэ Юнь.       Лю Шуйгун фыркнул и отвернулся. Принц лишь пожал плечами и снова посмотрел вниз, туда, где адепты продолжали суетиться.       — Эти идиоты даже не понимают, что делают, – после недолгой паузы раздражённо бросил мальчишка, – их ловушки не заметит разве что слепой.       Цзэ Юнь не ответил сразу. Он лишь чуть подался вперёд, перенося вес на ладони, и внимательнее вгляделся во двор. С высоты крыши суета внизу казалась особенно наглядной: тонкие нити печатей тянулись слишком открыто, приманка лежала почти на виду, а защитные узлы перекрывали друг друга, создавая пусто́ты там, где их быть не должно.       Он мысленно отметил расстояние между ловушками, угол, под которым были вычерчены символы, и путь, по которому, как рассчитывали адепты, должен был пройти вор. Слишком прямолинейно. Слишком самоуверенно.       — Они рассчитывают, что цель пойдёт прямо и ничего не заметит, – тихо сказал Цзэ Юнь, – но если это Сяо Цзи, он увидит всё ещё до того, как ступит во двор. Вопрос лишь в том, сделает ли он вид, что не заметил.       — Ха? Значит, вор – твой слуга? Как нелепо, – Лю Шуйгун вновь презрительно фыркнул.       Принц нахмурился.       — Он мне не слуга.       Впрочем, ему не суждено было быть услышанным.       Внизу что-то сдвинулось.       Между складскими постройками, там, где тень от стены была гуще обычного, воздух вдруг дрогнул. Из темноты вытянулась смутная фигура: не человек и не дух, а рваная дымка, сгусток тьмы, который двигался слишком быстро и слишком осмысленно, чтобы быть случайной игрой света.       Первая ловушка вспыхнула – и тут же погасла, не зацепив ничего. Дымка ушла в сторону, словно заранее зная, где проляжет линия печати. Вторая, третья вспышка лишь бесполезно дрогнули в воздухе, разрезая пустоту.       — Что за… – вырвалось у кого-то из адептов.       Никто не успел ничего понять, как тёмная дымка уже оказалась в центре двора, окружённая растерянными учениками.       Она заметалась.       Рывок влево – и вспыхнула печать, вспоров снег острым светом. Дымка рассыпалась клочьями и в тот же миг собралась вновь, ускользнув в сторону. Кто-то вскрикнул, отступая назад; клинок рассёк пустоту там, где секунду назад был враг.       — Держите её! – крикнули из толпы.       Но слишком поздно.       Дымка метнулась вперёд, скользя почти по земле, затем резко взвилась вверх, уходя от сомкнувшегося круга. Несколько ловушек сработали одновременно, мешая друг другу и ослепляя учеников.       — Какие же... бестолочи! – с досадой бросил Лю Шуйгун и, не задумываясь, ринулся вслед за дымкой, умчавшейся прочь.       Цзэ Юнь замер, оценивая ситуацию. Внизу адепты всё ещё «сражались», не подозревая о том, что их цель уже скрылась за домами. Теперь принц не был уверен в том, что это забавы «божества», а значит не мог точно сказать, безопасно ли следовать за существом в одиночку. Но Лю Шуйгун уже убежал далеко вперёд, не оставляя времени на сомнения.       Цзэ Юнь легко спрыгнул с крыши, коснувшись земли почти беззвучно, и тут же рванул вперёд, обходя растерянных адептов.       Впереди мелькала фигура Лю Шуйгуна: стремительная, напряжённая, будто натянутая тетива.       Стены школы Павлинов остались позади – в пылу погони не было времени осознавать границы. Холодный воздух бил в грудь, дыхание сбилось, но тело слушалось без сопротивления. Когда-то принц не догнал бы их даже на ровной площадке, теперь расстояние медленно сокращалось.       — Остановись! – крикнул Цзэ Юнь. – Это может быть ловушка!       Лю Шуйгун даже не повёл ухом.       Принц ощутил, как в груди поднимается раздражение. Он не понимал, как можно так безрассудно гнаться за потенциальной опасностью и не оставлял попыток вразумить товарища по учёбе. Еле догнав его, Цзэ Юнь почти схватил за широкий рукав, но мягкая ткань легко выскользнула из его пальцев.       — Нельзя быть таким легкомысленным. Мы не знаем, что это!       Лю Шуйгун обернулся лишь на мгновение, одарив его взглядом, полным презрения.       — Не путайся под ногами!       Принц сжал зубы, подавляя желание хорошенько стукнуть того по макушке.       Склон пошёл вверх. Камень проступал сквозь снег, скользкий, тёмный. Ни деревьев, ни укрытий – только голая порода и ветер, свистящий в расщелинах. Где-то позади остались крыши и фонари, но Цзэ Юнь поймал себя на том, что не помнит, в какой момент они исчезли из виду.       Мысль кольнула неприятно.       Он всегда был осторожен и гордился своим холодным рассудком. А в этот раз он побежал, не задумываясь, глядя лишь в спину впереди.       Тень больше не металась. Её движение стало ровным, почти плавным, будто цель была давно определена. Она не петляла, не искала укрытий – лишь скользила вверх по склону, выбирая самый удобный путь.       Цзэ Юнь замедлил шаг всего на мгновение и сразу почувствовал, как внутри нарастает тяжесть. Воздух здесь казался иным. Гуще. Тише. Даже ветер звучал глухо, словно пространство вокруг сжималось.       — Лю Шуйгун, – произнёс он охрипшим от крика голосом, – мы убежали слишком далеко.       Тот не ответил.       Раздражение в груди сменилось тревогой – холодной и ясной. Он понимал: если сейчас повернуть назад, Лю Шуйгун всё равно не остановится. А если идти дальше… дальше может оказаться нечто, к чему они не готовы.       Тень впереди дрогнула и нырнула в сторону тёмного провала в скале.       Лю Шуйгун ускорился.       — Подожди! – вновь попытался Цзэ Юнь.       Но тот уже оказался у самого входа.       Скала вздымалась почти отвесно, её поверхность была изрезана трещинами. У основания зиял узкий проём – неестественно ровный, будто когда-то камень рассекли одним точным ударом. Снег перед входом почти не лежал, словно тепло или дыхание изнутри не позволяли ему удержаться.       Тень прошмыгнула внутрь.       Лю Шуйгун, наконец, остановился.       Цзэ Юнь замер в нескольких шагах позади.       — Нам лучше вернуться, – переведя дух, произнес принц.       — Возвращайся, раз уж струсил, – коротко бросил в ответ Змей, которому порядком надоела компания Чёрного Кролика.       Цзэ Юнь нахмурился. Даже спустя столько времени совместного обучения, заносчивости в этом упрямце ничуть не убавилось.       — Я просто не привык путать храбрость с глупостью.       Лю Шуйгун медленно повернул голову, и в глазах его мелькнуло холодное пламя.       — Повтори.       Последнее слово прозвучало тихо, но в нём было больше угрозы, чем в крике.       — Что? Снова назвать тебя глупым?       Лицо юного Змея вмиг побагровело от злости. Он резко подался вперёд, и по напряжённым плечам было ясно: ещё слово и он бросится в драку. Однако, Цзэ Юнь даже не думал отвечать тем же. Он отступил, выставив руки вперёд, и вновь попытался образумить его.       — Послушай, нам, правда, сто…       — Не смей поучать меня! – голос Лю Шуйгуна сорвался, настолько он был взбешён. Он не желал слушать ни слова, и уж тем-более не хотел ни секунды больше видеть лицо наглеца, посмевшего смотреть на него свысока. Потому, гордо вскинув подбородок и взмахнув рукавами, он с надменной грацией вошёл в проём.       Цзэ Юнь тяжело вздохнул, прижав ладонь ко лбу. Затем, решившись, он медленно выпрямился, сжал руки в кулаки и шагнул за Лю Шуйгуном в неизвестность.