Свет в окне

В тот вечер совместный ужин немного сгладил углы в их общении. Поначалу Кассандра смотрела на него волком, пока божество не прибегло к очередной очаровательной лжи. Он завернул диалог в душевное русло и в сердцах рассказал ей, что охотится за инквизитором, загубившим его сестру. Личность инквизитора «чудом» сошлась с тем самым мерзавцем, что сжёг её мать. И то ли вино к ужину помогло, то ли его лживые слёзы в глазах были убедительны — она поверила. Пожалела его. Сказала, что поможет. — Видно, сама судьба свела нас, — произнесла в тот вечер ведьма. Через несколько дней они покинули городок чуть ли не друзьями. Его обещанные сани изнутри выглядели как роскошная карета, в которой хватило бы места ещё двум особам. Кони бежали без кучера. Купец уверил её, что им доподлинно известна дорога, да и кони не совсем обычные — так что волноваться смысла нет. Кот мирно спал на обшитой бархатом лавке слева от неё. Мужчина сидел напротив. — Завтра мы можем встретить одного моего друга. Он должен присоединиться к нам, если ты не против, — сказал он своим приятным, спокойным голосом. — Ещё один колдун, которому насолил Лука? — Не совсем. Он работает на меня. — Это интересно. Что же он делает? — Выполняет различные поручения. Приглядывает за мерзавцем издалека, информирует меня. — Ты серьёзно готовился к этой поездке, — улыбнулась Кассандра. Он лишь улыбнулся в ответ. — Играешь в шахматы? — спросил он после продолжительного молчания. — Да. А ты их припас? — Конечно. Дорога долгая. — Тогда, конечно. Сыграем, — потерла руки в предвкушении. Он извлёк из-под сиденья сложенную искусно вырезанную шахматную доску и, раскрыв её на маленьком раскладном столике между ними, достал фигуры. — Какими хочешь играть? — Чёрными, — ответила, не долго думая. — Не хочешь ходить первой? — Победа зависит не от этого, — усмехнулась, расставляя свои фигуры. — Хочешь играть на что-то или просто так? — спросил, делая первый ход. — С тобой — на что-то? Ты деньги из воздуха создаёшь. Так я и поверила в честную игру. Не пытайся меня подловить, — передвинула пешку. — Клянусь, буду играть честно. Так ведь интереснее. Давай так: если ты выиграешь, то загадаешь желание. Если выиграю я — ты поделишься секретом. Это же не так страшно? Она стиснула плечами. — По рукам. А какое желание можно будет загадать? — Любое — в рамках приличного, конечно. Сначала фигуры двигались по доске лениво, затем прибавился накал, игра становилась более напряжённой. — Ты хорошо играешь для своих лет, — улыбнулся мужчина. — Ты так говоришь, будто мне десять, — фыркнула девушка. — А тебе сколько-то? Два раза по десять? — рассмеялся Морфей. — Те, кому сейчас и по полтора раза по десять, уже нянчат первенцев. А в мои двадцать и с третьим сидят. Так что не обращайся ко мне как к ребёнку. Будь я не так умна, давно бы разделила их участь. — Прошу прощения, златоглазая госпожа. Ты слишком необычайна для подобного удела. — Ха! — она побила его белую королеву своей фигурой. — Ну и что? Помогли тебе твои насмешки, чародей? — улыбнулась широко. Он слегка удивился тому, как проглядел её ход. Наверное, отвлёкся на беседу. — Придумала уже желание? — спросил, расставляя шахматы на доске снова. — Честно говоря, ещё нет. У меня есть время подумать? — Сколько угодно. Дело близится к ночи. Давай ещё одну партию. Скоро мы прибудем в близлежащий городок. Там есть таверна — остановимся на ночь. — Если мы будем так каждую ночь останавливаться, мы никогда не доедем на юг. — О, ты недооцениваешь моих лошадей. Клянусь, тебя удивит результат нашего путешествия сегодня. В этот раз игра затянулась. Оба просчитывали каждый ход. Меньше болтали и подолгу думали. В конце концов повозка остановилась, но они успели доиграть партию. В этот раз Сон победил и вопросительно взглянул на девушку, собирая шахматы. — А, точно. Секрет, — вздохнула Кас, поднимая кота на руки. — Мать погибла из-за меня, — сказала мрачно и, открыв дверь, вышла во двор таверны. Морфей нагнал её возле прилавка трактирщика. — Нам нужно две комнаты, — раздражённо показала мужичку на пальцах. — Раздельные. Мы не пара. — Что происходит? — Морфей окинул взглядом каждого участника спора. — Он пытается мне втюхать самую дорогую комнату, а я ему объясняю, что нам нужно две. — Господин, клянусь, одна только свободна. Людей много остановилось сейчас, — поклялся трактирщик. — Врёт, — топнула ногой Кассандра. Морфей улыбнулся, кладя на прилавок монеты. — Подойдёт и эта. Давай ключи. Мы разберёмся, — сказал он спокойно. Кассандра с котом в обнимку неодобрительно посмотрела на своего спутника, но тот благополучно проигнорировал её взгляд. — Вверх по лестнице, в конце коридора, — трактирщик передал мужчине ключ. В напряжённом молчании путешественники пошли наверх. Но Кассандра не продержалась долго. — Он же нам просто самое дорогое втюхал! Видит, что ты с деньгами. Все они так делают! — наконец-то высказалась в тёмном коридоре. — Не все врут, милая Кассандра. Он и вправду больше не имеет комнат на аренду. Я уже когда-то останавливался здесь. Если я не ошибаюсь — в этой комнате есть ванна. Не хочется ли тебе полежать в тёплой воде после долгой дороги? — спросил, открывая дверь и запуская её первой внутрь. Комната и вправду стоила своих денег: большая и чистая кровать у стены, застеленная мягкими покрывалами, камин и два кресла возле него, маленький обеденный стол, а в другом углу — ванная, спрятанная за ширмой. Девушка посадила кота на мягкие покрывала. — Разве тебе не нравится, ведьма? — спросил Морфей, усаживаясь в кресло. — А как мы будем здесь спать? — скривилась она. — О, об этом не волнуйся. Я подремаю в кресле. Она встретилась с ним взглядом, но промолчала. — Как потрясающе ты устраиваешь драмы там, где можно было бы промолчать, и красноречиво молчишь, когда могла бы ответить, — рассмеялся он. Она лишь скривилась в ответ и расстегнула плащ, бросая его на второе кресло. — Будь доброй женщиной, сходи вниз, закажи нам ужин, — сказал, бросая заготовленные поленья в камин. — Что ты бы хотел? — Не столь важно. На твоё усмотрение. Ведьма скрылась за входной дверью. Когда её шаги стихли, послышался лёгкий шелест — шум крыльев. Сон обернулся, чтобы поприветствовать сестру. — Ну что, развлекаешься, “купец”? Или, может, “колдун”? — усмехнулась Смерть, появившись, как обычно, из воздуха. — Не скажу, что мне скучно, но могло бы быть интереснее, — усмехнулся мужчина. — Лжец, — сестра села в кресло напротив, не задевая накинутого плаща. — Ну и как? Подписываешься на эту забавную авантюру? Или предпочтёшь вернуться в свой унылый замок и дальше греть трон задницей? — Уже подписался, не так ли? — Я тебя не неволю. Выбор есть всегда, — пожала плечами. — Не думаю, что должен сообщать тебе о своём решении. — Сама узнаю. Но помни о пари. Мужчина кивнул. — Её мать правда погибла из-за неё? — спросил после паузы. — Правда. — Как? — Тебе лучше спросить это у первоисточника. — Это не столь важно, — отмахнулся Сон. — О, братец, — рассмеялась Смерть. — Не будь глупцом. Мы все видим ситуации по-разному. Не узнаешь её видения — не поймёшь историю. Дверь скрипнула. — С кем ты разговаривал? — вошла Кас. Морфей сидел один. — С котом. Твой зверь уже изрядно изодрал ножку стола, — кивнул он в сторону животного, которое усердно точило когти об мебель. — Уголёк! — шикнула хозяйка. Кот на мгновение бросил на неё раскаянный взгляд, а затем продолжил. — Засранец, — вздохнула она и, подойдя, легко перенесла кота на кровать. — Всё же вы похожи, — рассмеялся колдун. — Почему ты его не убрал от стола? — Мне проще было восстановить ущерб. — Ах, точно. Ты же у нас всемогущий, — закатила глаза ведьма. — Ну, не прямо-таки. Ты мне льстишь. Как там ужин? — Скоро принесут. — В ванной горячая вода. Прими, если желаешь, пока не остыла. Я могу выйти, если не доверяешь ширме. — Моя чистая одежда осталась в повозке. — О нет, всё уже там. Колдунья недоверчиво заглянула за ширму. Сбоку от полной ванны на стуле действительно лежала аккуратно сложенная одежда. Сон поднялся с кресла. — В этом нет необходимости. Можешь остаться, скоро же принесут ужин, — выглянула из-за ширмы девушка. — Я тебя не буду смущать? — Я взрослела при борделе. Меня сложно смутить, — пожала плечами и скрылась обратно. — Признаюсь, удивлён, — усмехнулся мужчина. — Ничего удивительного. Проведи пару-тройку лет в подобном месте — и понятия стыда, смущения и наготы заметно размоются, — послышалось в дуэте с плеском воды. — И что ты там делала? — О, не то, что ты мог подумать. — Я ничего и не думал. — Все думают одно и то же, когда слышат о юной девочке в борделе. — Я думаю, что в мире есть более подходящие места для юных девочек. Но не у всех есть выбор, — пожал плечами, глядя, как разгорается огонь в камине. Её кот запрыгнул к нему на колени и, скрутившись калачиком, замурлыкал. Сон погладил животное. — В этом ты прав. Моя мать дружила с одной из тамошних проституток и варила для них снадобья. Поэтому после её смерти меня приняли к себе. Возник вопрос, как я буду “отрабатывать” кров и еду. Непосредственным ремеслом заниматься я не хотела. Однако смогла предложить им те же услуги, что и моя мать. Варила снадобья. За это мне дали коморку со стороны заднего двора и немного еды каждый день. Так я и выросла. — Зачем проституткам снадобья? — Ты действительно так глуп или прикидываешься? — спросила она возмущённо. Плеск воды на миг прекратился. — Мне просто интересно. — У тебя есть жена? — Нет. — Но, в теории, ты хотя бы знаешь, что мужчина и женщина делают наедине и что от этого появляются дети? — Я и на практике знаю, — тихо рассмеялся Сон. — Ну так вот: детям в борделе не место. Это обуза. Это потеря дохода. Поэтому я варила снадобья, чтобы они не понесли от клиентов. А если уже понесли — варила другие. Чтобы нести больше не пришлось, — пояснила как ребёнку. Послышался плеск воды. Она вышла из ванной, обтёрлась свежим полотенцем и быстро переоделась в ночное платье. Выжала длинные чёрные волосы и появилась из-за ширмы. — Мне жаль, что тебе пришлось этим заниматься, — вздохнул мужчина, глядя на неё. — Мне всё же больше было жаль тех девочек, для кого я и варила эти зелья. Моя участь не худшая, — спокойно ответила ведьма. Проведя ладонями по волосам от корней до кончиков, она испарила часть влаги. — У тебя доброе сердце, — улыбнулся мужчина. — Что ты так смотришь на меня? Ночнушка где-то порвалась? — спросила озадаченно, оглядывая себя. — Задумался, — отвёл взгляд Морфей. — Ты порой очень странный, — стиснула плечами и, стянув покрывало с кровати, завернулась в него, усевшись в кресло напротив. В дверь постучали. — Да, входите, — отозвался Морфей. В комнату трактирщик внёс разнос с двумя порциями жаркого, двумя бокалами вина и немного нарезанного хлеба на тарелке. Поставил на стол между креслами. — Спасибо, — колдун протянул ему золотую монету и отвернулся назад к огню. Мужчина в потёртой жилетке поспешил откланяться и покинул комнату. Сон убрал хлеб на разнос и наложил жаркого из своей тарелки в пустую — для кота. Тот, учуяв запах, спрыгнул с его колен и стал крутиться вокруг стола, выпрашивая ужин. — Угощайся, хвостатый, — улыбнулся Сон и поставил порцию на пол сбоку. — О, нужно было взять с моей. Это не честно. Ты заплатил, а кот ведь мой, — запротестовала Кассандра. — Я создаю деньги из воздуха, не забыла? Не переоценивай моего жеста. Всё в порядке. Приятного всем аппетита. Горячая еда после долгой дороги, да ещё после ванны, казалась блаженством. Кухарка постаралась на славу. Кот ел с довольным причмокиванием. По окончании трапезы Морфей разлил вино по бокалам и, поднеся свой, сказал: — За лёгкую дорогу. Бокалы соприкоснулись тихим звоном. В глазах ведьмы красиво отблескивал огонь, делая их ещё более невероятными. Сон вглядывался в это сияние в отчаянной попытке разгадать его секрет — но ответа не находил. — Ты мечтаешь о чём-то? — спросил он вдруг. — Убить этого засранца Луку, — не задумываясь ответила Кассандра. — А если отбросить это? Что-то, чего бы хотелось тебе не как дочери своей матери, а просто Кассандре? Она задумалась. Секунду — потом дольше. Сложно было разделить себя и свою боль. Наконец, тихо ответила: — Увидеть море. Я много о нём слышала. Перед сном мама читала мне сказки — то про мореплавателей, то про русалок. Хотелось бы увидеть его воочию. Может, даже искупаться. Морфей улыбнулся. — Я думал, ты пожелаешь дом. Или богатства. Это было бы разумно. Как я понимаю, ни того, ни другого у тебя нет. — Увидеть море — более реально, чем обзавестись чем-то подобным. Мы же, в конце концов, направляемся к побережью, — пожала плечами, пригубив вино. — Мечты не должны ограничиваться вероятностью, — сказал он мягко. — А какой мне прок от несбыточных желаний? — А что будешь делать, когда оно сбудется? — Радоваться, Морфей, — рассмеялась ведьма. — Что ж ещё? — Иногда люди разочаровываются, когда сбывается то, чего они долго ждали, — пожал плечами. — Поверь, с этим чувством я хорошо знакома. Оно меня не пугает. — А о чём мечтаешь ты? — А как ты думаешь? Есть догадки? Она окинула его изучающим взглядом. — Тебе не нужны деньги, ты кажешься мне всемогущим… ну, или хотя бы очень могущественным, — начала рассуждать вслух, пытливо вглядываясь в него своим золотым взором. — Однако ты сидишь здесь и разделяешь со мной скромную трапезу — как и долгую дорогу. Семьи, как я понимаю, у тебя нет. А вот дом, скорее всего, есть. И даже, наверное, очень роскошный. Но ты оставил его и бросился в такое же отчаянное путешествие, как и я. Я могу сделать вывод, что ты либо глубоко в душе несчастен, либо тебе просто скучно. Исходя из этого, могу допустить, что ты желаешь счастья. Секунду божество смотрело на неё впечатлённым взглядом, затем улыбнулось и медленно кивнуло. — Ты права, златоглазая госпожа. Позволь похвалить твою внимательность и мудрость. — О, это было несложно, — отмахнулась дева и поставила пустой бокал на столик. — Спасибо за ужин и приятную беседу. Я пойду спать. Она встала, подобрала кота, что грелся у камина, сделала шаг к кровати, но затем обернулась. — Ты, если хочешь, можешь лечь на другую часть кровати. Я не так уж против. Ты хороший человек. Мне стыдно заставлять тебя спать в кресле. — О, не беспокойся обо мне. Сладких снов, Зореокая. Сон дождался, пока она уложится в кровать с котом, и потянулся, чтобы затушить свечу. — Нет, постой. Извини. Я должна была сказать сразу, но думала, что у нас будут раздельные комнаты — и в этом не будет нужды, — остановила его Кас. — Я не могу спать без света. Я знаю, это мешает многим, но я не усну по-другому. — Ты боишься темноты? — спросил с улыбкой, отдаляясь от подсвечника. — Да, в каком-то роде. Если тебе это очень мешает, я могу попытаться уснуть… но вряд ли смогу, — виновато стиснула плечами. — Не мучай себя, мне это никак не мешает, — Морфей уселся поудобнее в кресле. — Точно? — Абсолютно. Приятных тебе Снов, Ведьма.