Путешественница Звёздочка и силы хаоса 3

      Из жуткого, бесконечного мрака глубины, с самого дна проступил застывший силуэт. Это явно был кто-то антропоморфный. Сияние гибкой змеёй по спирали, словно оглаживая его силуэт, быстро оплыло его тело. Блеснуло механическое ухо. Точно, это Кристиан!       Свечение уже метнулось вверх, оставляя мне только контур силуэта и линию дна. Опомнившись, я рванула к кролику и, обхватив его тело одной рукой, стала изо всех сил грести вверх. Казалось, что этот подъём длился вечно, и мысли постоянно крутились вокруг нехватки кислорода, в лёгких потихоньку зарождался жар.       Стоило же отмахнуться о насущной потребности, как воображение во всех красках рисовало белёсую стену, вдруг перекрывающую мне путь — это корка льда, покрывающая озеро, и в своей голове я отчётливо видела, как шарю по её шершавой поверхности снизу в поисках полыньи и всё никак не могу её найти. К недостатку кислорода добавлялась подступающая паника.       Но вот вверху уже замаячило сияние, подсвечивая нижнюю часть льда, оно двинулось в сторону, и я поспешила за ним. Поверхность воды была словно плёнка, которую проткнула моя рука, заставив лопнуть. Для мокрого тела морозный воздух казался ещё мягче, и вообще из-за нечувствительности к холоду эта среда воспринималась совершенно непривычно. Только размышлять об этом абсолютно не было времени.       Наконец наполнив лёгкие свежим воздухом, я поспешила поднять голову кролика над водой. Сияние куда-то подевалось, но после подводной непроглядной мглы здесь, с моим ночным зрением и светом, долетающим от палаточного лагеря, всё было видно достаточно хорошо. И, к сожалению, в поле зрения не было никого, чтобы позвать на помощь. Видимо, никто в лагере не решился меня преследовать, хоть и должны были заметить странное поведение. Придётся справляться самой.       Сначала я хотела первым вытащить Кристиана, но он только под водой казался лишь громоздким, а стоило потянуть его на сушу — и становился неподъёмным. Тем более пока под ногами не было опоры, приходилось интенсивно барахтаться, чтобы просто держать наши головы над водой.       Решив сначала выбраться самой, одной рукой прижав кролика в районе плеч к кромке полыньи, я стала неуклюже, боком взбираться на лёд. Мои мокрые ладони без перчаток тут же облепил снег и ледяная крошка, одежда противно облепила тело, с игл бежали ручейки. Но в итоге, пыхтя и отфыркиваясь, мне удалось взгромоздиться на край полыньи и усесться на колени. После лёгкости под водой тело казалось вдвое тяжелее. Или, может, этот заплыв отнял больше сил, чем думалось.       Хотелось просто растянуться на спине и дышать, бесцельно глядя в звёздное небо, слушая морозную ночь, но моё дело не терпело отлагательств. Пришлось снова напрягаться. Схватившись за лёгкую броню королевского стражника в районе плеч, я изо всех сил потянула кролика на берег. В несколько подходов мне удалось вытащить этого крепыша из воды. А так и не скажешь, что в нём столько веса. Лёд трещал и крошился по краю, но, видимо, всё-таки достаточно промёрз, и наконец мы вдвоём оказались на прочном участке, мокрые и растрёпанные.       Вот сейчас бы самое время улечься и передохнуть, но Кристофер какой-то чересчур тихий и безвольный. Быть той, кто найдёт мёртвое тело, пусть даже такого придурка, мне вовсе не хотелось. Успокоив собственное дыхание, я прислушалась и ужаснулась — он не дышал! Но хотя бы сердце ещё не встало, только билось так медленно! Между каждым ударом можно было успеть произнести пресловутое «миссисипи».       В панике мои мысли заметались в поисках решения, только я ничего не знала об оказании первой помощи, и как откачивают утопших, видела только в фильмах. Жаль, что тут нет врача… Точно, врач!       Моя рука уже потянулась к Звёздочке, но с перепугу я забыла, как выглядит врач в кортеже. Как связаться с человеком, которого я не знаю?! Сердце болезненно ускорилось, предвещая паническую атаку.       Как там говорилось: «Ищи решение, а не проблему». Усилием воли я отогнала панику и использовала обходной манёвр. — Спрат! — крикнула я и закашлялась, а из коммуникатора тоже что-то захрипело.       Может, воды начерпал? Но он всё равно должен работать, потому что его подпитывает мистическая энергия Звёздочки — артефакта, созданного Озером Снов. — Спрат, кхэ! — не сдавалась я, пытаясь одновременно прочистить горло и кричать. — Ответь немедленно!       Донеслось какое-то мычание. — Астра? — тихо и растерянно заговорил енот. — Спрат, живо хватай врача и беги к озеру! — требовала я. — Что? — голос Спрата всё ещё звучал потерянно, похоже, я его разбудила. — Астра? Ты где? — Хватай врача, беги к озеру! — прикрикнула я, чтобы его расшевелить. — Да, понял, — теперь его голос зазвучал куда осознанней. — А ты?.. — Я здесь! — грубо перебила я. — Жду тебя! С врачом! Сейчас же! — Понял! Бегу! — решительно отозвался енот, и связь прервалась, видимо, он побежал.       Вокруг снова стало тихо, и мои уши нервно дёрнулись, звякнув серебряными колечками. Сердцебиение кролика всё затихало. Но что же делать? Попытаться сделать массаж сердца? Я вроде слышала, что, делая неправильно, можно сильно навредить, даже рёбра сломать…       Не в силах больше ждать бездействуя я предприняла единственное, в чём была уверена: с трудом заставляя тело двигаться, встала на одно колено, второй ногой сформировав опору, на которую, животом вниз, затащила Кристиана. Безвольные металлическая рука и ухо в процессе бряцали о лёд, и от этого звука у меня сердце кровью обливалось. В такой позе обычно представляют взрослого и ребёнка, которого он собирается отшлёпать, но моя цель была другой.       Убедившись, что голова парня расположена ниже хвоста, я немного растерялась. Что теперь предпринять? Попробовать постучать по спине, как когда кто-то подавился? А вдруг это навредит его сердцебиению? Оно такое тихое, я едва его слышу.       Нос закололо от подступивших слёз, и, не зная, что ещё предпринять, я стала круговыми движениями гладить по спине киборга, с нажимом растирая, словно хотела его согреть. Это было такое грустное, отчаянное зрелище, что мне было тяжело смотреть.       А стоило поднять замутнённый слезами взгляд, как на выходе из палаточного лагеря замаячили странные фигуры. Тут Кристиан конвульсивно дёрнулся, привлекая всё моё внимание, странно закряхтел и, ещё раз дёрнувшись, стал извергать содержимое желудка. Пусть это были неприятные звуки, но они меня невероятно обрадовали — мертвецов ведь не тошнит. К тому же я слышала, как бешено забилось его сердце.       Несколько раз опустошив желудок, кролик стал отчаянно откашливаться, при каждом вздохе он ужасно хрипел. Но дышал!       Приблизились частые шаги, и, подняв глаза, теперь мокрые от радости, я чуть не засмеялась, так комично выглядели мои друзья, спешащие на помощь. Сия нёс на плече Спрата, которого трудно было узнать без его обычного панциря. А у Бинли под одной мышкой был красный чемодан, а под второй — щуплый старичок с закрученными белыми усами — походный врач из лагеря. Ясна бежала за ними позади.       Какие всё-таки у меня сообразительные друзья — догадались, что самим им сюда прибегать первыми нет смысла и поспешили доставить тех, кто поможет.       Откашлявшийся Кристиан зашевелился, сползая на лёд. Я не стала его останавливать, только не позволила лечь на спину, укладывая на бок на случай, если его снова стошнит. — Астра? Ранена? — прямо к делу перешёл заяц, прощупывая меня цепким взглядом, пока ставил на ноги врача. — Ты нас перепугала, — несмотря на слова, Сия выглядел бодро и весело, ставя на ноги енота. — Ты купалась? — Ага, занялась моржеванием, — полушутя огрызнулась я и обратилась к врачу, указывая на, кажется, бессознательного киборга. — Я его со дна достала, он вообще не дышал и сердце едва билось. Но потом его стошнило, и он откашлялся. И сердце вроде понормальней бьётся.       Врач тут же ринулся к пациенту, Спрат следовал за ним. Я хотела встать, чтобы отойти и не мешать, но ноги подкосились, и точно бы рухнула обратно, коленями в снег, если бы сильные руки не удержали меня за предплечья и не поставили вертикально. Бинли отвёл меня в сторону. — Ты точно не пострадала? — спросил он, а Ясна уже протягивала свою куртку. — Нет, только устала очень, — ответила я, машинально принимая вещь подруги, но тут же обратила внимание, что она сухая, а с меня всё ещё течёт вода. — Да я не замёрзла, а она намокнет… Это что, это я в таком виде через весь лагерь бежала? — хотела отказаться я, но глянула на себя, поняла, что нахожусь в одной пижаме, облепившей тело, и поспешила надеть куртку кошки.       Сию мы оставили помогать врачу и Спрату, а Бинли и Ясна, поддерживая меня под руки, повели к моему вездеходу. По дороге я попросила встреченных охранников отправить ещё помощь к нашим друзьям у озера, так что теперь можно было за них не беспокоиться. — Ты же совсем босая! — по дороге вдруг встрепенулась кошка. — Даже не вздумай разуваться! — пригрозила я ей, заметив, что девушка притормаживает. — Мне же совсем не холодно. А снег мягкий. Я бы и куртку твою не стала мочить, если бы не была в одной пижаме. — Как ты вообще оказалась у озера в таком виде одна? — спросил заяц, озадаченно хмурясь. — Стоило взять с собой охрану, что стоит у входа… — Я бы так и поступила, но сияние заставило меня вылезти через окно, представляете? — в шутку возмущалась я. — Наверно… Свет Провидения хотел, чтобы ты отправилась на эту миссию сама, ведь только тебе не страшен холод, — предположила Ясна. — Вполне вероятно, — серьёзно согласился заяц. — И это может объяснить необходимость выбираться через окно: если бы охрана последовала за тобой, они не позволили бы тебе нырять в ледяную воду и сделали это сами.       Спорить я не стала — хотя то, что Снежик даровал мне стойкость к холоду, уже известно всем, даже самые близкие продолжают заботиться о моём тепле. Взять хоть, к примеру, то, как самый очаровательный в мире ёж всё время пытается превратить меня в гусеничку из одеяла. Хотя, может, он так хочет удержать на месте — приключения явно влекут меня к себе.       Нужно добраться до своего спального места до того, как Шедоу заметит моё отсутствие, иначе он опять расстроится, что не смог меня защитить. — Астра! — донёсся до меня голос Шедоу, от волнения ещё более низкий и внушительный, когда я с закрытыми глазами стояла под потолочным феном, расправив плечи и откинув голову назад, чтобы хорошо просушить переднюю часть тела.       Похоже, оставить мой геройский заплыв в секрете всё-таки не удалось. Ну, хотя бы горячий душ принять успела.       Открыв глаза, я обнаружила, что совершенный уже в ванной комнате, стоит у входа и смотрит на меня. Видимо, шум фена заглушил звуки его приближения, или он просто телепортировался.       Первым делом я выключила фен, и, пока тянулась к кнопке на стене, в поле зрения попала собственная, покрытая густой короткой шёрсткой грудь. Покров действительно позволял мне ходить без одежды, но навряд ли когда-то это будет комфортно. — Ну, Шедоу, я смущаюсь, — пожаловалась я, поворачиваясь к нему бочком и прижимая руки к груди.       Но особой настойчивости в моём голосе не было, потому что мне не особо и хотелось, чтобы он ушёл. Наоборот, было в этом что-то такое, будоражащее, что хотелось махать хвостом. — Я… — кажется, ёж не сразу нашёлся что сказать, глядя явно ниже моей головы, а поймав мой взгляд, он тут же отвёл свой. — Ты действительно была на озере? — наконец собрался Шедоу и включил свой недовольный тон. — А, так ты не из интереса ко мне пришёл, — изобразила обиду я и снова включила фен.       Повернувшись к чёрно-алому спиной, я наклонила голову вперёд, уткнувшись подбородком в грудь, и максимально распушила иглы, чтобы просушить их у корней. — Астра… — голос совершенного потерял напор. — Я, между прочим, утопающего из озера вытащила. Можно сказать, ему жизнь спасла. Мог бы хоть немного мною и погордиться, — продолжала я изображать обиду, чуть повышая голос, чтобы перекричать фен.       Несколько мгновений меня окружало только гудение винтов и ласковое поглаживание потоков тёплого воздуха. А затем к ним присоединились большие сильные ладони в ещё холодных с улицы перчатках. Шедоу обнял меня поперёк талии, и я прижала спинные иглы, чтобы он мог прильнуть к моей спине. От контраста прохлады на кончиках шерсти и жара мощного тела у меня по плечам побежали мурашки. — Я горжусь… — пробормотал чёрно-алый, уткнувшись холодным носом мне в плечо, а затем там же я ощутила его дыхание. — Каждый раз, когда ты рискуешь собой, чтобы кому-то помочь… Я рад, что мне повезло тебя встретить…       Жаркие губы прерывались на то, чтобы коснуться моего плеча, пока ласковые ладони проводили по животу, оглаживали бока. Я прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями, касанием шерсти о шерсть, приятным напряжением внизу живота, лёгкой дрожью предвкушения. — Тогда… тебе стоит больше ценить мою самостоятельность… — бормотала я.       Правая рука моего парня плавно оглаживала меня по бедру, а левая поднималась к груди, заставляя дышать чаще и млеть от удовольствия. — Я ценю… — выдохнул совершенный, поцелуями добравшийся до моей шеи, отчего мне стало щекотно. — Ага… — хихикала я. — Астра! — донеслось из-за стены, и мы с Шедоу замерли.       Фен опять помешал мне расслышать чьё-то приближение. Судя по голосу, это Джулиус. Или, может, Шард. — Не комната, а проходной двор… — насмешливо пробормотала я, а покосившись на Шедоу, громче спросила. — Ты опять дверь не запер?       Ёж тихо-тихо зарычал, что больше походило на неразборчивое бормотание, и прижал меня крепче, опоясывая обеими руками. Тёплые металлические браслеты-ингибиторы прижимались через шёрстку к моим рёбрам. Хотелось сорвать наконец с него дурацкие перчатки и ощутить на себе обнажённые когтистые ладони. — Астра? Ты там? Тебе плохо? — раздалось из-за двери в ванную.       Точно, Джулиус. И судя по голосу, он уже готов ворваться, чтобы оказывать мне первую помощь.       «Конечно, мне плохо! Мне тут таким интересным способом помогали сушить мех… А ты врываешься и всё портишь!» — сокрушённо подумала я, но вслух крикнула: — Всё в порядке! Я уже одеваюсь!       Затем я попыталась развернуться, но крепкие руки меня удержали. — Ну, Шедоу… — шептала я хихикая.       Ёж фыркнул, но со второй попытки мне всё-таки удалось высвободиться. Я тут же выключила фен и направилась к вешалке, на которой разместила, когда пришла, заготовленную одежду.       Натянув нижнее бельё, я обернулась, чтобы посмотреть, не оглянулся ли он… в смысле, чем так тихо занимается Шедоу, и обнаружила, что он наблюдал за мной. Поняв, что его подловили, ёж отвёл взгляд с совершенно бессовестным видом.       Усмехнувшись, я продолжила одеваться, но, повернувшись через несколько секунд, снова обнаружила на себе взгляд рубиновых глаз. — Бесстыдник, — шутливо поддразнила я.       Совершенный только упрямо фыркнул, опять отведя взгляд. — Не очень-то ты против… — пробормотал он. — Наглец, — усмехнулась я. — Астра? — заволновался Джулиус за дверью, пока чёрно-алый направился к раковине и открыл холодную воду.       Интересно, насколько острый слух у робианцев? — Иду-иду! — крикнула я папе-королю и, натянув футболку, направилась к выходу, пока мой парень плескал водой себе в лицо.       В итоге, когда я вышла из ванной комнаты, мой хвост оказался мокрым, а щёки пылали, ума не приложу каким образом. — Всё хорошо? — рассматривая меня, отчего стало как-то неловко, осторожно спросил Джулиус. — Помимо того, что я не смогла нормально выспаться, всё отлично. Я всё же надеялась, что смогу ещё хотя бы подремать… — поделилась своими планами я, направляясь к кровати. — Тебе стоило остаться, чтобы тебя осмотрел врач, — посоветовал Джулиус, направляясь за мной. — Не думаю, что в этом есть необходимость, — отмахнулась я, откидывая край одеяла. — Что же на самом деле произошло? — спросил король, и мне вдруг стало страшно, что он мог решить, что это я пыталась утопить Кристиана. — Несколько работников кортежа видели, как ты бежала к озеру, но почему ты не позвала никого из них с собой?       Такая новость немного меня успокоила — возможно, они могут быть свидетелями того, что я появилась на озере, когда кролик уже был под водой. — Я не знала, куда бегу и зачем… — объяснила я и рассказала о моём «ночном заплыве» с того самого момента, как меня разбудило свечение. — Не нравится мне это… — электронные глаза робианца изобразили хмурость, пока сам он, сидя на краю моей кровати, задумчиво смотрел в сторону. — За утопающим мог нырнуть кто угодно другой… — И потом слечь с воспалением лёгких, — прервала его я. — Не забывай, что я здесь единственная, кто совсем не восприимчив к холоду… Кстати, выжил он?       Король недолго посмотрел на меня, словно соображая о ком речь, а затем его глаза приобрели насмешливый вид. — Ты всё-таки о нём беспокоишься? — А ты думаешь, я бы хотела ночью нырять в прорубь без пользы? — саркастично вздёрнула бровь я. — Ну, конечно нет… — пробормотал роботизированный ёж, посерьёзнев. — Но признайся, ты бы всё равно за ним нырнула, даже если бы не по просьбе Света Провидения.       От ощущения тёплой постели усталость снова накатила на тело, возможно, поэтому слегка возмутительные слова Джулиуса не вызвали во мне никаких чувств. — В такой ситуации… я, может, и за Эггманом нырнула бы. Как и любой… — разумно рассудила я.       Лицо Джулиуса как-то помрачнело. — Ты права… любой… — проговорил он, но думал будто о чём-то другом. — Если ты уже не собираешься ни за что меня отчитывать, то я, пожалуй, лягу спать, — намекнула я на то, что пора заканчивать разговор. — А то я, может, и не замёрзла, но устала так, словно тащила сани в гору вместо оленей. — За что же отчитывать? — непринуждённо усмехнулся робианец, вставая. — Наоборот, я горжусь тобой. Отдохни как следует. Хороших снов, — пожелал он, поправляя одеяло, чтобы оно закрывало меня до самых плеч. — Угу… — сонно промычала я.       «Папе бы он понравился…» — подумалось мне, прежде чем сон окончательно поглотил мой разум.