Магия, что любит красоту

Всю неделю Кавех маялся, жутко скучая в своем внеплановом отпуске. А потом додумался порисовать для себя, все равно новых проектов он пока не брал. Краски и кисти в деятельных руках летали во вдохновленных взмахах, рождая на крупном холсте новый опус безудержного воображения. Со всей этой работой архитектор и забыл, какое это благо - рисовать для себя, без оглядки на план, смету и пожелания заказчика. Красные мазки, зеленые, капелька золота-металлика и пара росчерков небесно-голубым... И полный покой в душе, льющейся через пальцы, держащие кисть, на холст, постепенно из девственно-белоснежного преобразующийся в неоспоримое свидетельство души творца. И так хорошо было на сердце, пока акрил ложился мазок за мазком... Кавех, генератор идей, далеко не всегда их исполняющий, наслаждался своим творческим порывом. Так и бывает: сотни образов хаотичным потоком витают в голове, а воплощать начнешь совершенно случайный, придуманный за несколько секунд в моменте прилива вдохновения. Кисть скользит по холсту, и мозг, о этот неутомимый деятель!, уже рвется за новыми горизонтами творчества, будто рамок и ограничений для него не существует. И воистину, воображению нет предела, оно способно представить любой, даже самый безумный и сюрреалистичный образ. Картина осталась немного незавершенной - блондин отвлекся на игру света, струящегося из окна. Но в том и ее прелесть: легкий, едва уловимый флер эскизности, будто вздох подуставшего художника, его мысли и чувства в сочетании цветов и изящной композиции. Отойдя подальше, чтобы оценить свое детище, Кавех широко улыбался, лицо его просветлело, взгляд полнился счастьем и энергией. Вот такой он, известный архитектор, действительно отстроивший почти половину города, в котором живет всю свою жизнь. Надо бы забросить что-то в желудок, голод лисой скребся под ребрами. И блондин пошел инспектировать холодильник на предмет съестного. А сам, колдуя над каменной плитой-духовкой, думал о приближающейся субботе. Уже через два дня писец магии аль-Хайтам дает лекцию в медицинском университете... Кавех там ни разу не был, знает лишь расположение основного корпуса да то, что в нем четыре этажа и старинная отделка, недавно отреставрированная. Аль-Хайтам... Бессердечная вредина, но писец исключительный. Стоит ли идти? Давайте взвесим все "за" и "против". Начнем с "против". В их списке числятся сарказм сребровласого мужчины и возможный позор на публике (маловероятный, ведь черту профессиональной этики аль-Хайтам не переходил, просто общался в своей подколковой манере). На этом все. Теперь перечислим все "за". Они таковы: расширение знаний о магии, возможность узнать писца лучше (потенциально ведущая к шансу перепихнуться с ним, свое желание архитектор уже не отрицал, обдумав его за эти несколько дней), охрана здоровья, что критически важно для любого человека, возможность найти новых приятелей и даже клиентов на лекции (общаться Кавех умел и обожал, круг его знакомых был весьма широк), просто шанс неплохо и, самое главное, с пользой провести время. Два против шести (если взять секс как отдельный пункт). Явный перевес в сторону "за", в три раза больше "против". Какой можно сделать вывод? Лекция определенно стоит посещения. А вреднючий писец... Ну, может, на публике он поумерит свой саркастический пыл. Да и интересно было узнать, какой аль-Хайтам в роли лектора... Так что вечером четверга было торжественно решено "Я иду". Утро субботы, проснувшись пораньше вопреки своему полностью сбитому ночами вдохновения режиму, Кавех встретил в хлопотах: сытный затрак и перекус с бутылкой воды на всякий случай (вдруг лекция затянется, кто его, этого аль-Хайтама, знает), а потом час на наведение красоты: идеальный марафет на лице (аккуратные стрелки, легкая золотая растушевка верхнего века, чуток румяны на щеки, гигиенический блеск для губ), а затем скрупулезный подбор аутфита: любимая белая шелковая рубашка (Кавех перерыл весь шкаф в ее поисках) с V-образным вырезом, эффектно выставляющим середку груди и часть подкаченного пресса, и еще более откровенным на спине (лето! жара!), чуть ли не до поясницы. У рубашки были достаточно широкие рукава, и архитектор дополнил их своими рабочими перчатками до середины предплечья (так намного удобнее делать что-то руками!). Следом - черные брюки, достаточно узкие, подчеркивающие плавные изгибы мясистых бедер и голеней. На ступни - сандалии, украшенные золотом и россыпью мелких бесцветных стразиков. И вот самая волнительная (и обожаемая!) часть: подбор аксессуаров. Первым делом, естественно, ожерелье, легшее цепочкой с тремя крупными бриллиантами на ключицы, свободное и поблескивающее в свете солнца. Семейное кольцо с рубином на средний палец левой руки, браслет из платины (дешевки) с резьбой в виде восточных узоров мудрости на правое запястье. И последний штрих: серьги с рубинами-восьмигранниками, удобно легшие в проколы ушей, за которыми Кавех внимательно следил и не давал зарастать, постоянно нося что-нибудь, коллекция у него была богатой. Этот восхитительный лук дополнил шоппер с бело-бежевым узором, в который легли тетрадь, пенал, доверху набитый ручками, карандашами, линейками, текстовыделителями и иже с ними. И вот, уверенный в себе и сияющий чистотой и привлекательностью блондин был полностью готов к выходу. Наведение марафета заняло немного больше времени, чем Кавех планировал. В университет пришлось поторопиться. А там, выловив шагающего по коридору лаборанта, архитектор узнал этаж и номер аудитории, где один зловредный писец проводит лекцию. Пока поднимался по лестнице на второй и стремился к помещению почти в конце длинного коридора, Кавех думал не о таинствах магии, а о вполне насущных вопросах. Интересно, аль-Хайтам и на лекцию придет в этой соблазнительной "рабочей" одежде? Если да - архитектор будет сознательно и совершенно бесстыже облизывать его формы все эти полтора часа (или даже больше). И даже не покраснеет! Не дождется наглый писец пунцовых щек! Пусть мечтает дальше! С такими волевыми намерениями Кавех и дошел до нужной двери, а затем предусмотрительно постучался. До начала лекции оставалось буквально несколько минут. Зайдя внутрь с опущенной головой (вдруг и правда лектор полуголый!), архитектор прошествовал немного вглубь, ближе к приподнятому подиуму кафедры, и наконец решился взглянуть на сребровлапсого мужчину. Под ребрами даже бултыхнулось легкое разочарование. Аль-Хайтам, спокойно сидящий на стуле и опустивший взгляд в лист бумаги перед собой, был одет совершенно буднично: черная приталенная рубашка, расстегнутая на одну верхнюю пуговицу, черные брюки, не слишком узкие, но и не мешком, изящно подчеркивающие формы ног. Самые стандартные, классические. Легкие черные ботинки. Украшений Кавех не заметил, в отличие от изящных серебряных часов на левом запястье. И не скажешь, в каком роскошном неглиже он ходит по своему офису. Эх, жаль, обломилось пускание слюней на сочное тело одного не в меру самоуверенного писца. Действуя импульсивно, Кавех подошел к аль-Хайтаму, поднявшись на ступеньку кафедры. - Добрый день, - вежливо поздоровался архитектор, не заглядывая в почти полностью исписанный лист бумаги, что писец изучал. Уважал личное пространство. Услышав голос блондина, аль-Хайтам плавно повернул голову к нему, окинул взглядом даже несколько вульгарный образ архитектора и кивнул, возвращая приветствие. - А разве ты не должен был прийти в рабочей одежде? - попробовал поддеть его Кавех. Аль-Хайтам криво улыбнулся - ему явно нравилась соперническая динамика, что между ними образовалась. - Голым меня увидишь в приватной комнате, - саркастично ответил писец. - И станцуешь для меня? - игриво фыркнул Кавех. - За плату - хоть на колени сяду, - повысил градус аль-Хайтам, архитектора пробрало сладкой дрожью, прокатившейся от поясницы к лопаткам. - Я сейчас не на работе, ритуалов никаких исполнять не буду. В рабочей одежде нет нужды, - ровным тоном пояснил сребрвласый мужчина. - Жаль, - подмигнул ему блондин. - Подойди после лекции - выдам прайс-лист на приватные услуги, - не сдавал позиции аль-Хайтам. - А теперь садись, лекция сейчас начнется. Пофырчав для виду, Кавех пошел выбирать себе место в просторной аудитории с несколькими уровнями высоты парт (по типу амфитеатра). Устроившись за первой, у края, чтобы можно было легко выйти по делам при необходимости, архитектор оценил заполненность помещения. Человек было около тридцати: группки на передних рядах, кто-то на самой галерке, и отдельные "студенты", распределившиеся по всему залу. У кого-то уже лежала тетрадь и ручка (Кавех спешно достал свою и пузатый пенал), кто-то красовался совершенно чистым пространством парты вокруг себя. Блондин ничего против не имел - у всех свои способы запоминать информацию. Открыв пустую тетрадь на первой странице и подготовив ручку, карандаш с ластиком на другом конце, линейку и пару палочек текстовыделителей (выбрал зеленый и голубой - под цвета аль-Хайтама), Кавех обратил взгляд на лектора, что оторвался от документа и прошагал в закуток между кафедрой и первыми партами, становясь по центру. Он был буквально в метре от сидящего на своем месте Кавеха, и хоть пооблизывать формы не получится, архитектор оценил вкус в одежде этого писца. Хоть и все черное в такую жару... А не мазохист ли аль-Хайтам? Хотя, может, он мерзляк, кто знает. - Итак, - зычным, хорошо поставленным голосом начал монолог сребровласый мужчина. - Сначала по традиции объявлю о правилах лекции: вы можете делать что угодно, хоть спать, но не разговаривайте, пока я не позволю. Хотите что-то обсудить с соседом - письменно, бумагой, если что, другие поделятся. Того, кто нарушит это правило, выгоняю без предупреждения, объяснения и возможности вернуться. Мое терпение вам лучше не испытывать. Хотите задать вопрос - поднимите руку, я всех вижу, даже тех, кто на галерке. Обсуждение после моего разрешения приветствуется, обсуждать можно как со мной, так и друг с другом. Если в стенах этой аудитории возникнет увлекательная дискуссия - я буду только рад. Если хотите выйти - спрашивать не нужно, отсутствовать можете любое количество времени, хоть до конца лекции. Но она нужна больше вам, чем мне, учтите. Пить и есть можно, но без шума. На этом все. Вопросы есть? - и аль-Хайтам просканировал наблюдающую за ним аудиторию. Никто не поднял руку и не подал голос. Значит, все понятно. - Хорошо. Моя лекция обычно состоит из двух частей: вводной, где я рассказываю, и дискуссионной, где уже включаетесь вы. Предупреждаю, обсуждение может затянуться, но я не запрещаю покинуть лекцию в любой момент, вы меня не обидите. С организационными вопросами мы закончили, переходим к вводной части. Аль-Хайтам взял продолговатый и слегка стесанный кусочек мела и крупно вывел на доске сзади "magia". - Магия всегда существовала в нашем мире. Ее изучали еще древнейшие ученые и философы, от них нам осталось множество любопытных научных трудов, раскрывающих секреты и особенности магии. В древности магия сравнивалась с искусством, - лектор вывел под первым словом "Ars magiae", подчеркнув это определение. - И по сей день, я думаю, связывать магию с искусством - правильно и логично. Почему так? Здесь стоит остановиться на одной из главных особенностей магии - ее любви к красоте в любом ее проявлении. Магия охотно отликается как на возвышенное агапэ, так и на чувственный эрос, так и на нежную филию, так и на крепкую сторге, так и на логичную прагму, так и на игривый людус. Заметьте, я специально применил термины любви из греческого, а не просто конвенционально описал красоту. Магия живет во всех нас, циркулирует в нашей крови и может как дарить здоровье, так и отбирать его. А теперь вопрос: как вы думаете, почему магия часто скапливается в местах рождения кристаллов и драгоценных камней? - похоже, аль-Хайтам был лектором, активно вовлекающим свою аудиторию в размышления. Кавех уже успел зафиксировать написанное сребровласым мужчиной на доске с переводом, а также тезис о том, что магия любит красоту в любом ее проявлении. Про термины любви он предпочел не писать - и так понятно, просто аль-Хайтам красуется своим знанием иностранных языков. Зал молчаливо думал. Наконец один из студентов робко предположил: - Потому что они ей подходят? - Развей эту мысль, - кивнул лектор. Студент мигом сдулся и стыдливо замолчал. Но через минуту его подхватил второй: - Кристаллы - удобное вместилище для магии, - попробовал порассуждать он. Аль-Хайтам мягко мотнул головой. - Опирайтесь на ту информацию, что я уже дал, - направил писец, омахнув рукой написанные на доске слова. Зал еще больше заугрюмился. Студенты, чувствуя, что поблажек им не дадут, поняли, какой у аль-Хайтама преподавательский стиль. А Кавех, осмотрев свои записи, зацепился за слово "красота". И в деятельном мозгу, приспособленном постоянно генерировать идеи, мигом провелась логическая цепочка. Архитектор поднял руку, горящими азартом глазами смотря на лектора. Тот кивнул, разрешая говорить. - Потому что магия считает их красивыми? - выдвинул свою теорию Кавех. - Именно, - позволил себе легкую улыбку аль-Хайтам. - Молодец, - и вернулся к лекции. - Так и есть. Магия воспринимает красоту как высшее благо, можно сказать, питается ей. Именно поэтому всем писцам магии предписывается приводить свои тела в привлекательный вид и носить достаточно открытую одежду без разделения по гендеру. - То есть юбки носят даже мужчины? - насмешливо спросил один паренек с галерки. - Да, - кивнул лектор. - Между прочим, килты в одной из западных стран - это национальная одежда и достояние народа. Мужчины с гордостью их носят и не стесняются своих традиций, - мягко осадил его аль-Хайтам, и парнишка мигом заткнулся, покраснев. - Итак. Рабочая одежда была утверждена гильдией еще несколько веков назад. Как и ритуальный танец, зависящий от эмоции, которая становится каналом для вывода магии. Кавех поднял руку. Аль-Хайтам кивнул. - Как эмоции связаны с магией? - задал он вопрос, оставшийся еще с прошлой встречи с писцом. - Об этом я как раз и собираюсь рассказать, - мягко усмехнулся сребровласый мужчины. - Эмоции - самое красивое в людях для магии. Она восторгается их разнообразием и переменчивостью. Эмоции делают людей людьми, а магию стимулируют скапливаться в их телах и поддерживать здоровье. Если уровень магии в норме. А вот избыток и недостаток без необходимой помощи ведут к недомоганию и последующим осложнениям. Одна из обязанностей писцов магии - своевременное предоставление этой помощи. Но хочу вас обрадовать: сильные эмоции сами по себе редко когда ведут к выходу потока магии за пределы нормы. Да, они заставляют ее колебаться, но без риска для здоровья человека. Магия тоже хочет быть здоровой. Если бы она постоянно была в избытке или недостатке из-за переживаний людей - она бы слишком сильно травмировалась и начала бы вести себя деструктивно. Именно поэтому мы, писцы магии, следим не только за магическим здоровьем людей, но и за состоянием самой магии. Младшим писцам не позволяется регистрировать показания магических постаментов в городе ввиду недостатка опыта. У Кавеха возник вопрос - деятельный мозг настроился на работу и с упоением закидывал сознание мыслями. Архитектор поднял руку, лектор кивнул. - Писцы ведь работают с драгоценными камнями, так? Как вы защищаетесь от избытков и недостатков? - заинтересованно проговорил блондин. Взгляд аль-Хайтама потеплел. Он наверняка уже поставил Кавеху "плюсик" мысленно. - Хороший вопрос, - кивнул писец мягко. - Я и мои коллеги носим камни-стабилизаторы - это разные виды кварца, прозрачные бесцветные камни обладают способностью впитывать магию любого оттенка, хоть и их перцептивная способность меньше, чем у цветных камней, способных впитывать только магию того же оттенка. Мои коллеги носят эти защитные амулеты в виде подвесок или других украшений, но лично я ношу микродермал, - лектор расстегнул вторую пуговицу своей рубашки и продемонстрировал оберег. Кавех вперил расширившиеся глаза в открывшийся участок кожи. Чуть ниже ключиц, ровно в центре, своим основанием был прикреплен к коже крупный ромб-пятигранник, полностью прозрачный, лишь по бликам можно было различить его очертания. Никаких свойственных кварцу помутнений, будто стекло. Потрясающе, его явно обрабатывали, может быть, даже с помощью магии. - Этот камень обладает повышенной перцептивной способностью благодаря химическому очищению. Его размер позволяет впитать поток магии, сравнимый с истерикой трех человек разом. Так что я достаточно надежно защищен от опасности. В офисе при необходимости я перенаправляю собранную микродермалом магию в соответствующие камни, опустошая его емкость. Камень приобретает цвет магии, которую поглотил, так что я легко определяю, когда его нужно опустошить. Ответ был исчерпывающим. А Кавех все-таки облизал взглядом тело аль-Хайтама, пусть и только выглядывающие из-под рубашки ключицы. - Продолжим лекцию. Теперь перейду к практической части и расскажу о магической гигиене. Есть несколько правил, которые требуются соблюдать. Первое: всегда быть осторожными при контакте с драгоценными камнями и кристаллами. Даже в природе циркулирующая в воздухе магия естественно скапливается в них и живет там достаточно продолжительное время. Именно поэтому все драгоценные камни и кристаллы перед контактом с простыми людьми проходят осмотр писца магии, который дает заключение, безопасны ли камни, и при необходимости выводит из них накопленную магию. Кавех задумался, зафиксировав основные мысли этой части лекции. Те камни на стройке... Их явно недостаточно хорошо досмотрели. Ошибка младшего писца? Или намеренный саботаж работы над крупным городским проектом? Архитектор не мог знать. Любой из этих двух вариантов одинаково возможен, хоть аль-Хайтам и говорил, что второй маловероятен. -... писцы магии работают как в офисе, так и в полевых условиях, - ответил на вопрос одной студентки лектор. - Продолжаем. Второе правило: раз в полгода проходить осмотр у писца магии, для не имевших проблем с ее потоком он необязателен, для имевших - обязателен. Осмотр проводит писец, закрепленный за районом, где вы проживаете. Ага, значит, минимум раз в полгода ему теперь встречаться с этим умником. Возьмем на заметку. Надо будет занести в свой настенный календарь... - Расскажите подробнее об иерархии писцов, - попросила та же студентка. Лектор понимающе кивнул и начал выводить на доске нумерованный список. - Первая ступень: ученик. Порог вступления в школу - десять лет. Учеба длится четыре года, ученики обретают навыки простейших ритуалов, базовые знания о магии и методах взаимодействия с ней. Следующая ступень: подмастерье. Обычно это подростки пятнадцати-восемнадцати лет. Они прикрепляются к практикующим писцам, обычно рангом выше младших, и работают под их началом и строгим надзором. Следующая ступень: младший писец. Успешно сдав экзамен, подмастерье становится писцом и начинает самостоятельную деятельность. Ему дозволяется проводить ритуалы и инспектировать драгоценные камни на магию, но запрещено регистрировать поток магии по городским постаментам. Приобретя пять лет стажа, младший писец становится просто писцом. Сейчас я нахожусь на этой ступени, имея семь лет стажа. При достижении десяти лет стажа писец переквалифицируется в старшего писца, круг его обязанностей и ответственности расширяется, нередко ему дают одного или нескольких подмастерий. А когда писец добивается двадцати лет стажа и успешно проходит сложный экзамен на компетентность, он становится высшим писцом, получает право занимать руководящие должности в гильдии и, так как обычно уже является пожилым человеком, потерявшим былую красоту, редко проводит ритуалы, больше занимается организационной деятельностью в гильдии и контролем писцов ниже себя рангом. Магия теряет интерес к пожилым людям, увы, но это факт. Так что высшие писцы переходят к тем обязанностям, которые не требуют прямого контакта с магией, доверяя ритуалы и регистрацию потока магии в воздухе более молодым коллегам. Один парнишка поднял руку, аль-Хайтам кивнул. - Как можно привлечь магию? - А порассуждай сам, - дал право на дискуссию лектор. - Ну... - замялся студент. - Своей красотой, наверное? А потом уговорить ее помогать? - Это получится только случайно, если ты не писец магии, - чуть качнул головой аль-Хайтам. - Раскрывать подробности правильного "уговаривания" магии не буду, для этого поступайте в школу писцов магии, там можно учиться в любом возрасте, если вы старше десяти лет. Еще вопросы? - То есть обычные люди не могут управлять магией? - решил уточнить Кавех после поднятой руки и кивка. - Да. Магия естественно привлекается к красивым людям, но без должного обращения ведет себя в них так, как сама захочет. Но не пугайтесь, здоровая магия - достаточно дружелюбная сущность, у нее нет цели навредить вам, пока ее поток в норме. А вот если у вас избыток или недостаток - это уже вопрос, требующий помощи писца магии. Еще вопросы? - Сложно ли учиться на писца магии? - задала вопрос та же студентка, она явно метила в становление коллегой лектора. - Не сказал бы. Лично мне, потомственному писцу в четвертом поколении, было довольно легко. Но у меня гибкий и аналитичный ум, позволяющий видеть закономерности и систему. Полагаю, учеба дастся человеку с интеллектом выше среднего, в школе преобладают гуманитарные науки, такие как история, философия и биология магии. Думаю, нагрузка сообразна объему знаний, распределенному на четыре года. Студентка удовлетворенно покивала, черкнув что-то в своей тетради. Так лекция и продолжилась. Лектор отвечал на вопросы, а студенты пробовали спровоцировать аль-Хайтама рассказать об интересных случаях на работе, и он в своей фирменной саркастичной манере повествовал, умалчивая технические детали, которые обыватели знать не должны, но эффектно описывая другие элементы курьезных встреч. - ... и вот, клиентка говорит: "А Вы холостой?", - студенты хихикают с улыбками, Кавех еле сдерживается от хохота. - А я отвечаю: "Нет, я бракованный", - зал разразился хохотом, архитектор чуть не завизжал. - Она такая: "А где кольцо?". А я: "Дома осталось, жена в стирку бросила, а достать не может", - пара студентов стукнулась о парты лбами, блондин тоже был близок к этому. - А она и говорит: "Вот Вы все шутите, а потом без детей останетесь". А я: "Зато проживу спокойную жизнь". Боги! Да он не писец магии, а стендап-комик какой-то! Так ловко орудовать словами. "Бракованный", а не "брачный"! Умора! Таким образом лекция и подошла к концу. Напоследок напомнив о важности здоровья и своевременного обращения за помощью, лектор отпустил юношей и девушек по домам. А потом сказал: - Кто хочет - может взять с собой памятку о магической гигиене. Они бесплатные, лежат на моем столе, - омахнул стопку листовок аль-Хайтам, и студенты стали подходить к нему, благодаря за лекцию и особенно за стендап-часть, многие брали памятку и, изучая ее, покидали аудиторию. Вскоре аль-Хайтам и Кавех остались в помещении вдвоем - архитектор специально дождался, когда все остальные уйдут. И встал рядом с севшим на стул лектором, что принялся записывать что-то в лист, кажется, ведомость посещения. Архитектор стянул памятку из стопки и вгляделся. Она оказалась неплохо оформлена, явно постарался дизайнер: изумрудно-серый фон, ярко-красные акценты, четкий и читабельный текст и легкие схематичные иллюстрации. Памятка была не слишком большой, напоминая о важности осторожной работы с любыми драгоценными камнями, а также об осмотрах у писца. Все, что он и сам сказал. А внизу четко обозначился адрес офиса аль-Хайтама. Кавех проверил - адрес был на всех памятках. - Это для тех, кто еще не обращался ко мне по работе, на всякий случай, - пояснил писец. - А, - отозвался архитектор. А потом вспомнил про ту "перепалку", что возникла между ними перед лекцией. - Что там насчет прайс-листа? - разулыбался он. Аль-Хайтам с улыбкой протянул бумажку, сложенную вчетверо. Кавех сразу ее раскрыл и вгляделся в единственную строчку, выведенную каллиграфическим чуть угловатым почерком. Почтовый адрес. - Письма подписывай "От наглого фаната", я сразу пойму, - съехидничал писец. -А прайс-лист? - тупо поморгал блондин. - У меня его нет, - хихикнул аль-Хайтам. Кавех возмущенно крякнул. Он тут, видите ли, собрался деньги тратить на одного лгуна, а тот вот как! "Нет у меня"! Ну лис! Ну негодник! Отшлепать бы его по наверняка упругим булочкам!.. Аль-Хайтам хихикал, его лицо сияло весельем, чуть ли не счастьем. И архитектор бы обязательно полюбовался, если бы не был так уязвлен. - Аль-Хайтам... - постарался собрать себя в руки блондин. - Я бы хотел с тобой посоветоваться... - замялся он. - Насчет тех камней? - Кавех кивнул. - Как раз вовремя. Я провел небольшое расследование: поговорил с тем младшим писцом, что досматривал камни. Он осознал свою ошибку и получил выговор от гильдии. А потом я изучил сами камни. Не переживай, я делал это полностью спокойным, так что меня не задело, если что, микродермал принял бы удар на себя. Камни действительно густо наполнены магией, но она скопилась там естественно, без вмешательства человека. Полагаю, они все с большого месторождения, где магия уже давно обосновалась. Большего сказать не могу, но склоняюсь к версии, что это просто ошибка младшего писца. Дальше расследуй сам, если хочешь, у меня нет желания ввязываться в детективные приключения, - рассказал писец. - Вот как... Я вот думаю, специально это или нет?.. - робко пробормотал архитектор. - Ничего не могу сказать, данных слишком мало. За плату готов предоставить помощь как писец, но работать твоим личным стратегом не горю желанием, - четко обозначил свою позицию аль-Хайтам. - Ну, я от тебя другого и не ожидал, вредина, - фыркнул и закатил глаза Кавех. - Спасибо и на этом, хоть немного полегчало. Но все равно вопрос открытый. Надо будет поговорить с начальством, может, они знают. - Будь осторожен. Если это намеренно - тебя могут взять в заложники, - сребровласый мужчина уже собрал свои бумаги и, уложив в черный кожаный портфель, встал, стер написанное с доски и кивнул Кавеху на дверь. Выходили вдвоем, лектор запер аудиторию и зашагал к лестнице, архитектор топал рядом. На вахте аль-Хайтам отдал ключик и, попрощавшись, вышел на улицу. - Ну что? - протянул руки, на одном из запястий которых висел шоппер, над головой блондин, разминая их и спину. - Куда пойдешь? - Я в офис, продолжу работать. - У тебя есть выходные? - поинтересовался Кавех. - В субботу и воскресенье у меня сокращенный день, а так нет. Но я уже привык к такому режиму, у меня час на обед, в это время я не только ем, но и могу подремать. Еще читаю, лежа на диване, когда нет клиентов и все отчеты написаны. Не переживай, я слежу за своим здоровьем. После окончания рабочего дня стараюсь погрузиться в хобби и увлечения, чтобы перезагрузиться, и соблюдаю четкий режим сна. И ухожу на месяц в отпуск раз в полгода, отдавая осмотры пациентов за это время коллегам. А еще у меня всегда в распоряжении пять отгулов без заявления в месяц на случай необходимости разобраться со своими делами. Гильдия понимает, что писцы тоже должны быть здоровыми, так что старается по мере сил заботиться о нас. - А если ты заболеешь? Больничный? - Да. Если болезнь магическая - бесплатная помощь коллег. Если обычная - стандартный больничный. - Оу... Хорошая система. Мне стоит тоже поговорить с начальством о хотя бы трех отгулах в месяц. - Ну попробуй, - качнул головой сребровласый мужчина. - Ладно, пока, аль-Хайтам! Ты хоть и вредина, но лектор крутой! - и после кивка писца Кавех зашагал вниз по ступеням, собираясь домой. Сегодня суббота, архитектурный департамент не работает. Придется дожидаться понедельника. А еще подумать, стоит ли начать переписку с одним юморным писцом, завалить которого в постель теперь хотелось только больше.