Вернись

Но Мегуми должен проснуться. Потому что это не его место. Не его. Мегуми просто узурпатор, пытающийся украсть момент, который не должен принадлежать ему, момент, который принадлежит кому-то другому. Мегуми отстраняется, чувствуя острую нехватку кислорода, из-за которой трудно ясно мыслить. В его голове судорожно повторяется только одно имя: Гето Сугуру. Фушигуро глубоко дышит, изо всех сил стараясь успокоиться, не отрывая взора от своих ботинок. Ему кажется, что он слышит рваный вздох рядом с собой, но он слишком сосредоточен, делая попытки вернуться к реальности. «Глупый, глупый, глупый! Что ты собирался сделать?! Что, если Гето узнает?! Какой же идиот, какой идиот…» — Мегуми... Он слышит, как тихо произносят его имя, но он слишком боится встретиться взглядом с этими глазами, которые пронзают его душу, поэтому он опускает голову, всё ещё чувствуя, как горят щёки и какие они влажные от слёз. — Прости, я испортил твою рубашку, — извиняется Мегуми, пытаясь вытереть щёки рукавами свитера, убеждая себя, что ничего не произошло, что ничего и не должно было случиться, что то, что он был в миллиметре от губ Годжо всего лишь жестокие игры его разума. Годжо делает шаг навстречу, сокращая дистанцию, которую Мегуми так взволнованно пытался создать, и встаёт перед ним, как столб, твёрдый и полный решимости. Мегуми слышит ещё один вздох, на этот раз смиренный. — Всё в порядке, это всего лишь слёзы, Мегуми, — говорит Годжо, и к его голосу возвращается обычная жизнерадостность. — Я теперь больше никогда не буду стирать рубашку. Мегуми ничего не может с собой поделать; уголки его губ приподнимаются, как будто они живут своей собственной жизнью, а глаза ищут Годжо, словно притянутые магнитом. — Что за придурок, — ворчит он, стараясь казаться суровым, но улыбка не сходит с его лица, как и приятное тепло на щеках. Годжо тоже улыбается и наклоняет голову к Мегуми, ища близости; он желает поймать его взгляд. — Ты хочешь поговорить об этом? — мягко интересуется он, его шёпот полон нежности. Мегуми смотрит на Сатору; и снова их лица слишком близко. — Может быть... позже, — так же мягко отвечает он, отворачивая лицо в сторону. — Хорошо, дай знать, когда почувствуешь, что готов. Я буду здесь, чтобы выслушать. Всегда, — обещает Годжо, выпрямляясь, но всё ещё оставаясь рядом с Мегуми. — А теперь иди умойся. Пойдём куда-нибудь поужинаем! Годжо подталкивает его к ванной, и, хотя Мегуми сначала протестует, он знает, что все его попытки будут напрасны, потому что Годжо не сдвинется с места. Поэтому он подчиняется и умывается, немного поправляет растрепавшиеся волосы и надевает куртку, чтобы укрыться от холода на улице. Годжо терпеливо ждёт, прислонившись к дверному косяку, с широкой улыбкой он наблюдает за Мегуми. — Куда мы идём? — интересуется Фушигуро, когда они идут по коридорам здания к выходу. Но у Годжо нет времени ответить; что-то привлекло его внимание, и он нахмурился. Гето стоит, прислонившись к одной из колонн у входа, скрестив руки на груди, с расслабленным выражением лица. Прохладный ночной воздух шевелит несколько прядей его чёрных волос, а мягкий свет фонаря отбрасывает тени на лицо. — О, вы двое куда-то собрались? — спросил Гето с лёгкой улыбкой, приподняв бровь. Мегуми недолго думал, прежде чем ответить. Возможно, потому, что всё ещё чувствовал, что из-за него между ними возникли проблемы, или, возможно, потому что быть внимательным к другим было просто частью его натуры. — Мы идём ужинать. Пойдём с нами, Гето-сэмпай, — быстро сказал он, нервничая, как будто его застукали за чем-то, чего он не должен был делать. И, возможно, так оно и было. Годжо резко повернул к нему голову, в его тёмных очках отразился свет ближайших фонарей, но Мегуми старался не смотреть на него. Он не хотел видеть недовольство, которое, несомненно, было на его лице. — О, правда, можно? — Гето очевидно развеселился, он мельком скользнул глазами по Годжо, прежде чем снова остановиться на Мегуми. — Конечно, — непринуждённо ответил Мегуми (он старался). Возможно, если бы они проводили больше времени вместе, то смогли бы всё уладить. Он не хотел быть причиной новых конфликтов между ними. Годжо стиснул зубы, но промолчал. Он просто засунул руки в карманы и пошёл дальше, не дожидаясь своих спутников.

*****

Ресторан, который выбрал Годжо, был, конечно же, дорогим и элегантным заведением с традиционным японским дизайном, который резко контрастировал с современными небоскребами города. От самого входа в ресторан в воздухе витал аромат тёплого даси и соевого соуса, сопровождаемый безмятежным журчанием воды в небольшом каменном пруду, где плавали карпы кои. В интерьере на полу были татами и низкие столы из полированного дерева, а пространство разделялось бумажными ширмами-сёдзи, которые создавали ощущение уединения. Освещение было мягким, с потолка свисали фонари, отбрасывающие причудливые тени на стены. Они сели за стол, вокруг которого были разложены дзабутоны, и Мегуми, заметив явное намерение Годжо сесть рядом с ним, быстро занял место рядом с Гето, вынудив Сатору сесть напротив них. Годжо раздражённо фыркнул. — Что за…? — тихо произнёс он, пристально глядя на Мегуми. Мегуми в ответ пожал плечами, как будто это не имело большого значения. Годжо открыл рот, чтобы возразить, но остановился, увидев спокойное выражение лица Гето, который, по всей видимости, был более чем доволен расположением гостей. Вместо этого Сатору откинулся на плюшевую подушку, скрестив руки на груди и стиснув зубы. Подошёл официант, и Годжо просто помахал ему рукой. Вскоре им подали первые блюда: сукияки, в шипящем чугунном горшочке, с бульоном, приправленным тонкими ломтиками говядины вагю, тофу, грибами шиитаке и лапшой удон, пропитанной вкусом умами. Также были поданы небольшие тарелки сашими из тунца и лосося, разноцветные цукемоно и элегантные кайсэки с хрустящей темпурой и приготовленным на пару рисом, политым мисо. Мегуми посмотрел на еду с некоторым подозрением. Было очевидно, что Годжо хотел произвести впечатление, хотя, честно говоря, Фушигуро бы не отказался от тарелки собы в менее показной обстановке. Разговор между Мегуми и Сугуру протекал естественно. Более взрослый юноша слегка наклонился к нему, когда заговорил, в его тоне слышался неподдельный интерес. — Значит, ты предпочитаешь острые блюда сладким? — спросил Гето, непринуждённо держа палочки для еды между пальцами. — Да. Мне не нравится, когда сахара слишком много. — Мегуми отпил немного чая. — Тебе это не нравится? — Гето улыбнулся, подперев щёку ладонью, с любопытством изучая его. — Как интересно... — В этом нет ничего интересного, сэмпай, — парировал Мегуми, отводя взгляд. — Нет, это действительно занятно, — настаивал Гето со своей чересчур дружелюбной улыбкой. Годжо стукнул палочками по столу с большей силой, чем было необходимо. — И что же в этом такого интересного? — вмешался он слегка кислым тоном. — Он, кажется, полная противоположность тебе, Сатору, — деловито комментирует Гето, потягивая чай из своей чашки. — Ты не смог бы жить, не посыпав всё сахаром. — Конечно, нет. Жизнь становится лучше со сладостями. И с людьми, которые умеют ими наслаждаться. — О, да? — Гето повернулся к Мегуми, нежно улыбаясь. — Тогда вам, судя по всему, сложно есть вместе. — Не сложно, — тут же отвечает Годжо. — Мегуми нравится еда, которую я выбираю. — Это не совсем правда. — Мегуми, не задумываясь, возражает ему. Годжо поворачивается к Фушигуро, сузив глаза. — Мегуми! Как ты можешь так говорить, после того как мы столько ходили вместе куда-нибудь поесть? — Мы ужинали вместе всего пару раз, — просто говорит он, возвращаясь к своей еде. Гето слегка рассмеялся. — Похоже, у тебя больше общего со мной, чем с Сатору. — его голос стал тише, когда он наклонился немного ближе к Мегуми, глаза Сугуру искрились весельем. Годжо снова прищурился. — На что ты намекаешь, Сугуру? — Ничего особенного. — Гето с загадочной ухмылкой отпил чай. — Просто мы с Мегуми могли бы чаще ходить куда-нибудь ужинать. У нас схожие вкусы. Мегуми почувствовал, как холодок пробежал у него по спине от того, как именно Сугуру это сказал, но прежде, чем он успел ответить, Годжо высказался, явно раздражённый. — У него уже есть с кем поужинать. — Правда? — Гето склонил голову набок, изображая любопытство. — Значит ли это, что у тебя есть право монополизировать его? Годжо поджал губы, а Мегуми устало вздохнул. — Я не объект, чтобы ты знал. — Ну конечно, нет, — говорит Гето дружелюбно, игнорируя свирепый взгляд Годжо. — Просто некоторые люди не умеют делиться. Годжо невесело усмехнулся. — А что же насчёт тебя? — Когда речь заходит о важных вещах, нет. Мегуми почувствовал, как температура за столом упала на несколько градусов. Годжо и Гето уставились друг на друга, словно вели безмолвный разговор, полный скрытых мотивов. Мегуми, по другую сторону, ощутил очередной укол дискомфорта. Зачем они это делали? Очевидно, это было не ради него; возможно, это было просто одной из их движущих сил, чем-то, что они делали годами. Но если это так... тогда почему Годжо выглядел расстроенным? Почему-то Мегуми ощутил себя использованным. Он устало вздохнул, сумев вернуть внимание обоих парней к себе. Гето, не теряя времени, втянул Мегуми в расслабленный разговор. Сэмпай был искусным собеседником, всегда находившим нужные слова, чтобы заинтересовать Фушигуро. Они говорили о проклятых техниках, книгах, даже о любимых блюдах, и время от времени Гето слегка наклонялся к нему, как будто они делились секретом, известным только им. И это заставляло Годжо возмущаться. Это была не просто светская беседа. Дело было в том, как Гето обращал на Мегуми внимание, как улыбался, когда он говорил, как искрились его глаза, когда он слушал. И, что хуже всего, Мегуми, казалось, ничего не замечал. Но Годжо заметил. Годжо это прекрасно заметил. В какой-то момент Гето начал наливать Мегуми воды без его просьбы, и Годжо больше не смог сдерживаться. — С каких это пор ты стал таким услужливым, Сугуру? — спрашивает он язвительно. — Я всегда общаюсь с людьми, которые мне интересны, — невозмутимо отвечает Гето. У Мегуми еда чуть не застряла в горле. Годжо прищёлкнул языком, кладя палочки на стол. — Я принесу ещё чаю. Без дальнейших церемоний он встал из-за стола и направился прочь. Мегуми с беспокойством посмотрел ему в спину. — Это было жестоко, Гето-сэмпай, — тихо прокомментировал он. — Что именно? — Гето сделал очередной глоток. — Я просто сказал ему правду. Мегуми не ответил. Что-то тревожно шевельнулось у него в груди, как будто он сам создал ту самую проблему, которой пытался избежать. Мегуми переводил взгляд с одного на другого. Он улавливал напряжение, но не совсем понимал, откуда оно исходит. Или, скорее, он думал, что неправильно его понимает. «Гето делает это нарочно? Чтобы заставить Годжо ревновать?» — с горечью подумал он. Возможно, это была его попытка вернуть внимание Годжо, напомнить ему, что он здесь. У Мегуми тлела осязаемая тяжесть в груди. Ужин продолжался, но атмосфера так и не разрядилась.

*****

После ужина они возвращались в колледж в тишине. В ночном воздухе витал слабый запах влажной земли, и луна освещала молодых людей. Гето шёл, засунув руки в карманы, расслабленный, в то время как Годжо держался на значительном расстоянии от них, даже не глядя в их сторону. Когда они приблизились к общежитию, Мегуми вдруг занервничал, не зная, чего ожидать дальше. Он заметил, как Годжо беспокойно заёрзал рядом с ним; Фушигуро сразу догадался, что Годжо собирался что-то сказать, и Мегуми почти понял его намерения. — Спасибо за ужин, — внезапно произнёс Мегуми, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. — Но я, пожалуй, пойду. У меня болит голова. Годжо обеспокоенно посмотрел на него. — С каких пор? — Уже некоторое время. Я просто хочу спать. Сатору подозрительно прищурился. — Ты уверен? Мегуми кивнул. — Тебе следует остаться с Гето и поговорить, — сказал он тише, чем хотел, голос почти дрожал. Они оба удивлённо посмотрели на него. — Что? — Годжо недоумённо нахмурился. — Тебе ведь есть над чем поработать, не так ли? — Мегуми отвёл взгляд, не в силах больше выносить глубину этих голубых глаз. Наступившая тишина была удушающей. В воздухе снова повисло напряжение. — Мегуми... — Годжо посмотрел на него с недоверием, но не стал продолжать. — Увидимся завтра, — прервал Мегуми, поклонившись им обоим на прощание. И, не дав им времени ответить, он повернулся и пошёл прочь, чувствуя, как взгляды Сатору и Сугуру устремлены ему в спину. Он не мог продолжать в такой момент. Не тогда, когда его сердце так сильно болело.

*****

Эта неделя прошла в разъездах туда-сюда по заданиям, иногда в одиночку, а иногда в сопровождении Нанами и Хайбары. Мегуми постоянно был занят, и он очень это ценил. Пока он был в движении, пока он мог сторониться колледжа, насколько это было возможно, ему было легче избегать Годжо. Отсутствие необходимости встречаться с его пристальным взглядом или слышать его голос, позволяло дышать свободнее. Годжо и Гето тоже держались подальше, их назначали на миссии с высоким риском. Мегуми сказал себе, что это хорошо, что это охладит их пыл. Но каждый раз, когда в кармане у него вибрировал телефон, его первой мыслью было, что Годжо прислал ему сообщение. Каждый раз, когда он проходил по коридорам колледжа, у него была раздражающая привычка надеяться случайно наткнуться на него. В те выходные из-за командировки Мегуми не смог навестить детей. Это отсутствие сильно давило на него. Он пытался убедить себя, что это просто накопившаяся усталость, но чувство вины, словно неотступная тень, засело у него в груди. Он был так занят, что даже не проверял свой телефон до субботнего вечера. Когда он разблокировал экран, его встретил шквал уведомлений, которые непрерывно мигали. Большинство из них были от Цумики. Мегуми открыл сообщения, пролистывая фотографии быстрым движением большого пальца. Снимки были сделаны небрежно, некоторые размытые, другие не в фокусе, но все они имели один общий элемент: худощавый мужчина с измученным выражением лица, в прямоугольных очках, прикрывающих его явно усталые глаза. Незнакомец появлялся почти на каждой фотографии. Готовил, убирал, развешивал свежевыстиранную одежду, носил сумки с покупками, присматривал за детьми. Мегуми быстро прочитал сообщения: 7:15 «Братик, этот человек пришёл рано утром. Он сказал, что друг Годжо-сана». 7:18 «Мегуми бил его, пока мужчина не позвонил Годжо-сану, и тот не объяснил нам ситуацию». 7:18 «Мне грустно, потому что мы тебя не увидим. Пожалуйста, заканчивай свою работу поскорее. Мы будем ждать тебя!!!» Фушигуро прикрыл глаза. Конечно, малыш Мегуми ударил. Мысли Фушигуро блуждали, он ясно представлял себе эту сцену: мужчина приходит со страдальческим выражением лица, неловко представляется, а уменьшенная версия его самого реагирует с инстинктивной жестокостью человека, который научился не доверять незнакомцам. Он не смог сдержать лёгкой улыбки. Он вернулся к началу своего почтового ящика и заметил, что у него также было довольно много сообщений от Годжо. 6:30 «Я слышал от Яги-сенсея, что ты не сможешь увидеться с детьми, но не волнуйся, Мегуми! Я послал человека, которому доверяю, присмотреть за ними, так что сохраняй спокойствие <3» 6:31 «Я закончу это скучное задание так быстро, как только смогу. Ты тоже попытайся, чтобы мы могли навестить их вместе». 6:32 «Я почти не видел тебя на этой неделе. Я скучаю по тебе (╥﹏╥)» Мегуми почувствовал, как у него сжалось сердце. 6:41 «О, да, Сугуру передаёт привет». 6:41 «Он пытался украсть твой номер с моего телефона, но больше ничего такого, что Красный не смог бы исправить (＾ω＾)» Его большой палец завис перед экраном. Тепло, разлившееся по телу, дошло до его щёк, горячее и предательское. Годжо был таким всегда, внимательным, с желанием заботиться о нём как никто другой не заботился. Всегда переживал о том, чтобы у Мегуми было всё необходимое, ещё до того, как он сам осознавал, что ему чего-то не хватает. И Мегуми любил его за это. Он любил его больше, чем осмеливался признать, больше, чем был готов вынести. На мгновение в его голове с пугающей лёгкостью созрел ответ. «Я тоже по тебе скучаю». Но когда пальцы наконец шевельнулись, то напечатали совсем другое.

23:11 «Спасибо. Я угощу тебя обедом, когда вернусь».

Он поколебался, но затем добавил:

23:12 «Тебя и Гето-сэмпая, конечно. Будь осторожен».

Темноволосый отправил сообщение, прежде чем успел пожалеть об этом. Экран светился несколько секунд, а затем погас. Мегуми смотрел на него, как будто всё ещё мог разглядеть слова, которые так и не удосужился написать, пока мало-помалу усталость не одолела его, погрузив в глубокий сон. Мегуми отсутствовал в центре Токио ещё три дня. Во вторник днём, вернувшись с задания, Мегуми направился прямиком в кабинет Яги, чтобы отчитаться. Он был измотан, его мышцы слегка болели после задания, которое, хотя и не было сложным, заставило его быть в напряжении дольше, чем это было необходимо. Яга получил документы и быстро прочитал их, перед тем как положил их на стопку бумаг в углу своего стола. Затем он поднял глаза и серьёзно посмотрел на Фушигуро. — Ты проделал хорошую работу, Зенин. — Спасибо, Яга-сенсей. — Мегуми слегка склонил голову, сохраняя нейтральное выражение лица. — Ты заслуживаешь передышки, но перед этим я бы хотел, чтобы ты выполнил одно последнее задание. — Мегуми едва успел переварить информацию, прежде чем Яга продолжил. — Это более рискованно, поэтому на этот раз Нанами и Хайбара не будут сопровождать тебя. Вместо этого ты пойдёшь с Годжо. Мегуми почувствовал, как что-то тяжёлое опустилось ему на плечи. — С кем? Годжо? — Вам придётся поехать в Сиракаву, это довольно отдалённая деревня. Если вы будете вместе, я надеюсь, вам не придётся задерживаться там больше чем на два дня. Сиракава. Это название застучало у него в голове, как барабанный бой. Это была не просто отдалённая деревня, это было место расположения небольшого клана, который он хотел посетить. Прекрасная возможность представилась сама собой, и ему не пришлось ничего предпринимать. Но в то же время идти с Годжо означало находиться под его постоянным наблюдением, и Мегуми не хотел, чтобы он что-то заподозрил. С бьющимся где-то в горле сердцем он решил попробовать. — Яга-сенсей... Есть ли хоть какой-то шанс, что вы рассмотрите мою просьбу пойти одному? Мужчина приподнял бровь, бросив на него строгий взгляд. — Конечно, нет. Это слишком опасно. Обычно я бы отправил Годжо и Гето вместе, но по какой-то причине они оба не очень хорошо справляются с командной работой, и я не могу рисковать. Это задание особого уровня, так что я не могу позволить тебе отправиться туда одному. Мегуми почувствовал укол нервозности. Он не мог упустить такую возможность. — Могу я пойти с Гето-сэмпаем? Яга с любопытством посмотрел на него, скрестив руки на столе. — С Гето? Почему не с Годжо? — Гето-сэмпай такой же сильный, как и Годжо, верно? Кроме того, я чувствую, что нам было бы лучше работать вместе, особенно если придётся остаться там на несколько дней. Знаете, Годжо может быть немного... индивидуалистичным. Яга, казалось, на мгновение задумался, он рассматривал лицо Мегуми так, словно пытался понять, есть ли в его просьбе что-то ещё. Мегуми старался сохранять как можно более нейтральное выражение, не обращая внимания на то, что по спине у него стекал холодный пот. В конечном счёте, Яга кивнул. — Хорошо. Приходите через пару часов, чтобы я мог рассказать вам все подробности задания; вы отправляетесь сегодня вечером. Мегуми с облегчением выдохнул. Но оставалась важная деталь напоследок. — Могу я попросить вас ещё об одном одолжении, Яга-сенсей? Если Годжо спросит... пожалуйста, скажите ему, что это было ваше решение, а не моя просьба. Яга подозрительно приподнял бровь, но, глубоко вздохнув, согласился. — Хорошо. Мегуми низко склонил голову, перед тем как покинул кабинет. Теперь оставалось только одно: найти Гето. Он направился прямиком к общежитию, но не застал его там. Фушигуро хотел написать сообщение, но потом понял, что у него нет его номера. Спрашивать Годжо было бы глупой идеей, поэтому, немного подумав, он отправился на поиски Сёко. Он нашёл её в гостиной, полулежащей на скамейке с сигаретой в зубах. Когда Мегуми подошёл, она приподняла бровь, с интересом наблюдая за ним. — Сёко-сэмпай, мне нужен номер телефона Гето-сэмпая. Это важно. Сёко ответила не сразу. Она наблюдала за Фушигуро с непроницаемым выражением лица, пока он вдыхал клубы дыма. Её глаза спокойно изучали лицо напротив, как будто она анализировала его намерения. Наконец, Иейри ухмыльнулась. — Запиши, — сказала она и стала диктовать цифры. Мегуми быстро достал свой телефон, аккуратно набирая номер. — Спасибо. — Ммм, — Сёко удивлённо посмотрела на него. — Годжо должен знать об этом? Мегуми, ничего не ответив, положил телефон обратно в карман. Сёко тихо рассмеялась, прежде чем снова откинулась на спинку скамьи. — Тебе повезло, что ты мне нравишься, Зенин. Мегуми притворился, что не услышал, и вернулся в свою комнату. Он быстро разблокировал телефон, чтобы начать печатать.

14:23 «Гето-сэмпай, это Зенин Мегуми. Мне нужно с тобой поговорить».

Ответ пришёл почти сразу, как будто Гето ждал его сообщения. 14:25 «Где ты?» 14:25 «Мы можем встретиться в саду за общежитием? Я подожду тебя там». 14:26 «Сейчас отцеплю от себя Сатору». «Сейчас отцеплю от себя Сатору». Фраза, холодная и безошибочная, поразила Мегуми с точностью кинжала. Его воображение, как всегда, было быстрее разума, оно заполняло пустые пространства образами, которые он не хотел видеть: Годжо, склонившийся над Гето с той беззаботной улыбкой, которая была у него только с Сугуру, его медовый тон, лёгкость, с которой они касались друг друга, как будто они принадлежали друг другу. Мегуми стиснул зубы и отвёл взгляд от экрана. Он не имел права так себя чувствовать. Он не должен был так себя чувствовать. Телефон снова завибрировал. 14:28 «Я буду через 10 минут». Мегуми вздохнул и, неуклюже пытаясь успокоиться, несколько раз ударил себя по щекам. Его кожа горела, но, по крайней мере, это отвлекло его от мыслей. Он сделал глубокий вдох и вышел в сад. Свежий воздух встретил его покалыванием на коже. Фушигуро подошёл к каменной скамье в тени вишнёвого дерева, позволив своему телу опуститься под тяжестью, о которой он и не подозревал. Он заставил себя сосредоточиться на звуке ветра, шелестящего листьями, на тишине воздуха. Пять минут спустя он уловил приближение проклятой энергии. Мегуми поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Гето опускается на гигантском проклятии в форме птицы, силуэт которого вырисовывался на фоне сероватого послеполуденного неба. Этот образ был сюрреалистичен: чёрные волосы Гето развевались на ветру; естественная грация, с которой он двигался – абсолютное мастерство техники отражалось в каждом жесте Сугуру. Когда его ноги коснулись земли, он рассеял проклятие простым взмахом руки. — Слишком долго меня ждал? — спрашивает Гето со спокойной улыбкой, приближаясь плавными шагами. Мегуми покачал головой. — Не прошло и пяти минут с момента твоего последнего сообщения. — Хорошо, мне бы не хотелось заставлять тебя ждать слишком долго. То, как он это сказал, заставило Мегуми смущённо отвести взгляд. Он не хотел придавать значения словам Гето, но ощущение, что что-то в их отношениях меняется, становилось всё труднее игнорировать. — Я помешал чему-то важному? — спросил Мегуми, скорее из искреннего любопытства, чем из вежливости. — Не совсем, — Гето пожал плечами, засовывая руки в карманы униформы. — Мы уже закончили нашу миссию, но Сатору затащил меня в своё поместье, чтобы поговорить. У Мегуми застыло тело при упоминании этого имени. — О чём? — вопрос сорвался с его губ слишком быстро, как будто язык двигался сам по себе. — Я не знаю, — улыбнулся Гето, удивлённый его реакцией. — Я получил твоё сообщение, когда он только начинал говорить серьёзно. — О... прости. — Не волнуйся. Зная Сатору, я думаю, это было что-то глупое. Ты действительно спас меня, так что спасибо. — Мегуми моргнул, удивлённый комментарием. Он не ожидал, что Гето скажет что-то подобное. — Итак... о чём ты хотел поговорить? Мегуми заставил себя вернуться к теме. — Яга-сенсей дал нам задание. Гето склонил голову набок. — Нам? Тебе и мне? — Да. Это будет в Сиракаве, и это очень удобно. Ты знаешь, что я там ищу. Гето медленно кивнул, оценивая ситуацию. — Да, я понимаю... — Сначала он хотел, чтобы я пошёл с Годжо, но я попросил его пойти с тобой. Гето посмотрел на Мегуми с новым интересом. — Почему? Мегуми сохранял нейтральное выражение лица. — Ты знаешь почему, сэмпай. Гето некоторое время изучал его, прежде чем спокойно улыбнуться. — Конечно, конечно. — он задумчиво наклонил голову. — В любом случае, приятно знать, что ты выбрал меня, а не Сатору. Мегуми решил не обращать на него внимания и вернуться к основной теме. — Примерно через два часа мы должны зайти к сенсею, чтобы он мог предоставить нам всю необходимую информацию. Я думаю... у тебя будет время вернуться к Годжо и... — Что-то мне не хочется, — перебил Гето с лукавой улыбкой. — Зенин – гораздо лучшая компания. Мегуми почувствовал, как по спине пробежал холодок, но постарался оставить это без внимания. — Он разозлится, если услышит, что ты так говоришь. — Мне всё равно, потому что я говорю правду. Мегуми отвёл взгляд. В том, как Гето говорил, было нечто странное. Несколько мгновений они молчали, пока Мегуми не нарушил тишину вопросом, который навязчиво крутился у него в голове. — Сэмпай... вы с Годжо... как давно знаете друг друга? Гето рассмеялся, удивлённый вопросом. — Пару лет, с тех пор как мы оба поступили в колледж. К чему этот вопрос? Мегуми поколебался, но ответил. — Просто любопытно. Кажется, ты очень нравишься Годжо. Гето кивнул с задумчивым выражением лица. — Это чувство взаимно, даже если иногда я не выдерживаю и хочу надрать ему задницу. Но в целом мы ладим. Хочешь верь, хочешь нет, но мы во многом похожи. — Правда? Мне кажется, вы противоположны во всех отношениях. Гето спокойно улыбнулся, как будто знал что-то, чего не знал Мегуми. — Может быть, в чём-то и противоположны, но не так сильно как с другими. Но, например, мы с тобой люди одного типа. Мегуми растерянно моргнул. — Я понимаю... Гето рассмеялся, находя его наивность милой. Мегуми не осознавал, что в этот момент Гето наблюдал за ним с неподдельным интересом. Для него это был не просто обычный разговор. Было что-то такое в манере Мегуми говорить, в том, как он слегка хмурил брови, когда слишком много думал, в том, как отводил взгляд, когда чувствовал себя неуютно. Гето наслаждался этими мелкими деталями. Но Мегуми был слишком погружен в свои мысли, чтобы заметить хоть что-то. Они болтали до тех пор, пока не пришло время идти к Яге. Когда они вошли, мужчина поприветствовал их с усталым выражением лица и объяснил детали миссии, вручив им необходимые документы. Пока Гето с интересом листал бумаги, Мегуми заставил себя сосредоточиться на текущей задаче. Он не мог позволить себе отвлекаться. Особенно на такие факторы, как Сатору Годжо, Сугуру Гето и их неожиданно упрямая настойчивость.

*****

Когда они вышли из кабинета Яги, Мегуми наконец-то смог вздохнуть свободно. Они уезжали в тот же вечер, так что ему нужно было собраться как можно скорее. Однако, как только они ступили в коридор, ощущение облегчения исчезло сразу, как только он увидел силуэт, ожидающий их в нескольких шагах. Годжо стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди, с выражением явного неудовольствия на лице. Его солнцезащитные очки слегка сползли на переносицу, позволяя голубым глазам с острым блеском выглядывать из-за оправы. Когда он увидел Гето, его лицо исказилось в улыбке, которая на самом деле улыбкой не была. — Так ты был здесь, Сугуру! — обвиняет он, указывая на него указательным пальцем. Мегуми, прекрасно понимая, в каком направлении пойдёт разговор, попытался незаметно ускользнуть. Он едва успел развернуться на каблуках, как почувствовал, как твёрдые пальцы сомкнулись на его запястье. Годжо поймал его. — Что вы двое делали? — спросил он, подозрительно глядя на них. Его тон был рассеянным, но Мегуми знал Сатору достаточно хорошо, чтобы заметить переживания, едва скрываемые за этим беззаботным видом. Гето же, наоборот, не выглядел ни в малейшей степени взволнованным. Он просто скрестил руки на груди и ответил со свойственным ему спокойствием. — Нас не будет пару дней, у нас задание. — Только вы двое? Одни? — Годжо прищурился. У Мегуми начала болеть голова от неизбежного столкновения. — Это задание особого уровня, поэтому мне нужен напарник, — терпеливо объяснил он. Годжо приподнял бровь. — Отлично, ты можешь пойти отдохнуть, Сугуру, а я пойду с Мегуми. Так мы закончим быстрее. По телу Мегуми пробежала дрожь тревоги. — Это был приказ Яга-сенсея, Годжо... — попытался он убедить его. Но Годжо только махнул рукой, как будто это не имело значения. — Это неважно. В любом случае, какая разница? Я пойду с тобой, и тогда всё будет проще; тебе не придётся так много работать, Мегуми. Гето издал короткий смешок, но в нём не было ни капли веселья. — Сатору, почему ты думаешь, что у него будет больше работы со мной? Я так же, как и ты, способен выполнять такие задания. — Да, конечно, — презрительно рассмеялся Годжо, крепче хватая Мегуми за руку, чтобы потащить за собой. — Пойдём, Мегуми, я поговорю с Ягой позже. Но Мегуми не успел сделать и двух шагов, как снова испытал давление на своё свободное запястье. Гето тоже схватил его. Мегуми сглотнул, захваченный нарастающей борьбой за власть между ними. — Я пойду с ним. Ты не можешь перечить начальству, Сатору, — сказал Гето по-прежнему спокойным тоном, но со скрытым раздражением. Годжо наклонил голову к плечу с насмешкой. — Конечно, я могу, смотри. Он сильнее потянул Мегуми, но Гето тоже не сдвинулся с места. Напряжение в коридоре усилилось. Проклятая энергия в воздухе начала почти незаметно вибрировать. — Оставь это, Сатору, ты ведёшь себя по-детски, — со вздохом предупредил Гето. Годжо в упор посмотрел на него. — О, правда? Тогда покажи свою зрелость, отпустив его первым. Мегуми почувствовал, что его терпение подходит к опасному пределу. Он слишком много пережил. Они таскали его с собой, как ненужную безделушку. Они спорили из-за него, как будто у него не было собственного голоса. Они настаивали на том, чтобы усложнить ему жизнь, когда всё, чего он хотел, — это всё исправить и найти ответы. Его пальцы сжались, а гнев вспыхнул в груди, как разгорающиеся угли. Земля задрожала. — Хватит. Фушигуро не повышал голоса, но сила, с которой он произносил каждое слово, отдавалась в ушах у них обоих. Тени под ногами зашевелились, и, прежде чем маги успели среагировать, вырвались наружу, как чёрные плети, и с пугающей скоростью поползли вверх по их ногам и рукам. Менее чем за секунду двое мужчин были обездвижены. Тени обвились вокруг их запястий, торсов и даже горла, сжимая ровно настолько, чтобы не задушить. Годжо попытался пошевелиться, его проклятая энергия инстинктивно хлынула наружу, но тени мгновенно отреагировали, ещё плотнее обхватив его тело. Гето, со своей стороны, не предпринял никаких попыток сопротивляться. Он просто наблюдал за Мегуми любопытным взглядом, как будто только что обнаружил что-то неожиданно увлекательное. Мегуми сделал шаг вперёд, приближаясь к Годжо, его зелёные глаза горели мрачным огнём. — Я пойду с Гето-сэмпаем. Не по своей воле, а потому, что таков приказ Яги-сенсея. Тени слегка напряглись, словно подчёркивая свою точку зрения. — Мы отправляемся на опасное задание, рискуя своими жизнями, а не на пикник. Его тон был ледяным, в нём не было того терпения, с которым он пытался справиться с ситуацией. Мегуми наклонился к Годжо, его голос был едва слышен. — Ты понимаешь? Годжо уставился на него, стиснув зубы и широко раскрыв голубые глаза, в которых светилось что-то похожее на восхищение, перемежаемое небольшими проблесками крайнего недоумения. Мегуми, не дрогнув, выдержал его взгляд. — Перестань всё усложнять для меня. Пожалуйста. И с этими словами он отпустил их. Тени отступили так же быстро, как и появились, скользнув обратно к земле и растворившись. К Годжо и Гето вернулось самообладание, но ни один из них не осмелился сразу двинуться с места. Не сказав больше ни слова, Мегуми развернулся и пошёл по коридору, чувствуя на своей спине пристальные взгляды. Он знал, что это, вероятно, ещё не конец конфликта, но, по крайней мере, на данный момент он ясно дал понять, что не позволит втянуть себя в их бессмысленный спор.

*****

Мегуми хотел немного поспать перед уходом. Сон едва начал окутывать его, когда в дверь негромко постучали, возвращая к реальности. Мегуми открыл глаза, тяжело моргая. Подумав о том, кто бы это мог быть в такой час, он сразу же исключил Годжо. Сатору не стал бы утруждать себя стуком; он просто вошёл бы с уверенностью человека, который верит, что перед ним должны открываться все двери. Однако, когда он встал и повернул ручку, перед ним с необычно безмятежным выражением лица стоял Годжо, его поза была расслабленной, а в голубых глазах, обычно искрящихся и игривых, теперь был более сдержанный блеск. — Привет, Мегуми. Могу я войти? Голос был тихим, без обычной насмешливой интонации. Мегуми озадаченно нахмурился. Он отступил в сторону, освобождая проход. Годжо медленными шагами переступил порог и остановился посреди комнаты, словно сомневаясь в собственном присутствии здесь. — Прости, Мегуми, — начал он, поднимая взгляд. — Я повёл себя как дурак. Я был неразумен, и ты прав в том, что сказал. Ты идёшь с Сугуру не потому, что хочешь, а потому, что у тебя нет выбора, не так ли? Мегуми скрестил руки на груди, подозрительно глядя на него. — Конечно. Годжо кивнул, слегка вздохнув. — Ты простишь меня? Я не хочу, чтобы ты уходил, когда мы в ссоре. Его тон стал почти детским, а когда Сатору полностью поднял взгляд, его голубые глаза раскрылись чуть шире, наполненные невинным, умоляющим блеском, как у щенка, ищущего одобрения после своей шалости. Решимость Мегуми поколебалась. Он был слаб перед лицом человека напротив, что напоминал сейчас маленького зверька, который вёл себя очаровательно. — Всё в порядке, тебе не нужно извиняться. Прости, что я использовал свои тени. Годжо наклонил голову с озорной ухмылкой. — Сугуру заслужил это! — А ты нет? — Ну может быть совсем чуть-чуть? — Годжо слегка надулся. Мегуми фыркнул, изображая раздражение, но не смог сдержать улыбку. — Ты невозможен. Годжо тихо рассмеялся, и на мгновение всё, казалось, вернулось в норму. — Мегуми действительно ужасен, когда зол, — неожиданно сказал он тем игривым тоном, который обычно использовал. — И к тому же довольно сексуален. Кровь тут же прилила к щекам Мегуми. — Замолчи. Годжо рассмеялся ещё громче. Чтобы не затягивать разговор, Мегуми сменил тему. — Мне нужно собрать свои вещи. — Тогда я тебе помогу! И вот, несмотря на небольшие споры и случайные шутки, Годжо помог ему собрать вещи. Мегуми взял с собой только самое необходимое, но тепло от того, что Годжо был рядом, от того, что Мегуми наблюдал, как Сатору непринуждённо передвигается по комнате, заставило Фушигуро почувствовать себя странно знакомо, как будто эта сцена происходила сотни раз до этого. Когда пришло время уходить, Мегуми направился к двери, но Годжо остановил его. — Подожди, Мегуми. Его тон изменился. Мегуми обернулся и увидел, что он стоит прямо перед дверью, выражение его лица было серьёзным, как будто он обдумывал что-то важное. — Дай мне свою руку. Мегуми поднял бровь, вопросительно глядя на него. — Зачем? — Просто дай её мне. Мегуми подчинился, осторожно протянув ладонь. Годжо нежно взял Мегуми за запястье, его длинные тёплые пальцы обхватили её так естественно, словно эта близость была такой же обыденной, как дыхание. Медленными движениями он достал что-то из кармана и осторожно приложил к его коже. Плетёная нить в оттенках красного и чёрного была сцеплена прочно, охватывая его запястье с почти благоговейной нежностью. В центре, на маленьком, аккуратно завязанном узелке, висело крошечное белое шёлковое омамори, на поверхности которого золотыми нитями были вышиты иероглифы защиты. Мегуми не пошевелился. Молчание между ними было напряжённым, как буря, которая застыла в воздухе, ожидая, что кто-нибудь освободит её. — В этом не было необходимости... мы маги, — пробормотал он, пытаясь высвободить руку, но Годжо держал её крепче. Он посмотрел на браслет, чувствуя слабое покалывание от проклятой энергии, заключённой в амулете, словно невидимое присутствие окутывало его кожу. Годжо не спешил отпускать его руку. Мегуми почувствовал это раньше, чем увидел: тяжесть взгляда, настороженность, с которой эти голубые глаза смотрели на него, изучая с молчаливой преданностью. Когда он наконец поднял голову, то увидел океан. Бескрайний океан, огромный и загадочный, отражающий в своих глубинах огни Вселенной. Глаза Годжо всегда были непостижимой загадкой, бездной невозможных небожителей, которые словно удерживали его в пространстве, где время изгибалось, а слова теряли значение. Было что-то загадочное в том, как Сатору смотрел на него сейчас... что-то сдержанное, как невысказанное слово, застывшее на кончике языке. Тусклый свет из комнаты падал на лицо Годжо, придавая его коже мягкое сияние, почти нереальное. Несколько растрёпанных прядей волос упали ему на лоб, обрамляя изгиб челюсти и тонкую линию приоткрытых губ. Мягкие, влажные, розовые губы. Мегуми резко отвёл взгляд, почувствовав странное давление в груди. Годжо улыбнулся, казалось, довольный его реакцией. — Я увидел его во время своей последней миссии и захотел купить для тебя. — голос звучал низким, вибрирующим шёпотом, как будто каждое слово несло в себе значение, выходящее за рамки его простоты. — Просто используй его, хорошо? Я вложил немного своей проклятой энергии в амулет, так что ты не будешь по мне сильно скучать. Мегуми выдохнул, пытаясь взять себя в руки. — Теперь я должен терпеть твоё присутствие не только в колледже, но и на своих заданиях? Годжо вернулся к своему легкомысленному образу, но его хватка на руке Мегуми оставалась твёрдой. — Вот именно, разве это не здорово? — Нет. Годжо рассмеялся, но в звуке его голоса всё ещё слышались нотки нежности. — В любом случае, я попрошу... нет, я потребую, чтобы Яга-сенсей дал нам небольшой отпуск. Так мы сможем провести больше времени с детьми. Мегуми склонил голову набок и посмотрел на него с удивлением. — Это было бы здорово. Годжо придвинулся чуть ближе и взял Мегуми за руку. Прикосновение было тёплым, успокаивающим. — Возвращайся поскорее, хорошо? — прошептал Годжо, его голос стал намного мягче. Мегуми сглотнул. — Обязательно. Годжо на мгновение переплёл их пальцы, крепко сжав, словно не хотел отпускать. — И будь осторожен. Если что-то усложнится, без раздумий звони мне. Ты понял, Мегуми? Мегуми глубоко вздохнул, почувствовав обволакивающее тепло его руки. — Да. — Хорошо. И, скрепив это обещание руками, Мегуми ушёл, унося браслет, всё ещё пульсирующий на его коже.

*****

Сиракава. Посёлок был расположен между горами, покрытыми густыми кедровыми и сосновыми лесами. Несмотря на то, что он находился всего в нескольких часах езды от Токио на поезде, а затем на автобусе по извилистым сельским дорогам, разница между этими двумя местами была огромной. Здесь воздух казался чище, прохладнее, и спокойствие окутывало каждый уголок. Маленькие деревянные домики с покатыми крышами выстроились вдоль грязных улиц, и единственным заметным признаком современности были электрические столбы, возвышающиеся над богатой растительностью. Как только маги прибыли, они сразу же направились к месту выполнения задания, не останавливаясь на отдых. Поиск способа проявления проклятия занял у них ночь и день; это проклятие особого уровня оказалось сильнее, чем они ожидали, и борьба с ним затянулась ещё на целую ночь. К тому времени, когда им наконец удалось изгнать его, первые лучи рассвета начали окрашивать горизонт в оранжевые тона. Некоторые жители деревни, благодарные за их помощь, предложили ночлег, но Мегуми настоял на продолжении поездки до резиденции клана Токимия, и Гето не увидел причин отказываться. Путешествие к резиденции клана казалось бесконечным. По мере того, как они продвигались вперёд, домов становилось всё меньше, их сменили рисовые поля, маленькие храмы, забытые временем, и замшелые каменные дорожки. Наконец, они добрались до традиционного здания, расположенного высоко на холме. Главная резиденция Токимия не отличалась ни показушностью, ни монументальностью, но в ней чувствовалась тихая красота. Старинные деревянные двери вели в просторный внутренний двор с тщательно ухоженным садом. В пруду с карпами отражалось утреннее небо, а шум ветра мягко шевелил бумажные фонарики, развешанные в коридорах. Когда их ввели в главный зал, Гето ожидал увидеть старика с суровым взглядом и седой бородой, человека, на плечах которого лежит груз мудрости многих поколений. Однако вместо этого Токимия Рейджи оказался молодым человеком, возможно, не старше тридцати. У него было острое лицо, тёмные глаза излучали ум, а улыбка... его улыбка с самого начала показалась ему раздражающей. Слишком гостеприимный, слишком улыбчивый, особенно с Мегуми. Они представились как независимые маги, избегая упоминать о каких-либо связях с токийским колледжем. Рейджи приветствовал их с почти преувеличенным энтузиазмом, подавая чай в керамических чашках с тонкой глазурью. Гето сделал глоток, притворяясь расслабленным, но его внимание было сосредоточено на разговоре Мегуми и главой клана. Мегуми не терял времени даром. Тон его голоса был твёрдым, но вежливым, вопросы он формулировал с хирургической точностью, но никогда не звучал требовательно или отчаянно. И хуже всего было то, что Токимия Рейджи, казалось, был более чем готов отвечать. На каждый вопрос Мегуми следовал подробный ответ, и каждый ответ сопровождался снисходительной улыбкой, адресованной исключительно ему. Гето с отвращением поджал губы. Он не мог вспомнить, когда в последний раз видел, чтобы Мегуми чувствовал себя так комфортно с кем-то, не входящим в его обычный круг общения. Он внимательно следил за каждым жестом молодого человека, от того, как тот слегка наклонял голову, внимательно слушая, до слабого блеска в глазах, когда слова собеседника приводили его к какому-то новому открытию. С каких это пор Мегуми стало так легко общаться с незнакомцами? — Ещё не родился человек, способный манипулировать временем в глобальных масштабах. Даже проклятие, каким бы могущественным оно ни было, не продемонстрировало подобные способности, — задумчиво произнес Токимия. Мегуми медленно кивнул, словно переваривая информацию, а затем задал вопрос, от которого глаза Гето расширились от удивления. — А что насчет Сукуны? Казалось, воздух в комнате сгустился. Токимия Рейджи, который до сих пор отвечал бегло и без запинки, слегка заколебался. Однако ему не потребовалось много времени, чтобы взять себя в руки. — Если бы Сукуна мог сделать нечто подобное, никого из нас здесь бы не было. — улыбка на его губах не исчезла, но черты его лица стали жёстче. Гето прищурился, услышав этот ответ, но, тем не менее, счёл его честным. Мегуми хранил молчание, но Гето заметил, как слегка напряглась его челюсть. А Токимия Рейджи просто продолжал улыбаться, как будто ничего не произошло.

*****

Дождь мягко лил на сад клана Токимия, образуя тонкие струйки, которые стекали по краям энгавы и просачивались между камнями дорожки. В воздухе витал аромат влажной земли, смешиваясь со слабым запахом старого дерева и горячего чая. Когда начался сильный дождь, молодой глава клана вежливо попросил их остаться, пока погода не прояснится, и они оба согласились, желая воспользоваться моментом и немного отдохнуть. Мегуми исчез из виду около получаса назад, сказав, что хочет осмотреть окрестности. Гето же сидел на краю энгавы, свесив ноги над небольшим искусственным ручьём. Его руки лежали на бёдрах, а волосы, обычно аккуратно зачёсанные назад, свободными волнами ниспадали на плечи. Резинка для волос порвалась некоторое время назад, и он не стал утруждать себя заменой. Прохладный ветерок бросал пряди ему на лицо, и он то и дело рассеянно откидывал их. Сугуру простоял так достаточно долго, наслаждаясь ритмичным стуком дождя по крыше, когда услышал позади себя шаги. Приближающийся образ был слишком знакомым. Он слегка повернул голову и, как и ожидалось, встретился взглядом с зелёными глазами. — Твои волосы... — пробормотал Мегуми, приближаясь с неподдельным любопытством в голосе. — Она порвалась. — Гето поднял маленькую резинку для волос. — О, кажется, у меня где-то есть такая же. Гето удивлённо приподнял бровь. — Ты всегда носишь с собой резинки для волос? — Никогда не знаешь, когда они могут тебе понадобиться. — Мегуми пожал плечами, не вдаваясь в дальнейшие объяснения. — Не бери в голову, я оставлю как есть. Хотя, конечно, неприятно, что всё так вышло. Мегуми мгновение молчит, затем подходит на шаг ближе и осторожно протягивает руку. — Ты позволишь мне попробовать? Сугуру смотрит на него с некоторым удивлением. — Эм? — Раньше я каждый вечер заплетал волосы своей сестре. Мне никогда не нужна была расчёска. — Так ты эксперт? — шутит Гето с кривой улыбкой. Мегуми отвечает не сразу, но лёгкая усмешка на его губах говорит о том, что он наслаждается разговором. — Можно и так сказать. Гето не может вспомнить, когда в последний раз кто-то заплетал ему волосы, если это вообще было. Идея кажется странно интимной, но он кивает и слегка поворачивается, давая Мегуми своё согласие. — Хорошо, сделай это. Мегуми садится позади него, и Гето чувствует, как пальцы с неожиданной нежностью начинают скользить по его волосам. Он невольно вздрагивает, хотя и пытается это скрыть. Прикосновения Мегуми тщательны, почти бережны, как будто он что-то аккуратно лепит. Пальцы пробегают по голове, он раздвигает пряди, и Гето вынужден на мгновение закрыть глаза. С каких это пор он стал так внимательно следить за движениями Фушигуро? За считанные минуты Мегуми заканчивает заплетать косу, закрепляя её. — Готово. Гето поворачивается, чтобы посмотреть на себя. Две пряди чёрных волос обрамляют его лицо по бокам, а коса лежит на правом плече. Это странное чувство, но не неприятное. — Я хорошо выгляжу? — небрежно спрашивает он, всё ещё привыкая к переменам. Мегуми молча наблюдает за ним. Это мимолетный взгляд, но его глаза изучают лицо Гето так пристально, что Сугуру становится не по себе. Затем, с довольным выражением лица, Фушигуро отвечает. — Ты выглядишь как принц эпохи Эдо. Я думаю, что хорошо поработал. Гето моргает. Сравнение застаёт его врасплох. Короткий миг они смотрят друг на друга и, каким-то образом, в конце концов смеются вместе. Смех Мегуми тихий, сдержанный, но искренний. И внезапно день стал казаться ярче. Может быть, потому что дождь прекратился. А может быть, из-за зелени, которая бережно затуманивает Сугуру.

*****

Поезд двигался, покачиваясь на рельсах, и постоянный шум от его движения создавал умиротворяющий фон. Купе было освещено приглушённым светом, а из окна открывался размытый пейзаж гор и полей, окрашенный тусклым послеполуденным светом. Мегуми сидел у окна, прислонившись головой к холодному стеклу, и наблюдал за проплывающим мимо миром. В отличие от других поездок, где молчание было его самым частым спутником, на этот раз беседа протекала свободно. Нетипичным было то, что Мегуми казался более восприимчивым, чем обычно, он слушал Гето с неподдельным вниманием, интересуясь всем, что тот хотел сказать. Это были не просто короткие ответы или рассеянные кивки, это был настоящий разговор. Гето находил это странным, но в то же время приятным. — Как ты себя чувствуешь? — внезапно спросил Гето, нарушив молчание. Мегуми отвёл взгляд от окна, чтобы посмотреть на него, моргая, словно очнувшись от глубокой задумчивости. — Ты сказал, что тебе просто нужно знать, возможно ли что-то подобное, теперь ты знаешь. Мегуми вздохнул, откидываясь на спинку сиденья. — Мне от этого не легче. Гето взглянул на него, оценивая тень разочарования на лице. — Должен быть какой-то способ, — сказал он с той же убеждённостью, с какой говорил о чём-либо другом, — иначе тебя бы здесь не было, верно? Мы продолжим поиски. Не отчаивайся. Гето замолчал и не мог оторвать внимание от Мегуми. Он был уверен, что в его глазах зажглась маленькая искорка, и это почти гипнотизировало. — Спасибо, — произнёс Мегуми, его голос звучал искренне и немного дрожал, что он пытался скрыть. И по какой-то причине это выбило Гето из колеи. Он отвёл взгляд и отвернулся к окну. Внезапно атмосфера стала ещё более острой, как будто воздух в купе сгустился. Некоторое время маги провели в тишине, пока Мегуми не заговорил снова. — Сэмпай, — Мегуми, казалось, засомневался, но всё же продолжил, — ... Я всегда думал, что твоя техника такая... своеобразная. Сугуру моргнул, удивлённый сменой темы. — О? Почему? — Я не знаю никого, кто мог бы делать то же, что и ты, — признался Мегуми, устраиваясь поудобнее, чтобы лучше его видеть. — Мне кажется, что это довольно утомительно. Гето тихо рассмеялся, хотя в их теме не было ничего весёлого. — Ух ты, никто мне такого раньше не говорил. — Правда? — Ну, обычно я слышу «впечатляюще» только от людей, которые понятия не имеют, как всё работает. Мегуми склонил голову. — А каково это для тебя? Гето ответил не сразу. Выражение его лица изменилось, став более отстранённым, более мрачным. Он положил локоть на подлокотник и подпёр подбородок ладонью. — Ты действительно хочешь знать? — Я бы не спрашивал, если бы не хотел. Мегуми произнёс это без ложной похвалы или поверхностного любопытства, что заставило Гето ослабить бдительность. — Изгнать нечистую силу и поглотить, — пробормотал он, как будто эти слова имели огромный вес. — Всё это повторяется для меня снова и снова. Изгнание и поглощение... Мегуми молчал, позволяя Сугуру говорить в своём собственном темпе. — Хочешь знать, каковы проклятия на вкус? — он продолжил, понизив голос, с едва сдерживаемой горечью. — Это всё равно что пытаться проглотить целиком тряпку, пропитанную рвотой и экскрементами. Мегуми слегка напрягся, удивлённый чёткостью воображаемой картины. — Каждый раз, когда я изгоняю проклятие, мне приходится проглатывать его, чтобы сохранить в себе. Каким бы отвратительным оно ни было, каким бы зловонием, липкостью или сопротивлением оно ни обладало... Я не могу позволить себе сомневаться в том, что делаю, потому что это часть меня. Фушигуро уставился на него. — Это звучит... ужасно. Гето сухо рассмеялся. — Так и есть. Между ними повисло молчание. — Я никогда не задумывался об этом, — признаётся Мегуми. — Все говорят, что твоя техника впечатляет, но никто не спрашивал тебя, что ты при этом чувствуешь? Сугуру искоса взглянул на него, почти удивлённый этим замечанием. — Нет. Никто не спрашивал. Мегуми выдержал его взгляд. — Итак, тебе нравится быть магом? Гето не знал, что ответить. Это был вопрос, которого он избегал в течение длительного времени. — Да, я полагаю, что нравится. Это не было ложью. Но и правдой тоже не являлось. Мегуми кивнул, не давя на него. — Если в какой-то момент ты почувствуешь, что хочешь перестать быть таковым, это тоже нормально. Гето уставился на него, и ему показалось, что в Мегуми есть что-то, что позволяет понять его так, как не понимают другие. И это испугало его. Поезд продолжал движение, и, хотя разговор перешёл на другие темы, Гето не мог перестать думать о том, что сказал Мегуми. И ещё он не переставал задаваться вопросом, впервые за долгое время, действительно ли он хочет продолжать быть магом.

*****

К тому времени, как они добрались до колледжа, солнце скрылось за горизонтом, окрасив небо в тёмно-синий цвет с оранжевыми отблесками по краям. Уличные фонари на пути к общежитиям уже горели, отбрасывая длинные тени на каменный пол. Путешествие было долгим, но не изнурительным. Не совсем. По крайней мере, не таким, как обычно. Не доходя до общежития, Гето остановился, заставив Мегуми тоже притормозить. — Ты не идёшь? — спросил Мегуми, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него. Свет фонарей отражался в его зелёных глазах, придавая им почти неземное сияние. Гето некоторое время молча наблюдал за ним. — Нет, — произнёс он наконец. — Я пойду к Яга-сенсею, потом займусь отчётом, а ты иди отдохни. Мегуми слегка нахмурился. — Ты уверен? Мы можем сделать это вместе. — Да. В следующий раз, когда мы отправимся на задание, ты это сделаешь. Мегуми тихо фыркнул, как будто хотел возразить, но у него не было на это сил. — Хорошо. Фушигуро решил не зацикливаться. Он последний раз посмотрел на Сугуру, затем повернулся и неторопливой походкой направился в общежитие. И тут Гето заметил. Ветер трепал волосы Мегуми, несколько выбившихся прядей падали ему на лоб. Изгиб его шеи, когда он слегка наклонял голову при ходьбе, словно всегда был погружён в свои мысли. Казалось, этот силуэт невероятно естественно вписывался в ночную тишину. Сугуру не должен был так себя чувствовать. Он не должен был ощущать беспокойство в груди, это странное покалывание в затылке, осознание, что его отношения с Мегуми сильно изменились, а он даже не успел заметить этого. Он не должен был раздражаться, когда заметил на запястье Мегуми маленький омамори, пропитанный проклятой энергией Сатору. Поначалу всё это было игрой. Дразнить Сатору было занятием, которое забавляло его больше, чем следовало бы. Он знал, что его лучший друг искренне интересуется владельцем десяти теней, и был более чем счастлив встать у него на пути, привлечь его внимание, просто чтобы позлить его ещё немного. Мегуми был милым, да. Но это всё. Или всё-таки нет? Так почему же он начал замечать, как слегка приподнимаются его брови, когда его что-то беспокоит? Почему он замечал, каким тихим, успокаивающим становился его голос, когда он был серьёзен, как смягчался на мгновение его взгляд, прежде чем снова стать суровым? Почему его зелёные глаза вдруг показались ему ещё прекраснее, не только из-за их цвета, но и из-за того, с какой силой они смотрели на мир? Почему каждый раз, когда Мегуми улыбался, — в те редкие моменты, когда он позволял уголкам своих губ приподняться, — что-то странно согревало его? Почему его собственный голос звучал по-другому, когда он заговорил с ним сейчас? Почему он начал воспринимать это небольшое соревнование с Сатору за его внимание всерьёз? — Чёрт, это плохо… Он прошептал. И ветер унёс его слова прочь.