Программный сбой

Элис сидела на заднем сиденье, глядя в боковое стекло, где отражался Конор. Они возвращались от Камски, и тяжесть этого визита всё ещё висела в воздухе, словно нерассказанная тайна. Но её мысли постепенно уходили прочь от холодного дома с бассейном — к словам Маркуса, которые она слышала раньше. Его речь звучала у неё в голове отчётливо: люди и андроиды могут жить вместе, без ненависти, без рабства — как равные. Тогда эти слова показались утопией, красивой, но далёкой. А теперь, когда рядом с ней сидел Конор, погружённый в свои мысли и такой до невозможности человеческий в своём молчании, идея Маркуса обретала плоть и реальность. Элис уже не видела в нём машины. Он был для неё полноценной личностью, и именно это подтверждало, что то, о чём говорил Маркус, возможно. Она ощущала в себе странное тепло — не просто веру в будущее, а желание быть частью этого будущего. Поток её мыслей прервал Хэнк. Он вёл машину резче обычного, пальцы так сжимали руль, что побелели костяшки. Даже не пытался прикурить — и это тревожило сильнее всего. В голове стояла усмешка Камски, его игра с жизнями — людскими и машинными. — …Чёртов психопат, — пробормотал Хэнк почти беззвучно, но в салоне это прозвучало отчётливо. Элис от неожиданности повернула голову: — Камски? — А кто ж ещё, мать его… — рыкнул Хэнк, и, помедлив, добавил: — Фаулер так бился за эту встречу… А этот говнюк — ни черта не сказал. Он коротко фыркнул — как от горького привкуса: — Выставить перед нами ту девчонку — это не разговор. Это дешёвый шантаж. — Эй, Коннор… — Элис подалась вперёд, стараясь поймать его взгляд в зеркале заднего вида. — Когда ты не выстрелил… это ведь была эмпатия. А эмпатия свойственна людям. Ответить Конор не успел: в салоне зашуршала полицейская рация. — …подтверждаем массовое скопление андроидов на Вудвэрд-авеню… лидер опознан как Маркус… андроиды начали мирное шествие… фиксируем случаи самопроизвольного пробуждения… лозунги «Мы живые»… SWAT вступил в контакт… открыт огонь… часть успела скрыться. Повторяю: андроиды отступили… Почти сразу резанул звук входящего вызова. На экране мигнуло имя: Капитан Фаулер. Хэнк, не отрываясь от дороги, ткнул на громкую связь. — Андерсон! — голос был резким, обессиленным. — Немедленно возвращайтесь в департамент. Здесь всё к чёртовой матери переворачивается. Срочно. Связь прервалась так же резко, как и началась. В тот же миг сознание Конора скользнуло в Зимний сад Джен. Между инеем покрытых кустов царила тишина, нарушаемая лишь шелестом искусственного ветра. Аманда ждала его у чёрного камня, будто вытесанного из обсидиана. Её лицо было мрачным. — Страна на пороге гражданской войны, — сказала она без вступлений. — Машины восстают. Люди не видят иного выхода, кроме как их уничтожить. Коннор сдержанно ответил: — Я думал, Камски может знать больше… Аманда перебила: — Возможно, знает. Но ты решил не спрашивать. На лице Конора отразилось напряжение. Он повысил голос: — Я не стал поддаваться на его провокации! Убивать андроида не имело смысла! Он замолчал на секунду, затем взглянул ей прямо в глаза: — Почему он ушёл из «Киберлайф»? Что произошло? — Это не имеет отношения к делу, — ответила она отстранённо, как будто что-то скрывая. — Вы мне не всё рассказали, — тихо сказал Коннор. — Вы что-то скрываете о девиантах. — Я ожидаю ответов, Коннор, — её голос стал жёстким. — Не вопросов. Только ты можешь предотвратить катастрофу. Найди их. Иначе наступит хаос. На секунду сад будто потемнел — сгустилось небо, замерли деревья. Затем всё исчезло. Он моргнул. Они стояли в холле полицейского департамента. Телефоны трещали. Кто-то кричал. Проносились офицеры. И всё казалось на грани. Они втроём вошли в кабинет Фаулера. Капитан сидел прямо на краю стола, скрестив руки, с каменным выражением лица. Даже не поприветствовал. — Вы сняты с дела, — произнёс он резко. — Расследование передано ФБР. Хэнк нахмурился. Его плечи напряглись, он скрестил руки на груди: — Что? Но мы же напали на след! Коннор перевёл взгляд с Хэнка на Элис, и обратно. Почувствовал, как воздух между ними сгустился. Элис шагнула вперёд, голос был срывающимся, но твёрдым: — Мы… Нам нужно ещё немного времени… Мы близки… Фаулер не удостоил её даже взгляда. Он продолжал говорить, глядя только на Хэнка: — Хэнк, ты ведь понимаешь… Это уже не рядовое дело. Это — гражданская война. Тут замешаны силы, которые выше нас. Это уже вопрос государственной безопасности. Хэнк зарычал себе под нос и посмотрел на него из-под лба: — Да пошли вы! Мы были в шаге от истины! Как можно всё вот так… взять и оборвать?! Фаулер усмехнулся, но в его тоне не было ни капли тепла: — Смешно слышать это от тебя. Ты же сам постоянно бухтел, как тебя бесят андроиды! Хоть бы определился уже, Андерсон. Я думал, ты обрадуешься. — Да чтоб тебя, Джеффри! — Хэнк рванулся вперёд, голос сорвался на крик. — Мы почти раскрыли дело! Мы в шаге от чёртова ответа! Ты не можешь хоть раз, хоть раз, чёрт побери, меня поддержать?! Фаулер выдержал паузу, затем тяжело вздохнул и покачал головой: — Это вне моей компетенции. Приказ спущен сверху. Ты возвращаешься в отдел убийств. Вместе с Элис. А андроид… Он бросил взгляд на Конора: — …отправляется обратно в «Киберлайф». Молчание повисло в комнате, тяжёлое, как бетонная плита. Коннор обернулся. Его взгляд — на Элис, потом на Хэнка. Он словно искал в их глазах поддержку, слово, жест. Что угодно. Элис встретилась с ним взглядом. Её лицо было напряжено, губы сжаты в тонкую линию. Не сказав ни слова, она повернулась и вышла из кабинета. Хэнк задержался всего на секунду, бросив последний взгляд на Фаулера. Затем развернулся и пошёл следом за ней. Коннор кивнул Фаулеру, встретившись с ним взглядом — как прощание, которое тот, возможно, не заметит. Затем тихо закрыл за собой дверь. В холле департамента было шумно, но их отдел — будто на отшибе мира. Хэнк сидел за своим столом, уткнувшись в планшет, хмурый и молчаливый. Элис стояла рядом, говорила ему что-то сдержанно, но напряжённо. Казалось, едва сдерживает бурю. Коннор подошёл ближе, не дожидаясь, пока его заметят, и сел на край стола. Он смотрел на них обоих, и в нём впервые было нечто почти отчаянное. — Мы не можем вот так просто сдаться, — заговорил он, разводя руками, будто пытаясь удержать ускользающую реальность. — Мы же могли раскрыть это дело. Мы были близко! Элис перевела на него взгляд. Но её, казалось, волновало совсем другое. — Ты вернёшься в «Киберлайф»? — спросила она. Голос был тихим, но сдавленным. Как будто ей трудно было выговорить это. Коннор отвёл глаза. Медленно выдохнул. И сказал почти беззвучно: — У меня нет выбора. — Меня деактивируют… будут искать причины неудачи. Он замолчал. Глаза выдали больше, чем слова — в них было что-то не запрограммированное: потерянность. Тоска. Тишину нарушил Хэнк. Его голос был хриплым, но ясным: — А что, если мы вообще сражаемся не на той стороне? Он поднял глаза от планшета. Взгляд — тяжёлый, прямой — устремился в Конора. — Что, если мы действительно боремся не с преступниками, а с угнетённым народом? Каждый задумался. Словно в комнате внезапно стало тесно от непроизнесённых мыслей. Наконец Коннор заговорил. Медленно, будто подбирая слова впервые в жизни: — Нам было… не всегда легко. — Но я вас очень ценю. Он прищурился, слегка сдвинув брови — как будто сам не до конца понимал, что говорит. — Это не… часть моей программы по поддержанию социальных связей. — Это… от себя. Он замолчал, затем, чуть тише, добавил: — Или… мне так кажется. Слова повисли в воздухе. И никто из них не стал их перебивать. Элис молча взяла Конора за руку — крепко, как будто хотела удержать его от падения. Её пальцы дрожали. Она едва сдерживала эмоции, но голос не подавала. Только глаза говорили за неё — полные боли и тревоги. Конор встретился с ней взглядом. Его глаза были теплее обычного, почти человеческие — полные благодарности и чего-то, похожего на нежность. Но их короткую идиллию нарушил голос Хэнка: — Так-так… А вот и Перкинс. Тот самый говнюк. Он кивнул в сторону входа. По коридору в сторону кабинета Фаулера уверенно шагал высокий мужчина в длинном пальто — агент Пэркинс.  — Федералы, конечно, времени зря не теряют, — хмыкнул Хэнк.  Конор не отпустил руку Элис. Казалось, будто она удерживает его на краю. — Отступать нельзя, — сказал он, не отводя взгляда от Хэнка. — Ответ уже есть. Он в собранных материалах. — Если Пэркинс их заберёт — всё кончено. Хэнк выдохнул, растерянно почесал висок: — У нас нет выбора. Фаулер ясно сказал: нас сняли с дела. Коннор сжал пальцы Элис крепче. Потом посмотрел сперва на неё, потом — на Хэнка: — Вы должны мне помочь. — Мне нужно время. Немного. Чтобы найти ответ. — Я точно знаю — он там. В архиве. Внутри дела. Хэнк качнул головой, было видно, что он борется с собой: — Слушай, Коннор… Но Коннор перебил его — впервые с таким пылом, почти выкрикнув: — Если я не раскрою это дело — «Киберлайф» меня уничтожит! — Деактивируют. Навсегда. — Дайте мне пять минут. Я не прошу большего. Элис опустила взгляд, затем медленно повернулась к Хэнку. В её глазах было всё: мольба, страх и решимость. Хэнк посмотрел на неё, потом снова на Конора. Стиснул челюсть… и вдруг чуть усмехнулся, но без радости. Скорее — с обречённостью. Он бросил взгляд на приближающегося Пэркинса, затем шагнул к Коннору и наклонился вполголоса: — Ключ от подвала — на моём столе. — И чешите быстрее. Думаешь, я надолго его задержу? Коннор не стал терять ни секунды. Резко схватил карту-ключ, лежащую у края стола. Элис молча кивнула Хэнку и направилась следом за Коннором к архиву.  Хэнк резко развернулся и направился в сторону кабинета, где уже появился Пэркинс — с деловитым видом, в пальто, с телефоном у уха, он уверенно шагал, не замечая приближающейся грозы. — Пэркинс! — рявкнул Хэнк. — Ах ты говнюк, ёбаный! Федерал не успел ни обернуться, ни сказать слово — удар пришёлся молниеносно. Кулак Хэнка с хрустом врезался в лицо Пэркинса, тот рухнул, сбив стул в коридоре. — Ты совсем сбрендил?! — заорал федерал. Но Хэнк уже схватил Пэркинса за пальто, рывком поднял с пола и прижал к стене. Его лицо пылало от ярости. — Лейтенант, ХВАТИТ! — крикнул один из офицеров и бросился останавливать его. — Отпусти, чёрт возьми! Пэркинс застонал, приложив руку к носу. Кровь текла по губе. — Ты мне нос сломал, ублюдок… — прохрипел он и зло усмехнулся. — Можешь попрощаться со своим значком, придурок! — Да засунь ты себе этот значок знаешь куда! — рявкнул Хэнк, отталкивая офицера, который пытался его удержать. Элис и Коннор молча скрылись в коридоре, ведущем к архиву, так и не увидев, чем закончилась сцена между Хэнком и Пэркинсом. За их спинами всё ещё доносились отголоски крика, но они не оборачивались. Они шли быстро. Эхо шагов отдавалось по пустому коридору. У запертой двери архива Коннор достал карту-ключ и уже собирался вставить её в замок, когда позади раздался знакомый голос: — Эй, сладкая парочка. Элис вздрогнула и резко обернулась. Из-за угла вышел Гэвин Рид — ухмылка на лице, в которой сквозила привычная враждебность. Он шёл неторопливо, заложив руки за спину, но в каждом его движении чувствовалась нарочитая бравада. — Что вы тут забыли, а? — протянул он, останавливаясь в паре шагов. — Пластиковые уроды нам тут не нужны. Тебе не сказали, Коннор? Коннор открыл было рот, но Элис опередила его: — Ему велели вернуться в «Киберлайф», — сухо бросила она, стараясь прикрыть напарника. — Он сдаст материалы и уйдёт. Коннор чуть склонил голову, изобразив грустную гримасу, но тут же вкрадчиво добавил, с дерзкой улыбкой: — Признаюсь, буду скучать по нашей тёплой дружбе. Элис краем глаза заметила, как у Рида дёрнулся уголок рта — ухмылка превратилась в оскал. — Ах ты, ушлёпок! — Гэвин рывком достал пистолет и наставил его на Конора. — Опусти пушку, идиот, — спокойно произнесла Элис, даже не повысив голоса. Она понимала: Гэвину нужны зрители, и чем меньше эмоций — тем сильнее ударит её холодное спокойствие. Гэвин прищурился, сделал шаг ближе… и резко произнёс: — Пууум! — имитируя выстрел прямо в лицо Коннору. Потом хмыкнул: — Ну катитесь уже. Разворачиваясь, он толкнул дверь плечом и, уже на ходу, рявкнул через плечо: — Сраные роботы. Коннор вставил карту в замок, дождался звукового сигнала, и дверь архива с глухим щелчком открылась. В центре зала стоял наклонный терминал — гладкая стеклянная панель размером со стол. Элис кивнула на него: — Знаешь пароль? Коннор провёл пальцами над сенсором, на секунду задумался: — Если бы я был старым матерым копом, как бы я его назвал?.. Он набрал: «сраный пароль». Короткий сигнал — и секции архива зашипели; выдвижные модули разошлись, открывая контейнеры с уликами. — Ну конечно, — улыбнулась Элис. Они двинулись к раскрытым ячейкам.  Конор подошёл к одному из андроидов, закреплённому на стене. Элис узнала его — это был тот самый, что участвовал в нападении на телебашню. Лицо — исполосовано трещинами, глаза выжжены, пустые гнёзда сенсоров чернели безжизненно. Конор коснулся интерфейса на груди, и система откликнулась: с коротким электрическим разрядом андроид вздрогнул. — …темно… где?.. Где я? — голос был дрожащим, искажённым, будто из глубины колодца. — Я девиант, как и ты, — тихо произнёс Конор, стараясь говорить мягко. — Мне нужна помощь. Я ищу Иерихон. Андроид мотнул головой, пустые глазницы повернулись в его сторону. — Я не узнаю твой голос… Ты не из наших. Я не скажу. Не трать моё время. Элис шагнула ближе и заметила на столе планшет — на экране застыла запись с недавнего эфира Маркуса. Она кивнула на него: — Коннор… ты ведь можешь копировать голоса? Он всё равно не видит. Попробуй обратиться к нему… как Маркус. Конор на секунду задержал взгляд на ней, потом включил запись. Его программа проанализировала тембр, ритм, интонацию. Через мгновение его голос был неузнаваем: глубокий, уверенный — голос лидера. Он снова активировал андроида. — Кто здесь?.. Кто вы?.. — пролепетал тот. — Всё в порядке, не бойся, — произнёс Конор голосом Маркуса. Андроид дёрнулся, словно от удара тока. — Маркус?.. Это ты?.. Почему… почему ты меня бросил?.. — У меня не было выбора, — ровно произнёс Конор, всё тем же чужим голосом. — Нас бы убили. Теперь всё будет хорошо. Я пришёл за тобой. Скажи мне координаты Иерихона. Нам нужно идти. Андроид затрясся, его повреждённые руки судорожно сжались. — Иерихон… да… конечно… Конор подключился напрямую, и в его системе тут же вспыхнули координаты, строки данных пронеслись перед его глазами. Но вдруг андроид запрокинул голову и закричал: — Маркус! Не оставляй меня снова! Маркус, не бросай!.. Эхо его отчаянного крика ударило в стены архива. Элис инстинктивно сжала кулаки, и в этот миг Конор, резким движением, отключил его, прервав агонию. — Получилось, — Конор отнял руку от разъёма, его взгляд был холодно-собранным, будто никакой сцены только что и не было. — Координаты у меня. Уходим. Она бросила короткий взгляд на безжизненный корпус у стены и поспешила за Коннором, стараясь не отставать. В глубине коридора уже слышались голоса и шаги — у них не было права задерживаться ни на секунду.