The Unholy Trinity II: Nemesis / Несвятая троица II: Немезида

      Она сидела на кровати, подтянув колени к подбородку и обхватив их руками. Солнце уже садилось за горизонт, скоро наступит тьма. Атмосфера внутри замка изменилась в тот момент, когда небо окрасилось в оттенки красного и огненно-золотого. Нападение было неизбежным, и волнение и адреналин пульсировали в коридорах, как сердцебиение. Она видела фигуры в плащах, приближающиеся по дорожке, которая вела от берега реки к замку. Они собрались внизу, пили вино и медовуху из хрустальных бокалов и рассказывали истории о храбрости, мужестве и славе.       Она могла думать только о своих руках. Как она могла не почувствовать, что это она? Почему ее сердце, ее душа не шептали ей, что руки, которые касались ее, принадлежали единственному человеку, которого она так давно не видела? Ее глаза закрылись, когда она вспомнила, как теплые губы прижались к ее щеке, а кулаки медленно сжимались и разжимались, в попытке избавиться от внутреннего смятения.       Дверь в ее спальню открылась, и появилась Беллатрикс. На ней было простое, но элегантное черное платье, плотно облегающее талию, кожаный корсет на шнуровке подчеркивал изгиб ее груди. Ее густые черные кудри каскадом струились по спине, а темные глаза были прикованы к одинокой фигуре, сидящей на кровати: «Пора».       Гермиона соскользнула с кровати, и ее кожаные ботинки коснулись пола. Она схватила с подушки свою волшебную палочку и, перекатывая ее в пальцах, последовала за Беллатрикс вниз по мраморной лестнице в зал с высоким потолком. Когда она выглянула из-за перил, то увидела несколько групп воинов, стоящих вместе и ожидающих указаний. Нарцисса стояла у входной двери с волшебной палочкой в руке. Ее светлые волосы были заколоты, а ледяные голубые глаза неотрывно смотрели на Гермиону, пока она медленно спускалась вниз.       «Сегодня ночью, мои дорогие друзья, — произнесла она ясным и громким голосом, — Мы сломим сопротивление. Они слишком долго сражались против нас, но каждая битва имеет свой конец. Сегодня город будет сожжен в качестве послания им. Их борьба бесполезна. Им не победить!»       Собравшиеся подняли громкий рев, и Гермиона огляделась. Большинство из этих мужчин и, в редких случаях, женщин, сражались бок о бок с Лордом Волдемортом всего несколько месяцев назад. После освобождения из Азкабана они присоединились к ним. Все больше и больше воинов прибывало со всей страны и из-за рубежа. Они были наслышаны об огромной силе и жестокости Ядер и желали стать их частью. Улыбка появилась на ее губах, когда она посмотрела на всех этих бойцов, готовых отдать свои жизни за их силу, за их подавляющее превосходство.       «Соберите семьи, которые живут на Востоке. Соберите их на Большой площади! — вдруг сказала Гермиона, и Нарцисса удивленно посмотрела в ее сторону. Она почувствовала прилив адреналина в крови. В ней проснулось жажда войны, сражения, — Допросите каждого из них, если не сможете найти Уизли. Когда найдете… — ее голос затих, а карие глаза потемнели, когда гнев и разочарование из-за того, что произошло несколько часов назад, начали захлестывать ее, — Приведите их ко мне.»       Крики становились все громче, и Гермиона резко повернула голову, почувствовав руку Беллатрикс на своей пояснице. Темные глаза встретились с ее глазами, и она поняла, что это за желание. Она улыбнулась, прежде чем пробраться сквозь толпу к двери. Она остановилась рядом с Нарциссой и искала ее руку. Беллатрикс последовала за ней и встала по другую сторону от нее, взяв Гермиону за руку. Их объединенная магия распахнула тяжелые деревянные двери и впустила холодный вечерний воздух.       «Не пропустите ни один дом! — крикнула Гермиона, когда войска уходили в ночь, — И если придется, никого не оставляйте в живых!»

~()~

      — Как Олливандер оказался в Италии? — прошептала Андромеда, изучая маленький кусочек пергамента, который Джинни дала ей несколько часов назад. Это было письмо, не более пары предложений длиной. Джинни, которая стояла, прислонившись к подоконнику, пожала плечами.       — Я не знаю, но Тонкс проделала огромную работу, чтобы найти его.       Андромеда подняла голову, — Нимфадора нашла его?       Джинни кивнула, — Да. Должно быть, это ее навыки аврора, потому что никто из нас не смог выяснить, где он был, — она улыбнулась, увидев широко раскрытые глаза Андромеды, — Она скоро будет здесь, — ее взгляд вернулся к окну, — Уже стемнело.       Андромеда сунула листок пергамента в карман своей мантии и встала, — Осталось совсем немного.       Стук в дверь заставил обеих ведьм подпрыгнуть, и Андромеда, прежде чем пройти через маленькую гостиную, выхватила волшебную палочку. Она открыла дверь, и ее глаза загорелись, когда она увидела свою дочь, стоящую на пороге. Тонкс была одета в рваные джинсы, черную магловскую куртку с капюшоном и кожаные ботинки. Ее волосы все еще были ярко-розового оттенка, а зеленые глаза искали взгляд матери.       — Они только что покинули замок. Дин и Симус должны быть здесь с минуты на минуту. Она едва успела закончить фразу, как слабый хлопок в конце переулка выдал приближение людей. Послышались торопливые шаги, и в поле зрения появились Симус Финниган и Дин Томас. Андромеда быстро впустила их всех внутрь и надежно заперла за собой дверь. Когда она повернулась, чтобы посмотреть на всех присутствующих, первое, что она почувствовала — предвкушение и страх. Адреналин бурлил в их телах, а сердца бешено колотились в груди. Они знали, что ждет их впереди, что произойдет через несколько мгновений.       — Где остальные? — тихо спросила она.       — Ханна и Маркус решили остаться на старом месте. Поппи и Роланда заняли позицию возле контрольно-пропускного пункта, — сказала Джинни, — Фред и Джордж решили не ехать с мамой и папой, но Перси поехал. Билл тоже поехал с ними, — ее взгляд изменился и отразил печаль по поводу душевного состояния брата. После смерти Флер он почти ни с кем не разговаривал, — Они в старой маггловской школе. Тот, кто первым увидит воинов, подаст сигнал.       Андромеда кивнула, — А где твои родители?       — Нам удалось вывести их из Квартала как раз перед заходом солнца, — тихо сказала Джинни, — Мюриэль пока приютила их, а к рассвету они прибудут в Хогсмид, — она взглянула на Андромеду, — Я все еще думаю, что мы должны были сделать так же. В Хогсмиде безопаснее, чем в Лондоне, — обвинение слышалось в ее голосе.       — Если мы покинем Квартал, воины сожгут это место дотла, — напомнила Джинни Андромеда, — Мы должны остаться здесь, по крайней мере, на эту ночь. Мы многим обязаны людям, живущим здесь. У них нет ни единого шанса. Мы не можем позволить им погибнуть в огне, — ее глаза сузились, — Они сказали, что им нужен Уизли. Только не сказали, какой именно.       Джинни не могла спорить с логикой старшей ведьмы, хотя и не была полностью согласна с Андромедой, — Розмерта сказала, что она забрала нескольких членов, которые решили не сражаться сегодня вечером. Они перегруппируются в Хогсмиде, и по нашей просьбе, в случае чего, придут на помощь.       — Почему они не здесь? — спросила Андромеда, не скрывая своего раздражения из-за того, что некоторые члены сопротивления выбрали более безопасный вариант, — Нам нужна любая помощь, если хотим пережить эту ночь.       — Это их прерогатива, — сказала Джинни, — Возможно, они на нашей стороне и могут нам чем-то помочь, но я не могу заставить их отдать за нас свои жизни, — их взгляды встретились, — У них другое отношение к Ядрам. Для них это просто очередная война, в ней меньше эмоций. Мы с тобой стоим здесь, потому что они что-то у нас отняли.       Андромеда вздохнула, — Все знают, что делать, если что-то не получится?       — Щиты падут, как только прибудут воины, — сказала Тонкс и повертела палочку в пальцах. На руке у нее были большие, наполовину зажившие волдыри — напоминание о предыдущей стычке с одним из разведчиков. Никто не смог полностью залечить раны, но, по крайней мере, они больше не болели, — Если кто-то пострадает, отправится прямиком в Хогсмид.       Небо за стеклом озарилось множеством зеленых и голубых искр, и Джинни обернулась, прижавшись носом к стеклу, — Это сигнал, — выдохнула она, — Кажется, из школы.       Андромеда была уже у двери, — Они здесь.

~()~

      Ночь была прохладной, и легкий ветерок играл с ее волосами, когда она шла по пустынным улицам Востока. Все дома были темными, и на мгновение она задумалась, живет ли здесь кто-нибудь вообще. Но тут она заметила голубые и зеленые искры, озаряющие небо. Она обернулась, ища глазами Беллатрикс и Нарциссу.       — Они знают, что мы здесь! — закричала она, — Они знали, что мы придем!       — Начали! — взвизгнула Беллатрикс, и фигуры в темном бросились врассыпную. Двери были выбиты, а окна разбиты вдребезги. За звуком бьющегося стекла последовали душераздирающие крики женщин и детей, которые умоляли сохранить им жизнь. Остальные молились, чтобы их не нашли. Воины вытаскивали брыкающихся и кричащих людей из домов, а затем гнали их по улицам к большой площади в центре Восточного Квартала.       В нос ударил запах дыма, и Гермиона, обернувшись, увидела, как подожгли один из старых викторианских особняков. За окнами вспыхнуло пламя, за считанные минуты оно охватило три этажа и вырвалось из крыши, освещая ночь. Она обернулась на цыпочках и увидела, что Беллатрикс и Нарцисса устремились к месту битвы, которая разгорелась между двумя воинами и небольшой группой ведьм и волшебников.       Гермиона выхватила палочку, и реакция была мгновенной. Палочка направилась к Беллатрикс и Нарциссе, и когда она добралась до них, они выстроились в линию. Два воина, которые сражались, отскочили в сторону, и только тогда Гермиона узнала их противников. Поппи Помфри и Роланда Хуч, бывшие учителя Хогвартса, выглядели немного раздраженными, но в их глазах отражалась решимость.       — Так, так, так, смотрите, кто у нас тут, — усмехнулась Гермиона, — Изгои.       — Кого ты называешь изгоями? — резко ответила Поппи, — То, что ты сделала — отвратительно.       — Я выжила, — прошипела Гермиона сквозь стиснутые зубы, — Я жива.       — Какой ценой? — возразила Роланда, — Ты наблюдала, как умирают твои друзья, чтобы насладиться моментом славы. Ты стояла и смотрела, как жизнь утекает из них. Каково это — стоять над телом друга и видеть его глаза, пустые и мертвые?       Гермиона сжала челюсти, — Вы понятия не имеете, что происходит на самом деле. Это намного больше. Это всегда было чем-то большим. Это выходит за рамки того, что может понять любая простая душа, — ее рука взметнулась вверх, и она почувствовала жар, исходящий от палочки. Магия разлилась по ее венам, достигла кончиков пальцев, а затем медленно достигла сердцевины палочки, наполняя ее своей силой. Ее глаза широко распахнулись, полные огня. Казалось, она почти светилась, и сильный порыв ветра растрепал ее волосы, заставляя локоны танцевать на ветру. Стоявшие рядом с ней Беллатрикс и Нарцисса тоже отреагировали. Кончики их палочек начали светиться, сначала слабо, а затем вспыхнули ярким золотым лучом. Это был невиданный прежде взрыв света и силы.       — Мы едины! — воскликнула Гермиона и почувствовала, как по её щекам текут холодные слезы. Она не сводила глаз со своих бывших учителей, — Мы не падем.       — АВАДА КЕДАВРА!       Беллатрикс лишь прошептала заклинание, но золотой луч сменился на ярко-зеленый. Он на долю секунды соединил их палочки, прежде чем слиться в большой парящий шар. Он завис в воздухе на уровне глаз, а затем выпустил щупальца, которые протянулись вокруг. Поппи и Роланда закричали от ужаса и потрясения, а их палочки попытались создать Защитные чары, достаточно сильные, чтобы заблокировать заклинание, которое наверняка их убьет.       — Сделай это! — прошипела Гермиона, и длинные извивающиеся щупальца протянулись, кружась вокруг и под палочками их жертв. Она ахнула, наблюдая, как первая зеленая веревка обвилась вокруг ноги Поппи Помфри, а затем медленно поползла вверх по ее телу, пока не достигла шеи. Там она сжалась, медленно выдавливая из нее воздух. Заклинание не убило ее мгновенно. Вместо этого ее смерть была медленной и мучительной. Из горла ведьмы-медика вырвался ужасный хрип, поскольку заклинание продолжало душить ее. Ее глаза расширились от страха, а затем зеленая веревка взорвалась, превратившись обратно в шар, прежде чем врезаться ей в грудь. Ее сердце остановилось, и тело безжизненно упало на землю.       — НЕТ! — закричала Роланда, но это был последний звук, вырвавшийся из ее горла. Точно так же другое зеленое щупальце обвилось вокруг ее талии и вдоль рук, прижимая их к телу. Она застыла, не пытаясь бороться с тем, что, как она знала, убьёт её. Зеленый цвет отражался в ее глазах, когда оно медленно двинулось вверх, к шее, где обвилось вокруг горла. Ее глаза начали вылезать из орбит, а губы медленно синеть. Ее палочка выскользнула из пальцев и упала на холодный асфальт за секунду до того, как это сделало ее обмякшее тело. Ее глаза были широко открыты, но безжизненны.       Гермиона опустила палочку и повернулась, чтобы посмотреть на Беллатрикс и Нарциссу. То, как проявилось заклинание, сильно удивило их, такого прежде они не видели. Губы Нарциссы изогнулись в легкой улыбке, когда она наклонилась, чтобы поцеловать Гермиону в щеку. Почувствовав прикосновение губ белокурой ведьмы к своей коже, Гермиона почувствовала, что снова оживает, как будто кто-то внезапно разжег в ней огонь.       Звуки битвы медленно достигли их, и Гермиона резко повернула голову, когда на другой стороне улицы разбилось окно. Она оглядела улицу и увидела одинокую фигуру, убегающую в переулок. Она схватила Беллатрикс за руку, заставляя ее следовать за собой. Нарцисса бросилась за ними, и три ведьмы побежали по темному переулку, держа палочки наготове, и их шаги эхом отражались от стен. Они оказались на другом конце переулка, на похожей улице, застроенной викторианскими домами. Гермиона огляделась и заметила небольшую группу людей в конце улицы. У одного из них были огненно-рыжие волосы.       «Это сучка Уизли», — прошептала она, узнав Джинни. Люди по бокам от нее были одеты в простые черные мантии с капюшонами, скрывающими их лица. Джинни стояла чуть впереди, держа палочку наготове. Когда они подошли ближе, Гермиона увидела уродливый шрам на ее щеке. Он придавал Джинни вид бывалого воина.       — Мы снова встретились, — сказала Гермиона, когда они были примерно в десяти футах от трех фигур. Джинни не двинулась с места, — Если бы ты просто вышла, когда мы тебя попросили, этого бы не случилось, — она хитро улыбнулась, — Нам не пришлось бы убивать двух твоих друзей.       Упоминание о смерти двоих из них заставило Джинни прищуриться, — Война и смерть идут рука об руку. Это жертва, которую мы все должны принести.       Прежде чем Гермиона успела ответить, позади них появилась группа из четырех воинов, которые тащили за собой двоих без сознания. Джинни вскрикнула от ужаса, узнав в них своих братьев, и попыталась подбежать к ним, но ее остановил один из двух людей в плащах рядом с ней. Капюшон слетел с головы, и Гермиона почувствовала, как по ее телу пробежали мурашки, когда поняла, что это Андромеда. Руки женщины обняли Джинни за талию, словно желая удержать её рядом с собой.       Гермиона рассмеялась, — Похоже, ваш маленький план не сработал.       Беллатрикс присела на корточки, чтобы осмотреть Фреда и Джорджа. Они были покрыты кровью, а их лица были избиты. Она дотронулась пальцами до шеи в поисках пульса, а затем подняла голову, — Они живы, — она встретилась взглядом с Джинни, — Пока что.       — Выбор за тобой, — мило улыбнулась Гермиона. Она покрутила в пальцах волшебную палочку и в конце концов направила ее на близнецов Уизли, — Сдавайся или смотри, как умирают твои братья.       — Ты не можешь этого сделать! — запротестовала Андромеда и попыталась встретиться взглядом с Гермионой.       — Неужели? — спросила она, все еще улыбаясь, — Смотри! КРУЦИО!       Красная струя попала в бесчувственное тело Джорджа, и он забился в конвульсиях. Вокруг его губ появилась пена, а судороги в конечностях усилились, пока Гермиона продолжала направлять на него палочку. Звук ее смеха смешивался с отчаянными криками Джинни. В конце концов, она убрала палочку и снова посмотрела на рыжеволосую ведьму, — В следующий раз он может не выжить.       — Гермиона, пожалуйста, не делай этого, — прошептала Андромеда, — Ты можешь покончить с этим прямо здесь и сейчас.       Взгляд Гермионы остановился на ведьме-брюнетке, и она изучала ее лицо. Андромеда выглядела бледнее, чем в их последнюю встречу. Она не проводила много времени при дневном свете, предпочитая вместо этого окружать себя ночными тенями. Густые каштановые локоны спадали по бокам ее лица, почти изящно обрамляя его. Она все еще выглядела красивой, даже под этим темным небом. Она медленно покачала головой, — Сегодня вечером все закончится, но не потому, что ты меня об этом просишь.       — Это должно когда-нибудь закончиться, — сказала Андромеда, повторяя слова, которые она сказала Гермионе, когда прижала ее лицом к стене, — Так не может продолжаться.       Третий человек опустил капюшон, и Тонкс посмотрела на свою мать, — Мы не можем здесь оставаться, мама.       — Отпустите их, — резко сказала Джинни и неожиданно высвободилась из объятий Андромеды, — Отпустите моих братьев, и я займу их место, — она попыталась выпрямить спину и гордо выпрямиться, но на ее лице отразился страх. Ее голос дрожал, — Освободите их, и я буду вашей.       Нарцисса тихо рассмеялась, — Она думает, что мы действительно отпустим их, если она займет их место?       Не успел никто и глазом моргнуть, как она взмахнула волшебной палочкой, и крепкие металлические цепи обвились вокруг талии Джинни. Одним сильным рывком она притянула молодую рыжеволосую ведьму к себе. Джинни споткнулась и упала на асфальт у ног Нарциссы. Блондинка схватила ее за волосы и потащила вверх. Слезы навернулись на глаза Джинни, когда она попыталась оглянуться на Андромеду и Тонкс.       — Джинни, НЕТ! — закричала Андромеда и бросилась к ней, но Гермиона преградила ей путь, подняв палочку и резко направив ее в шею брюнетки. Они были всего в нескольких дюймах друг от друга, их губы были так близко, что они почти могли поцеловаться. Их взгляды встретились.       — Нет, — прошипела Гермиона, — Дернешься — и она умрет.       Беллатрикс шагнула вперед и направила свою палочку на Тонкс. Она внимательно посмотрела на племянницу, в ее глазах промелькнуло отвращение. Она потянулась к палочке аврора и вырвала ее у нее из рук. Тонкс тихо ахнула, когда Беллатрикс разломила палку пополам и бросила обе половинки на землю. У нее вырвался низкий, горловой смешок, и она провела пальцами по щеке розоволосой женщины.       — Не трогай ее! — зарычала Андромеда, и ее взгляд метнулся к сестре, — Убери от нее свои руки!       — Не стоит так разговаривать, не правда ли? — прошептала Гермиона, сильнее прижимая кончик своей палочки к шее Андромеды, — Ты не в том положении, чтобы что-то требовать, Энди. Твоя дочь потеряла свою палочку, а я ведь могла бы убить вас за секунду, если бы захотела, — она улыбнулась, — У нас трое Уизли, и несколько твоих друзей мертвы. Ты проиграла, любовь моя.       Андромеда наклонила голову, — Есть одна вещь, за которую я все еще могу держаться.       — Что же это?       — Ты.       — Отведите их в замок, — приказала Гермиона воинам, — Киньте их в темницу.       Одетые в темное мужчины подняли двух потерявших сознание мальчиков Уизли и растворились в ночи. Джинни тихо вскрикнула, когда они исчезли, но Нарцисса крепче сжала цепь, обмотанную вокруг ее талии, и Джинни вздрогнула от боли.       Рука Тонкс неожиданно потянулась к руке матери, и Гермиона слишком поздно поняла, что они собираются сделать. К тому времени, как она прошептала заклинание, призывающее цепи, они исчезли. Остался только прохладный вечерний ветер, шелестящий в кронах деревьев. Она медленно обернулась и посмотрела на Нарциссу, которая смотрела на Джинни, словно на кусок мяса.       — Куда они делись? — спросила Беллатрикс. В ее голосе явно слышался гнев, — Как, черт возьми, им удалось сбежать?       — Защитные чары сняты. Они просто аппарировали, — сказала Гермиона, — Я думаю, они отправились в Хогсмид. Это единственное место, где они могут перегруппироваться, — она посмотрела Беллатрикс в глаза и придвинулась ближе, чтобы прижаться губами к уху женщины с волосами цвета воронова крыла, — Мы захватим деревню завтра ночью.       — А что насчет этого? — спросила Нарцисса и пнула Джинни в живот, чтобы прекратить плач. На ее губах появилась улыбка, когда Джинни упала вперед и свернулась калачиком. Цепи звенели при каждом ее движении, — Что будем с ней делать?       Гермиона усмехнулась, — У меня есть для нее кое-что на примете, — она посмотрела на белокурую ведьму, — Отведи ее обратно в замок. Пока не запирай ее в темнице. Сначала мы немного поболтаем.       Три ведьмы взялись за руки, и Нарцисса еще крепче ухватилась за цепь, прежде чем они растворились в ночи, оставив большую часть Восточного Квартала гореть дотла.

~()~

      — Надо было остаться! — возразила Андромеда, вырываясь из объятий дочери. Они оказались на окраине деревни Хогсмид, — Мы должны были попытаться помочь Джинни. Один Мерлин знает, что эти трое собираются с ней сделать!       — Мы не могли остаться, — прошептала Тонкс, — Ты не хуже меня знаешь, что мы ничего не могли сделать. Беллатрикс забрала мою палочку. Ты не смогла бы справиться с ними сама! Кроме того, мы можем перегруппироваться здесь. В деревне полно людей, которые могут помочь. Половина сопротивления здесь!       — Я не могу здесь оставаться, — сказала Андромеда и отвернулась, — Мне нужно еще кое-что сделать.       — Ты серьезно собираешься искать Олливандера? Мам, он в Италии! Как ты вообще туда доберешься? Он сбежал, потому что не хочет иметь ничего общего с тем, что здесь происходит. Он напуган, и это справедливо. Ведь это он создал эти чертовы штуки! — возразила Тонкс, — Ты действительно думаешь, что он расскажет тебе, как их уничтожить?       — Я должна попытаться, — вздохнула Андромеда, — Я не могу просто смотреть, как они отнимают все, что важно для меня, для нас.       Тонкс вздохнула, — Они уже это сделали.       — Иди к Розмерте, расскажи ей, что случилось. Попробуй найти Симуса и Дина, а потом дождись утра, чтобы найти Поппи и Роланду. Я не думаю, что Гермиона лгала, когда говорила, что они мертвы. Лучшее, что мы можем сделать, это, по крайней мере, попытаться найти их тела и вернуть домой. Их место здесь, — сказала Андромеда, — Слушай, что говорит Розмерта, пока меня не будет. Ты знаешь ее лучше, чем кто-либо другой.       — Ты действительно уходишь, да? — прошептала Тонкс и быстро подошла к матери, прежде чем заключить ее в объятия. Она боролась со слезами, но они все равно катились по щекам. Андромеда зарылась лицом в волосы дочери, вдыхая ее знакомый запах. Она крепко обняла ее, в глубине души понимая, что, вполне возможно, это их последняя встреча. Когда они расставались, она откинула прядь волос с лица и попыталась улыбнуться.       — Хочешь, я принесу тебе что-нибудь из «Трех метел»? — спросила Тонкс, но Андромеда покачала головой.       — Я найду место по пути, — сказала она, — Не бросай Джинни.       — Не брошу, — пообещала ее дочь, — Будь осторожна.       — Обещаю, — улыбнулась Андромеда, — Я люблю тебя, Нимфадора.       — Я тоже люблю тебя, мам.       Со слезами на глазах она наблюдала, как ее мать направилась обратно в лес и в последний раз оглянулась через плечо. Грустная улыбка появилась на ее губах, когда она аппарировала. Подавляя рыдания, Тонкс медленно отвернулась от того места, где исчезла ее мать, и направилась в деревню. Вот и все. Она осталась одна, и ради матери ей придется сделать все возможное, чтобы просто держаться.