Mother: Unknown - Мать: неизвестна

Гермиона злилась. Так злилась и так была ранена. Глупый Рон Уизли завёл себе девушку. Неважно, что он согласился пойти с ней на рождественский вечер у Слизнорта, неважно, что у неё к нему были чувства. Всё это потеряло смысл теперь, когда он и Лаванда Браун были вместе. Одна только мысль об этом вызывала у неё одновременно злость, грусть и тошноту. В гостиной Гриффиндора оставаться было невозможно, именно там Рон и Лаванда проводили почти всё время, прилипнув друг к другу. В спальне было не лучше: Лаванда делила комнату с ней, и всё, чего хотелось этой девице, - рассказывать, какой Рон замечательный поцелуйщик. Поэтому Гермиона искала утешение в учебной комнате, которую она делила с Малфоем. Это был не их обычный день для встречи. Но всё же Гермиона пришла туда, чтобы злиться в одиночестве, попытаться успокоиться и, главное, пережить сердечную боль. Она делала домашние задания. Тренировала безмолвные заклинания. Работала над проектом по Рунам. Даже съела целую баночку мороженого. Но ничего не снимало тяжесть в груди. Смирившись с мыслью, что придётся какое-то время пребывать в этом мучительном состоянии, Гермиона закуталась в плед на диване и просто разрыдалась. Через какое-то время дверь отворилась, и Гермиона резко поднялась. - Что ты здесь делаешь? - спросила она, поспешно вытирая мокрые щёки. Малфой остановился в нескольких шагах и посмотрел на неё. - Пришёл за тишиной и покоем. Полагаю, ты здесь по той же причине? Гермиона отвела взгляд и шмыгнула носом. - Можно сказать и так, - пробормотала она и снова легла на диван, уставившись в огонь. - Боюсь, особой компании из меня сейчас не выйдет, но ты можешь остаться. Он ничего не ответил, но она услышала возню - похоже, он возился с чаем. Гермиона закрыла глаза, стараясь сдержать новые слёзы. Через минуту он прокашлялся. Она подняла глаза. - Чего тебе, Малфой? - Вот. - Он сунул ей кружку, сам явно чувствуя себя неловко. Гермиона с удивлением обнаружила в ней горячий шоколад. - Ты… приготовил мне горячий шоколад? - Не я, комната, - отмахнулся он и уселся рядом, взяв вторую кружку со стола. - Ну, всё равно спасибо, - сказала Гермиона и сделала глоток. Тёплый шоколад разлился приятным жаром по телу, и она поняла, что это именно то, что ей было нужно. - Он того не стоит, знаешь, - тихо сказал Малфой спустя пару минут. Гермиона бросила на него быстрый взгляд - он сидел, глядя в огонь. - Как ты узнал? - спросила она едва слышно. Он закатил глаза. - Да все знают. Они же целовались прямо в Большом зале за завтраком. - Ах да… - простонала Гермиона и снова сделала глоток. - Считай, тебе повезло, - пожал он плечами. - Не понимаю, что ты вообще в нём нашла. - Ты его не знаешь так, как я, - резко сказала она. - Он добрый, заботливый и… - Абсолютный эгоист, - перебил её Малфой. Прежде чем она успела возразить, добавил: - Не отрицай. Когда Браун на него набросилась, он думал только о себе. Даже несмотря на то, что обещал пойти с тобой на рождественский вечер. Хотя он и попал в точку, Гермиона ощутила всплеск злости. - Богатые слова от тебя, Малфой. Ты, пожалуй, самый эгоистичный человек, которого я знаю. Он лишь пожал плечами: - Возможно. Но я бы никогда не целовал другую ведьму, если заранее пообещал быть с кем-то на вечере. У меня больше уважения, чем у него. Слёзы снова подступили к глазам Гермионы. - Мы и не договаривались, что это свидание. Я просто спросила, пойдёт ли он со мной. Я… просто решила, что если он согласился, значит, он может чувствовать то же, что и я. Малфой нахмурился. - Перестань винить себя, Грейнджер. Ты же умнее этого. Гермиона злобно посмотрела на него, утирая слёзы: - Я имею право на чувства, Малфой. Может, ты никогда не нравился кому-то безответно, но у меня такое было. Это больно, ясно? Больно и противно, и я не знаю, что с этим делать. - Ты не знаешь, что делать? - тихо переспросил он, голос его прозвучал ледяно. Потом его лицо стало жёстким. - Я скажу тебе. Делаешь вид, что тебе плевать, что он с ней. Приглашаешь на вечер другого, лучше того, кого он терпеть не может. Но чего ты точно не должна делать, так это показывать, как сильно он тебя задел. Никогда не давай ему знать, что он причинил тебе боль. Потому что он это использует. Покажешь карты и он будет знать, как тебя обыграть. - Рон не такой, - прошептала она, в ужасе от его слов. - Он бы никогда… - Поверь, ещё как бы, - отрезал Малфой. Гермиона молча смотрела на него. Гарри упоминал, как Малфой и Паркинсон вели себя в поезде, он лежал у неё на коленях. Но, насколько Гермиона помнила, с начала учебного года она ни разу не видела их вместе. Неужели Паркинсон сделала с ним то же, что Рон с ней? Сердце Гермионы вновь сжалось, но теперь не из-за Рона, а из-за Малфоя, который настолько прячет свои чувства, что не может быть собой ни с кем… возможно, даже с самим собой. *** После той ночи она невольно стала смотреть на него иначе. Всё чаще Гермиона пыталась понять, что у него правда, а что маска. Она заметила, что он почти не ел, а если и ел, то спешно. Почти всегда уходил из Большого зала раньше остальных, а иногда и вовсе не появлялся. Настроение у него тоже менялось: на одних занятиях он был раздражителен, на других они могли даже поговорить по-настоящему. Однажды вечером он заснул прямо на диване во время их встречи. Работа была уже наполовину сделана, но это было крайне неудобно. Она подошла, собираясь разбудить его, но, увидев его спящим, остановилась. На самом деле он был довольно красив, когда не кривился и не насмехался. Злость Гермионы растаяла, когда она заметила тёмные круги под его глазами, и она решила не будить его. Гермиона проработала почти полчаса в одиночестве, прежде чем Малфой проснулся. Он пробормотал извинение и пошёл к чайнику. После нескольких глотков он оживился и сел за стол, чтобы тоже заняться делом. Работать с ним теперь, даже в тишине, было уже не так плохо и неловко, как раньше. Она знала, что можно не проверять его записи и не опасаться, что он будет списывать у неё. Кроме того, он не пытался заполнить тишину болтовнёй, как это делали многие, особенно про то, что ей совсем не интересно, вроде квиддича. - Думаю, я всё же последую твоему совету, - сказала она, когда закончила работу. Он приподнял бровь. - Какому ещё совету? - Ну, насчёт того, чтобы пригласить кого-то другого на вечер у Слизнорта. Кого-то, кто вызовет у Рона ревность. Малфой отложил перо и посмотрел на неё внимательно: - И кого же ты задумала? - Честно говоря, сначала подумала о тебе. Ты бы его больше всех вывел из себя. Но потом передумала. Малфой усмехнулся: - Было бы занятно посмотреть на его лицо. Да и на Поттера тоже. - Да, только если бы я пришла с тобой, Гарри бы решил, что ты наложил на меня Империус. Цвет сразу ушёл с лица Малфоя. - Почему он так думает? Гермиона поморщилась: - Наверное, не стоило тебе этого говорить, но Гарри считает, что ты что-то замышляешь. Я сказала ему, что он смешон. - Да… смешон, - тихо повторил Малфой, отводя взгляд. - В общем, я решила, что лучшей кандидатурой будет Кормак, - продолжила Гермиона. - Как думаешь? Малфой задумался, а потом усмехнулся: - Неплохо, Грейнджер. Тот самый парень, который чуть не занял его место в команде. Это точно заденет Уизли. Гермиона улыбнулась: - Именно этого я и добиваюсь. Он посмотрел на неё так, словно изучал. - Что? - спросила она, смутившись. - Думаю, что Слизерин мог бы тебе подойти, - заметил он. - Шляпа сказала, что я могла бы оказаться в любом факультете, - пожала плечами Гермиона. - Удивлён, что не в Когтевране. - Я тоже, - рассмеялась она и удивилась, увидев, что он тоже слегка улыбнулся. - А ты бы куда хотел попасть, если бы не был предопределён для Слизерина? - спросила она. - В Когтевран, - ответил он без раздумий. - Почему? - Ну, если бы я попал в Гриффиндор, меня бы, наверное, лишили наследства. А в Пуффендуе я бы предпочёл сменить школу. - Пуффендуй не такой уж плохой факультет! - возмутилась Гермиона, скрестив руки. - Кстати, книгу «Фантастические звери и места их обитания» написал Ньют Саламандер. Пуффендуец! А ещё я знаю одну из самых молодых мракоборцев Министерства - и она тоже из Пуффендуя. Да и если бы Кубок огня не был подстроен, то единственным чемпионом Хогвартса был бы Седрик, тоже пуффендуец. И… - Ладно, ладно, сдаюсь, - поднял руки Малфой. - Пуффендуй не так уж и плох. Она кивнула, довольная. - Так вот, я приглашу Кормака. Он немного заносчив и самовлюблён, но думаю, что на один вечер я справлюсь. Малфой ухмыльнулся: - Если ты выдерживаешь меня два раза в неделю, то с МакЛаггеном точно справишься. *** Между занятиями и работой с Малфоем у Гермионы оставалось меньше времени на Дафну - они виделись только на уроках, и то редко разговаривали. К счастью, у них были тетрадки для переписки. Привет, Даф! Как у тебя дела с проектом с Терри? Отлично! Мы почти закончили. А вы с Драко? Смотрю, вы друг друга ещё не прибили - это уже успех! Начало было тяжёлое, но теперь мы наладили систему. Работается нормально. А где вы вообще занимаетесь? Я вас в библиотеке не видела. Нашли комнату, чтобы никто не мешал и не задавал лишних вопросов, почему мы вместе. О-о-о, так ты проводишь время с Драко наедине? Представь, как я сейчас строю бровки. А я закатываю глаза. Между нами ничего нет. Только работа. Мы тоже почти закончили. О, боже, я же забыла сказать! Терри пригласил меня в Хогсмид! Пообещал купить сливочного пива и сладостей в «Сладком королевстве». Ну разве не прелесть? Похоже на настоящее свидание! Обязательно расскажешь, как всё прошло. А я хочу заглянуть в «Книги и свитки», там вроде новые поступления. И пора начинать рождественские покупки. Купишь что-нибудь Драко? Понятия не имею, что ему дарить. У него сладкоежка ого-го, если ты ещё не заметила. Уж точно заметила. Но не знаю, стоит ли дарить ему что-то. Это не будет странно? Ни капли! Вы же видитесь несколько раз в неделю. Вы почти друзья! Я бы так не сказала. Мы скорее терпим друг друга. Но подумаю о подарке. Ладно, пойду спать, пока остальные не вернулись в спальню. Всё ещё избегаешь Лаванду? А ты бы нет? Конечно нет! Спокойной ночи, Гермиона! Сладких снов! Лежа в постели, Гермиона задумалась над словами Дафны. Стоит ли ей купить подарок для Малфоя? Можно хотя бы заглянуть в «Сладкое королевство» и поискать что-то подходящее. Вдруг он и сам решит подарить ей что-нибудь? Хотя это маловероятно. Эта мысль заставила её усмехнуться. И - если быть честной - немного занервничать.