Услышанная молитва

— Вы, идиоты, прекратите ругаться! — Бобби явно был недоволен. Он был готов выставить братьев за дверь, как нашкодивших щенков. Вели они себя как малые дети, будто им обоим было по пять лет и они не поделили игрушку. Дин откровенно ябедничал на Сэма, рассказывая Бобби всё — начиная со странной помощи, заканчивая «меткой». Сэм не отставал, защищаясь всеми способами и обвиняя Дина в отсутствии какой-либо веры. Бобби в воспитатели не нанимался, но пока эти двое устраивали сцену, он успел полистать парочку умных книжек. Разумеется, никакой метки не было. Просто на Сэме остались следы благодати после присутствия архангела. Хватало одного прикосновения, чтобы другие существа, в том числе ангелы, чувствовали её. Очевидно, Габриэль касался Сэма не один раз. Дина эта информация нисколько не успокоила, а вот Сэм выглядел немного самодовольно. Бобби закатил глаза. — Вообще, я позвал вас не для этого, — Сингер махнул рукой, приказывая им сесть вокруг стола, где были разложены сводки газет, рисунки и переписанные выдержки из книг. — Нужна ваша помощь в охоте. Дин склонился над вырезками: сообщения о пропавших детях, найденных в лесу обескровленными. Один мальчик умер в машине скорой помощи, несколько детей исчезли без следа. Всё это в одном округе, за две недели. — Ужас, — пробормотал Сэм, просматривая рисунок: небрежно нарисованное женское лицо с раздвоенным языком и змееподобными глазами. — Ламия, — сказал Бобби, стуча пальцем по отрывку из старого гримуара. — Древняя тварь. Получеловек, полузмея. Питается детьми. Предпочитает мальчиков. Может принимать человеческий облик, чаще всего женщины. — Звучит как клише, — пробормотал Дин. — А как её убить? — Это непросто, — Сингер кивнул на другой фрагмент текста. — Обычные пули её не берут. По легенде, уязвима к серебру. Ещё один вариант, воткнуть кол из осины прямо в сердце. Но это надо сделать в тот момент, когда она принимает истинный облик. А выглядит она тогда... Он отложил очередной рисунок. На нём было изображено существо с телом женщины и хвостом змеи, кожа покрыта чешуёй, зубы острые, как у акулы. — Прекрасно, — фыркнул Дин. — Опять зубастая тварь, которая любит детей и прячется среди людей. Отлично, просто отлично. Сэм пододвинул к себе вырезку из газеты, показывая фотографию школы. — Все дети, с которыми это случилось, учились в одном и том же районе. Трое из одной школы. Если она прячется на виду, логично начать оттуда. Бобби кивнул. — Учителя, медсёстры, персонал. Кто-то обязательно покажется странным. Вам придётся говорить с семьями. Будьте осторожны: она может зачаровывать, вызывать видения или влиять на восприятие. Так что держите ум трезвым. — Ага, — Дин ухмыльнулся. — Значит, ещё одна причина не пить перед охотой. Сэм покосился на него, но ничего не сказал. — И ещё: говорят, она оставляет после себя след — запах жасмина и гниющей листвы. Запоминающийся, не спутаешь. В комнате повисла тишина. — Ну что, — сказал Сэм, поднимаясь. — Поехали искать ламию. Школа давно опустела. Коридоры тонули в тени, потолочные лампы надрывались тусклым светом, отбрасывая длинные искажённые силуэты шкафчиков и дверей. Каждый шаг отдавался гулким эхом, словно здание само следило за ними. Сэм шёл первым, сжимая в ладони осиновый кол. Дин прикрывал сзади, пистолет с серебряными пулями был наготове. Под подошвами скрипел песок. — Запах чувствуешь? — спросил Сэм, внезапно остановившись. Его голос прозвучал слишком громко. Дин втянул носом воздух. — Жасмин... и что-то вроде мокрой листвы. Чёрт. Она точно где-то рядом. Вдруг лампы над ними вспыхнули сильнее и тут же погасли. Коридор погрузился в полумрак. Сэм резко повернулся, инстинктивно поднимая кол. — Вниз, — прошептал он. — Подвал. Сквозняк ударил в лицо, будто кто-то пронёсся мимо. Сэм замер на верхней ступеньке. Сердце стучало в висках, кол казался слишком лёгким. Они начали спускаться. Ступени скрипели, воздух в подвале был вязким и влажным. Стены покрыты плесенью, где-то в темноте тикала вода. Сквозь тусклый луч фонаря Дина сверкнули следы… детские. Босые, слишком маленькие. И в следующий миг тень сорвалась с потолка. Сэм не успел даже крикнуть, только ощутил мощный удар в грудь. Его отшвырнуло на спину, кол отлетел в сторону, звякнув о трубу. Над ним зависла ламия — вытянутое женское лицо, потрескавшаяся кожа, глаза янтарные, губы обнажали хищные зубы, а изо рта торчал раздвоенный язык, шипя и скользя. Она зарычала и ударила когтями в плечо. Боль пронзила тело, как огонь — острая, обжигающая. Яд впрыснулся мгновенно, Сэм почувствовал, как немеет рука, как по венам расползается ледяная дрожь. Он закричал. Ламия раскрыла рот, слишком широкий, с вывихнутой челюстью, и потянулась к его шее. Выстрел. Пуля ударила её сбоку, она взвыла, развернувшись. Дин стоял у прохода, прицелившись. — Отвали от него, мразь! — рявкнул он и выстрелил ещё раз. Пуля попала ей в плечо, тело ламии дёрнулось, кровь брызнула в темноту, густая и чёрная, словно масло. Сэм попытался подняться, но тело его не слушалось. Ламия взвизгнула и кинулась на Дина молниеносно, с нечеловеческой грацией. Дин едва успел отбить удар прикладом, который с хрустом врезался в её скулу. Тварь отлетела к стене, но поднялась почти сразу, шипя и брызжа слюной. Из её спины уже пробивались рваные крылья, как у гигантской летучей мыши. Кожа на руках потемнела, чешуя переливалась в тусклом свете. Дин отступил назад и в этот момент заметил возле ноги осиновый кол. Он прыгнул, схватил его и, перекатившись, избежал когтей ламии. Она рванулась за ним, но в этот момент Дин развернулся и вонзил кол прямо ей в грудь, вложив в удар всю ярость, страх и силу. Кол вошёл с глухим треском. Ламия издала оглушающий, пронзительный крик, будто тысячи голосов кричали одновременно. Иллюзия человеческой кожи исчезла, как сгорающая бумага, оставляя после себя сухое змеиное тело, покрытое трещинами и чешуёй. Она выгнулась, дёрнулась и развалилась на части, оставив только пепел. Дин бросился к брату. — Сэм! Эй! Сэм! Тот сидел, привалившись к стене, держась за плечо. Из раны сочилась густая, почти чёрная кровь. — Горит… как будто огонь внутри… — прошептал Сэм, тяжело дыша. — Бобби ничего не говорил про яд… Чёрт… — Дин выругался, разглядывая рану. — Потерпи, Сэмми. Только не теряй сознание. Сэм зажмурился, но снова открыть глаза так и не смог. Когда Дин привёз его к Бобби, Сэму стало только хуже. Он был ужасно бледным, губы посинели, а вокруг раны расходились тёмные круги. Уложив Сэма на кровать, Бобби велел Дину промыть рану тёплой водой, пока он сам ищет способ помочь. Дин держал брата за руку, чтобы удобнее было смывать грязь, и чувствовал, как под пальцами скакал пульс. Глазные яблоки под веками бешено двигались, тело Сэма содрогалось в судорогах. Дин продолжал промывать рану, выжимая тряпку в таз. Его пальцы дрожали, страх скручивал внутренности, а воображение подкидывало страшные картинки. Бобби крикнул с первого этажа, что может помочь отвар из лунных трав, но его голос звучал неуверенно. Дин хотел пойти с ним, но Бобби гаркнул, что кто-то должен остаться с Сэмом. Старший чувствовал себя абсолютно беспомощным, сидя рядом с постелью брата. Он был бессилен, и это ранило его больше всего. — Вас вообще можно на секунду оставить?! Дин схватился за пистолет, наводя его на внезапно возникшего мужчину. Тот выглядел спокойно, с хрустом раскусывая леденец. Его золотые глаза смотрели на Дина с лёгкой насмешкой. — Попробуй выстрелить в меня, Винчестер, и от тебя ничего не останется, — предупредил он. И, разумеется, Дин выстрелил. Когда он вообще делал так, как ему говорят? Пуля пробила рубашку мужчины ближе к плечу, но крови не было. В следующий момент Дин со всего размаха впечатался в стену, потеряв способность двигаться. Он изумлённо смотрел, как от мужчины исходил свет, а по стенам ползли тени от крыльев. Его глаза светились, и Дин ощущал мощь — пронизывающую каждую клеточку, как ветер, от которого перехватывает дыхание. Он понял, кто это. Тот самый архангел, по какой-то необъяснимой причине защищающий Сэма, но появляющийся слишком поздно. — Я тебе не шлюха по вызову, Винчестер, — прошипел Габриэль, мгновенно оказавшись в миллиметре от лица Дина. Очевидно, он мог читать мысли. — Имей уважение к тому, кто может уничтожить тебя одним щелчком пальцев. Свет рассеялся также быстро, как и появился. Дин с грохотом упал на пол, ударившись об тумбочку. Габриэль уже сидел у кровати Сэма, положив руку ему на голову. Сэм застонал, а потом расслабился. Его грудь медленно и равномерно вздымалась и опускалась. От раны на плече не осталось и следа, а кожа Сэма приобрела розоватый оттенок. Архангел убрал руку, но остался сидеть рядом. Дин наблюдал за ним, продолжая лежать на полу. Может, всё не так плохо. Он спас Сэма. Но вдруг он попросит что-то взамен? Что-то серьезное, например, душу? Сделки с демонами были чем-то более привычным и понятным, но вот что нужно ангелам? Очевидно, он думал слишком громко, Габриэль обернулся и сверкнул глазами. — Мозг себе не сломай, — фыркнул он. На лестнице послышались шаги, и дверь распахнулась, впуская Бобби с миской в руках. Вероятно, с отваром. Габриэль мгновенно исчез, оставляя после себя ощутимый сладкий аромат. — И долго ты там будешь лежать? — спросил Бобби, ставя отвар на тумбу. Он уже понял, что в человеческой помощи Сэм больше не нуждался.