Грезы белого шторма

Санеми шагал по коридору школы, словно потерянный в своём мире, где нет никого кроме одного — Гию. Он думал о нём каждую секунду. Каждую минуту. Без Гию его мир переставал существовать. Сердце начинало колотиться с болью, которую нельзя было описать словами. Это была не просто любовь — это была одержимость, почти наркотическая зависимость. Он жил ради того, чтобы увидеть Гию. Чтобы услышать его голос, уловить малейшее движение, ощутить близость — хоть на расстоянии. Но вот… он увидел. Гию стоял не один. Рядом — Сабито. Сабито, который смеялся, касался его, говорил что-то весёлое и тёплое. И Гию отвечал ему улыбкой. Не той холодной, отстранённой улыбкой, что дарил Санеми — а живой, искренней. Всё внутри Санеми треснуло. Это было словно удар током, который прошёл по венам и огнём выжёг душу. Он почувствовал, как грудь сжимается в стальном капкане, а горло пересыхает от боли. Он не мог дышать. Его мысли превратились в хаос — боль, злость, страх потери смешались в один нестерпимый комок. Он стиснул руки в кулаки до белых костяшек, ногти впились в кожу, кровь капала на пол. В его глазах вспыхнуло безумие, холод и ярость слились воедино. Он был готов сделать всё, что потребуется, чтобы вернуть своё дыхание — своё сердце. Санеми долгое время наблюдал издалека, собирал каждую крупицу информации. Он изучал Гию — его привычки, движения, взгляды. Но теперь, когда появился Сабито, всё усложнилось. Он выяснил, что Сабито не просто очередной ученик, а тот, кто был рядом с Гию с самого детства — с тех самых пелёнок. Они росли в одном дворе, ходили в одну школу, делили первые радости и первые печали. Санеми представлял себе их маленькими детьми: как Сабито держит за руку Гию, когда тот боится чего-то нового, как они вместе играют на площадке, смеются, делятся секретами. Эта мысль невыносимо жгла внутри. «Он был с ним всегда…» — повторял про себя Санеми, и это наполняло его сердце острым ножом боли и зависти. Почему он только сейчас появился? Почему именно сейчас Гию позволил ему быть так близко? Это была не просто дружба. Это была глубокая, крепкая связь, которая могла затмить всё — даже Санеми. Он видел фотографии Сабито и Гию — на праздниках, в школе, на тренировках. Сабито всегда был рядом, всегда заботился. Всегда первым знал, когда Гию грустит или боится. И теперь этот человек угрожает тому, кто был смыслом всей жизни Санеми. В его голове зазвучала мрачная музыка — сигнал к действию. С каждым днём зависимость от Гию только усиливалась, а ненависть к Сабито росла в геометрической прогрессии. Теперь Санеми не мог позволить себе ошибку. Он должен был знать всё. Каждый шаг, каждое слово, каждое прикосновение. И он был готов сделать всё, чтобы вернуть Гию — даже если придётся пролить кровь. Санеми знал, что Сабито часто оставляет вещи в шкафчике рядом с тренировочным залом. Он тайно положил туда записку от имени Гию: «Сабито, нам нужно очень важно поговорить. Встретимся на крыше в обеденный перерыв.» Сабито, не подозревая подвоха, взял записку и направился на крышу — место, где обычно никто не задерживался. Сабито пришёл на крышу раньше назначенного времени. Он стоял у старого вентилятора, спокойно глядя куда-то вдаль — возможно, думая о Гию или о том, как всё наладится. Ничто не выдавало, что сейчас здесь будет холодный кошмар. Внезапно раздался тихий, едва слышимый скрежет — крышка вентилятора начала откручиваться. Это был звук, который Сабито услышал слишком поздно. Он обернулся — и увидел Санеми. Холодный взгляд, сжатые кулаки, полные безумной решимости. Сабито попытался отступить, сделать шаг назад, но было уже поздно. Санеми молниеносно схватил его за голову, пальцы впились в волосы с такой силой, что Сабито почувствовал резкую боль. — Нет! — хотел закричать Сабито, но голос застрял в горле. Санеми схватил его за шею и резко толкнул — внутрь, в гудящий, металлический, бездушный вентилятор. ——————————————————————— Всё произошло за секунды. Мясо. Кровь. Виск металла. Железо звенело, как колокол. Кровь брызнула на стены, на пол, на самого Санеми, но тот стоял неподвижно, словно окаменевший. В его глазах горел огонь — смесь ненависти, любви и одержимости. Это была не просто месть. Это была жажда обладать. Сабито больше не существовал. ——————————————————————— На следующий день после исчезновения Сабито Гию казался совсем другим. Его глаза, обычно холодные и отстранённые, теперь были потухшими, будто в них угасал свет. Он ходил по коридорам школы, будто тень, опустив голову и не замечая вокруг ничего. В душе его грызла пустота — тяжёлая, болезненная, которую невозможно было заглушить словами или делами. Сабито был для него опорой, светом в мрачном мире, и теперь этот свет внезапно погас. Гию сел в пустом классе, опершись на стол, и почти не двигался. Сердце колотилось, а в голове кружились тревожные мысли и вопросы без ответов. В этот момент к нему подошёл Танджиро — молодой, доброжелательный парень с искренней улыбкой и тёплыми глазами. Он тихо сел рядом и мягко сказал: — Ты выглядишь подавленным. Если хочешь, я могу помочь. Не нужно всё держать в себе. Гию поднял на него взгляд — впервые за долгое время в его глазах мелькнула искорка надежды. Санеми, стоявший неподалёку в тени, наблюдал за этой сценой. Его сердце сжалось от ревности и злобы. Он знал, что Танджиро — следующий соперник. Следующая угроза его единственной любви. Внутри него разгорелось пламя — холодное, беспощадное, готовое сжечь всё на своём пути. «Если кто-то попробует завоевать Гию — он не выживет», — думал Санеми, сжимая кулак. Он был готов к следующему шагу.