Сказки нашего городка

Когда он в первый раз понял, что что-то не так? Тогда в Праге, стоя на крепостной стене? Или потом, в Зноймо, валяясь в кровавом бреду? Или сейчас, глядя как его собственная тень на грязной стене мечется, меняется, расслаивается. Он хочет спросить, но слова не протискиваются в пересохшее горло. Боль выламывает кости, рвет мышцы, его одновременно выворачивает наизнанку и словно шпигует сотнями тысяч мелких иголок. Вместо криков и стонов вырывается сиплый рык. - Ну-ну-ну - Мурчащий голос над головой бесит - и кто же у нас здесь? Кот свешивается с потолочной балки и ухмыляется. Сегодня он рыжий, зеленоглазый и девчонка. - Ох бедняяяяяга. Никак не определишься, да? Я предлагаю - обычного бурого медведя. Или хочешь гризли? От боли он не соображает уже ничего и даже рычать нет сил. Рыжая девчонка спрыгивает с балки ему почти на спину и острыми когтями рвет одежду, кажется, прямо с кожей, прямо с мышцами. Обжигающая, невыносимая, приносящая почти облегчение боль. Он, не выдержав, кричит, срывая горло и скидывает лёгкое тельце с себя. Кот ударяется о стену, вскакивает и фыркает. - Ну и нечего так орать? Нормально же получилось. Он разворачивается к раздражающе говорливой козявке рывком. Мир... странный. Цвета и звуки, запахи и ощущения от тела - все неправильно. Нужно подняться, не дело это - валяться на полу пока он ещё трезв. Он встаёт и этот процесс почти бесконечный. Девчонка где-то там внизу восторженно пищит и подпрыгивает. Он тянет к ней лапу... руку... лапу? Какого хера? - Ты таааааакой красивый - Девчонка скачет вокруг и несёт какую-то чушь. - Ооооо, какой мех! Какие когти. Мы с тобой им всем покажем. Они охуеют просто! - А ты, я так погляжу, уже охуела. - Черт появляется внезапно, как демон из преисподней - Какого хера, Кот? - Ну я не кот сегодня, ты не видишь, что ли? Я сегодня Лисаааааа. Красиво, правда? - Мелкая, рыжая гадость проскальзывает под столом, уворачиваясь от пытающегося ее схватить, Командира. - Выпорю! - Фигура рыжего словно пламенем вверх взвивается - Что наделала? От удивления он падает на жопу и рассматривает свои ноги... лапы? Что это вообще? Что он теперь такое вообще? - Янош - Командир смотрит внимательно - В разуме? Кивни хоть, пока эта пакость тебе ещё и речь не обеспечила, в таком вот виде. Кивнуть он может. А ещё может встать на лапы, отряхнутся, фыркнуть на прячущуюся под столом Лису и подойти к двери. Он толкает лапой хлипкую конструкцию, оставляя на дереве глубокие царапины, и выходит во двор. Поляна перед корчмой залита светом. Огромная, оранжево-багровая луна нависает над лесом, почти насаживаясь на верхушки елей. Сегодня разве полнолуние? - Здесь всегда полнолуние - Лиса выпрыгивает из двери, проскальзывая под рукой Черта - Ты теперь совсем-совсем наш! Девчонка запрыгивает ему на спину, вцепляется острыми коготками в шерсть на загривке и мурчт, уминая его как подушку: - Пойдем, прокатимся? Черт стоит в дверях и смотрит укоризненно. Пламя, пылающее вокруг фигуры, словно пеплом подергивается. - Заканчивай свои фокусы, Ли. Дай мужику в себя прийти. - Нет! - Голос уже не мурчащий, он звенит как колокол, отдается в костях вибрацией - Ты все портишь! Он теперь мой, мой, мой! Его ударяют пятками под ребра и, от неожиданности, он бросается бежать в сторону леса. Несётся через чащу исковерканных, искривлённых деревьев; через топкие гнилые болота; через пустошь, покрытую пеплом. Откуда у него столько сил? Откуда здесь столько... Всего? Они мчатся по зарослям высокой травы, ее острые серебристые кромки бликуют и мерцают. Кажется, только коснись - расчертят кожу кровавыми полосами. У подножия невиданных гор он останавливается. - Отдохни пока. - Соскользнувшая с его спины фигура от привычного Кота отличается так же, как он от мыльщицы. Она тоже огонь: мертвый, белый и синий. Как молния в холодном зимнем небе. Как пустые глаза мертвецов в болоте. Как огоньки, что манят в самую чащу и бросают на погибель. Два пламени встречаются у истока ручья. Сочащаяся из под земли вода шипит и испаряется, от их ярости. Меньшая фигура, беснуясь, машет руками, швыряет ледяные всполохи в собеседника, взвивается освещая собой окрестности. Черт пережидает эту вспышку и отвечает одним резким ударом. Они гаснут. На оплавленной земле стоят невысокий пегий мальчишка и высоченный рыжий мужик. - Ладно.... Ладно. - Кот говорит медленно, устало. - Я не буду так больше. - О, я не сомневаюсь - Черт притягивает пацана ближе и треплет ему волосы - Ты будешь совершенно по-другому. И я охуею просто. Кот хохочет, оборачивается вокруг себя, вьется волчком закручивая, вновь вспыхнувший, синий огонь в яростный шторм. - Не догонишь, не догонишь - Кричит рыжая девчонка и мчится, через стальные лезвия травы, обратно к корчме. Он не удивится, если на ней не будет ни царапины. - Вставай уже, жертва женской хитрости - Черт пинает его по жопе совсем легко. Просто намекая. Он поднимается и мир снова прежний. Запахи, звуки, вкус собственной крови во рту, жуткая свинцовая усталость. - Командир, - Собственный голос ощущается чужим и искаженным - что за херня? Я умер, что ли? - А,- Черт хмыкает - вспомнил, все же. Он не то чтоб вспомнил, скорее пережил заново. Прага, осада, чёртовы стрелы, сучьи арбалетчики. Хлюпающий звук в собственной груди и невозможность вдохнуть. Лешек, держащий его за руку и причитающий о колбасе, о девках, о молитвах. Фигура за спиной поляка - мерцающая как воздух над костром. Рыжий мужчина, нет огненный столб, нет дьявол как в рассказах священников, нет усталый, усталый, усталый рыжий мужик. Ему протягивают когтистую руку... огненный жгут... длинные пальцы, в мозолях от меча, и тянут. Он летит, проваливаясь, и тонет, сгорает, осыпаясь прахом и льдом, лежит на сырой земле и над ним смеётся и плачет, склеенное из кусочков разных людей, женское лицо. - Вспомнил - Говорить всё ещё сложно. Рокот в костях требует рычать, и рвать, и жрать падаль. - Ну пойдем тогда. Расскажу - что можно, а чего лучше не стоит. - Рыжий хмыкает - А то вляпаешься опять в Ли. Не отмашешься. - Командир, - Слова даются легче, привычнее - а ты кто? И он, кот? Или она? - Давай-ка мы с чего попроще начнем, а до космогонических основ доберёмся как-нибудь в следующий раз. Черт хватает его за плечо и мир меркнет, раскручивается, раскачивается, расчерчивается огненными вспышками. Они снова во дворе корчмы, но это уже привычное Чертово Место. Никакого полнолуния. Никакого Кота. Лешек спит под столом. - Значит слушай сюда, мишка Гамми.