Eternal. Part two

Я никогда не любила просить. Особенно у Росса. Но иногда любые принципы уступают одной простой человеческой потребности — выбраться. Выбраться из Нью-Йорка. Выбраться из своей головы. Я стояла у его кабинета, ожидая, пока секретарь даст добро войти, и мысленно репетировала, как объясню, что именно эта командировка мне совершенно необходима. Впрочем, Росс, как оказалось, был только рад подкинуть мне работы. — Ну что, Лили, — Росс встретил меня с привычной полунасмешливой улыбкой. — Готова снова сунуть голову в пекло ради статьи? — А разве у меня есть выбор? — я усмехнулась. — В этом и прелесть, — он махнул рукой, подавая мне распечатку. — Лос-Анджелес. Премия «Свет Грации». Там соберутся все, кто хоть как-то причастен к благотворительности, инвестициям и высоким сферам. Задача простая: описать, как прошло мероприятие. Если повезёт — выцепить пару цитат. Я прочитала заголовок, затем список гостей. Половину имён я знала лишь поверхностно, остальные — громкие фамилии, с которыми сталкиваются только журналисты из раздела «больших денег». — Со мной поедет кто-то ещё? — спросила я, краем глаза замечая, как он уже потянулся к телефону. — Луиза. Наш штатный фотограф. Она знает дело, не подведёт. Снимает шикарно. А тебе это нужно — картинка нынче важнее слов, — Росс ухмыльнулся. Я кивнула, пытаясь скрыть облегчение. Луиза — тишайшая, работать с ней комфортно. — Самолёт сегодня ночью. Как раз успеете за день на месте освоиться. Я кивнула снова и, попрощавшись, вышла из кабинета. ——— Честно говоря, такие мероприятия всегда вызывали во мне скуку. Глянцевые улыбки, фальшивые тосты, нарядные костюмы, за которыми скрывается исключительно личный интерес. Но сейчас мне было плевать. Я радовалась самой возможности сменить декорации. Сбежать из Нью-Йорка, который слишком тесно обхватил меня за горло. Вечером я лениво закидывала в чемодан пару платьев и ноутбук, когда телефон вдруг завибрировал. Елена. Я сделала глубокий вдох — её звонки всегда означали, что спокойствие закончилось. — Ну привет, — сказала я, прижимая телефон плечом, продолжая бросать вещи в чемодан. — Нам надо встретиться, — сказала она прямо, без приветствий. — Я улетаю сегодня ночью. Вернусь через пару дней, можем встретиться тогда, — ответила я, застёгивая молнию на чемодане. — Это не может ждать, — голос Елены прозвучал так серьёзно, что у меня по спине пробежал холодок. В ту же секунду я услышала в дверь уверенный стук. Я замерла. Потом медленно подошла, глядя в дверной глазок. — О боже, — выдохнула я, открывая дверь. Елена стояла на пороге, как ни в чём не бывало, сунув руки в карманы куртки. — Я умею быть быстрой, — сказала она, заходя в квартиру и скидывая куртку на диван. — Ты, блин, могла хотя бы предупредить, — пробормотала я, закрывая дверь. — Тогда это уже не было бы сюрпризом, — она фыркнула, проходя на кухню и, по-хозяйски, ставя чайник. Мы сели за стол, и я, чуть нахмурившись, спросила: — Ну? Что такого срочного? Елена сложила руки на груди, глядя на меня своим прямым, цепким взглядом. — Мы вышли на след Sigma. Эти слова повисли в воздухе. Я молчала, сердце глухо стучало. — И ты пришла ко мне потому что…? — Потому что у нас есть наводка. Очень конкретная. Антуан Леруа. Имя ударило, как пощёчина. — Чёрт… — я резко откинулась на спинку стула. — Ты шутишь? Он? Я брала у него интервью во Франции, но это была гламурная ерунда. — Конечно, он тебе ничего не сказал, — хмыкнула Елена. — Но он — одна из связующих фигур. И он будет на премии «Свет Грации». А я знаю, что ты тоже там будешь. Я уже понимала, к чему она ведёт, и это мне совсем не нравилось. — Слушай, моя задача — написать нейтральную статью о мероприятии. Ни брать интервью, ни влезать куда-то я не собираюсь. Тем более в такие игры. Елена смотрела спокойно, но её голос стал жёстче: — Мне не нужно, чтобы ты копала. Мне нужно, чтобы ты отвела его в номер. Я моргнула, не веря в то, что только что услышала. — В номер?! — я чуть не задохнулась. — Да, — она пожала плечами так, будто говорила о погоде. — А там мы перехватим его. Есть сыворотка — разговорит его за минуту. Дальше — наше дело. — Елена, ты вообще слышишь себя?! — я вскочила и начала метаться по комнате. — Ты хочешь, чтобы я его… что, соблазнила? Затащила в номер? Ты понимаешь, насколько это безумно? Что потом будет со мной, когда он поймёт, что это была ловушка? Он не просто миллиардер, он — человек с армией адвокатов. Меня уволят на следующий же день! Елена хмыкнула: — Во-первых, после сыворотки он тебя не вспомнит. Во-вторых, ты даже не успеешь зайти за порог. Для всех ты просто невинная журналистка, которая случайно оказалась не в том месте. Никто не узнает, поверь. У нас всё схвачено. Я продолжала метаться, пытаясь уложить в голове то, что только что услышала. — Почему ты не можешь сделать это сама? Ты же шпионка, ты умеешь такое. Она скрестила руки на груди, слегка раздражённо. — Потому что мы все слишком заметны. Меня, Баки, Джона, любого из нас узнают на входе. Нас сразу свяжут с ним, даже если мы просто заговорим. А нам нужно, чтобы никто ничего не заподозрил. Чтобы это не попало в прессу. И ты… ты идеальна. Ты уже брала у него интервью, он знает тебя. Ты — безопасный вариант. Я резко остановилась, услышав знакомое имя. — Кто участвует в этой операции? Елена, на мгновение замешкавшись, отвела взгляд. — Неважно. — Баки тоже там будет, да? — я выдохнула. Её молчание сказало всё за неё. — Отлично, — я горько рассмеялась. — Великолепно. Она посмотрела прямо, без тени сожаления. — Послушай. Я не буду тебя уговаривать. Если скажешь «нет», мы попробуем другой способ. Но, Лили… пока мы теряем время, Sigma может найти кого-то из наших. А если ты хоть немного ещё заботишься о Баки, Алексее или Уокере — ты знаешь, чем это может обернуться. Я долго молчала, уставившись в окно, где город уже начинал засыпать в огнях фонарей. Я не шпионка. Я не умею играть в такие игры. Но в её словах была правда, от которой не спрятаться. Медленно, со вздохом, я кивнула. — Ладно… я сделаю это. Елена довольно улыбнулась, вставая. — Вот и отлично, — с ухмылкой сказала она, направляясь к выходу. — Удачи на премии, Лили. Я осталась сидеть за столом, ощущая, как земля уходит из-под ног. Мне предстояло сыграть самую странную роль в своей жизни. И в этот раз — на кону было слишком многое.