Eternal. Part two

Я поняла, что что-то не так сразу, как только подошла к двери квартиры. Замок… Он не выглядел сломанным, нет. Но я прожила здесь достаточно долго, чтобы почувствовать — его трогали. Сначала я подумала, что это паранойя. Может, нервное напряжение, которое держится после всех последних событий. Но, стоило мне только открыть дверь, я поняла, что была права. Квартира встречала меня тишиной. Но это была не та привычная тишина моего дома. Она казалась вычищенной. Как будто всё здесь было стерильно. Я медленно вошла внутрь, оставив дверь приоткрытой. На первый взгляд всё было на своих местах — ни следа взлома, ничего выброшенного или разбитого. Но потом я заметила: ящик с документами — идеально закрыт. Слишком идеально. Я никогда не задвигаю его до упора. Шкатулка, где я держала украшения, тоже стояла немного иначе, чем обычно. Кто-то был здесь. И он знал, что делает. Я резко обернулась — пусто. Но внутри уже поднималась паника. С трясущимися руками я достала телефон и, не задумываясь, набрала Сэма. Он ответил быстро, будто ждал этого звонка. — Лили? — его голос был удивленным и собранным одновременно. — Что случилось? — В моей квартире кто-то был, — я нервно накручиваю круги по комнате. — Сэм, они ничего не сломали, все на своих местах, но здесь точно кто-то был. — Я бросаю взгляд на полку с фото, и понимаю, что одной не хватает. Фото меня и Баки, сделанное в парке, пропало. Это не к добру. — Уходи оттуда, — он сказал это жёстко, почти приказом. — Прямо сейчас. — Я не могу! Это же мой дом, тут все мои вещи и… — Лили, я не шучу. Уходи. Сейчас. Возьми телефон, возьми самое необходимое — и на улицу. Мы уже выезжаем. Я сглотнула. В горле пересохло. — Кто мы? — Все, кто должен быть рядом. Ты не останешься одна. Я выдохнула резко, дрожащей грудью, и, наспех сложив вещи в сумку, выбежала из квартиры, едва не спотыкаясь о порог. Через полчаса я уже сидела на заднем сидении черного внедорожника между Сэмом и Еленой. Баки был за рулём. Его взгляд через зеркало поймал меня на полпути до башни. Я сразу отвела глаза. Молчание было почти физическим. — Думаете, это Сигма? — голос у меня едва не сорвался. — Мы не думаем, — Сэм посмотрел на меня серьёзно. — Мы уверены. Я судорожно сглотнула. — Зачем им я? — Им нужно то, что, по их мнению, ты можешь знать, — вмешалась Елена. — Ты стала слишком заметной после этой статьи. — Но я же ничего не знаю, — я чувствовала, как всё внутри сжимается. — Им это неизвестно, — спокойно отрезал Баки, не глядя на меня. Когда мы вошли в башню, я чувствовала себя как будто в клетке, хотя никто меня не удерживал. Меня сразу проводили наверх. Отдельный этаж. Безопасная зона. Комната с панорамными окнами, минималистичная мебель. Сэм обернулся ко мне: — Тебе нужно остаться здесь. Хотя бы на время. Пока мы не разберёмся. — Когда я смогу вернуться домой? — Мы постараемся решить этот вопрос как можно скорее, — Сэм мягко, но твёрдо посмотрел на меня. Я глухо выдохнула, не зная, куда себя деть. — Я не могу здесь остаться. Я не часть всего этого. Я не хочу снова в это ввязываться. — Ты уже ввязалась, — холодно сказала Елена. — Хотела ты этого или нет. Я посмотрела на неё, сжав зубы. В ней не было ни капли жалости, но вдруг её лицо стало чуть мягче: — Здесь ты в безопасности. Никто сюда не сунется. — Или сунется, — пробормотала я. Баки до этого молчал, но теперь, облокотившись на дверной косяк, сказал: — Сюда не сунутся. Я обернулась к нему. Мои губы дрожали, но я сжала их, чтобы ничего не сказать. Сэм, словно не замечая напряжения между нами, добавил: — Если станет страшно — зови. Серьёзно. Либо спускайся в штаб, там почти всегда кто-то да есть. Елена уже шла к выходу: — Добро пожаловать в башню, — бросила она с лёгкой усмешкой, исчезая за дверью. В комнате остались только я и Баки, и он не спешил уходить. — Ты в порядке? — спросил он тихо, глядя на меня. — Прекрасно, — язвительно отозвалась я. — Меня только что выгнали из собственного дома и заперли в башне супергероев. Чудесно провожу день. Он смотрел прямо на меня, спокойно, без обвинений. — Я понимаю, что тебе это не нравится, но тут ты в безопасности, — сказал он. Я отвернулась, чтобы не показывать, как во мне всё вскипает. — Спасибо за заботу, — бросила я. — Теперь ты можешь идти. Он не ответил сразу. Только спустя секунды коротко кивнул. — Постарайся уснуть, — произнёс он, уходя. Когда дверь закрылась, и я осталась в почти физически давящей на грудь тишине, мне впервые за долгое время стало по-настоящему страшно. ———- Ночь в башне была странно тихой. За окном шумел город, но здесь, за толстыми стеклянными стенами, казалось, что мир застыл. Я никак не могла уснуть. Ворочалась, сбив одеяло, зарываясь лицом в подушку, но перед глазами всё равно стоял один и тот же образ — его взгляд. Баки. Чёрт бы его побрал. Почему он смотрел так? Почему я опять веду себя как влюбленная идиотка? Почему мне вообще не всё равно? Я резко села на постели, злясь и на себя, и на него, и на этот глупый город, и на башню, которая снова меня втянула во всё это. Провела рукой по лицу и решила, что хотя бы немного свежего воздуха не повредит. Тихо, на носках, вышла в коридор, стараясь не издать ни звука. Башня спала. Всё было погружено в полумрак — только мерцание огоньков на панели лифта напоминало, что где-то там, внизу, мир не останавливается. Я прошла в гостиную, почти инстинктивно свернула к балкону. Ночной город расстилался внизу огнями, и воздух был прохладным, но после душной спальни — таким приятным. Я достала сигарету и закурила, жадно втягивая в себя никотин. Табачный дым вязко повис в воздухе, а я уставилась на огни. На секунду мне стало легче — как будто старый рефлекс всё ещё спасал. — Плохая привычка, — раздался сзади хриплый голос. Я вздрогнула, резко обернувшись. Баки. Он стоял у порога, в тени, с привычной мрачной складкой между бровей и руками в карманах. Его волосы были чуть растрепанны, а в руке была кружка кофе. Кто пьет кофе ночью? — Ты что, шпионишь за мной? — выпалила я, скорее чтобы скрыть, как бешено застучало сердце. Баки медленно подошёл ближе, неторопливо, тяжело ступая, будто давая мне время свыкнуться с его присутствием. — Здесь слышно, когда кто-то выходит, — ответил он глухо. — Тебе не стоит курить. Я закатила глаза и демонстративно сделала ещё одну затяжку. — Я взрослая, если ты не заметил. Баки медленно подошёл к перилам, встал рядом, тоже глядя на ночной город. Мы стояли почти вплотную — между нами была только сигарета и какой-то странный, густой воздух. — Взрослая, — повторил он чуть насмешливо, но без злости. — Ты знаешь, что они тебя сюда не просто так пригласили? Я молчала, не отвечая. Это было очевидно. — Они хотят, чтобы ты была здесь под присмотром. Потому что ты им важна. — Пауза. — Ты нам дорога, — добавил он чуть тише. Я хмыкнула, сбрасывая пепел. — Знаешь, ты плохо подходишь на роль утешителя. Баки усмехнулся. Настоящая, хриплая усмешка, редкая для него. — Да я вообще не для этого. Я не утешаю. Я предупреждаю. — Предупреждаешь? — я повернулась к нему вполоборота, вглядываясь в его лицо. — Что, чтобы я снова не попала в беду? Или чтобы не возникло «плохих привычек» вроде общения с тобой? Он медленно повернул голову, его взгляд снова встретился с моим. Стальной, тяжёлый, упрямый. И всё равно в нём было что-то, отчего по спине пробежал холодок. — Просто… будь осторожна, Лили, — сказал он тихо, почти шёпотом. Я вдруг поняла, что держу сигарету в зажатых пальцах слишком долго — она уже почти догорела. Баки посмотрел на неё, потом — на меня. Снова этот взгляд, пронзающий насквозь. — Плохая привычка, — повторил он почти шёпотом. Я едва заметно улыбнулась и, не сводя с него глаз, медленно затушила сигарету о металлическое перило балкона. Тихий скрип, дым исчезает в воздухе. — Удовлетворён? — спросила я, чувствуя, как внутри что-то дрожит. Баки смотрел на меня так, будто видел насквозь все мои защитные стены. — Нет, — ответил он спокойно. — Но хотя бы за это могу быть спокоен. Между нами повисло молчание, тяжёлое, насыщенное. Но впервые оно не казалось мне неприятным. Оно было… правильным. Я резко повернулась и пошла обратно в комнату, не давая себе оглянуться.