Совместимы едва ли на шестьдесят процентов | Barely sixty percent match

На следующий день Гермиона отправила сову Малфою с просьбой встретиться в пабе в маггловском Лондоне. Оба пришли с пузырьками Веритасерума, но он без колебаний принял зелье, ответив на все её насущные вопросы. Она не заметила ни малейшего намёка на злой умысел в его ответах. — Я всё равно найду адвокатов и поговорю с ними. Тебе тоже стоит сделать то же самое, — сказала она, собирая бумаги. — Конечно. Его неожиданное сотрудничество вызывало у неё беспокойство, но ещё более тревожило то, что она серьёзно стала рассматривать эту идею. Учитывая, что все её друзья в данный момент были заняты, она даже не думала обращаться к каким-либо неженатым мужчинам, которых знала, независимо от их возраста. Она не была достаточно близка ни с одним из них для такого предложения. Конечно, она не была особенно близка и с Малфоем, но ведь он первым обратился к ней, не так ли? Гермиона не была особенно традиционной и не парилась по поводу гендерных ролей, но делать предложение самой — даже если это не ради любви — для неё было исключено. Все знали о законе, так что если бы кто-то ещё хотел сделать ей подобное предложение, он уже бы это сделал. Тот факт, что это сделал только Малфой, был, честно говоря, небольшим ударом.

***

Она нашла двух адвокатов, чтобы те изучили брачный контракт, который он ей передал, утверждая, что это стандартный контракт его семьи. Будучи главой дома теперь, в отсутствие отца, он имел право внести некоторые поправки в несколько пунктов. — Нам следует убрать из клятв слова «служить» и «повиноваться», — предложил один из её адвокатов. — Ладно. — Никаких проверок на девственность. Адвокат Малфоя нахмурился: — В любом случае, это запрещённая практика. — Тогда почему это есть в контракте? — Ну, контракт не обновлялся должным образом уже несколько десятилетий, — согласился он и продолжил: — Никакой двойной фамилии с дефисом. Только Малфой. — Почему? — спросила Гермиона и нахмурилась. — Имидж, — добавил Малфой. Она закатила глаза. — Ладно. Они провели несколько часов в спорах о новом месте жительства, детях (Боже, у неё будет ребёнок от Малфоя уже к концу года), сейфах и другой собственности. Закон требовал, чтобы они проживали под одной крышей не менее года после официального подтверждения брака. Гермиона фыркнула: — Это не выйдет на первые полосы газет? — спросила она, опираясь головой на длинный стол, пытаясь яснее думать после часов переговоров. — Нет. Подписанный контракт автоматически запечатывается в момент подтверждения брака. Он хранится в архивах и не является публичной информацией. Гермиона надеялась, что не выглядит такой же испуганной, как Малфой. Он был бледнее обычного, и покраснение на его лице стало ещё заметнее. — После этого контракт будет запечатан на год и может быть вскрыт только спустя сутки, и это единственное время, когда можно будет подать на развод, но только если у вас будет ребёнок. Если нет — будет считаться, что вы не подходите друг другу для зачатия, и вас могут назначить другим партнёрам. В таком случае развода не будет, брак аннулируют. Конечно, при условии отсутствия нарушений с обеих сторон. Посмотрите страницу девять для подробностей. Как с животными. С ними обращались как с животными ради размножения. Они согласовали большинство пунктов, но решили отложить подписание ещё на несколько дней. Малфой подошёл к ней, когда она надевала пальто: — Хорошо всё прошло? — Хорошо? — она чуть не фыркнула. — Я имею в виду — продуктивно. — Определённо. Так и было. Он усмехнулся: — Посмотри на нас, Грейнджер. Ладим друг с другом без ссор. Уже вижу блестящее будущее этого союза. — Не зазнавайся. — Что сказали твои друзья? — спросил он, натягивая пальто. Гермиона отмахнулась: — Я ещё ничего не говорила. Мы собираемся на ужин у Уизли. Малфой рассмеялся: — Ты шутишь? — Нет, почему? Они всё ещё со мной общаются, хотя с Роном у нас не лучшие отношения, — ответила она. Он покачал головой: — Нет, я имею в виду… ты собираешься объявить, что выходишь за меня замуж… во время рождественского ужина? — спросил Малфой, с недоверием расширив светло-голубые, почти серые глаза. Она нахмурилась: — Они все будут там и сразу на меня набросятся. Я не готова сталкиваться с этим слишком часто, понимаешь? — Удачи, — пробормотал он. Она кивнула: — Спасибо. А твои друзья? И… семья? Ей было всё равно, как отреагирует Люциус Малфой в тюрьме, но ей было интересно, что скажет его мать насчёт закона. И она думала о его друзьях тоже. — У них идёт пари, — сказал он невозмутимо. — На что? — На то, когда ты передумаешь, и я женюсь на ком-то другом. — Они думают, что я струшу? — усмехнулась она. Он сжал челюсть: — Они думают, что тебе поступит более выгодное предложение. Гермиона внимательно посмотрела на него: — О, а есть у кого-нибудь из них состояние больше твоего? — Нет, — протянул он, почти гордо. — Тогда тебе нечего бояться, — сказала она в шутку. Если уж она собиралась на это пойти, она намеревалась извлечь из этого максимум пользы. Она не станет отрицать, что состояние Малфоев пригодится для благотворительных проектов, которые она хотела поддержать, но не могла, или для будущих кампаний. Плюс, её первенец — организация S.P.E.W., которая теперь в надёжных руках Луны — тоже могла бы получить дополнительное финансирование. Гермиона прислушалась к его совету и решила сначала рассказать друзьям — за день до Рождества, когда Гарри пригласил всех к себе. Все были обеспокоены и напряжены из-за нового закона, но не из-за себя. Гарри и Джинни — нет, они поженились несколько месяцев назад. Джордж и Анджелина — уже счастливы в браке, и уж точно не Рон с Лавандой или Невилл с Сьюзен, чьи публичные отношения из-за закона быстро перешли в помолвки. — Так, у меня есть кое-что, что я хочу вам сказать, — громко объявила Гермиона, привлекая внимание всех и крепко сжимая палочку. — И я заставлю замолчать тех, кто начнёт кричать одновременно. Все посмотрели на неё. Дин и Симус прервались посреди глотка и повернулись, а Невилл и Луна моргнули ей в ответ. Она прочистила горло: — Итак… я не собираюсь ждать, пока эта нелепая система решит, за кого я выйду замуж. Я решила выбрать партнёра сама. Ну, в общем. Я позволю им подобрать пару, возможно, мне достанется он, а потом… Она покачала головой, чтобы прекратить лепет. — В общем, я знаю, за кого выхожу замуж. Так что… Она снова прочистила горло. — После долгих размышлений, разговоров с другой стороной и с нашими юристами… я решила… выйти замуж… за Малфоя. Все замолчали. Гермиона подумала, что, может быть, её не услышали. — Драко Малфоя, — повторила она. Тишина. Она посмотрела на палочку, нервно постукивая ей по бедру, и задумалась, не наложила ли она случайно на них заклятие. Если да — молодец, что сумела сделать это тихо и незаметно. Но нет, ведь когда Гарри вскочил со стула, едва не сбросив с колен Джинни, на кухне разразился хаос. Она быстро заставила всех замолчать и оградила себя щитом. — Я всё объясню! Пожалуйста, садитесь! К удивлению, все послушались, и она начала рассказывать им всю историю: о плане, мотивах, контракте, который им предстоит подписать до свадьбы, и других деталях их будущего соглашения. Прозвучали самые важные вопросы вроде: — Ты уверена? — Он… безопасен? — Ты всё проверила на веритасеруме? И другие, которые она игнорировала, например: — Ты сумасшедшая? — Ты в последнее время не видела мозгошмыгов? — Ты совсем с ума сошла? Им всё же удалось провести более-менее нормальный разговор.

***

Однако рождественский ужин прошёл не очень хорошо. Единственными, кто относился с пониманием или поддержкой, были Чарли — ведь ему тоже предстояло пройти через похожие испытания, и Перси. Гермиона взяла с собой копию контракта, чтобы показать ему. — Выглядит прилично. Даже довольно… благоприятно… — сказал Перси, поправляя очки, но нахмурившись, заметив неодобрительные взгляды остальных за столом. — Что? Я просто говорю, ты многое учла, и это даже не окончательный вариант, как я понимаю? — Конечно, я ничего не подпишу, пока закон не вступит в силу. Которого, возможно, и не будет, верно? Народ возмущён до предела, — сказала Гермиона с отчаянной надеждой, которая ей самой казалась жалкой. Но, увы, этого не произошло.

***

После Нового года все всё ещё обсуждали этот закон. Его тщательно пересматривали и корректировали по частям, чтобы сделать более приемлемым для широкой публики. Тем временем число желающих уехать на работу за границу взлетело до небес, а те, кто подумывал переехать сюда, теперь колебались. Сестра Флер, которая собиралась переехать в Лондон ради работы, внезапно передумала. В Министерстве дела шли не очень хорошо. Теперь все старше семнадцати обязаны были присоединиться к программе. Те, кто продолжал образование — будь то магистратура или учёба в маггловских университетах — освобождались от участия, из-за чего многие молодые люди выбирали дальнейшее обучение. Возможно, через несколько лет у них будет самое образованное поколение за всю историю. Но некоторые, как Гермиона, не были так удачливы. Некоторым её друзьям также пришлось заполнять анкету и сдавать палочки на проверку, — это Луна, Дин и Симус. Она не была уверена, что ждёт двух мужчин, особенно учитывая, что они уже пара. Вопросы касались её жизненных предпочтений, любимых книг, музыкальных вкусов и даже любимого времени года или цвета — в общем, как те тесты в подростковых журналах, которые она проходила десять лет назад, надеясь понять, что сделать, чтобы Рон наконец посмотрел на неё по-другому. Малфой был прав — это действительно была афера. Когда она выходила из офиса, то заметила Гойла с одной из сестёр Гринграсс. Блондинка, хотя она не могла вспомнить её имя. Они оба с любопытством смотрели на неё. Гермиона вежливо кивнула им и направилась обратно на работу, пытаясь игнорировать чувство надвигающейся беды.

***

Когда проект стартовал, Гермиона получила письмо с уведомлением, что её партнёр для брака выбран, и что она может прийти в офис, чтобы узнать результаты. Для неё это было довольно скучным моментом, потому что она уже решила выйти замуж за Малфоя — идея, к которой ей всё ещё нужно было привыкнуть. Поэтому она была совершенно ошарашена, когда он ворвался в её офис, захлопнув дверь за собой. — Малфой! — ахнула она, увидев его взъерошенный и раздражённый вид. — Что ты, чёрт возьми, делаешь?! — Меня с тобой не свели, — выпалил он. — Что? — Меня с тобой не свели! — повторил он, сунув ей в руки кипу бумаг. На бумагах было имя, которое она не знала — Элизабет Уолш. — Кто это…? — Не знаю! — взревел он, начиная ходить по её кабинету, словно зверь в клетке. — И ты её тоже не знаешь, потому что девочка окончила Хогвартс только в прошлом году! Ей восемнадцать! Какого чёрта у меня общего с восемнадцатилетней, которую я даже не встречал?! Гермиона внимательно просмотрела документы с их именами, ответами на те же вопросы, на которые и она отвечала, и личными историями. — Ну… судя по этим бумагам, много чего. — К чёрту эти бумаги, Грейнджер, всё подстроено, я же говорил! Ей это не казалось подстроенным. Там было указано, что у него 89% совместимости с этой… девочкой. — Ну, мы знали, что такое возможно, — начала она спокойно, потому что кто-то должен был сохранять хладнокровие. — Много ведьм, которые… Подожди. А как ты вообще это получил? — нахмурилась Гермиона. — Моя фамилия начинается на G, твоя — на M, а её — на W. Я должна была получить результаты раньше вас обоих. — У меня свои методы, — пробормотал он рассеянно. Конечно, у него были свои методы. — Ладно. Эм… Может, подождём, кто попадётся мне, и попробуем попросить обменяться? — осторожно предложила она.

***

— Что? — спросила Гермиона, когда в конце дня вошла в регистрационную службу. — Чарльз Уизли, — сказал он. Гермиона моргнула, глядя на пожилую женщину за столом. Это не могло происходить на самом деле. Во-первых, она была почти уверена, что Чарли всё ещё холост, потому что он — гей, и даже если бы это было не так, мысль о том, чтобы выйти замуж и заниматься сексом с братом Рона, была, честно говоря… немыслимой. Как-то мысль о близости с Малфоем уже не казалась такой абсурдной. Она дрожала на своём месте. — Спасибо за вашу… эээ, помощь, — пробормотала она, уставившись на бумаги с результатами. — Конечно, — сказала женщина, заглянув на Гермиону поверх очков. — Мисс Грейнджер, если позволите… Пожалуйста, помните, что это лишь сильная рекомендация, своего рода крайняя мера, если хотите, на случай, если вы не сможете найти подходящего партнёра в ближайшие несколько месяцев. Да, конечно, потому что толпы чистокровных волшебников выстроились в очередь, чтобы жениться именно на ней. — Вы молодая, умная и привлекательная женщина. Не соглашайтесь на… ну, предложение Министерства, — вежливо сказала женщина. Гермиона просто кивнула.

***

— Нет, обменяться мы не можем, — сказала она Малфою, когда они нашли тихий уголок. Он поджидал её в коридоре у регистрационного офиса. — Почему нет? — почти взвыл он. — Потому что мне достался Чарли Уизли. — И? — спросил он, скрестив руки. — Ты что, привязана к этой семье? Не можешь вынести, что не будешь с одним из рыжих? Гермиона шлёпнула его кипой бумаг по голове, а Малфой театрально поправил волосы. — Нет, ты… глупец, не в этом дело. Он… старше нас, так что она для него слишком молода, — объяснила она, показывая на его бумаги. И ещё… была другая причина, но она не хотела раскрывать Чарли, особенно перед незнакомцами. — Пусть разбираются сами, — пожал он плечами, но Гермиона нахмурилась. Малфой закатил глаза и опёрся спиной о стену, ослабил галстук и закрыл глаза рукой. — Не могу поверить, что меня свели с восемнадцатилетней, — вздохнул он с раздражением и уныло усмехнулся. — И ещё не могу поверить, что я вообще жалуюсь на это. Чёрт возьми. — Ладно, это ещё не конец света, — сказала Гермиона, перебирая бумаги, которые он ей дал. За короткое время, что она размышляла о возможности стать его женой и иметь… от него детей, она даже не думала, что их план может пойти не так, как ожидалось. Она не представляла, что в итоге может оказаться с кем-то другим. Малфой был уверен, что им удастся всё провернуть, и она никогда всерьёз не рассматривала другой вариант, но теперь… Она чувствовала, что эта бедная девочка, которая, наверное, даже не подозревала, что станет следующей невестой Малфоя, каким-то образом отнимает у Гермионы то, что ей принадлежит — что было абсурдно. — Это… не было бы худшим из вариантов — оказаться с ней, — сказала Гермиона спустя мгновение. — Первая магглорожденная слизеринка, — добавила она, снова взглянув на её досье и слабо улыбнулась. — Ты мог бы войти в историю. Она почти, но не совсем, чувствовала себя немного разочарованной. Малфой так резко поднялся, что Гермиона отскочила назад к стене, когда он быстро приблизился к ней всего за пару шагов. — Ты думаешь, это смешно, да? — почти выплюнул он, и Гермиона прислонила голову к прохладной стене. — Избалованный богатый мальчик жалуется, что должен жениться на девушке? Всё не так, и ты это знаешь. Он отступил, внимательно посмотрел на неё и снова начал ходить взад-вперёд. — Мне надоело, что решения, меняющие жизнь, принимают за меня другие. У меня больше нет отца, чтобы контролировать меня, мама знает, чего я хочу, и никакая надвигающаяся катастрофа не висит надо мной, — сказал он резко, но глаза его смягчились, когда он продолжил. — Мы могли бы сделать что-то вместе. Что-то важное, понимаешь… Я знаю, что ты поступила бы правильно. Гермиона уставилась на него, не зная, что и думать. Он, похоже, ставил её выше, чем она заслуживала, учитывая, что они даже толком не знали друг друга. Внезапно она почувствовала то старое давление, требующее проявить себя перед ним и такими, как он, как в детстве. — И ещё…— он быстро её окинул взглядом и наклонил голову. — Ты не самый ужасный человек на свете, так что я бы не стал считать зачатие ребёнка с тобой просто обязанностью. Она закатила глаза. — Ещё я также чувствую, что все эти фантастические гены, которыми меня одарили, не должны пропасть зря. — Видишь, ты почти меня убедил, а потом снова заговорил, — Гермиона изучала его минуту, потом вздохнула. — Пошли, — сказала она, схватив его за руку и направляя обратно в офис.

***

— Серьёзно, мисс Грейнджер? — невозмутимая женщина подняла бровь, оценивая их. — Да. — Вот что вы поняли из моего совета? — Какой сов… — начал Малфой, но Гермиона ткнула его в ребра. — Мы… эм… встречались. У нас всё было… неплохо, и я подумала, что мы могли бы попробовать снова, — сказала она с такой преувеличенной улыбкой, что её можно было бы увидеть с Международной космической станции. Она пыталась незаметно дать ему сигнал последовать её примеру, и, к счастью, он понял. — Да, эм… — он откашлялся. — Мы работали вместе довольно… великолепно, и я всегда считал Грейнджер той, кого упустил. Пожилая ведьма приподняла брови. — О, правда?— она взяла их бумаги и махнула волшебной палочкой над ними. На мгновение появились руны, которые исчезли слишком быстро, чтобы Гермиона могла что-то рассмотреть, затем она сказала: — У вас едва ли шестьдесят процентов совместимости. Точнее — пятьдесят восемь. Для сравнения: с мистером Уизли у вас было восемьдесят шесть, а у вас, мистер Малфой, восемьдесят девять с мисс Уолш. Гермиона опустилась в кресло, замечая хмурый взгляд Малфоя рядом с ней. Едва ли шестьдесят процентов? — Мистер Малфой ставит семью выше карьеры, тогда как вы склоняетесь к противоположному. Мисс Грейнджер предпочитает жизнь в более спокойном ритме с минимальными изменениями, а цель жизни мистера Малфоя — посетить каждую страну в мире. Она с любопытством посмотрела на него, а он пожал плечами. — У меня не было особой возможности путешествовать за пределы Европы, — пробормотал он. Его жизненная цель — путешествовать? Ведьма откашлялась. — Мисс Грейнджер любит читать книги по истории, социологии и философии, а мистер Малфой поставил этим предметам довольно низкие оценки. Конечно, поставил. — Вместо этого его интересуют зелья, арифмантика и маггловская наука. Ох. Она совсем ничего о нём не знала. — Могу рассказать более бытовые детали: мисс Грейнджер — сова, а вы — жаворонок, — сказала она Малфою, затем обратилась к Гермионе. — Вы вегетарианка, а любимое блюдо мистера Малфоя — утиная грудка с медово-апельсиновой глазурью. Гермиона бросила на него пронзительный взгляд. Конечно, его любимым блюдом было то, что Генрих VIII ел бы на обед каждый день, а не что-то, что едят обычные люди. — Ну, любовь не подчиняется логике или… чему там ещё, — сказал Малфой, вставая. — Нужно что-то подписать или…? — Только здесь, — сказала женщина, закатив глаза. — Просто подтверждаем, что вы не участвуете в программе из-за… уже существующих отношений. Они подписали бумагу и вышли из офиса. Малфой выглядел так, будто наконец смог вздохнуть свободно, когда они вышли, а Гермиона чувствовала, будто тонет. — Я не хочу большой свадьбы, — сказала она. — Я так и думал. — Можем сделать что-то в приватной обстановке? Не здесь, в Министерстве, я имею в виду. Он приподнял бровь с притворным удивлением. — Тебе стыдно выходить за меня замуж? Ты не представляешь, сколько мне сделали предложений, Грейнджер. И, поверь, некоторые сопровождались довольно… возбуждающими фотографиями, если ты понимаешь, о чём я, — и… — Стыдно ли мне быть технически вынужденной выйти замуж за моего детского обидчика, чтобы он мог искупить вину, а я могла использовать его имя и влияние для своих политических амбиций? Да, думаю, мне действительно стыдно, — сказала она, пытаясь отдышаться и ощущая приступ тошноты. Она ненавидела, как сильно стресс влияет на её желудок. Малфой неожиданно мягко схватил её за предплечье, когда она собиралась уйти. — Грейнджер, я… я говорил это серьёзно, когда сказал, что сожалею. Это было сказано не просто так… — Ладно, — выдохнула она и расстегнула воротник. Он посмотрел на неё с заботой и отступил. — Ты в порядке? — Да. — Ты правда так думаешь? — спросил он снова, нахмурившись. — Что я не был искренен? — Нет, я просто… думала, что это большая часть всего этого, — сказала она, вздыхая. — Чтобы я быстрее согласилась выйти за тебя. — Да… Полагаю, я не дал тебе много причин так думать, — сказал он почти с горечью и выдохнул. — Я могу оставить тебя здесь одну? Ты уверена, что всё в порядке? Гермиона кивнула. — Я отправлю сову, чтобы сообщить, когда организую церемонию. И с этими словами её жених повернулся и ушёл.