Глава 11. Гала-вечер.
7 сентября 2025 г., 13:02
Она не была полна энтузиазма по поводу гала-вечера на следующий день и почти пожалела, что так сильно ворчала на Драко за то, что он не пригласил её в первую очередь. Тем не менее, она приготовилась, но ей не нравилось, как на ней сидело платье.
Она знала, что ей следовало придерживаться бренда, которому она обычно отдавала предпочтение, вместо того, чтобы экспериментировать с чем-то новым, когда у неё не было запасного плана. Кроме того, должно быть незаконно, чтобы бренды использовали одну и ту же систему размеров, если размеры не совпадают. Что это вообще такое?!
Она попросила Драко помочь ей немного подправить платье, потому что она никогда не делала никаких переделок сама, и, по-видимому, он был довольно хорош в этом. Он признался, что это мать научила его.
Этот момент в её комнате был... довольно интимным. Она стояла перед зеркалом, Драко позади неё, сосредоточенный на ткани, а его тёплые пальцы время от времени касались её голой кожи. В этом была определённая... чувственность.
К счастью, он не упомянул, что она пробралась в его постель прошлой ночью, и не стал придавать этому большого значения, когда она проснулась раньше него и осторожно убрала его руку со своей талии, прежде чем выскользнуть из комнаты. Ей нужно было прочистить голову, и свежий утренний воздух был как раз тем, что нужно. Кроме того, чтобы загладить вину за то, что она была немного навязчивой и нуждающейся, она угостила его чашкой кофе из пекарни на улице. Она также купила два черничных скона, потому что подумала, что ему они могут понравиться.
Вместо того, чтобы выбрать красное или зелёное, она выбрала жёлтое платье. Оно было красивым и струящимся, оттенка старого золота, с декольте и глубоким вырезом на спине, который доходил до талии в стиле ампир. Струящиеся рукава доходили до середины её предплечья, и она добавила чары гламура для верности.
Это был её первый большой благотворительный гала-вечер, первое большое мероприятие после замужества, и Гермиона чувствовала, что наконец-то может внести свой вклад столько, сколько захочет. Общение здесь, однако, отличалось от вечеринки в саду Забини. Там были знаменитости, предприниматели и богатые ведьмы и волшебники. Здесь же были политики, дипломаты и, конечно, некоторые представители богатых семей.
Сохранять уважительное поведение, когда она на самом деле не уважала большинство из них, было непросто. Это также означало, что она получала лёгкое сжатие от Драко всякий раз, когда какой-нибудь пожилой джентльмен делал комментарии вроде: «И посмотрите на нас теперь, две женщины-кандидатки на следующих выборах. Кто мог это предсказать?» или «Конечно, я не предубеждён, мисс Грейнд... я имею в виду, миссис Малфой. Моя племянница замужем за магглом, даже не маглорождённым, но…»
Но что действительно её разозлило, так это дискуссия о Скарлет Бигглз, которая, по скромному мнению Гермионы, должна была быть следующим Верховным чародеем Визенгамота, но, конечно, до этого должно было состояться голосование. Другим сильным соперником был Эллиот Гусандер, волшебник, который, она точно это знала, не отказывается от взятки время от времени, так что он был тем человеком, который всегда, казалось, нужен богатым, в то время как она никогда не слышала таких слухов о Бигглз.
Она и Драко оказались в небольшой группе из трёх чиновников и их жён, и они рвали Бигглз на части по причинам, которые, по мнению Гермионы, едва ли стоили критики.
— Я удивлён, что её вообще рассматривают, честно говоря, — сказал Лик Граббингтон.
Гермиона его недолюбливала. Он был тем, кого Драко называл «новыми деньгами», и выглядел как карикатура на волшебника, одетый в вычурные мантии, увешанные логотипами волшебных дизайнеров.
— Да. У неё был этот годичный перерыв, знаете ли.
— Какой перерыв?
— Когда у неё были дети.
— О.
— Это был декретный отпуск, — пробормотала Гермиона, бросая на него гневный взгляд.
Драко нежно сжал её талию. Его прикосновение было тёплым и успокаивающим, но после двух часов таких разговоров она была готова потерять самообладание.
— Прошу прощения, мисс Грейнджер? — спросил старик с сияющей улыбкой.
Гермиона не поправила его, но выдавила натянутую улыбку.
— Я сказала, это был декретный отпуск, мистер Граббингтон. Она взяла отпуск, на который имеет законное право, после рождения ребёнка, — выделила она, надеясь, что её снисходительный тон был достаточно властным, но не откровенно грубым.
— Детей, — поправил Стивен Батлер и поднял бровь. Он работал в сфере транспорта и был немного моложе, по крайней мере, по волшебным меркам.
— Прошу прощения?
— Она брала отпуск дважды, — уточнил он.
— По три месяца каждый раз, я полагаю? — спросила Гермиона.
— И она попросила ещё шесть месяцев неоплачиваемого отпуска, — прервал Граббингтон и кивнул, как будто сделал важное замечание. — Я помню, мы начали работать примерно в одно и то же время.
Гермиона натянуто улыбнулась.
— И как щедро со стороны нашего Министерства предоставить ей это.
Жёны вежливо улыбнулись и кивнули. Драко просто молча согласился с ней.
Гермиона знала, что они будут говорить о ней в такой же пренебрежительной манере, когда она возьмёт декретный отпуск. Они будут принижать её вклад просто потому, что у неё будет ребёнок, которого они требовали от неё иметь в первую очередь.
Всего за несколько месяцев до закона о браке декретный отпуск был продлён с трёх до шести месяцев, возможно, чтобы побудить больше ведьм в конечном итоге воспользоваться им. Это должно было быть подозрительно, учитывая тот факт, что десятилетиями никакие изменения по этому поводу не вносились.
— Магглы предлагают двадцать шесть недель обычного декретного отпуска и ещё двадцать шесть недель дополнительного отпуска, и некоторые утверждают, что этого недостаточно, — сказала жена Граббингтона.
Жена Батлера кивнула.
— Да, я слышала, у них даже есть отпуск по уходу за ребёнком для отцов.
— Как любопытно.
— У магглов и впрямь... интересные идеи, — сказал Граббингтон, хихикая, как будто это была своеобразная шутка.
Драко присоединился к хихиканью, но дал Гермионе несколько мягких похлопываний по спине.
— Ну, маггловским женщинам нужно больше времени и энергии, чтобы справляться с вещами, с которыми ведьмы могут справиться в мгновение ока, не так ли? — рассеянно сказал Брайс Бузина, и он огляделся, как будто предпочёл бы быть где-то в другом месте. Возможно, со своей любовницей, которая по возрасту вполне могла бы быть его внучкой, а не с женой, цепляющейся за его руку, если слухи были правдивы. — Путешествия, перемещение вещей, приготовление еды, уборка и...
— Воспитание детей? — прервала его Гермиона. Бузина посмотрел на неё, выглядя скучающим, но готовым вступить в разговор. — Вы думаете, нам легче, когда дело доходит до фактического воспитания детей? Я спрашиваю, потому что год оплачиваемого отпуска по уходу за ребёнком кажется вполне стандартным в большинстве...
— Год оплачиваемого отпуска? — Граббингтон захохотал, хватаясь за живот.
Драко снова похлопал её по спине и прочистил горло.
— Мерлин, год? Неудивительно, что маггловская экономика рушится.
— И неудивительно, что ваше население сокращается, — резко парировала Гермиона.
Граббингтон моргнул, ошеломлённый её тоном.
— Это не отпуск, мистер Граббингтон, — сказала она многозначительно, хмурясь и полностью отказавшись от игры в вежливость. — Кроме того, практически невозможно содержать семью на один доход, и вы активно препятствуете участию ведьм в рабочей силе, особенно после родов.
— Мисс Грейн... миссис Малфой, — начал Батлер, несколько защищаясь, но пытаясь смягчить разговор. — Всё... не так. Разумно ожидать от работодателей, не только в Министерстве, но и везде, защиты своего бизнеса. Им нужны надёжные работники. Если все начнут искать работу, а затем брать оплачиваемый декретный отпуск всего через несколько месяцев…
— Вы получите совершенно новое поколение ведьм и волшебников, — прервала Гермиона. — Надо же, как получается? Это почти как будто мы решили демографический кризис.
Женщины тихонько хихикнули, в то время как мужчины либо бросали на неё гневные взгляды, либо смотрели на неё с жалостью.
— Это не так просто.
— Конечно, нет, мистер Бузина, но мистер Батлер, — она жестом указала на него с натянутой улыбкой, — кажется, думает, что это всё, что нужно. Предложите ведьме хорошую, надёжную работу, и она забеременеет к концу первого квартала.
Батлер попытался незаметно закатить глаза и прочистил горло.
— И как ваш отдел будет справляться после ухода Макмиллана? Я слышал, что он настоятельно рекомендовал вас на своё место.
Они посмотрели на неё самодовольно и попытались перевести разговор на неё, но она не позволила им.
— Я считаю, что неуместно обсуждать этот вопрос, пока его уход не будет окончательно оформлен.
— Как вы думаете, сможете ли вы совместить потенциальную новую работу с... — Граббингтон не слишком незаметно бросил взгляд между ней и Драко, затем на её живот, — вашей личной жизнью? Конечно, у вас будут средства, чтобы позволить себе помощь, когда вы будете... обедать в изысканных ресторанах, что является привилегией, на которую могут рассчитывать немногие молодые семьи, как вы отметили. Вы уже наняли домовых эльфов, за освобождение которых вы так страстно боролись, или вы ждёте, пока ваша семья увеличится, чтобы официально нанять их? — самодовольно спросил он.
Она почувствовала, как рука Драко напряглась у неё за спиной, и он выглядел готовым заговорить, но она опередила его.
— Мистер Граббингтон, я готова не обращать внимания на ваши дотошные вопросы о моей семье и домашнем хозяйстве...
— Нет, я не то...
— Потому что я понимаю, что с возрастом мы, как правило, теряем терпение и становимся немного забывчивыми в отношении таких незначительных вещей, как манеры, приличие и умение не лезть не в своё дело, но я была бы весьма оскорблена, если бы вы забыли, кто я и что я делаю и за что выступаю, — сказала она с большей гордостью, чем намеревалась. — Уверяю вас, справляться с карьерой и воспитанием детей — это то, с чем миллионы женщин по всему миру справляются с гораздо большим изяществом, чем вы можете себе представить, особенно когда у них есть кто-то надёжный, на кого можно опереться, — сказала она, многозначительно взглянув на Драко.
Он сжал челюсти и немного ухмылялся.
— Так что я тоже с этим справлюсь.
Он кивнул.
— Конечно, мисс Грейнджер, я просто...
— Я Малфой, — наконец огрызнулась Гермиона.
До этого момента рука Драко просто легко лежала на её спине, как мягкое напоминание улыбнуться или перестать говорить, но теперь он смело обнял её за талию, притягивая ближе к себе.
Граббингтон кивнул, прищурив глаза и бросив на них обоих тонкий взгляд.
— Имя говорит само за себя, миссис Малфой, — почти выплюнул он. — Я вижу, вы к нему довольно быстро привыкли.
— И это действительно так, мистер Граббингтон, — спокойно ответил Драко. — И если бы я был на вашем месте, я бы очень осторожно подбирал не только слова, но и тон, когда обращаетесь к моей жене.
Настала очередь Гермионы незаметно подтолкнуть его, несмотря на тонкую, приятную дрожь, которая пробежала по её телу, когда он это сказал.
— А что касается миссис Бигглз, — продолжила она, немного повышая голос, — этот годичный перерыв, который она взяла в свои двадцать, за карьеру, которая длится более пятидесяти лет, конечно, не повлияет на голосование сейчас, не так ли? Не то чтобы она, скажем, каждый год ездила на роскошный курорт на Красном море в Египте и утверждала, что это поездка, связанная с работой, оплачиваемая налогоплательщиками, — сказала она, прищурив глаза на Граббингтона, который вдруг выглядел ошеломлённым и нахмурился. — Или в Таиланд, — добавила Гермиона, взглянув на Батлера, который вызывающе выпрямился. — Или в Португалию, — она подняла брови на Бузину, который заметно вздрогнул и бросил на неё гневный взгляд.
Жёны, которые, возможно, сочувствовали или, по крайней мере, были согласны с Гермионой до этого момента, теперь выглядели менее впечатлёнными, возможно, тоже слегка смущёнными.
Жена Бузины, однако, нахмурилась, размышляя.
— Когда ты ездил в Португалию? — тихо спросила она его.
Упс.
Драко прочистил горло.
— Если вы нас извините... — сказал он гладко, уводя Гермиону от группы.
Она не была особо заинтересована в офисных сплетнях, если только они не оказывали прямого влияния на её работу. Если у них были любовницы и они возили их за границу, это было их дело. Если они использовали свои должности для получения бесплатных пятизвёздочных отелей, это было незаконно, однако не её забота, а забота финансового отдела. Тем не менее, она держала такие детали в уме, это было полезно для таких случаев.
Он отвёл Гермиону к массивной колонне, склонился к её лицу и прошипел:
— Ты только что... шантажировала их? — Он не был зол, а скорее впечатлён и... доволен.
— Я не делала ничего подобного, — защищалась Гермиона. — Я просто указала на их лицемерие.
— Да, это определённо то, что думает его жена, — сказал Драко с ухмылкой, прячась за колонной, и Гермиона последовала за ним.
Элдерберри и его жена были вовлечены в то, что казалось жарким спором, хотя, вероятно, под заклинанием тишины, учитывая, что их рты двигались, и их руки размахивали, но не было слышно ни звука.
— Возможно, ему стоит быть более осмотрительным, — заметила Гермиона, бросая взгляд на Драко, который с довольством наблюдал за их спором. — Если даже я знаю о его маленьких проступках, он явно не очень хорошо умеет хранить свои дела в секрете.
Он покачал головой с довольством.
— Даже не знал, что ты интересуешься офисными сплетнями. Ты работаешь с ними?
Гермиона закатила глаза.
— Конечно, нет, но работать в Министерстве — это как сидеть в первом ряду на всех драмах. И поскольку я не активно ищу сплетни, другие практически выкладывают мне секреты, как будто на мне висит табличка «Расскажите, я вся во внимании».
Он оглядел её с ног до головы.
— Ты очень... непредсказуемая.
— Ну, почему ты меня не остановил? — парировала она.
— Я хотел посмотреть, что ты скажешь.
— Я просто сказала, что думаю.
Он усмехнулся и кивнул.
— И в этом твоя проблема, Грейнджер. Ты всегда говоришь именно то, что думаешь... во всех неправильных ситуациях.
— Я улыбалась, как ты и сказал, — указала она.
Он покачал головой, всё ещё довольный.
— Недостаточно хорошо.
— Там Гарри и Джинни. Пойдём, — сказала Гермиона, желая найти хоть какое-то облегчение от вечерних раздражений.
Драко застонал, но всё же последовал за ней. Она заметила, что он держался на непринуждённой дистанции, пока не пришли Рон и Лаванда, после чего он подошёл ближе и остался рядом с ней. Тео подошёл, чтобы поздороваться, затем к ним присоединился Блейз, а за ним Пэнси и Дафна. Всем удалось приятно поболтать с помощью плавающих бокалов для шампанского. Гермиона выбрала мартини, рассеянно поедая оливки, пока осматривала комнату.
Она не была заинтересована в общении с Пэнси, поэтому сосредоточилась на поддержании разговора с Дафной и представила её Джинни и Лаванде. Однако, после записи ещё нескольких пожертвований, Пэнси удалось зажать её в углу, когда она пошла, чтобы вернуть свой пустой бокал.
— Это маггловский дизайнер? — спросила она, указывая на её платье, балансируя бокалом шампанского и сигаретой между пальцами.
— Да. Что выдало? — ответила Гермиона, хотя уже знала ответ.
— О, просто... — она намеренно оглядела её с ног до головы, — весь наряд. Я гуляла по маггловскому Лондону, и женщины носили спортивные штаны и кроссовки с деловыми пиджаками поверх, — сказала она, почти возмущённо. — Что это вообще такое?
— Предпочтения, я полагаю, — пожала плечами Гермиона. — Они называют это «деловым повседневным стилем». А что ты вообще делала в маггловском Лондоне?
Она тихонько хихикнула.
— Что ж, Грейнджер, я же не спрашиваю тебя, что ты делаешь здесь, в волшебном мире, так что этот вопрос кажется довольно бессмысленным.
— Это было бы так, если бы я была магглом, кем я не являюсь, — парировала Гермиона.
Пэнси пожала плечами.
— Просто гуляла, смотрела, что мир может предложить, но должна признать, чувствовала себя немного не в своей тарелке. Вероятно, как и ты здесь. — Она снова многозначительно взглянула на её платье.
— Ну, если ты была так одета, тогда я понимаю, почему.
Её платье выглядело как что-то, что Гермиона могла бы найти, загуглив «сексуальное викторианское платье на Хэллоуин». Оно было более обтягивающим и откровенным, чем её собственный наряд. Она никогда не обращала внимания на такие вещи на других женщинах, но всё же решила соответствовать мелочности ведьмы напротив.
Итак, Гермиона быстро взглянула на Пэнси и сказала:
— Каждый раз, когда происходит гала-вечер или светское мероприятие, я действительно чувствую себя не в своей тарелке. Всё выглядит так, будто оно прямо из старого фильма. Знаешь, из прошлого века. Со всей этой... устаревшей одеждой и причёсками, громоздкими украшениями и старомодной обувью. И это только снаружи, — добавила она.
— Ты, возможно, пропустила там заклинание сшивания? — спросила она, указывая на её декольте.
— Нет, не думаю, что пропустила, — ответила Гермиона сквозь стиснутые зубы. — Я просто привыкла, что маггловская мода менее жёсткая и более раскрепощённая.
— Да, я вижу, — сказала Пэнси с ухмылкой. — Возможно, настоящие волшебные бренды тебе не подходят. Тебе следует придерживаться того, к чему ты привыкла. Каждому своё, верно?
И теперь ей стало ясно, что этот разговор на самом деле не о платье.
Тем не менее, Гермиона выдавила напряжённую улыбку.
— Это довольно смелое мнение в наши дни. Я думала, что мы все за смешение стилей.
Пэнси сузила глаза.
— Иногда смешение двух полярных противоположностей может привести к катастрофе.
Ах, так она наконец-то решила перейти к сути.
— Правда?
— Да, — кивнула она, снова указывая на её платье. — Но ты права насчёт того, чтобы не менять оригинальный дизайн. Ты выбрала его, зная, что это такое. Если бы ты хотела что-то другое, тебе следовало бы взять что-то другое, не так ли? — Она замолчала с многозначительным взглядом.
— Лучше не пытаться насильно изменить его, чтобы оно соответствовал твоим личным предпочтениям и представлениям о том, каким должно быть вечернее платье.
У Гермионы не нашлось на это остроумного ответа, поэтому она просто сжала челюсти.
— Мы всё ещё говорим об одежде, Пэнси? — спросила она излишне.
— Конечно, — мило улыбнулась она и моргнула несколько раз. — О чём ещё нам говорить?
Она чувствовала себя ещё более разочарованной и раздражённой этим разговором. Она витала вокруг, уставшая и подавленная, чувствуя, что могла бы снова заплакать просто потому, что позволила её словам задеть себя.
Когда стало поздно, Тео пригласил их к себе домой на афтепати. Друзья Гермионы вежливо отказались.
— Пойдём, — сказал Драко, с нетерпением желая сбежать со скучного гала-вечера и насладиться более расслабленным вечером с друзьями.
Пэнси фыркнула и сделала несколько тихих замечаний, которые Дафна пыталась замять, но Гермиона достигла своего предела на этот вечер.
— Я немного устала. Думаю, я пойду домой, — сказала она. — Но ты должен пойти.
Драко покачал головой.
— Нет, всё в порядке. Мы можем пойти домой.
— Ты должен пойти. Я измотана и буду ужасной компанией, — настаивала она, жестикулируя в сторону своих друзей. — Но... я останусь ещё ненадолго с ними, а потом пойду домой.
— Ты уверена? — спросил он.
— Конечно. Иди. Повеселись, — сказала она с наигранной весёлостью.
Драко колебался, но в конце концов кивнул и ушёл с Блейзом. Гермиона осталась со своими друзьями ещё на несколько минут, затем решила, что пора уходить. Она переместилась домой, чувствуя себя полностью разбитой этим вечером.
Она ненавидела весь этот вечер.
Ненавидела разговоры с чиновниками, ненавидела мелочные замечания Пэнси, ненавидела чувствовать себя школьницей, над которой издевается та же самая злая девочка из её прошлого. Её комментарии о том, что не стоит менять вещи, чтобы они соответствовали её желаниям... Так Пэнси видела её отношения с Драко? Потому что Гермиона была той, кто приспосабливался к жизни, которую никогда не хотела.
Договорной, но свободный брак не был её представлением об идеальном браке, как и рождение ребёнка от того, кого она едва знала и не любила.
Драко говорил своим друзьям, что он был тем, кто из кожи вон лез, чтобы наладить отношения с ней?
Она сняла макияж, распустила волосы и погрузилась в ванну, когда вода была готова. Через несколько мгновений под водой она вынырнула, задыхаясь от воздуха, и позволила слезам снова потечь. Всё казалось невыносимым.
Слишком много работы, слишком много стресса и надвигающееся ожидание стать заместителем в своём отделе. Она уже чувствовала давление по поводу ухода в декретный отпуск почти сразу после своего предстоящего повышения, боясь, что подведёт своих коллег, а она ещё даже не беременна. И эти глупые стариканы, у которых в голове только золото и отпуска, и их язвительные замечания о её жизни. Она знала, что Граббингтон тараторил об этих фотографиях в «Пророке» с ней и Драко, ведущих экстравагантную и роскошную жизнь, как утверждали заголовки. И спрашивать, сколько эльфов она нанимает в своём доме?!
Она потёрла лицо от разочарования и чуть не выпрыгнула из ванны, когда кто-то постучал в дверь. Инстинктивно она потянулась к своей палочке, готовясь встретиться со злоумышленником, как будто кто-то был бы настолько вежлив, чтобы постучать.
— Грейнджер? — сказал Драко.
— Да?
— Ты прилично одета?
Она закатила глаза.
— Я в ванной, Малфой. Как ты думаешь?
— О, ладно.
— Погоди. — Она наложила заклинание, чтобы создать занавеску для душа вокруг ванны на ножках. — Теперь можешь войти.
Она услышала, как дверь открылась, и вздох Драко.
— Это правда необходимо?
— Нет пены, — сказала она, глядя на чистую воду вокруг себя.
— Тогда какой смысл в ванне?
— Новая соль для ванны, которую я купила, вызывает у меня головную боль. Почему ты так рано вернулся?
Драко уселся на закрытый унитаз, и она выглянула из-за занавески, увидев, как он начинает расстёгивать рубашку и снимать запонки. — Я просто... не был в настроении оставаться.
— Правда?
— Нет, — признал он, — но... когда я туда пришёл, я понял, что не должен был оставлять тебя одну. Мне следовало пойти за тобой домой.
— О, — сказала она, кивая про себя. Это было довольно... мило.
Он выдохнул.
— Это ложь. Я не догадался сам. Дафна сказала мне, что когда кто-то говорит «иди и веселись», это означает прямо противоположное.
Гермиона фыркнула.
— Остаться дома и не веселиться?
Он усмехнулся.
— Если хочешь. Что бы ты ни захотела. Хочешь... поговорить об этом?
Она глубоко выдохнула.
— Нет. Знаешь... На самом деле ничего не случилось, честно, но... мне просто кажется забавным, как...
И затем, её прорвало, как плотину.
Она говорила почти обо всём, что её беспокоило — её страхи и переживания по поводу ребёнка, её работы и комментариев и предложений друзей, пока слёзы не потекли по её лицу, когда она упомянула своих родителей. Драко спросил, в порядке ли она, но она просто сказала, что да, и продолжила. Она намеренно избегала упоминать последний разговор с Пэнси и ревность, которую она начала чувствовать, сопротивляясь желанию сказать ему: «Видишь, я говорила тебе, что это произойдёт, если мы будем спать вместе более-менее регулярно». Она не хотела, чтобы он прямо отверг её или, что ещё хуже, пожалел её.
Когда она наконец закончила, всхлипывая и вытирая глаза, Драко снова спросил, в порядке ли она, а затем она услышала, как он встал. Его шаги зацокали по плитке, когда он сказал:
— Я быстро приму душ внизу и сделаю нам ромашковый чай, хорошо?
— Спасибо, — сказала Гермиона, чувствуя себя немного легче.
Она оставалась в ванне, пока вода не стала холодной, затем вымыла волосы, завернулась в халат и направилась в свою комнату. Когда она была перед своим комодом, собираясь достать трусики, что-то привлекло её внимание.
Драко появился в её дверях с кружками чая.
— Он остывает, — сказал он.
Она кивнула.
— Иди сюда. Посмотри на это.
Он поставил кружки на комод и заглянул в открытый ящик. Он коротко взглянул на неё, а затем обратно на содержимое ящика.
— Просто чтобы было ясно, ты добровольно показываешь мне свой ящик с трусиками?
— Да, — сказала Гермиона, жестикулируя на ящик, чтобы показать аккуратно разложенное бельё.
Удобные простые хлопковые пары, которые она носила каждый день, были сверху, легкодоступные, в то время как более смелые были спрятаны на дне.
Она закрыла ящик и театрально сказала:
— О, я совершенно забыла о чае, Малфой. Мне нужно немедленно одеться. Можешь подождать меня здесь, в моей спальне.
Из ящика послышался тонкий шелестящий звук, и когда она открыла его, простые хлопковые трусики оказались на дне, а их место занял ассортимент кружевных.
В голове Гермионы прокручивался каждый момент, который она могла вспомнить, когда она открывала свои ящики или гардероб, и дерзкая, слишком обтягивающая или слишком короткая, просвечивающая одежда почти вываливалась ей в руки.
Она повернулась, чтобы бросить на Драко многозначительный взгляд, но он рассмеялся.
— Мило. Знаешь, эти чары не так уж плохи. И... думаю, я всё-таки смогу смириться с красным, — сказал он, его глаза блестели от веселья, когда он потянулся к ящику.
Гермиона закрыла его, прежде чем его пальцы успели дотянуться внутрь, и сузила глаза.
— Правда?
— Да, — сказал он, устраиваясь на её кровати с одной из кружек.
— Просто надень свою любимую красную пару, и я встану сзади и...
Она застонала, взяла кружку чая и села на кровать. Они устроились удобно. Чай был приятным успокаивающим завершением напряжённого вечера.
Гермиона заметила, что волосы Драко всё ещё влажные, и он пах как обычно своими мужскими средствами, хотя она предпочитала его более пряный аромат. Однако его модная, шелковистая пижама казалась такой подходящей ему. Конечно, он бы носил что-то такое.
— Это действительно прозвучало, как будто я их шантажировала? — спросила она, пока сушила волосы своей палочкой, стараясь не спутать локоны. — Потому что, честно говоря, это совсем не было моим намерением.
Он цокнул языком и покачал головой.
— Нет, я просто шутил. Это не был шантаж в прямом смысле. Скорее «не будьте лицемерами насчёт Бигглз». Шантаж был бы, если бы ты сказала: «Я сделаю это публичным, если вы не проголосуете за неё».
Гермиона сморщила нос.
— По-моему, это звучит почти одинаково. Ты уверен, что это не подразумевалось?
— Нет, я слышал много разных вариаций шантажа, и это был не он, — сказал Драко небрежно, делая глоток чая.
— Это была бы ужасная защита в суде, — сказала она, поднимая бровь. — И ещё, слышал?
— Ага, — сказал он и подмигнул. Драко внимательно изучал её на мгновение с чаем в руке, пар поднимался из чашки. — Ты должна защищать свою позицию, яростно, если потребуется. Ты такая... хорошая, — сказал он более серьёзно, выдыхая. — Гораздо лучше, чем они все вместе взятые. Они могут сопротивляться сильнее теперь, когда ты... Малфой, — добавил он, с трудом глотая. — Теперь они знают, что у тебя есть не только твои мозги, решимость и репутация, но и все ресурсы, которые можно купить за золото. Законно, конечно.
Гермиона кивнула, чувствуя, как её щёки краснеют от комплимента.
— Я говорил тебе, что имя Малфой несёт с собой свои привилегии, но... по иронии судьбы, оно также несёт с собой изрядную долю предубеждений, — добавил он. — Ты должна бороться с ними и пытаться реформировать вещи изнутри, насколько это возможно, пока ты на этой должности.
Она снова кивнула.
— Звучит немного идеалистично, не так ли? Менять систему понемногу, законными способами.
— И как, по-твоему, её следует изменить?
— С помощью более... радикального подхода, — пожала плечами Гермиона.
— Что? Революция? — фыркнул Драко. — Это говорит в тебе Гриффиндор. Ты всегда думаешь, что всё нужно делать в одночасье. Иногда самые значительные перемены требуют времени и упорных усилий, — сказал он.
— Нет, это говорит во мне маггл, — возразила она. — Вот почему вы получили Вторую магическую войну. Они не справились с последствиями первой как следует. — Она поёрзала на своём месте. — Извини, но разве твой отец не утверждал, что находился под заклятием Империус? Просто утверждал это, и этого было достаточно, чтобы его не привлекли к суду?
Он кивнул.
— Ты думаешь, преследование его и всех остальных остановило бы следующее восстание?
— Нет, но я думаю, что люстрация в любом случае была бы уместна, — сказала она, и он нахмурился, услышав это выражение. — Полная перестройка и преследование каждого в Министерстве, от охранника до самого Министра. Чистка, если хочешь.
— Звучит немного экстремально. А ещё... звучит так, будто это оставило бы место для нескольких ошибок по ходу дела... возможно, довольно удобных, я полагаю. Это тот риск, на который ты готова пойти ради высшего блага?
Она съёжилась от этого выражения, которое причинило так много проблем в прошлом.
— Я не уверена, но это моральная дилемма. Просто мысленный эксперимент, я полагаю, — пожала она плечами. — И, да, ты прав, это не было сделано как следует, конечно, но в Европе пытались сделать это после падения Берлинской стены в...
— Что? — спросил он, выглядя озадаченным.
Гермиона закатила глаза.
— Серьёзно, Малфой. Исторические каналы. Хотя бы час в неделю. Начиная с завтрашнего дня.
— Ладно, — сказал он и закатил глаза, потягиваясь.
— Но в любом случае... если кто-то из этих чиновников наедет на тебя, просто скажи слово, и я... э-э, вытолкну их из окна, это то, что, по твоим словам, магглы часто делают? — сказал он с усмешкой.
Она хихикнула.
— Среди прочего, к сожалению. — Она притворилась, что спрашивает сладко: — Ты бы правда сделал это для меня?
Драко медленно кивнул, пока думал.
— Нет, — протянул он осторожно. — Но я бы заплатил кому-то много галеонов, чтобы он сделал это вместо меня.
Гермиона снова закатила глаза.
— Эй, важна сама мысль.
— Один из твоих людей? — спросила она шутя, затем стала серьёзной. — Погоди, у тебя действительно есть кто-то для…?
Драко вздохнул.
— Ради Мерлина, нет. Я работаю в квиддиче, Грейнджер, а не в правительстве. Коррупция там решается гораздо более цивилизованно. Просто... подкидыванием нескольких монет под стол, понимаешь. Не нужно ничего настолько экстремального. — Он фыркнул. — За кого ты меня принимаешь, за моего отца?
— Так у него был кто-то, кто…?
— Грейнджер, я искренне верю, что чем меньше ты знаешь о прошлом семьи Малфоев, тем лучше.
— Ладно тогда.
Они болтали ещё некоторое время о чём-то более лёгком, пока пили свой чай. Когда Драко зевнул во второй раз, Гермиона взяла его пустую кружку и поставила на комод у окна.
— Я не хочу спать, — сказал он, хотя снова зевнул.
— Конечно, — сказала Гермиона, прислонившись к мебели и наблюдая за ним.
Он сидел, прислонившись к столбику кровати, выглядя более расслабленным и похожим на себя после долгого вечера притворства и игры.
— Мне понравилось твоё платье сегодня вечером, — сказал он, снова потягиваясь.
Глаза Гермионы привлекло его V-образное углубление на животе, и она почувствовала внезапный трепет.
— Оно не было... слишком откровенным? — спросила она, вспоминая комментарии Пэнси.
Он покачал головой.
— Нет, но ты отлично выглядишь во всём, — сказал он, оглядывая её тело. — В твоих красивых и длинных платьях, в тех костюмах, которые ты носишь на работе, даже в тех старых футболках и шортах, в которых ты спишь.
Гермиона усмехнулась.
— Это не старая футболка. Дизайн был сделан намеренно. Она должна выглядеть... поношенной.
— Это... довольно странный способ тратить с трудом заработанное золото, но как знаешь. — Он встал, и когда подошёл ближе, положил руки по обе стороны от неё. — Мне пора. Ты же вернулась домой раньше, потому что устала, верно?
Она сглотнула, чувствуя, как её сердцебиение учащается.
— Я... больше не чувствую себя уставшей.
— Нет?
— Нет. Ванна... взбодрила меня.
Драко кивнул.
— Да, для этого и нужны тёплые ванны по ночам. Чтобы зарядить тебя энергией.
Он пристально посмотрел на неё, затем отпустил ящик, встал перед ней, его ухмылка расширилась. Гермиона колебалась, но прежде чем он успел сказать что-либо ещё, она притянула его к себе и поцеловала. Драко ответил с жаром, и его руки тут же оказались на ней, одна на её бедре, сильно сжимая, другая скользнула за её шею. Он перевёл свои губы с её губ на линию челюсти, а затем на шею, глубоко вдыхая.
— Ты пахнешь божественно, — пробормотал он.
Гермиона что-то пробормотала в знак согласия, и Драко просунул руку под её халат, найдя её грудь. Она выгнулась навстречу его прикосновению, и дрожь удовольствия пробежала по её телу, когда он катал её чувствительный сосок между пальцами.
Другой рукой Драко начал развязывать пояс на её талии. Гермиона поняла, что сейчас будет полностью голой, в то время как он останется одет в свою элегантную пижаму. Поэтому, когда он распахнул её халат, и его рука скользнула от её талии к бедру, она воспользовалась моментом, чтобы приподнять край его рубашки, касаясь его кожи, пока поднимала её. Драко снял её, его глаза на мгновение задержались на голом теле Гермионы, когда он наклонился и поцеловал её. Его губы были настойчивыми и более жадными, когда он прикусил её губу, а затем прижался ртом к её шее, слегка посасывая.
Его рот вскоре опустился ниже, через грудь и живот, заставляя её дрожать от предвкушения.
Он опустился на колени перед ней, и она почувствовала его дыхание на внутренней стороне её бедра. Это был почти электрический разряд удовольствия, когда он дразняще лизнул её.
Драко мягко промычал, что заставило её дрожать всем телом, и она запутала пальцы в его волосы, отчаянно притягивая его ближе. Он поднял одну из её ног на своё плечо, добавив давление лёгким подъёмом, пока продолжал свои манипуляции языком в течение нескольких мгновений, прежде чем она ахнула и громко застонала, когда он стал посасывать её клитор.
Он остановился, глядя на неё, его губы и подбородок уже немного блестели.
— Слишком? — спросил он.
— Ты что, псих?! Продолжай! — умоляла она.
Драко усмехнулся и подчинился. Он немного быстрее водил языком, но с большим давлением, что легко приближало её к краю. Гермиона заметила, как он схватил свою эрекцию через пижамные штаны, и поняла, что никогда толком не разглядывала его. Что ж, ей придётся исправить это сейчас.
Но она не могла думать о его члене сейчас, когда он заставлял её забыть, как правильно дышать, своим языком. Теперь он делал это ещё быстрее, следуя ритму её бёдер, и теперь, когда его темп и давление были идеальными, она задыхаясь простонала:
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не делай ничего... другого... я сейчас…
Он на мгновение сжал её ногу на своём плече и продолжил со всей сосредоточенность и вниманием , и Гермиона сильнее вцепилась в его волосы, когда начала сильнее раскачивать бёдрами. Интенсивность её оргазма нахлынула на неё, и она вцепилась в его волосы и руку на её бедре. Драко держал её крепко, прижимая к комоду, и она едва могла осознать, как быстро она кончила от того, что кто-то сделал ей кунилингус. И он даже не использовал пальцы.
Тяжело дыша, она оставила пальцы запутанными в его волосах, пока он поцелуями пробирался обратно вверх по её телу, от бедра до живота, а затем обратно к груди. Она притянула его лицо к своему, чувствуя свой вкус на его губах, когда она стягивала его штаны с его бёдер. Драко снял их и обернул её ноги вокруг себя, подхватил её под ягодицы и пошёл с ней к кровати. Она чувствовала его член между своих ног с каждым шагом, который он делал, прежде чем положить её на одеяло.
Гермиона отодвинулась на локтях, чтобы оказаться в середине кровати, и на мгновение лучше его разглядела. Окно с занавесками позади него давало лишь слабый свет, но ей всё равно нравилась темнота, а он почти светился, со своими белыми волосами и бледным цветом лица. Она смотрела на него, пытаясь ознакомиться с некоторыми деталями, которые, возможно, упустила в прошлый раз, когда он был голый. Она наклонила голову, когда её глаза упали на его член, и она наблюдала за ним несколько мгновений.
— Что?
— Что?
— На что ты смотришь? — спросил Драко, просто стоя перед кроватью, голый и непринуждённый, просто глядя на себя вниз.
— Ни на что, я просто... смотрю на тебя.
Он встал на колени на кровати и навис над ней, и поцеловал её в шею.
— Да? Нравится то, что видишь?
— О, знаешь... Ты не самый худший человек в мире, на которого можно смотреть, — выдохнула она.
Он усмехнулся.
— Зачёт. О чём ещё ты думала? — спросил Драко и снова прижался своим членом к ней, когда опустился. — Я открыт для конструктивной критики.
Она сдвинула ноги, чтобы освободить для него больше места.
— Я думаю о том, как... Когда мы были моложе... Я всегда думала... ты, должно быть, такой осёл, потому что ты... компенсируешь отсутствие чего-то.
— Ух. — Он усмехнулся с удовольствием. — Но ты теперь рада, что это не так?
Она чуть не рассмеялась вслух от его высокомерия.
— Очень.
Он снова поцеловал её и просунул руку между ними. Гермиона почувствовала его член у своего входа, и он вошёл в неё почти без усилий, наблюдая за её реакцией. Она застонала от внезапного ощущения наполненности им, хватаясь за него, где только могла, и раздвигая бёдра и ноги шире, чтобы лучше его принять.
— Чёрт, — пробормотал он, закрывая глаза на мгновение. — Ты чувствуешься... так чертовски... Я не знаю, что...
Она могла только стонать, когда он начал двигаться, выходя почти полностью, прежде чем снова вонзиться в неё, заставляя её сжиматься почти каждый раз.
— Ты делаешь это специально?
— Это? — спросила она, снова сжимая свои внутренние мышцы.
Он сильнее прижал пальцы к коже на её бедре и кивнул.
— Сейчас, да. Раньше, нет, — задыхаясь, ответила она.
— Как думаешь, ты можешь кончить ещё раз?
— Да, но... мне понадобится немного помощи... там.
Он чуть не закатил глаза и засмеялся.
— Там... Тебе что, пятнадцать?
Гермиона нахмурилась.
— Просто заткнись и делай, что тебе говорят.
Он быстро облизнул губы.
— Ты мне больше нравишься такой. — Он возобновил свой устойчивый ритм. — Скажи мне заткнуться ещё раз, — ухмыльнулся он, глядя на неё выжидающе.
— Заткнись, Малфой, и трахай меня сильнее, — сказала она, не подумав.
Он вдруг остановился, слегка приподнялся, чтобы завести руки под её колени, и продолжил с неумолимым темпом. Гермиона снова застонала, впиваясь ногтями в бок его тела.
— Ты зовёшь меня по имени, когда мы в постели, помнишь? — почти прошипел он возле её лица. — И ещё... чёрт... мне так чертовски понравилось, как ты осадила того старого хрена на гала-вечере.
— Пожалуйста, не говори сейчас о старых хренах.
— Было так чертовски горячо видеть, как ты ставишь их на место и угрожаешь им.
Она покачала головой.
— Ты сказал, что я не шантажиро... — Затем она замолчала, глядя на него сузившимися глазами. — Это то, что тебе тоже нравится? Чтобы тебя ставили на место? — Он замолчал на мгновение, и она хихикнула. — Ну-ну, Драко, я не знала, что в тебе есть покорная жилка.
— Заткнись. Ты близко?
— Нет, ты меня полностью сбил. Я потеряла концентрацию.
Он застонал, прежде чем посмотреть на неё, обдумывая что-то.
— Где твой вибратор?
Она мгновенно почувствовала, как её лицо горит.
— Эм... зачем?
— Мне понадобится немного помощи там. Я не знаю, как долго я продержусь, — сказал он, бросив взгляд между ними.
— Эм... ладно.
Она постучала по кровати, чтобы найти свою палочку, наложила заклинание, чтобы открыть ящик в прикроватной тумбочке, и вызвала вибратор.
Драко остановился, взял его из её рук, нажал несколько кнопок и осмотрел со всех сторон. Он задумчиво кивнул, как будто оценивал новую метлу для предстоящего сезона своей команды, но Гермиона чувствовала себя неловко в этой ситуации.
Он коротко взглянул на неё и нахмурился.
— Что?
— Ничего. Ты... нормально к этому относишься?
Он просто пожал плечами и вернул его ей.
— Ну, он же не войдёт в меня, так что…
— Я имею в виду, мы можем поговорить об этом подробнее, если тебе это интересно, — пошутила она, пытаясь расслабиться.
— Заткнись, Грейнджер.
Он снова поцеловал её, и она просунула руку между ними, включив вибратор на средний режим. Тихий жужжащий звук присоединился к звукам, которые они издавали, и вскоре она почувствовала сильную волну возбуждения.
Гермиона застонала, когда он мягко укусил её за шею и провёл языком и зубами к её соску.
— А-а. Слишком сильно, — она поморщилась, когда он укусил там. — Сильнее, пожалуйста, я так... — застонала она.
Он приподнял своё тело над её, его глаза метались между тем, где они были соединены, и её рукой, держащей вибратор, проводя им маленькие круги по её клитору.
— Это так... так чертовски горячо, Грейнджер, — сказал он сквозь стиснутые зубы.
— Угу.
— Я чувствую, как твоя киска сжимается вокруг меня. Чёрт.
Грязные разговоры обычно не слишком заводили её, но, казалось, при правильных обстоятельствах...
— Кончи для меня, Гермиона, пожалуйста... Я просто не могу... Я хочу почувствовать тебя... Мне нужно почувствовать тебя...
Она не могла говорить, надеясь, что он поймёт по её быстрым стонам и дыханию, что она в нескольких секундах от разрядки. Он понял, снова начал толкаться быстрее, и Гермиона была переполнена удовольствием и неконтролируемым трепетом и дрожью по всему телу, когда она кончила, и Драко сначала посмотрел на неё, затем последовал за ней, рухнув на неё всего через несколько секунд, толкаясь ещё несколько раз глубоко, каждый раз со стоном, и тяжело дыша ей в шею.
— Это было... так чертовски горячо, — задыхаясь, сказал он.
— Ага.
Она знала, что ей будет больно по крайней мере день после этого, но она не возражала. Первобытное желание чувствовать его между ног, даже когда его там на самом деле не было, было ошеломляющим. Она слегка покачала головой от своей глупости.
— Неудивительно, что ты пользуешься им всё время, — пробормотал он, когда вышел из неё и лёг рядом.
— Я не пользуюсь им всё время, — немедленно защищалась она.
Он повернулся, приподнялся на локте и легонько провёл кончиками пальцев от её груди до живота.
— Ты могла бы использовать меня всё время, если бы хотела, — сказал он дразняще, но она знала, что он говорит это серьёзно.
Гермиона сглотнула.
— Я думала, ты когда-то сказал, что не хочешь, чтобы я тебя использовала.
— Думаю, мы давно прошли этот этап, — пробормотал он. — Как и твоё глупое правило заниматься сексом только дважды в месяц.
— Мы всё ещё должны делать это, когда у меня овуляция.
— О, нет, какой ужас, — передразнил он.
Его палец очерчивал широкие круги вокруг её пупка, но всё, о чём она могла думать, это то, что сказала Пэнси.
— Ты думаешь, я использую тебя? Сейчас? — спросила она. — Подстраиваю под свои прихоти или что-то в этом роде?
— Нет, — просто сказал Драко. — Не так сильно, как могла бы, если честно. — Он усмехнулся. — Я не уверен насчёт меня, что я подстраиваюсь, но ты, с другой стороны...
— Я не о сексе.
— Ну, а стоило бы, — сказал он, поднимая глаза, чтобы встретиться с её взглядом, и медленно нахмурился. — Потому что я не хочу говорить о чём-то осмысленном, имея в своём распоряжении только половину своего мозга. Ты знала, что взаимный оргазм увеличивает шансы на зачатие?
— Это ещё один миф, — выдохнула она, потирая глаза. — Тебе действительно стоит на время воздержаться от интернета.
Он снова провёл пальцами вверх, очерчивая её соски, которые твердели как от его прикосновения, так и от лёгкого ветерка в комнате.
— Пэнси кое-что сказала, — начала она снова, не в силах думать ни о чём, кроме этого, хотя он наклонился ближе и лизнул её сосок.
— Я совершенно точно не хочу говорить о Пэнси прямо сейчас, — сказал он низким голосом.
— Ты жаловался ей на меня?
Он резко посмотрел на неё, прекратил прикасаться к ней и нахмурился.
— Что? Нет. Я никому на тебя не жаловался, — сказал он защищаясь.
— О. — Что ж, это было немного обидно. — Ладно, но... значит есть что-то, на что можно пожаловаться, просто ты ещё ничего не сказал?
Драко сел.
— Нет... Ну, это просто несправедливо. Я не это имел в виду.
Гермиона тоже села, нашла свою спальную футболку и надела её.
— Я не говорю, что твои чувства не обоснованы...
Он закатил глаза.
— О, да пошла ты с этим. Я сказал, что не это имел в виду, и ты это знаешь.
Он сердито встал.
— Я просто говорю... Я хотела бы знать, что ты чувствуешь. Этот... брак тебя душит?
Он громко выдохнул.
— Почему ты снова это делаешь?
— Ты всегда представлял, что так будет между нами? Потому что я не хочу, чтобы ты чувствовал себя как платье, которое я перешиваю, меняя его первоначальный дизайн.
Драко надел своё нижнее бельё и прекратил искать остальную одежду.
— Что? — спросил он, хмурясь на неё с раздражением, а теперь и с замешательством.
Гермиона покачала головой.
— Ничего. Забудь. Это глупо. Просто... не сердись и... забудь, что я что-либо сказала, ладно? Пошли спать, — сказала она автоматически.
— З... здесь? — спросил он, осторожно глядя на неё.
— Да, здесь. — Она начала искать остальную свою одежду, чтобы избежать его взгляда. — Эм... я имею в виду, если ты хочешь, конечно. Ты не должен делать ничего, что ты...
— Прекрати говорить, пожалуйста.
Она неохотно и молча согласилась.
Они оделись тоже в тишине, прибрали кровать заклинаниями, и она оказалась на своей любимой стороне кровати, в то время как он залез под одеяло после неё. Они лежали так, снова молча уставившись в потолок в течение нескольких долгих мгновений, пока он не толкнул её локтем.
— Знаешь, тебе стоит немного поднять ноги, может, это поможет, — пробормотал он.
— Ещё один миф.
— Чёрт, хоть что-то правда в этом твоём интернете?
Она хихикнула, чувствуя себя немного более расслабленной теперь.
— Не знаю, Малфой.
— Драко, — поправил он.
— Мы сейчас не занимаемся сексом.
— Мы в постели. Я просил тебя использовать моё имя, когда мы в постели вместе.
— Хорошо. Спокойной ночи, Драко.
— Спокойной ночи, Грейнджер.
