Глава 12. Чистый лист.
11 сентября 2025 г., 00:55
Она снова проснулась с его рукой на своей талии, только в этот раз ей не хотелось ни двигаться, ни уходить.
— Ты не спишь? — спросил он.
Его глубокий голос с самого утра вызвал трепет в её животе. Великолепно.
— Угу.
— Доброе утро.
— Угу.
— Идём на пробежку.
Она застонала, и он притянул её к себе.
— Не ворчи, — сказал он, скользнув рукой ей под футболку, и от его прохладных пальцев она слегка вздрогнула.
— Прости.
Гермиона просто промычала.
Он взял её грудь, держа её так, словно для него это было самым естественным действием в мире. Она чувствовала, что он возбуждён, и знала, что потом будет сожалеть об этой удобной близости, когда проснётся окончательно и сможет возобновить размышления о вещах, которые отложила на потом, когда они легли спать.
Драко медленно вдохнул и выдохнул, затем отодвинулся, отпуская её. Она сразу же почувствовала, что ей не хватает его пальцев на коже и его близости, но мгновение спустя он уже был у двери.
— Вставай, Грейнджер. Собирайся в другой ванной, пока я приму душ здесь.
Она снова застонала, но уже ждала его внизу, ещё до того, как он закончил. Сова постучала в окно с газетой, и Гермиона закатила глаза на маленький, но, очевидно, всё ещё достойный первой полосы, заголовок: «Обзор ежегодного Гала-концерта Министерства: Первое официальное появление Гермионы и Драко Малфоя в качестве мужа и жены и многое другое! (страница 8)».
Он спустился без рубашки и с мокрыми волосами, вытирая их полотенцем, и выглядел удивлённым, увидев её.
— Ого, я не думал, что ты меня послушаешься.
Гермиона просто кивнула, всё ещё сонная, но достаточно проснувшаяся, чтобы заметить несколько царапин, которые она оставила на его боку. Она подумала, что он мог бы легко залечить их заклинанием. Так же, как и небольшие синяки на её бёдрах.
Драко надел рубашку и сказал:
— Пошли, солнышко.
Гермиона определённо не была жаворонком. Конечно, она могла проснуться на работу, потому что каждый взрослый должен это делать, это был не совсем выбор, но делать по утрам то, что было необязательным, вроде разговоров или, в данном случае, пробежки, было определённо не для неё.
Она чувствовала тошноту, потому что не выпила прошлой ночью отрезвляющее зелье, думая, что не пьяна.
— Давай, Грейнджер, мы сделаем перерыв в той пекарне, — сказал он ей, пробежав немного впереди.
Она снова просто кивнула.
Гермиона любила заниматься спортом, но предпочтительно в середине дня или вечером, после того как выпьет кофе и поест. Делать это, когда за последние двенадцать часов у неё в желудке были только закуски и алкоголь, было не очень хорошей идеей.
Но Драко наконец сжалился над ней, и они сделали перерыв в пекарне. Он зашёл внутрь, чтобы купить им смузи, пока она сидела снаружи за одним из пустых столиков.
Она закрыла глаза, наслаждаясь лучами солнца на своём лице, и глубоко дышала, пока её пульс не вернулся в норму. Она наслаждалась тишиной и одиночеством, но её встревожил высокий женский смех. Она моргнула, пока глаза снова не привыкли к свету, и её желудок неприятно скрутило, когда она увидела Драко с той же женщиной, что была в супермаркете совсем недавно.
Её сердце снова забилось быстрее, и эта глупая ревность снова подняла свою уродливую голову. Женщина дотронулась до его руки, пока говорила, и Гермиона видела, что он это заметил, но не отодвинулся. Он просто вежливо кивнул, держа в руках пластиковые стаканы с крышками и трубочками.
Он пошёл к Гермионе... и та женщина пошла следом. Она снова закрыла глаза и повернулась лицом к солнцу.
— Да, поэтому я тоже её покупаю. Боюсь, моя кухня будет выглядеть как место преступления, если я попытаюсь сварить и почистить свёклу, — весело сказала та.
Гермиона почувствовала, как её глаза щиплет от необоснованных слёз. Что, чёрт возьми, с ней не так? Она даже не... влюблена в него.
И у них было соглашение, так что он мог делать что угодно и с кем угодно, так же, как и она.
— Да, мне они не особо нравятся, но ей — да, так что…
Ей. Ей. Не Гермионе, не Грейнджер, не моей жене. Ей. Как мило.
Та самая «ей» почти фыркнула, но была занята тем, что делала вид, будто ничего не слышит.
— Ну, они богаты железом, так что это важно, — сказала женщина с усмешкой. — Мне пора. Хорошего дня.
— И тебе.
Гермиона услышала, как он отодвинул стул и сел рядом с ней несколько секунд спустя. Она игнорировала его, пока слышала, как он потягивает свой смузи.
Ей было плевать на эту женщину, она была в ярости от него. Они уже встречались, и теперь они знакомы. Наверное, они снова увидятся, пока он бегает здесь. Наверное, каждый раз у них будет приятная беседа, они будут пить смузи вместе, говорить о протеиновых коктейлях, с которыми Гермиона познакомила его в первую очередь, и касаться друг друга, когда разговаривают. Они почти никогда так не делали на публике, только когда были в волшебном обществе, делая вид, что они настоящая супружеская пара.
Ей хотелось плакать, и она не хотела делать это перед ним, особенно на публике, поэтому она резко встала, схватила стакан, который он взял для неё, и пошла.
— Куда ты? — крикнул Малфой ей вслед.
— Домой.
Она услышала, как он бежит за ней.
— Что случилось?
— Ничего.
Он фыркнул.
— Не похоже на «ничего».
Она игнорировала его и пошла быстрее.
— Почему ты так торопишься? — настаивал он.
— Мне нужно собираться на работу.
Он посмотрел на свои часы.
— У тебя есть час.
— Ну, я... долго собираюсь.
Она чувствовала его взгляд на себе, пока он шёл рядом, но всё ещё игнорировала его.
— Грейнджер, ты странно себя ведёшь. Только что всё было хорошо, и тут…
— Я просто хочу пойти домой и собраться, — огрызнулась Гермиона. — Я больше не хочу бегать, в любом случае.
— Хорошо, но я, честно говоря, не понимаю тебя…
— Ладно.
Он замолчал на мгновение, но она чувствовала, что он всё ещё смотрит на неё.
— Мне не нравится, когда ты такая — то горячая, то холодная.
— Мне всё равно.
Малфой встал перед ней, останавливая её.
— Что, чёрт возьми, с тобой не так? — спросил он и нахмурился.
— Ничего, — сказала она громче, чем намеревалась. — Я просто хотела поскорее вернуться, чтобы принять ещё один душ и собраться на работу. Я так голодна, и теперь... у меня не будет времени на завтрак, — поняла она, заметив смузи в своей руке.
— И я умираю с голоду, и мне не нравится... — она сделала глоток, но скривилась. — Что это? — она чуть не поперхнулась, глядя на ярко-красный напиток.
— Как обычно, — сказал он, всё ещё хмурясь. — Морковь, апельсин, свёкла, гранат, лимон.
Она попробовала ещё раз.
— Нет, это не так, — она протянула стаканчик ему. — На вкус как земля.
Он сделал глоток и закатил глаза.
— На вкус нормально, Грейнджер, — сказал он. — Может, это свёкла, но ты должна выпить это, в них полно железа, по-видимому, а ты не ешь мясо, так что…
Он что... он цитирует ей эту женщину? Он с ума сошёл?!
— Нет, в них не так много железа, это ещё один миф. В них обычное количество железа! Перестань верить каждой бабушкиной сказке, которую слышишь!
Она попробовала ещё раз, но ей не стоило этого делать. Гермиона прикрыла рот рукой и лихорадочно огляделась. Она собиралась вырвать прямо на улице. Драко выхватил стакан из её руки и отступил, но спрятаться было негде, так что её вырвало в траву на тротуаре.
Ребёнок, который шёл с мамой рядом, воскликнул: «Фу», и женщина быстро зашикала на него.
Гермиона почувствовала, как дрожат её руки. Фантастика. Теперь она опозорилась перед ним и на публике. Она вытерла рот тыльной стороной ладони и повернулась к нему, чувствуя себя униженной.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Да. Я выпила несколько бокалов прошлой ночью, пропустила завтрак, а потом пошла бегать, — сказала она, хмурясь на него.
Он бросил на неё этот взгляд, и она знала, что он собирается сказать, поэтому закатила глаза.
— Я не беременна, Малфой.
— Серьёзно, Гермиона, откуда ты знаешь? Я говорил тебе, что магическое... — он нетерпеливо огляделся, затем подошёл ближе, чтобы прошептать. — Я говорил тебе, что магическое семя другое.
Она снова застонала от этого термина.
— Я, возможно, сделал тебя беременной прошлой ночью.
Гермиона покачала головой.
— Это невозможно. Я не беременна, потому что у меня месячные идут почти регулярно.
— Почти? — спросил он, подняв брови.
— Да, последний раз был... был... Ну, я не могу вспомнить точно, но…
— В этом месяце?
— Нет, но ещё есть время.
— Хорошо. А в предыдущем?
Для неё было не так уж необычно, что месячные задерживались, иногда больше чем на неделю. Несколько раз, при сильном стрессе, они пропускали весь месяц, но... в те времена... она ни с кем не спала, так что... она совсем не волновалась... но теперь... Она остановилась, чтобы подумать на несколько мгновений, а затем замерла, её глаза расширились.
— О, Боже... — сказала Гермиона, закрывая рот дрожащими руками.
Малфой драматично выдохнул.
— Ты меня в могилу сведёшь, знаешь ведь? — сказал он безразлично, стоя с двумя стаканами, оглядываясь и время от времени сверля её взглядом, не зная, что делать или сказать.
Гермиона кивнула.
— Хорошо, пошли просто купим несколько тестов. Я сделаю их дома.
Он просто кивнул в ответ и последовал за ней.
На их пути домой была аптека. Она полезла в карман шорт Драко, чтобы взять его кошелёк, так как его руки были заняты смузи. Он выглядел ещё бледнее, чем она считала возможным. Она купила тест, который, как заверил её фармацевт, был самым надёжным, и велела Драко перейти улицу, так как он, казалось, витал в облаках.
Когда они пришли домой, Гермиона взяла стаканы из его рук и поставила их на обеденный стол. Она достала свою палочку и наколдовала одноразовый пластиковый стаканчик.
— Я просто собираюсь... — она указала на ванную.
Он посмотрел на стаканчик.
— Как вообще этот тест работает?
— Я должна пописать в стаканчик, затем вставить эту маленькую штучку. Если покажет две полоски, я беременна. Если одну или ни одной, то нет.
— Хорошо, — автоматически кивнул он.
— Тем не менее, он не на сто процентов надёжный, — Гермиона почувствовала, что должна добавить.
— Какого чёрта? Почему нет? — он нахмурился.
— Не знаю, — пожала она плечами. — Ты знаешь заклинание?
— Я знаю заклинание, но никогда раньше его не использовал, — он потёр шею. — И даже если бы я имел в этом опыт, я бы не чувствовал себя комфортно, применяя его на тебе. Нам стоит пойти в больницу Святого Мунго.
Гермиона неудобно поежилась.
— Я… я боюсь, что об этом будут все страницы в сегодняшнем «Пророке».
— Чёрт побери, — застонал он. — Ладно. Давай сначала сделаем это, — сказал он, указывая на пластиковый стаканчик и коробку в её руке. — А там посмотрим.
Гермиона кивнула и направилась в ванную, а Драко пошёл следом.
— Подожди, пока я наполню стаканчик, потом можешь зайти, — сказала она.
— Хорошо.
Внутри она попыталась успокоиться, пока мыла свои дрожащие руки. Ей удалось наполнить стакан, поставить его на раковину, затем она снова вымыла руки и достала тест из коробки.
— Можешь заходить.
Драко вошёл, наблюдая за ней так, будто она обезвреживала бомбу. Он был тих и заметно напряжён.
— Хорошо, так, я просто вставлю это сюда, — сказала Гермиона, зная, что он слишком шокирован, чтобы спросить. — Готово. Теперь ждём.
Он кивнул и подошёл ближе к раковине, присев на корточки, чтобы быть на одном уровне с полоской в стакане.
— Сколько ждать? — спросил он, щурясь.
Гермиона посмотрела на него сверху вниз, поежившись от того, как близко его лицо к её моче в стакане.
— Несколько секунд. Или минут, зависит…
— Зависит от срока? — спросил он, хмурясь на неё.
Гермиона вздохнула и потёрла лоб.
— Я не знаю. Я никогда этого не делала.
— Никогда?
— Да, никогда, — огрызнулась она. — Что ты думаешь, я шляюсь без защиты и надеюсь на лучшее?!
Он снова нахмурился на неё, затем посмотрел обратно на полоску, сузив глаза.
— Скажи мне ещё раз о результатах.
— Две полоски означают положительный, одна — отрицательный.
— Понял. А... что значит, когда одна полоска очень хорошо видна, а другая там, но не такая яркая?
Сердце Гермионы ёкнуло. Она попыталась сглотнуть, но горло внезапно пересохло.
— Это… эмм... это тоже означает положительный результат.
Он продолжал кивать, как одна из тех кукол-болванчиков, что люди ставят на приборные панели своих машин.
— О. Хорошо. Ну... значит, положительный.
Он встал и посмотрел на неё, не моргая.
Она не знала, что чувствует эмоционально. Физически, однако, её сердце колотилось, а ноги стали ватными.
Она была беременна. У неё будет ребёнок, совершенно новый человек, о котором нужно заботиться всю оставшуюся жизнь. И это был его ребёнок... а они даже... не были по-настоящему женаты.
У неё будет ребёнок, которого правительство практически заставило её завести с мужчиной, который её не любит и имеет полное право убежать и спать с любым гибким, высоким инструктором по йоге, который ему приглянется, потому что Гермиона, идиотка мирового класса, согласилась на это.
— Что мы теперь будем делать, Драко? — спросила она, и её глаза наполнились слезами, когда она услышала страх в своём собственном голосе.
Он наконец моргнул несколько раз и выпрямился, прежде чем положить руки ей на плечи и ободряюще сжать их.
— Ну, во-первых, ты выпьешь стакан воды, потому что, судя по твоей моче, — он указал на стакан, — Ты не выпила ни капли с тех пор, как мы поженились.
Он не паниковал, он шутил. Хорошо, значит, это нормально. С этим разобрались, теперь только ей нужно было, чёрт возьми, успокоиться.
Она закатила глаза, пытаясь смахнуть слёзы.
— Ещё что-нибудь, доктор?
Он попытался обнять её, и сначала это было неловко, но потом стало более комфортно, когда она обхватила его дрожащими руками.
— Нам стоит пойти к тому магловскому доктору, да? — спросил он, его подбородок покоился на её голове.
— Да, — кивнула она. — Я могу сдать анализ крови, чтобы подтвердить, и... я быстро получу результаты. Потом мы можем пойти в больницу Святого Мунго.
— Хорошо, — он кивнул, поглаживая её плечи и спину. — И… ты сказала, что тест не всегда точный, так что... знаешь…
Она кивнула.
— Да, возможно, это просто «ложноположительный» результат, и я вовсе не беременна.
***
— Поздравляю, миссис Малфой, вы беременны.
— Спасибо.
Она взяла выходной и отправилась в первую попавшуюся клинику, чтобы сделать анализ крови, получив результаты в тот же вечер. Она была очень даже беременна. И теперь, днём позже, они были на приёме у врача для первого осмотра.
Пока они ждали, Драко оглядывался по сторонам и задал Гермионе примерно пять миллионов вопросов об инструментах, оборудовании и устройствах. Затем доктор задал ей кучу вопросов о её здоровье и обсудил результаты анализов крови и мочи.
— Ах, молодые пары, — сказал доктор средних лет. Его доброе лицо напомнило ей её отца, когда тот разговаривал со своими пациентами. Он тепло улыбнулся. — Это всегда такое восхитительное путешествие, первый ребёнок.
Гермиона кивнула с другой стороны стола, а Драко стоял рядом с ней, нервно сжимая её плечо.
— Можете присесть, папа, нет нужды стоять, — сказал доктор, глядя на её результаты на своём компьютере.
Драко огляделся, ожидая, что мужчина обращается к кому-то другому, затем тихо сел, когда понял, что «папа» - это он.
— Хорошо, всё в порядке. Когда была дата начала ваших последних месячных?
— Эм… я не совсем уверена. Мой цикл очень нерегулярный, — сказала она.
Он кивнул.
— Насколько?
— Несколько раз случалось, что месячные не приходили, в основном из-за стресса.
Он просмотрел бумаги перед собой.
— Вы сейчас испытываете стресс, поэтому вы перепутали это со своей... обычной нерегулярностью? — спросил он, улыбаясь.
Гермиона улыбнулась в ответ.
— Да, работа довольно суетливая.
— Что ж, постарайтесь уменьшить стресс, — сказал он и указал на смотровую кушетку позади них. — Можете лечь туда, дорогая.
— Хорошо.
Драко прочистил горло.
— Эм… но это не могло случиться прошлой ночью, верно? — спросил он доктора.
— Нет, Малф... Драко, я же говорила тебе, — прошипела Гермиона.
— Прошу прощения? — сказал доктор, поднимая глаза из-за своих очков, чтобы посмотреть на него.
— Я имею в виду... — начал он смущённо. — Извините, но... могла ли она... забеременеть от... прошлой ночи?
Доктор взглянул на Гермиону, которая изобразила напряжённую улыбку.
— Нет, — протянул доктор, не уверенный, что Драко его разыгрывает. — Это невозможно, но если вы знаете, когда был другой незащищённый и не прерванный половой акт, это может дать нам примерную дату.
Он кивнул и подошёл, чтобы встать рядом с Гермионой у кушетки.
— Ты знаешь другие даты? — спросил он её.
— Нет, я не записываю секс в свой дневник.
Хотя, должна была бы. Они активно пытались завести ребёнка, и это не то чтобы они занимались этим пять раз в день каждый день в течение месяцев. Это случилось всего три раза.
Что с ней не так? Гермиона обычно та, кто организован и думает обо всём.
Он закатил глаза.
— Ладно.
Она подняла рубашку, и доктор брызнул на её живот прохладным гелем. Драко смотрел на всё это как ребёнок в Диснейленде, что было в какой-то мере мило, но и раздражало. Ей нужен был здесь рядом взрослый мужчина. Папа, как его назвал доктор.
Боже. Драко Малфой — отец её ребёнка.
— Хорошо… вот он... видите? — доктор указал на экран, показывая маленькую круглую... штуку, и посмотрел на Гермиону с улыбкой.
Это, вероятно, был тот момент, когда она должна была быть взволнована или заплакать, но, честно говоря, она не чувствовала себя беременной. Она всё ещё была в шоке и не могла этого осознать, так что он мог бы с таким же успехом показывать ей её кишки, насколько она знала. Это было просто маленькое пятно на экране. Так что она просто улыбнулась и посмотрела на экран, а не на сияющего доктора. Ну, по крайней мере, ему нравилась его работа, что было приятно знать на будущее. Она также подняла взгляд на Драко, который тоже уставился на маленький экран, очарованный.
— Это ваш ребёнок. И судя по размеру, я бы сказал... эмм... определённо меньше десяти недель... семь... почти восемь недель, да, — сказал он, внимательно наблюдая.
Драко уставился на экран, не моргая, затем медленно повернул лицо к ней и нахмурился.
— Восемь недель? Почти восемь недель? — сказал он сквозь зубы. — Это почти два месяца.
Гермиона сузила на него глаза, но он упорно хмурился. Ей пришлось закатить глаза и признать поражение.
— Ладно. Ты был прав, а я ошиблась. Вот так. Счастлив?
— Я говорил тебе, что магическое... — начал он, но она прервала его, широко раскрыв глаза.
— Есть проблема? — спросил доктор.
Драко выглядел так, будто только и ждал, когда кто-нибудь наконец задаст ему этот вопрос.
— Да, почему бы и нет, доктор. Да, есть. С тех пор как у нас был секс в первый раз, два месяца назад, я спрашиваю её, не беременна ли она, и она категорически не соглашалась каждый раз, — тараторил он.
Доктор посмотрел на Гермиону, и она неловко хихикнула.
— С тех пор как у нас был незащищённый секс в первый раз, он хотел сказать.
— Да, что было первым разом, когда у нас вообще был секс, — фыркнул Драко, почти расхаживая по кабинету, снова бормоча что-то о магическом семени.
Доктор снова посмотрел на неё, и Гермиона драматично положила руки на живот.
— Мы… религиозны. Святость брака и... чистота... очень важны для нас.
Малфой сморщил нос и фыркнул, а она бросила на него испепеляющий взгляд.
Доктор посмотрел на них обоих и кивнул.
— Понятно. В любом случае, если вы активно курите... что-нибудь... или пьёте, вам следует прекратить.
— Я не курю, но пила вино по будням, мартини и шампанское иногда по выходным, — сказала она, обеспокоенная.
Он кивнул.
— Вы должны прекратить.
— Да, конечно. Ещё я вегетарианка.
Доктор кивнул.
— Это нормально. Вам всё равно следует принимать пренатальные добавки, и мы будем регулярно следить за вашим весом и анализами крови.
— Спасибо, доктор.
Гермиона приготовилась к неизбежной тираде, которую Драко обрушит на неё, как только они покинут клинику. Однако, к её удивлению, по дороге домой он выбрал молчание.
Они взяли такси в обе стороны, потому что, по его словам и его книгам, трансгрессия не рекомендуется во время беременности. Они не сказали друг другу ни слова, даже после того как вошли в дом. Гермиона направилась прямо в свою комнату, прислонившись к двери, когда закрыла её за собой. Спокойствие и тишина спальни охватили её, и она почувствовала, что наконец может поплакать. Она сползла по двери и наложила заглушающее заклинание. Она не ожидала, что будет чувствовать себя так. Одинокой, неподготовленной... испуганной. Доктор выглядел более воодушевлённым, чем она, и он, вероятно, видел дюжину беременных женщин каждый день. Какая мать не... О Боже, она будет матерью.
Гермиона запустила пальцы в волосы и заплакала ещё сильнее.
Какая мать не радуется своему ребёнку? Гермиона, видимо. Даже Малфой казался более взволнованным, но она сомневалась, что он вообще знал, на что смотрит.
Она встала, подошла к своему туалетному столику и нашла свой дневник и ручку. Она села на кровать, согнула ноги, чтобы использовать их как стол, вытерла лицо и пролистала страницы, пытаясь вспомнить точные даты, когда у них был секс, и все признаки или симптомы, которые она испытывала, но не замечала, помимо теперь уже очевидно отсутствующих месячных.
Апрель. Именно тогда они переспали в первый раз, где-то в начале апреля.
Она писала в тишине несколько минут, тихо плача и всхлипывая, пока мягкий стук в дверь не заставил вздрогнуть.
Гермиона проигнорировала его.
Малфой постучал снова.
Она проигнорировала его ещё раз.
Он всё равно открыл дверь, и она на секунду оторвала глаза от страниц на своих коленях, чтобы увидеть, как он закрывает дверь ногой, держа две кружки. Он подошёл к её кровати, поставил обе на прикроватную тумбочку и сел на кровать напротив неё, прислонившись к спинке.
— Что ты делаешь? — спросил он через несколько мгновений.
— Записываю кое-что.
— Что?
— Вещи, которые я пропустила.
— Симптомы?
— Да.
Он кивнул.
— И что ты записала?
Она посмотрела на него, и её зрение сразу затуманилось от слёз.
— Я всё время плачу из-за... всего.
Он снова кивнул.
— Я говорил тебе, что ты ведёшь себя странно.
Гермиона испепелила его взглядом.
— Прости, — тихо сказал он и прочистил горло. — Но так и было. В один день всё было хорошо, а на следующий ты на меня огрызнулась без причины.
— Были некоторые причины, — сузила она глаза.
Она надеялась, что это может объяснить её иррациональную ревность. Обычно она не была ревнивой, по крайней мере, из-за таких пустяков, как глупый разговор с другим человеком. Это нелепо.
Он слабо кивнул.
— Что ещё?
Гермиона выдохнула.
— Я всё время такая уставшая. Некоторая еда меня раздражала. И... да, ты был прав, я ела больше сладостей, чем обычно.
— Ты сказала, что варёные яйца воняют. И моё мороженое.
Да, она стала более чувствительной к определённым запахам.
— Эти печенья и правда пахнут рвотой, прости.
Он кивнул и подвинулся на своём месте.
— Твоя грудь стала больше.
Она нахмурилась, скорее всего, покраснев, хотя её лицо и так было красным от слёз. Тем не менее, она записала это. Они были более чувствительными уже несколько недель. Как она не заметила раньше?
— Я не хотел ничего говорить, потому что думал, что ты, возможно, набрала вес, и всё как-то пошло именно туда, — он указал на её грудь.
— Нет, мне так не везёт. Всё обычно идёт в живот, бёдра и попу.
— Ещё лучше, — пробормотал он. — Прости, — добавил он, заметив её выражение лица.
Гермиона вздохнула, положила дневник и ручку на кровать рядом с собой и потёрла глаза.
— Я не могу в это поверить…
— Что?
Она выдохнула и посмотрела на него, всё ещё прикрывая большую часть лица ладонями.
— Я должна была знать, когда... эмм... обычно мне нужно немного больше, чтобы... ты знаешь, получить оргазм, когда кто-то делает мне оральный секс, так что…
Он поднял бровь.
— Что это значит?
— Это просто значит... это, должно быть, гормоны, вот и всё.
Он выпрямил спину и немного нахмурился.
— Прошу прощения, но я бы хотел верить, что я тоже имел к этому отношение, — сказал он с серьёзным лицом, но... игриво.
Она просто кивнула и выдохнула.
Они молчали несколько долгих мгновений, прежде чем Драко снова заговорил.
— Мне жаль. Я не хотел тебя расстраивать. Я просто... это… — он потёр затылок. — Я знаю, мы говорили об этом, шутили, и, очевидно, у нас был секс и всё такое, но... теперь это реально. Ты беременна, — сказал он просто, и её глупые глаза снова наполнились слезами.
— Г… Грейнджер? — спросил он с беспокойством.
— Не знаю. Я не могу это остановить, как только оно начинается, — сказала она, уже рыдая в свои ладони.
Она почувствовала, как кровать сдвинулась, когда Драко прислонился к изголовью рядом с ней. Более уверенно, чем раньше, он обнял её за плечи и спину. Гермиона положила руки ему на грудь и заплакала ещё сильнее, но теперь это было более утешительно. Он гладил её по волосам, и подъёмы и спады его груди были успокаивающими. Она несколько раз всхлипнула и вскоре смогла успокоиться.
— У нас... у нас будет ребёнок... — прокомментировал Драко.
Гермиона почувствовала вибрацию от его груди, когда он говорил, и ощутила, что он так же испуган, как и она, судя по бешено колотящемуся сердцу под её пальцами.
Он выдохнул.
— Мы пили, и многие люди курят на тех вечеринках. Ты пьёшь много кофе, и мы ели столько нездоровой еды и…
— Доктор сказал, что всё в порядке, так что я просто буду осторожна с этого момента.
— Хорошо, — сказал он, помолчав, пока накручивал её локоны на палец.
— Ты хочешь пойти в больницу Святого Мунго? — спросил он после нескольких минут тишины.
Гермиона всхлипнула.
— Думаю, мы должны подождать приёма на десять недель, который назначил доктор, а потом мы сможем пойти, но до этого, наверное, стоит сказать нескольким людям, знаешь, на случай, если это разлетится по всем газетам. У твоей матери может случиться сердечный приступ, если она не узнает от тебя.
Он тихонько рассмеялся, заставив её вздрогнуть. Его рубашка пахла так успокаивающе.
— Хорошо. С нами всё будет в порядке, — добавил он через мгновение.
— Я знаю.
— И с ребёнком тоже всё будет в порядке.
— Я знаю.
— Мы будем хорошими родителями, — сказал он уверенно. — Не знаю, как ты, но у меня были отличные примеры того, как не надо воспитывать ребёнка.
Гермиона подняла голову, чтобы посмотреть на него.
Он ухмыльнулся ей.
— Примеры того, что не надо делать, когда растишь ребёнка.
Она кивнула и снова прислонилась к его груди.
— Какие у тебя родители? — спросил он мягко и осторожно.
Гермиона выдохнула.
— Хорошие. Поддерживающие. Открытые. Хотя иногда они ожидали слишком многого.
— Ну, это то, что происходит, когда ты воспитываешь человека, который всегда хочет достичь большего, я полагаю, — сказал он с нежной улыбкой, сдвигаясь, чтобы устроиться поудобнее. — Что ещё?
— Они всегда были рядом. На каждой школьной пьесе, каждом фортепианном концерте. Просто всегда были дома после работы, смотрели вместе телевизор или ходили куда-нибудь поужинать или в кино, — сказала она, и слёзы снова защипали в глазах. — Я всегда думала, что они будут в восторге от того, что станут бабушкой и дедушкой. Они, наверное, позволят внуку делать всё то, что не позволяли мне, знаешь, вроде гулять допоздна или есть леденцы, — добавила она. — И теперь они станут ими, и... они даже не знают об этом, потому что... они даже не знают, что я существую.
Она снова начала плакать, и он притянул её ближе.
— Мне так жаль, Гермиона.
— Ты скажешь своей маме. И... даже своему отцу. А у меня никого нет.
— Это неправда.
Она покачала головой.
— Я думаю, некоторые из твоих друзей видят в тебе больше, чем просто друга. Ты их семья, — сказал он, помолчав, прежде чем добавить:
— Мы — семья, — отчего её сердце странно затрепетало. — Особенно сейчас, нравится тебе это или нет, — добавил он с дразнящей улыбкой.
Она подняла лицо, чтобы посмотреть на него. Они как-то оказались почти лежащими на кровати, что сильно отличалось от их предыдущей сидячей позы.
— Мне это нравится, — сказала она с улыбкой, вытирая глаза, пытаясь разрядить обстановку. — Особенно потому, что... когда придёт время для пренатальных тестов, будет здорово, что ты богат.
Он хихикнул.
— Какие тесты?
— Их делают, чтобы проверить многое о здоровье ребёнка. Мы можем узнать и пол тоже.
Драко выглядел удивлённым.
— Мы можем?
Гермиона кивнула.
—Да. Ты разве не видел этого в моём интернете? — пошутила она. — Ты хочешь узнать или предпочтёшь подождать до рождения?
— Узнать, конечно, — сказал он без колебаний. — А ты?
— Тоже.
— Люди и правда предпочитают ждать, когда могут узнать заранее?
— Да, довольно часто, мне кажется.
— Ух ты, — он покачал головой с улыбкой. — Я бы сошёл с ума, думая об этом месяцами. Я уже нетерпелив, чтобы узнать. Кого бы ты предпочла, мальчика или девочку?
Она посмотрела на него, моргая в неверии. Если бы кто-то сказал ей всего год назад, что она будет лежать в объятиях Драко Малфоя и говорить об их ребёнке, она бы никогда не поверила.
— Девочку, пожалуй, — сказала она, первая мысль, которая пришла ей в голову. — Я всегда представляла, что у меня сначала будет маленькая девочка, а потом, возможно, мальчик. Думаю, это было бы мило.
Драко посмотрел на неё так тепло, что она не знала, как на это реагировать.
Затем он прочистил горло.
— Мне кажется, я должен тебя предупредить, что могут быть некоторые семейные магические штуки, и... у нас, возможно, сначала будет мальчик. Знаешь, из-за наследства, наследников, продолжения фамилии и всего такого.
Она кивнула.
— А кого бы ты больше хотел? Знаешь, если бы мы могли проигнорировать всё это.
Он помолчал, избегая её взгляда, и заправил локон за её ухо.
— На самом деле... я бы хотел мальчика. Первого, наследника, с этой... чёртовой фамилией. И затем воспитать его совершенно не так, как воспитывали меня. Просто чтобы показать им всем, что это можно сделать.
Гермиона кивнула, затем усмехнулась.
— И снова эта низкая совместимость.
— Насколько мы сейчас совместимы, как ты думаешь?
Она поджала губы, задумавшись.
— Чуть больше семидесяти, я бы сказала.
— Я согласен, — сказал он, затем громко вздохнул. — Но, честно говоря, в твоей идее нет ничего плохого. Хотя... жить со взрослой Грейнджер и мини-Грейнджер может быть слишком для кого угодно, особенно для меня.
— Мини-половина-меня и половина-тебя, — сказала она, ткнув его в живот.
Он тут же дёрнулся, так как ему было щекотно, и схватил её за руку.
— Это звучит ещё хуже, — пошутил он. — Бедный ребёнок.
Он держал её запястье расслабленно, его пальцы скользили по её руке. Не осознавая этого, их пальцы переплелись, и он провёл большим пальцем по коже её ладони. Она снова расслабилась.
Наполовину её ребёнок, наполовину его. Ребёнок Грейнджер-Малфой. Боже, что за концепция.
Она представила выражение лица Люциуса Малфоя в его тюремной камере, когда он однажды пролистает газету, узнав о новостях в разделе сплетен, но мысль была глупа.
Конечно, Нарцисса сначала напишет ему письмо. Первый ребёнок-полукровка за бог знает сколько поколений, или вообще когда-либо.
Гермиона снова посмотрела на него. Он мог бы выбрать более лёгкий, более подходящий путь, но…
— Почему ты не женился на Астории, когда она предложила? — спросила она, наблюдая, как он моргает от удивления. — Всё было бы так намного проще с кем-то... не похожим на меня. Твои родители были бы в восторге. Ты бы не проводил столько времени в мире маглов, разбираясь с магловскими врачами и копаясь в магловских книгах по беременности.
Он снова моргнул, и она заметила, как дёрнулась мышца на его челюсти.
— Именно поэтому. Я не хотел им угождать, я закончил с этим. Я не хочу жить жизнью, которую они выбирают для себя. Что касается Астории…— он замолчал, тяжело сглотнув. — Я… я забочусь о ней, конечно, как о друге, и я знаю... Я не думаю, что было бы правильно, если бы я просто обнадёживал её. Я не думаю, что смог бы ответить взаимностью... на те чувства, которые у неё были ко мне. Это было бы нечестно по отношению к ней.
Гермиона подняла бровь.
— Значит, ты подумал, что я лучший вариант для... ответных чувств?
Изначально он утверждал, что не беспокоится о том, чтобы у него появились к ней чувства, но затем... всё явно изменилось. Он сам это сказал и... даже сейчас. Они валялись друг у друга в объятиях на кровати посреди дня, и они даже, чёрт возьми, не занимались сексом.
Они просто разговаривали.
Драко пожал плечами.
— Я подумал, что будет лучше, если мы оба начнём с чистого листа, без каких-либо чувств с обеих сторон. Всё остальное могло сложиться... или нет, но мы бы начали на одном уровне и без ожиданий.
И правда так казалось, но теперь, она должна признаться... хотя бы самой себе, конечно, не ему... что её раздражающе чувствительное, гормональное сердце медленно, но верно влюбляется в её мужа. Какой ужас.
— После войны, когда её родители расторгли помолвку, я никогда особо не задумывался о том, на ком в итоге женюсь, — продолжил он. — Но когда пришло время, когда это стало возможным, я подумал... если я когда-либо и женюсь на ком-то, я всегда надеялся найти кого-то…
Он театрально искал нужные слова, в итоге остановившись на:
— Такого же потрясающего, как я.
Гермиона закатила глаза.
Драко прищурился на неё, коснулся области под глазом пальцами и сказал:
— Ресница. И в любом случае, — продолжил он, подбирая её и сдувая, — Когда я узнал об этом законе и подумал, кто... самая потрясающая ведьма, мне не пришлось долго думать. Нет никого и близко похожего на тебя.
Она почувствовала, как её дыхание участилось, а щёки потеплели.
— Ты пытаешься загладить вину за то, что был придурком и назвал меня толстой? — поддразнила она.
— Я не называл тебя толстой, не приписывай мне слова. Я сказал, что твои сиськи стали больше, — сказал он, бросив взгляд на её грудь с приподнятой бровью. — И раз уж речь зашла о твоей груди, если хочешь, можешь…
— Не сейчас.
— Хорошо.
Она снова посмотрела на него, решив поинтересоваться ещё, раз уж он был в настроении говорить.
— Тебе не кажется... что она бы смирилась с... такого рода браком гораздо быстрее и лучше, чем я?
Но, видимо, Гермиона задела за живое, потому что его лицо тут же стало холодным, что отличалось от его прежней теплоты и игривого настроения.
— Я имею в виду, я просто предполагаю, — пробормотала она.
— Какого рода браком? — спросил он холодно.
— Такого рода. Того, о котором мы договорились, когда подписывали контракт.
— И на какой именно пункт ты ссылаешься? — спросил он нарочито. — На тот, где ты настаивала, чтобы наши дети посещали магловскую начальную школу до Хогвартса? Или на ту часть, где я просил, чтобы их называли в соответствии с традицией семьи Блэков? Или тебя беспокоит что-то ещё?
— Меня ничего не беспокоит… — пробормотала она, вздыхая. — Часть, где нам разрешено встречаться с другими людьми. Ты сказал, что не знаешь ни одной семьи, которая бы так не жила. Я просто подумала, что она бы приняла эту концепцию гораздо легче, чем я.
— Вот как, — сказал он, снова сжав челюсти. — Ну, ты видела, чтобы я приводил сюда женщин?
— Нет, но мы же договорились, что не будем этого делать.
— Так ты думаешь, что я сплю со всеми подряд вне нашего дома? — спросил он, и Гермиона могла поклясться, что он был оскорблен.
— Нет, — сказала Гермиона. — Не знаю. Я даже не уверена, что имею право это спрашивать.
Драко покачал головой, фыркнув.
— Ты просто невероятная… — пробормотал он. — Ты планируешь ходить на свидания и спать со всеми подряд? — напряженно спросил он.
Она усмехнулась.
— Ага, держу пари, куча мужиков захочет встречаться со мной, особенно когда я буду… — она жестом показала на свой живот.
Он фыркнул, казалось, более расслабленный теперь.
— Может, ты найдешь кого-нибудь с фетишем на беременных.
— Эй. Ты сейчас говоришь о нашем ребёнке.
— Прости, — сказал он, автоматически положив руку ей на живот и успокаивающе поглаживая, и они оба замерли.
Драко отдернул руку.
— Извини, это было странно. Мне следовало сначала спросить, можно ли…
— Нет, все в порядке, — сказала она, положив его руку обратно на свой живот. — Все хорошо. Я уже знаю, что мне не понравится, когда будут трогать мой живот, но… тебе можно.
Было так приятно чувствовать его теплую руку.
Он помолчал какое-то время, потом сглотнул и снова заговорил.
— Хочешь заключить еще одну сделку? Давай… приостановим действие этого… пункта о нашей, кхм… распутной жизни. Хотя бы на время.
Она посмотрела на него, чувствуя, как ее сердце забилось быстрее.
— Правда?
— Да, — он прочистил горло. — Нам стоит… сосредоточиться на ребенке, и на… нас обоих. Чтобы, ну… разобраться, как жить вместе, когда он появится.
Гермиона посмотрела на него, надеясь, что ее лицо не выдаст слишком сильного волнения и облегчения.
Он, казалось, был серьезен, затем моргнул и игриво закатил глаза.
— Полагаю, мне просто придется написать пару десятков писем ведьмам, извиняясь за отсутствие будущих оргазмов, которые я мог бы им обеспечить, и…
— Договорились, — перебила она.
— Договорились, — повторил он, улыбаясь ей.
Гермиона смотрела на него несколько секунд, прежде чем моргнуть.
— Я уже слышу слабый плач и рыдания с волшебной сцены знакомств даже отсюда, — сказала она, неловко осознавая, насколько спокойно она себя чувствует в этом разговоре. — Как справятся все эти супермодели без тебя? — она попыталась пошутить, чтобы просто успокоить свое бешено бьющееся сердце.
— Ах, да, ну… они лучше, чем… Какой твой типаж, кстати? — он подразнил ее. — Рыжий, тощий и с ужасным чувством стиля?
— Нет. Высокий, с темными волосами и в очках.
Он чуть не оттолкнул ее, чтобы лучше рассмотреть, в неверии.
— Ты… ты только что описала Поттера?
Гермиона рассмеялась.
— Нет. Это Сэм из книжного магазина.
Драко нахмурился, пытаясь вспомнить.
— Сэм из… того… магловского книжного магазина? Куда мы ходим почти каждую неделю?
Она кивнула.
— Ты водила меня в книжный магазин, чтобы флиртовать с каким-то… продавцом? — высокомерно спросил он.
— О, заткнись.
— Мы меняем книжный магазин.
— Нет.
— Книги везде одинаковые.
— Мне нравится обслуживание там.
— Грейнджер…
