Совместимы едва ли на шестьдесят процентов | Barely sixty percent match

Они попрощались с друзьями Драко, за исключением, конечно, Дафны и Пэнси, которые всё ещё прятались где-то, а также с несколькими другими, кого они встретили по пути к камину. Когда они, наконец, вернулись в их тихий дом, Гермиона отпустила его руку и повернулась к нему. Драко направился к дивану, плюхнулся на один край и небрежно махнул рукой на другой. Она осталась на месте, скрестив руки на груди в знак протеста. — Садись, Гермиона. Она закатила глаза, но нехотя уселась напротив него, с драматическим вздохом, будто каждое движение теперь было подвигом Геракла. Честно говоря, ей не терпелось, чтобы это испытание закончилось. Они сидели молча: Гермиона смотрела она него взглядом, мечущим «кинжалы», а он просто глядел на неё с любопытством. — Ну, собираешься говорить или мы снова устроим раунд недопонимания? — наконец спросил Драко. Гермиона прищурилась. — Почему ты сказал это так, будто в прошлый раз это была моя вина? — Я не говорил такого, — почти подняв руки в знак поражения, сказал он. — Честно, не говорил. О чём ты разговаривала с Пьюси? — О, ничего особенного, — ответила она. — Он просто… помог мне встать, вот и всё. Он также упомянул несколько писем, которые он и некоторые другие отправляли ей, но она по какой-то подозрительной, но удобной причине так и не получила их. Ей хотелось было обвинить его в пропаже писем, хотя это всё же казалось немного самонадеянным. Драко приподнял бровь и кивнул. — Похоже, тебя что-то расстроило. Гермиона беззаботно пожала плечами, всё же выдохнула и кивнула, не желая больше лгать друг другу. — Знаешь, до сих пор я никогда не думала, что ты… — Никогда? Правда? — перебил её Драко, скрестив руки в защитной позе. — Так уж ли это невероятно — думать об этом? Гермиона нахмурилась. — Эээ… Я на самом деле давала тебе шанс на оправдание. — Шанс на оправдание? — переспросил он, нахмурившись. — Да? Я имею в виду, я никогда не думала, что кто-то замышляет что-то недоброе. Я просто считала, что письма потерялись по почте. Он моргнул в замешательстве и нахмурился ещё сильнее. — О чём ты говоришь? — О чём ты говоришь? — Пэнси со мной поговорила. — Ага. У неё ёкнуло сердце. В последние несколько минут она полностью забыла об этом. Глупый беременный мозг. Ладно, Пэнси всё рассказала, и теперь Драко спрашивал, так ли это удивительно — думать, что… он испытывает такие чувства. Нет, это не было удивительным, просто немного раздражало, что он обсудил это с друзьями, прежде чем прийти к ней. — Какие письма ты имеешь в виду? — спросил он. Она нахмурилась ещё сильнее. — Думаю, ты прекрасно знаешь, о каких письмах я говорю, — сказала она, позволяя ему выдать себя, не делая прямых обвинений, но его лицо оставалось непроницаемым. Если бы он сделал что-то не так, она думала, что он сразу же стал бы обороняться или хотя бы покраснел, но нет, он оставался таким же бесстрастным, как кирпичная стена. Но, к несчастью для него, её терпение постепенно иссякало. — Тот парень, Адриан Пьюси, не был единственным, кто утверждал, что отправил мне письмо, когда закон объявили. Тео упомянул, что удивился, что никто не потрудился написать мне, — спокойно сказала Гермиона. — Ты имел отношение к тому, что ни одно из этих писем ко мне не дошло? Да или нет? Он сделал неприятно долгую паузу, моргая на неё, как будто ему было всё равно. — Это вопрос с ответом «да» или «нет», Драко. Просто ответь, пожалуйста, — настаивала она. — Да. — Объясни. Он сжал челюсть и выдохнул. — Я же говорил тебе раньше… я хотел тебя, — твёрдо сказал он, и Гермиона проигнорировала трепет в животе от этих слов. — Я говорил… я не хотел никого кроме тебя. Ты… самая умная, бескорыстная, в отличие от меня, очевидно, самая верная, решительная… — Перейди к сути, пожалуйста, — сказала она, не позволяя его непрошеным комплиментам заставить себя краснеть. Ей нужно было оставаться сосредоточенной. Он резко кивнул. — Я сказал Блейзу и Тео, что ты вне пределов — ни за что, ни при каких обстоятельствах. Они… сказали, что не будут с тобой связываться, если только ты не откажешь мне. Они были уверены, что ты скажешь «нет», но… я не мог полагаться на других, чтобы они оказали мне ту же услугу. Так что… — Если бы я вообще была для них вариантом, почему они позволили тебе связаться со мной первыми? Он пожал плечами. — Я узнал о законе раньше них и первым упомянул о тебе. — Правда? Вот и всё? Ты первым заявил свои права? Он небрежно пожал плечами. — Да. — Продолжай. — Я разыскал всех… подходящих женихов, которых лично знал, и поговорил с ними, просто чтобы понять, что они замышляют. Гойл хотел написать тебе, но я сказал ему, что ты не будешь участвовать в программе, потому что выйдешь замуж за Уизли. Она сдвинулась, Драко подал ей ещё одну декоративную подушку, и она приняла её. — Он видел меня несколько раз в регистрационном офисе. Спрашивал ли он тебя об этом? Он прочистил горло. — Он… не самый сообразительный тип. Я уверен, что он уже забыл, что я с ним вообще говорил. Она фыркнула. — А кто ещё был в твоём списке? — спросила Гермиона спустя мгновение. Драко сжал челюсть. — Пьюси. Он отправил тебе письмо. — Прежде чем она успела спросить что-то ещё, он продолжил: — Я… зачаровал почтовый ящик на столе твоей секретарши, который используется для твоей личной корреспонденции, чтобы уведомлять меня, когда появлялись определённые имена. Я не трогал и не читал другие личные письма или те, что касались твоей работы. И я даже не открывал письма от этих… ухажёров, — поспешно добавил он. — Как благородно с твоей стороны, — фыркнула она. — Кто ещё? — Боул. Он тоже отправил тебе письмо, но он… ну, я не думаю, что мне уместно это обсуждать… — Он выдохнул и потёр затылок. — Он… гей, ладно? Это был бы фарс, а не брак. — Разве не с этого всё началось? — фыркнула Гермиона. — Да, — почти вырвалось у него с сердитой гримасой. — Но теперь всё не так, верно? Я думал, мы давно оставили в прошлом этот низкий процент… Гермиона просто уставилась на него взглядом, полным гнева. — Уоррингтон, — продолжил Драко. — Мне что, растолковывать всё по буквам? — Ты знал, что он — абьюзер? Он неловко сдвинулся. — Я… слышал кое-что. Она прищурилась. — Ты каким-то образом был замешан в его внезапном аресте? Он немедленно покачал головой. — Нет. Единственное, что я сделал, — это отправил своих адвокатов, чтобы предложить юридическую помощь его жене, если она потребуется, после того как ты сказала мне, что его арестовали. — Зачем? — Просто… мне стало жаль. Она кивнула. — Зачем? Потому что твои манипуляции привели к тому, что она оказалась с ним, а не я? — спросила она и прежде чем он успел ответить, задала другой вопрос. — Что ты сделал с письмами? — Я их не читал. Они в поместье. Она снова кивнула, всё ещё обдумывая услышанное. — Почему ты ничего не сказал раньше? Ты правда думал, что никто не спросит меня о том, что я игнорировала их письма по такому делу? — спросила она. — Честно? Да, — сухо ответил Драко. — Спросить, почему женщина отвергла ухаживания, немного отчаянно и вовсе неуместно. Я просто предположил, что они не будут тебя обременять этим. Она покачала головой, сверля его взглядом. — И как ты себя из-за этого чувствуешь? — В смысле? — Думаешь, ты сделал что-то… похвальное? Он выдохнул. — Для себя? Да. — И это всё, что имеет значение? — Нет, конечно нет, — сказал он. — Я не хотел… — Он выдохнул и взял её за руку. — Всё, что я говорил… до свадьбы, я имел в виду серьёзно. Я думал, что мы подходим друг другу. И… мы ведь действительно подходим, не так ли? Она замерла, а он с надеждой смотрел на неё, желая услышать согласие. — Подходим, — сказала она просто и кивнула, но нахмурилась. — И всё, что я говорил с тех пор… — Драко выглядел обеспокоенным. — Ты ведь не сомневаешься… во всём этом сейчас, правда? Гермиона покачала головой. — Нет, не сомневаюсь, но теперь… кажется, что ты отнял у меня выбор. Ты вмешался в то, во что вмешиваться не должен был. Ты выбрал, за кого я выйду замуж, а если я правильно помню, тебе не нравилось, когда кто-то другой делал это с тобой, — сказала она, и он с достоинством покраснел. Гермиона снова вздохнула и осмотрелась вокруг. — Есть что-то ещё, о чём мне следует знать, прежде чем мы продолжим нашу жизнь вместе… муж? — сказала она ровным тоном. — Нет. Прости, — сказал он. Она посмотрела на окно за его спиной и увидела фейерверки, хотя до полуночи ещё оставалось время, судя по часам. — Похоже, тебе приходится извиняться довольно часто. — Похоже, да. Она попыталась встать сама, но слегка споткнулась, и он поднялся, протянув руку. — Куда ты идёшь? — спросил он. — В ванную, — сказала она, сбрасывая сапоги. — Хочу принять ванну и потом поспать. — Нет, не делай этого, пожалуйста, — сказал он, став перед ней. — Новый год, давай не… пожалуйста. Можем сегодня не спорить? Я… — Он неловко огляделся, провёл рукой по волосам. — Пэнси со мной говорила, и… мне нужно с тобой поговорить о… — Нет, — перебила она, мгновенно покраснев и отвернувшись. — Не так. Я не хочу это слышать… сегодня. Он кивнул, выглядя немного унылым. — Ладно, тогда не сегодня. Хочешь, чтобы я набрал тебе ванну? — спросил он после паузы. — Нет, я сама справлюсь. На его лице был знакомый взгляд неуверенности, такой же, какой был во время их ссор несколько месяцев назад. Гермиона выдохнула. — Хотя ты можешь сделать мне немного ромашкового чая. — Сделаю, — сказал он и кивнул с облегчением. Она поднялась наверх, наполнила ванну и начала смывать макияж, прежде чем погрузиться в тёплую, пенную воду. Она расслаблялась в воде, думая о нём и о том, сколько ещё подобных ситуаций ей предстоит пережить. Драко постучал в дверь, прежде чем войти с двумя кружками. Гермиона была почти полностью покрыта пеной и больше не пыталась скрываться. Он протянул ей кружку и взглянул на своё отражение в зеркале, начав расстёгивать рубашку. Было странно успокаивающе наблюдать, как он снимает формальную одежду, тот костюм и маску, которые он надевал, чтобы выглядеть более расслабленным и доступным без пиджака, манжет и бабочки. Гермиона думала, что он направляется в душ, но когда он оказался полностью обнажённым, при этом аккуратно сложив свои вещи в корзину, он подошёл ближе к ванне и сделал жест, чтобы она сдвинулась. — Думаю, места недостаточно, — пробормотала она, вздрогнув, когда край старинной ванны, на который она опирала ноги, сдвинулся, увеличивая своё пространство. Драко фыркнул, а Гермиона закатила глаза и сместилась вперёд, чтобы освободить место для него позади себя. Он залез в воду, уровень воды поднялся, и бортики ванны тоже стали выше. — Ладно, — пробормотала она. — Но когда мне нужна была дополнительная туалетная бумага, чары ведь не помогли, верно? Мне пришлось звать тебя, чтобы ты принёс её, — сказала она. Он тихо усмехнулся и удобно устроился позади неё, подтянув её за плечи, чтобы она прислонилась к нему, и она не сопротивлялась. — Нет ничего лучше, чем помогать друг другу на унитазе, чтобы укрепить брак. — Да, наверное. Она сделала глоток чая и предложила ему, так как он оставил свою кружку на раковине, а палочек для заклинаний под рукой не было. Снаружи вдалеке тихо взрывались фейерверки. До полуночи ещё оставалось время, поэтому они были не слишком громкими. Они сидели молча, а он рассеянно проводил пальцами по её руке, которую она опирала на край ванны. — Прости, что не сказал тебе раньше, — сказал он. Она просто фыркнула. — Думаю, ты устанешь от того, что я это повторяю, и это потеряет смысл, если я буду повторять снова, — сказал он. Она снова фыркнула. — Как насчёт того, чтобы не делать того, за что нужно извиняться? — Отличная идея, — пробормотал он. Спустя мгновение он спросил: — Ты правда устала? — Да. Она почувствовала его колебание, прежде чем он спросил: — Мне… мне идти спать в другую комнату? — Нет, — сказала Гермиона, взяв его руку и положив её на живот. — Я просто… не люблю, когда люди делают что-то за моей спиной. — Очевидно. Кто это любит? — Это действительно подходящее время для того, чтобы умничать? — Ты права, — согласился Драко и быстро поцеловал её в висок. Она выдохнула и закрыла глаза. — Мне нужно, чтобы ты завязал со своей хитрой слизеринской ерундой. Мне нужен ты рядом, а не… позади меня, замышляющий что-то. — Обещаю. И… прости, что не сказал ничего раньше, — сказал он, выдыхая и поглаживая её живот чуть выше воды. — Я не могу дождаться встречи с ней. — И я тоже, — пробормотала Гермиона, чувствуя, как Каллиопа реагирует на слова. Она оставалась необычно спокойной во время разговора, казалось, ей было достаточно позволить им разбираться самим. На этот раз Драко не отлетел через всю ванную, что было хорошо. Снаружи доносились радостные крики детей, смешанные с грохотом фейерверков. Тускло освещённая ванная мерцала разноцветными огнями с улицы. Она посмотрела в окно. — Похоже, пришло время. — Да, — сказал он, мягко поцеловав её в плечо. — С Новым годом. — С Новым годом. Они сидели в тихом раздумье, лишь лёгкое плескание воды и далекие фейерверки прерывали тишину ещё несколько мгновений. — Новый год. Новый день, — пробормотал он. — Да. — Я люблю тебя. Гермиона ожидала этих слов и знала, что он произнесёт их, но всё равно замерла. — Ты сказала «не сегодня», но… теперь уже завтра. Она почувствовала, как он поворачивается к ней, но держала взгляд прямо перед собой, быстро моргая. — Я люблю тебя, Гермиона, — повторил он, отбрасывая влажные локоны с её лица. — Я должен был понять, что та глупая мысль, что я могу быть рядом с тобой, не любя тебя, была тупой. Ты просто… тебя невозможно не любить. А с ней… — Он быстро поцеловал её в шею и нежно погладил живот. — Ты только дала мне ещё одну причину любить тебя ещё сильнее. Навсегда. Её сердце так сильно забилось, что на мгновение она испугалась, что это может вызвать преждевременные роды. — Сейчас ничего не говори, — сказал он успокаивающе. — Не торопись. Я просто буду здесь, с вами обеими. Она тихо кивнула. Драко снова поцеловал её и устроился позади. — Ну что, ты что-нибудь чувствуешь… в заднице, или это только мне кажется? Она тихо хихикнула, надеясь, что он не заметит, как она быстро вытирает лицо. — Нет, не только тебе. Соль не растворилась полностью, — сказала она. Он кивнул. — Душ, а потом в постель? — Да, — сказала она, повернувшись и подарив ему короткий поцелуй.

***

Прошедшие несколько праздничных дней с ним после сказанного им были настоящим испытанием. Гермиона не могла выбросить из головы воспоминания о новогодней ночи. Конечно, она была довольна своим выбором и даже облегчённо вздохнула, что её не заставляли раздумывать и выбирать. Сейчас. Если бы Драко тоже отправил ей письмо, и она бы прочла все эти письма, Гермиона, вероятно, слишком всё обдумала бы и отказала бы ему принципиально. А какие у неё были другие варианты? Гойл, если бы он вообще вспомнил проверить её семейное положение; гей, с которым брак оставался бы лишь на бумаге; домашний абьюзер; и… — А что было не так с Пьюси? — спросила она однажды утром, когда снег мягко покрывал землю. Они находились на улице, отдыхая в саду, защищённые его заклинанием тепла и наслаждаясь праздничной атмосферой. Он мельком взглянул на неё и пожал плечами. — Ничего. Абсолютно ничего. Она приподняла бровь. — Значит, его единственный недостаток — что он доступен, молод, хорош собой и, я полагаю, так же богат? Он отвернулся, и Гермиона поклялась, что слышала, как он пробормотал: «Даже близко нет», а потом определённо сказал громче: — Хочешь, чтобы я принёс тебе письма? Она посмотрела на него и на мгновение задумалась. — Нет, что сделано, то сделано. Я не жалею о своём решении. Не читай их, просто сожги в камине. Драко кивнул в ответ. Гермиона изучала его молча несколько мгновений. — Твои друзья знали о твоём маленьком плане? Он сделал паузу, откладывая газету. — Я им сказал, но не тогда. Помнишь, когда мы вместе смотрели тот фильм, про который Поттер солгал, и… — Тот, из-за которого ты неделю держал свет в коридоре включённым? — Да, тот самый. Спасибо, — ответил он, быстро закатив глаза. — Тео начал спрашивать тебя о письмах, и… ну, позже, когда мы остались одни, я сказал им перестать тебя донимать и объяснил всю ситуацию. — И они просто… смирились с этим? — спросила Гермиона. Драко задумчиво кивнул. — Они сказали, что мне стоит рассказать тебе, но… они также хотели, чтобы я сделал это при них, чтобы увидеть тебя в деле, — он закатил глаза. — Хорошо, что она тогда была не слишком активной, — добавил он, взглянув на её живот. Гермиона фыркнула, поглаживая свой живот. — На этот раз она не устроила представление. — Ну, — сказал он, снова поднимая газету и кивая ей, — Если бы я не был первым, её бы здесь не было, так что… ей лучше не ворчать. Слышишь меня там? — чуть громче крикнул он. Каллиопа слегка пошевелилась.

***

Доктор назначил ещё один приём в пятницу после праздников. Сначала они отправились подгонять его часы (Драко был очарован тем, что они не работали на батарейках и электричестве, а приходили в движение от движения запястья, и задавался вопросом, почему магглы не используют эти знания для других вещей), а затем направились в клинику. — Сейчас у вас три сантиметра раскрытия, — объявил доктор. — Хорошо, — сказала она, стараясь звучать спокойно. — Я хочу, чтобы вы пришли снова в понедельник, — продолжил доктор. — В понедельник? Не… в следующую пятницу? — Да, в понедельник. На всякий случай. Если к тому времени раскрытие будет больше четырёх сантиметров, вас госпитализируют, так что начните готовиться, — посоветовал доктор. — Сейчас ребёнок опустил голову вниз. Гермиона кивнула, чувствуя себя немного растерянной. Это… действительно происходило. Она посмотрела на свой огромный живот и чуть не впала в панику. Драко держал её за руку всю дорогу домой, успокаивая и испытывая собственный тихий страх. Когда они вернулись, он предложил ещё раз проверить содержимое собранной сумки в роддом, чтобы отвлечься от надвигающегося хаоса, но… это мало помогло. Она также написала бесчисленное количество писем своим коллегам, чтобы убедиться, что всё предусмотрела и не оставит их с тяжёлым грузом ответственности, но и это помогло мало.

***

Пятничные вечерние посиделки с Гриффиндорцами переместились с Гриммо в новый дом Невилла. Сразу после Нового года он переехал к Сьюзен, которая теперь уже стала его невестой. Гермиона ерзала на месте и хотела быстро уйти, как только все начали проявлять чрезмерную заботу и сочувствие. Они все повторяли, что теперь, когда она на финишной прямой, ничего, скорее всего, не произойдёт, советовали ей расслабиться и не переживать, спрашивали, когда, по её мнению, что это может случиться. — Если на этот раз вы поспорили о дате моих родов, клянусь… — Миона, пожалуйста, просто… постарайся не переживать. Ты не хочешь преждевременных родов, — сказал Рон, подходя ближе и шепча, — не раньше следующей недели, если можно. — Ты серьёзно, Рональд? — К сожалению, — пробормотал он, краснея и кивая. — Можешь подержать её там ещё немного, ради старых времён? Гермиона прищурилась. — Я дам Драко официальное разрешение делиться кучей неподобающих личных моментов между нами прямо перед тобой. И поверь, — добавила она, — тебе они понравятся не так сильно, как ему. Он скривился. — Ладно. Я скажу им прекратить.

***

На следующий день друзья Драко заглянули к ним, и Гермиона должна была признать, что их непринуждённое отношение к её беременности делало их удивительно приятной компанией — по крайней мере на данный момент — гораздо лучше, чем её собственные друзья. Все болтали и весело проводили время, а Гермиона устроилась на диване. Живот начал немного болеть — ничего невыносимого, но достаточно, чтобы захотелось просто сесть и расслабиться. Весь день она была на нервах, переставляла вещи в доме, которые вовсе не требовали перемещения, и проверяла сумку в роддом снова и снова, кажется, тысячу раз. Она также убедилась, что всё готово в кроватке и на пеленальном столике, и несмотря на всё это, у неё всё ещё оставалось достаточно энергии. Они отдыхали в гостиной, Блейз пошутил, и все разразились смехом. В середине перестановки и попыток вытереть слёзы Гермиона застыла, когда почувствовала… внезапную сырость там, где сидела, словно… она только что написала в штаны, и Каллиопа тоже сдвинулась. — Драко, Драко, мне нужна помощь! — воскликнула она срочно. — Мне нужно в туалет, быстро! Он вскочил из кресла и поспешил помочь, но когда она тоже поднялась, она вздрогнула от резкой боли в животе. — Всё в порядке? — спросил он, выглядывая обеспокоенно. — Да, просто… ой… — Эээ, Грейнджер, у тебя… что-то случилось? — спросила Пэнси, указывая на влажное пятно на диване, которое, как Гермиона поняла, оставила она сама. — Твои… воды отошли? — воскликнула Дафна, глядя на неё с шоком. Гермиона почувствовала, как её лицо заливает глубокий багрянец. — О Боже, я так не думаю. Думаю… ну… в фильмах обычно это просто… льётся потоком, а это… не… я думаю… я просто… — Она что, только что написала в штаны перед всеми этими людьми?! Драко взял её руки в свои и мягко посмотрел на неё. — Гермиона, это всего лишь миф, — сказал он с улыбкой. — Я проверял, и это происходит не всегда так. Нельзя верить всему, что показывают по телевизору или в интернете, знаешь ли. — А… ты уверен? — Да. Она смогла улыбнуться этой абсурдной ситуации. Похоже, она собиралась родить сегодня. Прямо сейчас. — Тебе… наверное, стоит ехать в больницу прямо сейчас, — спокойно сказал Блейз, но с озабоченным взглядом. — Да, мы уберём всё здесь. Вы двое идите, — добавил медленно Тео. Всё… совсем не так, как должно было происходить. — Ладно, но доктор говорил, что лучше подождать до понедельника, чтобы… Драко сжал её руки снова. — Думаю, к тому времени мы уже станем родителями, любимая. Её паника только усилилась от его спокойствия, и она отвернулась от них, пытаясь сдержать слёзы. Когда Драко прижал её к себе, и его тело коснулось живота, она снова вздрогнула. — Ладно, нам пора, — сказал он, неохотно отпуская её. Он вызвал её телефон и направился в прихожую, чтобы взять их одежду и сумку. Она почувствовала тёплый ветерок на ягодицах и повернулась, чтобы увидеть, как Пэнси с помощью палочки чистит и сушит её леггинсы и диван. — Я знаю, знаю, вы двое спокойно относитесь к телесным жидкостям на мебели в гостиной, но я подумала, что лучше всё привести в порядок, — сказала она с сарказмом, хотя улыбка выдавала, что она тоже немного волнуется. Прямо перед уходом они вспомнили, что нужно связаться с магиведьмой. Драко быстро воспользовался ками́ном, и Роуз подтвердила, что встретит их возле больницы в считанные минуты. Они также поняли, что нужно в последний момент уведомить его мать. — Я сразу же схожу к ней, не волнуйтесь об этом, — сказала Пэнси, буквально подталкивая их к двери. — Может кто-нибудь отправить патронуса Поттеру? — спросила Гермиона. — Я сейчас вряд ли справлюсь сама. Все обменялись неловкими взглядами и переступали с ноги на ногу. — Серьёзно? Никто? — в отчаянии уточнила она. Тео закатил глаза. — Ладно, я сделаю это. Он взмахнул палочкой и произнёс заклинание, и светящийся синий… ленивец медленно повернул голову к Тео. — Поттер, Гермиона рожает, — сказал он. — Драко и она сейчас в маггловской больнице. Думаю, они предпочли бы не принимать гостей до появления Малфойской принцессы. Они оба кивнули в знак согласия. — Так что сообщите остальным, но не спешите с визитом, пока не скажут иначе. Приятного вечера. Ленивец, двигаясь с минимальной скоростью, медленно пролетел по воздуху и исчез в стене после, казалось, целой вечности. — Я бы пешком быстрее дошёл, — сказал Блейз. — Ленивец? Серьёзно? — фыркнула Дафна. — Удивлена? Правда? — парировал Тео. Пэнси фыркнула и обратилась к Драко и Гермионе у двери. — Как с вами можно будет связаться? — У кого-нибудь есть телефон? — спросила Гермиона. Все покачали головами. — В больнице принимают письма? — Не морочьте себе голову письмами, — сказала она, бросив взгляд на Драко. — Они могут потеряться на почте. Он немного нахмурился, но не стал ничего комментировать. — Пошли, Гермиона. Такси ждёт.