Мы разные ZV

Паша Новый год я планировал отмечать в поселке у Владоса дома. Он единственный, кто мог принять у себя такое количество людей. Родители у него уезжали, поэтому можно было тусить хоть до третьего января. Признаться особого энтузиазма по поводу поселковой вечеринки я не испытывал. Потому что по итогу весь этот праздник превратиться в обычную подростковую пьянку. Луи приехать не смог, поэтому и я тоже не поехал к отцу. Без Луи мне там делать было нечего и рад мне тоже никто там не будет. Настроение последние дни из-за этих новостей было хреновое. Я уже давно не оставался на зимние каникулы дома. В это время Луи всегда был в Москве, а если нет, то непременно брал меня с собой. Помню как-то мы с ним все две недели провели в Сочи. Было круто. — Ты какой-то не такой как всегда. Что с тобой? — Сегаев лупал на меня своими глазами через очки. — Остаюсь здесь на все праздники. — Забываю о том, что он не вкурсе о моей второй семье. Он не задаёт мне больше вопросов и почему-то именно его «безразличность» заставляет меня захотеть поделиться с ним об этом. — У моего отца есть семья и ещё один сын. Он старше меня. Учиться за границей поэтому приезжает не часто. В этот раз остаётся там поэтому я остаюсь в поселке. — Я не знал... Что у тебя есть брат. — Сегаев трогает себя за очки смотря на меня поражено. — Об этом знает только Вика и Грачёв. Раньше мы не общались с отцом. Луи так зовут моего брата не знал обо мне. — Луи? — Тебя вообще Вениамин зовут. — Не сильно толкаю его в плечо чтобы он не воспринял мою шутку какой-то злобной. — Вика зовёт его Луи Витоном. Сегаев на пару секунд улыбается. А потом видимо складывает в своей голове мой рассказ. — Ты сказал, что об этом знает только Шилова и Грачёв. Это секрет. Почему ты рассказал это мне? — Я пожимаю плечами смотря на его руки. Он нервно крутит пальцами шариковую оранжевую ручку. Мы засели у меня чтобы написать кучу конспектов для Анны Степановны. Она с трудом согласилась поставить мне четверку. Сегаев ее уговорил. У меня не получилось также уговорить Родьку. Сейчас у нас были по программе лыжи и Сегаев сильно отставал от остальных. Из-за того, что Родька был упёртым бараном я чувствовал себя странно. И планировал попробовать ещё раз сделать попытку и надавить на него с помощью себя. Да это будет не профессионально и не по человечески, наверное, но Сегаев своим упорством, которое видел только я заслуживал эту тупую пятерку. — Захотелось. Ты ведь не станешь об этом трепаться. — Я не спрашивал, я утверждал. Мне тоже известны его секреты так-то. Он отрицательно качает головой и принимается читать мне текст дальше. Мне нужно самостоятельно написать каждое слово иначе Анна Степановна сразу поймет, что писал он. У них какая-то необъяснимая связь. Безусловно, он ее любимчик. Но и она ему тоже нравится. Я ни разу не видел, чтобы он так искренне, так радостно улыбался, даже собственной матери. — А ты где будешь отмечать новый год? Дома? — От букв у меня уже расплывались глаза и мне отчаянно хотелось узнать о нем чуть больше. — С бабушкой. — Уныло произнёс он прерывая чтение и заглядывая мне в глаза. — Родители уезжают к тётке в город на неделю, а я буду с ней. — Я бы пригласил тебя на пьянку Владика, но думаю они не поймут.— Я вдруг потерялся в своих мыслях пересекаясь с ним взглядом. Какого это праздновать новый год со своей бабкой? Звучит грубо, но ведь это пиздец. На фоне даже пьянка Владоса по-интереснее. — Обычно мы с Викой уходим в часов пять или около того ко мне. Если хочешь можешь прийти ко мне после курантов. — Хочу. *** Конец 2025. И всё-таки мама права время течет как вода. Уже через полгода я закончу школу. У меня начнется новая жизнь вдали от моей родной Землянки. Я больше не буду ходить в школу, сидеть на уроках, выслушивать нотации от учителей. Я буду где-то далеко. Наверняка с мячом в руке. По-крайней мере я на это надеюсь. Без баскетбола мне нечего не нужно. Это слишком важно для меня. Вместе со всеми пишу корявым почерком на лоскутке бумаги свое желание: « Пусть баскетбол останется в моей жизни навсегда. » И сжигаю его в стакане с энергетиком. Выпиваю до дна и иду вместе со всеми взрывать салюты. Вика радостно визжит обнимая меня. Её городской типок на это агрессивно щурится. Не нравится мне он. Валера блядь с уродской бородкой и привычкой курить каждые пять минут. Чем он мог её так сильно зацепить? Впрочем благодаря ему мне не придётся объясняться с ней через час почему я ухожу. Боюсь она бы не поняла моего желания повеселить Сегаева в новогоднюю ночь. А у меня и объяснить не получится. Потому что сам не знаю. — Кажется он тебя ревнует ко мне. — Шепчу на ухо Вики. — И пусть злится. Ему полезно. — Она издевательски ухмыляется и... Целует меня. Так как мы всегда делали не предавая этому никакого романтического или даже сексуального подтекста. Только вот Валера отшвыривает Вику в сторону и смачно бьёт меня кулаком по лицу. В ответ я повалил его на землю пытаясь не наносить серьезных ударов. Вика иногда такая безрассудная. Мне бы тоже навряд ли бы понравилось если бы моя девушка сосалась с лучшим другом на моих глазах. — Прекратите! Паша не бей его! — Я слышу ее вопли. И меня это злит. Надо сказать ей чтоб больше так не делала. Вообще никогда. Кто-то помогает мне. Оттаскивает его в сторону. Вика смотрит на меня пару секунд с виной в глазах и идёт к своему Валере крича на него. Я же трогаю скулу, которая горит огнем боли. Класс! Мама подумает, что я напился и подрался. Игнорируя всех ухожу. Ночь теплая. С неба падает снег он же хрустит у меня под ногами. Я тихо пробираясь во двор к бабке Сегаева и стучусь в окно. Сегаев вылазит не сразу. Лишь спустя пару минут бесшумно открывает окно и без слов прыгает с него в сугроб. — Чёрт. Ты быстро. Она только-только легла. — Сегаев на ходу одевает куртку и шапку. — С новым годом Сегаев! — Он шикает на меня закатывает глаза и шепчет: — Тебя тоже с новым годом Зайцев. Он улыбается и мы очень быстро доходим до меня. В комнате стоит пару салатов, фрукты, и целый шоколадный торт. Сегаев удивляется, собирается что-то спросить у меня, но на свету замечает мой кровоподтёк и его глаза удивленно расширяются. Он такой смешной когда удивляется. — Новый ухожер Вики преревновал. — Объясняю сразу без интриг. — А, понятно. — Говорит так будто нечего не понятно. Однако, нечего не спрашивает. Кажется Сегаев не особо любопытный. Пора у этому привыкнуть. Я включаю нам ёлки. Обычно мы смотрим их с Викой каждый новый год. Но Сегаев говорит, что вообще никогда не смотрел этот новогодний шедевр. Поэтому мы просто обязаны посмотреть его. Я наливаю нам яблочного сока и принимаюсь за торт. Сегаев сначала заметно стесняется, но после моих шуток расслабляется и остарожно пробует мамин салат. Обычная селёдка под шубой. Ему кажется нравится. — Пробуй торт. Это мой любимый. — Вкусно спасибо. — Улыбаюсь отдавая ему коробку. Я наелся на год вперёд. — Слушай Паш можно вопрос? — Какой? — А между вами с Викой разве нечего нет? Мне всегда казалось, что она влюблена в тебя. — Я почти давлюсь соком. Сегаев умеет удивлять. — Мы друзья. Лучшие друзья. Я если честно вообще не могу воспринимать ее как девушку в серьез. Хотя пару лет назад мы переспали несколько раз по приколу. Поклялись больше не повторять этот ужас. — Мы больше смеялись чем трахались по правде сказать. Это была инициатива Вики. Ей тогда казалось, что из нас могла бы получиться парочка. Потом она решила, что это полная хрень. И в качестве друга я намного круче чем в качестве парня. Сегаев сначала молчит потом кивает на мои откровенния и утыкается в ноутбук. Спустя пары минут я не выдерживаю и задаю то, что крутиться у меня в голове уже очень долгое время. — Можно тоже вопрос? Скажем так правда взамен на правду. Ты вообще с кем-то общаешься помимо тех людей о которых я вкурсе? — Он недовольно закатывает глаза и молчит долго жуя яблоко прежде чем проглотить. — На самом деле есть ещё Али. Не уверен, что нас можно назвать друзьями конечно. У нас типа тайное общение уже долгое время на самом деле. — Он привычно крутит очки и почти не смотрит на моё вытянувшееся в недоумении лицо. — Али? Ты про нашего уголька сейчас? От нее ещё как-то слух пошел, что она типа слышала, что ты рассказал про пожар на химии. Ну, помнишь я ещё на тебя тогда наехал. — Всмысле? Не может такого быть. — Клянусь. Она об этом больше всех трепалась. — Но это был не я. Тем более она говорила, что верит мне. — Может это она и была. Испугалась наказания. — Нет. Если это была она то испугать её могла плохая оценка. Её мама строго следит за тем, чтобы были только четвёрки и пятерки. Мы на этой теме и сблизились. Прессинг со стороны взрослых по поводу учебы. — Он расстроен и рассеян. В глазах скапливается обида и неверия. — Ты уверен, что это была она? — Уверен.