Идеальный ритм

Пробыв дома чуть больше недели, Лео привыкла к тому, что ее мать и Холли оживленно беседуют за завтраком. Но, по-видимому, Холли не работала по выходным, поэтому в субботу утром завтрак в доме Блейков прошел довольно тихо. — Итак, — сказала ее мать, в третий раз, пытаясь, втянуть Лео в разговор, — как продвигается твоя карьера? Лео не спеша прожевала и проглотила кусочек бисквита. Ее гнев на мать угас, но то, что ей не сказали о первом инсульте отца, все еще причиняло боль. — Довольно хорошо. — Да? — По взгляду матери было видно, что она ожидает от нее более подробной информации на этот счет. — Да. На большинстве концертов моего тура были распроданы все билеты. — Лео покосилась на своего отца, чтобы посмотреть, отреагирует ли он на это, но тот продолжал есть, не проявляя ни малейшего интереса к разговору. — О. Это хорошо, — сказала ее мать. — Значит, ты довольна? — Что ж, всегда есть куда расти. Мы не совсем заполнили «Манчестер Арену», но мой менеджер говорит, что британцы обычно неподходящая аудитория для американского певца. — Нет, я имею в виду… ты довольна… не только последним туром, но и своей жизнью в целом? — Думаю, да. Я осуществила свою мечту, не так ли? — Она спрашивала об этом свою мать или себя? Лео уже не знала. На лице ее матери появилась улыбка. — Конечно, это так. Твой отец всегда говорил, что музыка у тебя в крови. Я помню твой первый концерт, когда тебе было восемь. Скрипка казалась такой большой в твоих маленьких ручках, но ты стояла на сцене с серьезным выражением лица и поразила их всех. Твой отец так гордился тобой, правда, Гилберт? Он хмыкнул. Да, гордился. Верно. Он перестал гордиться ею, когда несколько лет спустя она захотела купить гитару и играть поп-музыку вместо классической. Для него гитара не была серьезным инструментом, и он отказался приходить на концерты, которые она давала со своей группой. Несмотря на то, что у нее пропал аппетит, она отправила в рот остаток бисквита, просто чтобы покончить с завтраком. Но ее мать не торопилась. Она разломила еще один бисквит и полила его соусом. — Я не слышала, как ты играешь, с тех пор как ты вернулась домой. — За последние тринадцать месяцев я отыграла сто восемнадцать концертов, — ответила Лео. — Пришло время сделать перерыв. Ее мать потянулась через стол и сжала ее руку. — Я рада, что ты взяла небольшой отпуск. Ты можешь оставаться столько, сколько захочешь. Лео кивнула, но если ее мать и ждала какого-то намека на то, как долго она намерена здесь пробыть, то она не смогла его дать, потому что сама не знала. В глубине души она хотела уехать из Фэйр-Оукс как можно скорее, но куда она поедет? Если она вернется в Нью-Йорк, ее снова затянет в нескончаемый водоворот концертов, интервью и сессий звукозаписи. Возможно, провести еще немного времени в Фэйр-Оукс — это именно то, что ей нужно, чтобы прочистить мозги и понять, почему ее жизнь все больше и больше напоминает смирительную рубашку. Ее мать макнула кусочек бисквита в лужицу соуса. — Что ты собираешься делать сегодня вечером? — Что делать? — повторила Лео. В этом и была особенность Фэйр-Оукс — субботним вечером здесь почти нечего было делать. Когда они были подростками, их единственным развлечением были посиделки в закусочной, пока их не выгоняли, потому что Рут хотела ее закрыть, или езда взад-вперед по Мэйн-стрит, когда они стали достаточно взрослыми, чтобы получить права. — Да. В конце концов, сегодня суббота. У тебя есть какие-нибудь планы? Вообще-то, да. Но Лео не была уверена, что ее мать вообще знала, что такое Netflix. В ее планы на сегодняшний вечер входило запереться в своей комнате с ноутбуком и запоем смотреть свой любимый сериал «Центральный участок». По крайней мере, сценаристы этого сериала были не настолько глупы, чтобы убивать своих героинь-лесбиянок или заставлять одну из них изменять другой. — Я, наверное, просто останусь дома и посмотрю сериал. Из-за гастролей я пропустила много серий, которые мне нужно наверстать. Ее мать пренебрежительно махнула рукой. — Ты можешь сейчас посмотреть свой сериал, а вечером пойти навестить друзей. Холли сказала, что некоторые из них собираются в баре. — Через полчаса я встречаюсь с ребятами, которые устанавливают новую раковину в папиной ванной, и я хочу присмотреть можно ли сделать для него пандус с меньшим уклоном. Кроме того, у меня здесь нет друзей, мам. Ее мать отодвинула свою уже пустую тарелку. — Чепуха. Конечно, у тебя есть друзья. Там Дженни, Трэвис и… — Дженни! — фыркнула Лео. — Мы никогда не были друзьями. Разве ты не помнишь? Это она рассказала, что я … — Я помню. — Ее мать подняла руку, словно защищаясь от произнесенных слов. — А как же Эшли? Нельзя было отрицать, что они с Эш были друзьями, а может и больше. С этим вопросом еще стоило разобраться, и Лео не хотела зацикливаться на «что, если». Тем не менее она не могла отрицать, что упоминание имени Эш пробудило в ней старые чувства. — Она все еще живет где-то здесь? — О да. Она никогда не уезжала. Разве вы не поддерживали связь? Лео покачала головой. — Нет, мы… Я думаю, наши цели в жизни были слишком разными. Она замужем? — Нет. Некоторое время назад ходили слухи, но… — Ее мать сжала губы в тонкую линию. — Я не думаю, что у нее есть отношения. Несколько лет назад она купила старый дом Смотерманов. Ты помнишь тот маленький красный домик на окраине города? С белыми ставнями? Ставни Эш ее не интересовали. — Слухи? — спросила она вместо этого. — Ничего особенного. Ты же знаешь, какими могут быть люди. — Ее мать встала и начала убирать со стола. — Позволь мне сделать это, — сказала Лео. В выходные дни, когда Холли не работала, заботы об отце ложились в основном на плечи матери. Лео мучило чувство вины, но она и представить себе не могла, что сможет взять на себя ежедневную заботу о нем. Не то чтобы отец этого хотел. До сих пор он отказывался от какой-либо помощи с ее стороны. Но помощь по хозяйству была тем, что она могла сделать. — Спасибо. — Ее мать поставила посуду обратно на стол. Она отпустила тормоз инвалидного кресла и начала толкать его в сторону его комнаты. Обернувшись через плечо, она спросила: — Так ты пойдешь? — Наверное, да, — сказала Лео. Ее мать не успокоилась бы, пока она не согласилась встретиться со своими одноклассниками, и, честно говоря, ей было любопытно узнать, что стало с Эшли.

***

Как только Лео вышла из взятой напрокат машины, она почувствовала на себе взгляды полудюжины пар глаз. Большинство магазинов на Мейн-стрит были уже закрыты, но несколько местных жителей все еще ходили по улицам и теперь наблюдали за каждым ее движением, когда она переходила улицу. Молодой человек ускорил шаги, чтобы догнать ее. — Мисс Блейк? Она повернулась, ожидая, что у нее попросят еще один автограф. — Меня зовут Билли Нефф. Я репортер «Фейр Оукс Леджер». — Он показал свое журналистское удостоверение. — Обычно я не останавливаю людей на улице, но я пытался дозвониться до вас всю неделю, и мне было интересно, не согласитесь ли вы дать мне интервью. Он выглядел достаточно взрослым, чтобы писать для чего-либо, кроме школьной газеты. Очевидно, он надеялся, что история о возвращении домой Дженны Блейк поможет ему продвинуться по карьерной лестнице. Она подавила вздох. — Послушайте, я надеялась, что, пока я здесь, мне удастся оставаться незамеченной. Но если вы пообещаете пока ничего не публиковать обо мне, я была бы рада встретиться с вами и ответить на любые вопросы, прежде чем уеду. Его глаза загорелись. — О, конечно. Мы могли бы… У нее зазвонил телефон, и она не удивилась, увидев на дисплее имя Сола. Несколько дней назад он отправил ей по электронной почте контракт на шоу «Звезда родилась» и теперь, вероятно, хотел узнать, почему она до сих пор не ознакомилась с ним. — У вас есть визитка? — спросила она молодого репортера. Когда он протянул ее, она убрала ее, прежде чем кивнуть ему и поднять трубку. — Привет, Сол. Я собиралась тебе позвонить, но сотовая связь в городе работает отвратительно. — Ты смотрела контракт? — Пока нет. Я все еще не уверена, что хочу участвовать в подобном шоу. — Ты шутишь? Он нацелен на нашу ключевую демографическую группу! — Но шоу не о музыке. Это больше похоже на конкурс популярности с фальшивой драмой и… — Какая разница? — сказал Сол. — Это позволит тебе оказаться перед миллионами зрителей. — Я знаю. Извини, Сол, но мне нужно идти. У меня встреча с репортером. — Это не было абсолютной ложью, и Солу не обязательно было знать, что интервью назначено не на сегодня. Она повесила трубку. Сделав несколько шагов, она остановилась перед дверью гриль-бара «У Джонни». Она уже начала жалеть, что позволила уговорить себя прийти. Было ли уже слишком поздно поворачивать назад? Внезапно кто-то налетел на нее сзади, толкнув вперед. В последний момент она повернула голову, чтобы не удариться носом о входную дверь бара. — Что за …? Когда она обернулась, ругательство замерло у нее на губах, а раздражение исчезло. Холли стояла перед ней, ее рыжие волосы были в восхитительном беспорядке, как будто она провела по ним руками. — О Боже, мне так жаль. Я на секунду опустила взгляд на свой телефон, чтобы убедиться, что не пропустила звонок от твоей мамы, поэтому и не увидела тебя. Я не хотела столкнуться с тобой — в буквальном смысле. — Кажется, у нас это входит в привычку, — с улыбкой сказала Лео, вспоминая, каково было обнимать Холли, когда они столкнулись в ее первое утро после возвращения домой. — Да. Ты тоже здесь, чтобы встретиться с бандой? Лео кивнула. — Моя мать практически выгнала меня из дома. Очевидно, есть определенная группа местных жителей, с которыми я должна встретиться, прежде чем она впустит меня обратно. Холли усмехнулась. — Моя семья такая же. Они настояли, чтобы я пошла с Заком, хотя я и не училась в вашем классе. — Где твой брат? — Наверное, уже внутри и допивает половину своего первого пива. Я немного опоздала. — Легкий румянец окрасил ее щеки. Глядя сквозь стекло, Лео оглядела бар. — Еще не поздно повернуть назад? — Все будет не так уж плохо. Идем. — Холли протянула руку и толкнула дверь. Ее рука коснулась плеча Лео, и когда Холли проходила мимо, Лео почувствовала запах ее духов. Теперь у нее действительно не было выхода. Как только она последовала за Холли, из задней части зала, где ее бывшие одноклассники заняли угловую кабинку, раздался хор криков. Дженни и ее муж Трэвис, Зак, Крис и Эшли столпились вокруг стола. — Ну и ну, это Лео Блейк, — крикнул Трэвис. — Или теперь ты Дженна Блейк? В последнее время она начала задавать себе тот же вопрос. Это было единственным плюсом возвращения в Фэйр-Оукс — она смогла воссоединиться с той частью себя, которая была просто Лео. — Лео. Эшли и Зак, сидевшие в конце подковообразной кабинки, подвинулись в сторону, освобождая место за столом для Холли и Лео. Хотя Эшли была ближе, Холли предпочла сесть рядом со своим братом. Лео переводила взгляд с Эш на Холли и обратно. Между ними была какая-то вражда? Насколько она знала, в старших классах они не общались. — Так рад тебя видеть, — сказал Зак. — Присаживайся и расскажи нам все о великолепной жизни знаменитостей. — Боже, Зак! — Холли ткнула его локтем в бок. — Пусть бедняжка сначала закажет! Да, Лео определенно нужна была кружка пива, а то и пара, чтобы пережить этот вечер. После минутного колебания она втиснулась рядом с Холли. Хотя ей было любопытно, как дела у Эшли после окончания школы, было бы неплохо держаться на расстоянии. Кстати о расстоянии… или его отсутствии… Она прекрасно чувствовала, как грудь Холли прижимается к ее руке. Что ж, в такой тесноте этого нельзя было избежать. — Чего вы хотите? — спросил Крис. — Похоже, Джонни занят, так что давай я принесу вам напитки, а то это займет целую вечность. — Я думала, ты работаешь в закусочной. — сказала Лео. — Да, но время от времени я помогаю и в баре. Итак, что я могу вам предложить? — Его взгляд задержался на Холли, а не на ней. Это должно было принести облегчение — она получала достаточно внимания, куда бы ни пошла, — но его щенячий взгляд действовал ей на нервы. — Спасибо, — сказала Холли. — Мне, пожалуйста, «Бад Лайт». — У вас есть «Голубая луна»? — спросила Лео. Он покачал головой. — Нет, но у нас есть «Будвайзер» на разлив. — Звучит заманчиво. Спасибо. Эшли встала, чтобы выпустить Криса из кабинки, и он направился к бару. Все за столом уставились на Лео, так что у нее была прекрасная возможность рассмотреть и их тоже. На самом деле, она смотрела только на одного человека — Эшли Гейнс. Обычно, когда люди говорят, что кто-то ничуть не изменился со времен старшей школы, это наглая ложь. Но Эш действительно выглядела как та великолепная девушка, в которую она была безумно влюблена. Ее формы округлились, но волосы, того же цвета, что и пшеница на полях ее отца летом, по-прежнему доставали ей до талии, и она по-прежнему излучала невинность деревенской девушки. В то время она была старостой класса и королевой бала выпускников, и Лео не удивилась бы, если бы однажды она стала мэром города или вышла замуж за мэра. Эш оторвала взгляд от этикетки на пивной бутылке, которую царапала ногтем большого пальца. Она улыбнулась Лео, но это была вежливая улыбка, которой вы улыбаетесь знакомому, с которым не виделись больше десяти лет. Возможно, после стольких лет Лео для нее ничего не значила. Она больше не могла читать мысли Эш. — Я не могу поверить, что ты вернулась, — сказала Эш. — Я не вернулась. Я просто приехала погостить не надолго. — Она приехала сюда не навсегда и хотела прояснить это с самого начала. — Ты выглядишь сногсшибательно, — сказал Трэвис, отвлекая ее внимание от Эш. Дженни нахмурилась и ткнула мужа локтем в ребра. — Спасибо. — Лео одарила его натянутой улыбкой. — Я всегда съедаю свои овощи. Крис вернулся с пивом, и все подвинулись, чтобы освободить для него место, в результате чего Лео оказался еще ближе к Холли, сидевшей слева от нее. Это настолько отвлекло ее, что она даже отвела взгляд от Эш. — Нет нужды спрашивать, чем ты занималась последние десять лет, — сказал Зак. — Мы все следили за твоей карьерой. Должно быть, это очень увлекательно — летать по всему миру, увидеть Париж, Рим и все эти модные места. Лео фыркнула. — Все, что я обычно вижу, — это аэропорты, мой гостиничный номер и закулисье. И поверьте мне, во всем мире они выглядят одинаково. В этом нет ничего захватывающего. — О, да, у тебя такая скучная жизнь. Как будто я могу в это поверить хоть на минуту. — Трэвис подвинулся на край стула и перегнулся через стол. — Это правда, что у таких поп-звезд, как ты, есть поклонницы, которые набрасываются на тебя в каждом городе? — Только в твоих фантазиях. — Лео сделала глоток пива и стерла пену с верхней губы. — Что бы ты ни читал в желтой прессе, это безнадежно преувеличено. Трэвис посмотрел на нее поверх своей бутылки пива — вероятно, не первой за вечер, как она подозревала. — Не-а. Ты что-то от нас скрываешь. Ну давай же. Расскажи нам. Какая у тебя самая безумная история о поклонницах? — У меня ее нет. — Конечно, вокруг всегда были фанаты, но мужчины ее не интересовали, и после первых нескольких месяцев гастролей она научилась держаться подальше и от женщин. На самом деле они хотели не ее, а саму идею и возможность похвастаться тем, что они переспали с Дженной Блейк. Это очень быстро наскучило. — Никаких пикантных историй? — Трэвис уже практически ныл. — Прекрати, Трэвис. Она сказала «нет». — Именно Холли пришла ей на помощь. Несмотря на то, что она была самой младшей, Трэвис, казалось, прислушивался к ней. Наконец он замолчал и сосредоточился на своем пиве. Лео подняла бокал в честь Холли и кивнула в знак благодарности. — Давай не будем говорить обо мне весь вечер. Моя жизнь и вполовину не так интересна, как вы могли бы подумать. Итак, чем вы, ребята, занимались после окончания школы? — Веришь или нет, но я страховой агент. — сказал Зак. — Звучит, хм, интересно. — Это позволяет оплачивать счета. Мне нужно кормить семью. — Он достал телефон, чтобы показать фотографии жены и детей. — Я зарабатываю накачкой, — сказал Трэвис с ухмылкой и несколькими провокационными движениями бедрами. Боже, этот парень действительно действовал ей на нервы. Он не стал более зрелым со времен их учебы в старшей школе. — Он имеет в виду, что работает на заправке на окраине города. — Холли закатила глаза. — А я владелица магазина цветов и подарков через дорогу, — пояснила Эшли. — Он маленький, но весь мой. — Ты все еще играешь на клавишных? — спросила Лео. Эш опустила взгляд на стол, затем снова поднял его. — Нет. Я отказалась от этого. Так же как и от женщин? Но, с другой стороны, если не считать того единственного поцелуя на выпускном вечере, Эшли никогда не позволяла себе отношений с женщиной, по крайней мере, насколько знала Лео. Дженни начала рассказывать о своей работе на полставки в продуктовом магазине на углу. Лео кивала в нужных местах, но мысли ее были далеко в прошлом. — Расскажи нам больше о себе, — попросила Эшли через некоторое время. — Мы все знаем истории друг друга, но о тебе знаем только то, что пишут таблоиды. Не то чтобы там было много информации о твоей личной жизни, заметь. Лео пожала плечами. — Большую часть года я провожу в разъездах, и у меня остается мало времени на личную жизнь. — В твоей жизни есть мужчина? — спросила Эш. Да ладно. — Ты имеешь в виду женщина. — Лео посмотрела ей в глаза. Эшли была первым человеком, которому она призналась. И первой девушкой, которую она поцеловала. Зачем притворяться, что Лео интересовали мужчины, когда весь мир знал, что это не так? Эш теребила отклеившийся уголок пивной этикетки. — Эм, да. — Не сейчас. Вообще-то, даже в ближайшее время вряд ли. Как я уже говорила, гастрольная жизнь не способствует успешным отношениям. А как насчет тебя? Этикетка чуть не сорвалась с бутылки, когда пальцы Эша дрогнули. — Я? Эм, нет, я одинока. Крис вздохнул, уткнувшись в свое пиво. — Я тоже. Остальные за столом рассмеялись. — Да, и мы все знаем, кого ты ждешь. — Трэвис хлопнул его по спине. — Забудь об этом, чувак. У тебя неподходящие части тела для младшей сестры Зака. Покраснев до корней волос, Крис опустил голову. — Похоже, здесь часто такое происходит. — Он перевел взгляд с Холли на Лео. — И давайте не будем забывать о нашей идеальной мисс королеве бала выпускников, — вставил Трэвис. На несколько секунд все за столом замерли и сидели в тишине. Чей-то ботинок проскрипел по полу. — Что это должно означать? — спросила Дженни. Остальные в замешательстве зашептались, в то время как Лео уставилась на Эшли, которая выглядела так, словно столкнулась с серийным убийцей, который хочет наброситься на нее с топором. — Да ладно вам! Неужели никто не заметил? — Трэвис посмотрел на каждого из своих друзей по очереди. — Заметили что? — спросил Крис. — Пару лет назад машина Холли иногда стояла перед домом Эш всю ночь. — Как ты думаешь, чем они занимались? Заплетали друг другу косички? — Трэвис хлопнул ладонью по столу и расхохотался. Лео уставилась на него вместе со всеми остальными. Холли и Эшли? Черт возьми. Она этого не ожидала. Значит, ее гейрадар не был сломан — Холли была лесбиянкой или бисексуалкой… и Эшли тоже. Зак побледнел. — Тебе лучше следить за своим языком, приятель. Ты говоришь о моей сестре. — Я говорю правду, которую вы слепцы не замечаете. — пробормотал Трэвис. — Эш? — прошептала Дженни. — Это правда? Ты…? Ты… эм, как Холли и Лео? Эшли нервно хихикнула. — Он все выдумывает. Это называется выдавать желаемое за действительное. Знаешь, у парней есть фантазии о двух женщинах одновременное. Если одна женщина обнимает другую чуть сильнее, чем раньше, это пробуждает их маленькие фантазии. Холли ничего не сказала. Она села, не глядя на Эшли, выпрямив спину и делая большие глотки пива. — Холли? — спросил Зак. — Так и было, верно? Вы с Эш не были…? Я имею в виду, если бы это было так, ты бы сказал нам, верно? Она устремила на него ледяной взгляд свих голубых глаз. — У меня и так достаточно забот, связанных с моей собственной сексуальной ориентацией. Я не могу говорить ни за кого другого. Если Эш говорит, что она натуралка, тебе придется поверить ей на слово. — Да, — сказал Крис. — Она должна знать, верно? Остальные рассмеялись, но прежняя беззаботная атмосфера исчезла. Лео сидела, повернув голову к Холли, все еще наблюдая за ней. Они ведь на самом деле ей не поверили, не так ли? Неужели никто больше не видел вспышку боли в ее глазах, когда Эш отрицала, что у нее с ней что-то было? — Итак, кто-нибудь хочет сыграть в бильярд? — Зак кивнул в сторону одинокого бильярдного стола в глубине зала. Эш одним долгим глотком допила свое пиво. — Не сегодня. Я лучше пойду домой. Завтра мне рано вставать. — Да ладно тебе, Эш. Завтра воскресенье. — Ну, ты же знаешь, как это бывает. Работа владельца магазина никогда не заканчивается. На следующей неделе я надеру тебе задницу в бильярде. — Эш засунула две купюры под пустую бутылку и встала. Она выскочила за дверь прежде, чем кто-либо успел возразить. Холли проследила за ней взглядом. Она выглядела так, словно ей тоже хотелось уйти — либо встретиться с Эшли лицом к лицу, либо отправиться домой и залечивать свои раны. Но она этого не сделала. Она позволила оттащить себя в дальний конец комнаты и принялась расставлять шары для игры в бильярд.

***

Лео оперлась на свой кий и наблюдала за Холли. Она не могла не восхищаться ею — и не только из-за того, как туго натягивались джинсы на ее ягодицах, когда она наклонялась над столом. Держалась бы она так же хорошо, если бы они с Эшли были вместе, а Эшли отказалась от нее на публике? — Земля вызывает Лео, — крикнул Зак. Лео оторвала взгляд от его сестры. — Хм? — Твоя очередь. Если, конечно, твои изящные пальчики знаменитости способны держать не только микрофон, но и кий. Лео прошла к столу и принялся загонять шары. — Смотри, как эти изящные пальчики знаменитости надерут тебе задницу, Драммонд.

***

— Веди машину осторожно, — крикнул Зак, открывая дверцу машины. — Я выпила всего одну бутылку пива, и не похоже, что мне придется ехать через пол-штата. — Холли ценила его заботу, но иногда его поведение старшего брата было просто невыносимым. Или, может быть, у нее лопнуло терпение после выходки Эш. Он поднял руки. — Просто говорю. — Он сел за руль и уехал. Трэвис и Дженни помахали на прощание и забрались в свой пикап. Крис переступил с ноги на ногу и звякнул ключами. — Думаю, увидимся в следующую субботу. Она кивнула, слишком уставшая, чтобы поддерживать светскую беседу. Когда он сел в свою машину и отъехал от тротуара, позади осталась только Лео. — Пойдем. Я провожу тебя до твоей машины. — Тебе не нужно, — сказала Холли. — Я припарковалась прямо через дорогу. — Тогда нам все равно идти в одну сторону, потому что я припарковалась прямо за тобой. Они молча перешли улицу. Холли отперла джип и открыла дверцу со стороны водителя, прежде чем обернуться. В свете единственного уличного фонаря золотистые пряди в волосах Лео казались серебряными. Она засунула обе руки в карманы джинсов и наклонила голову набок. — Так вы с Эшли, да? А она-то понадеялась, что сможет сбежать и никто больше не затронет эту тему. Но, конечно же, Лео не оставила это без внимания. Холли сжала в кулаке ключи от машины. — Лео, я… — Не трудись отрицать это. Это действительно нечестно с ее стороны — заставлять тебя лгать ради нее. Оборонительная позиция Холли ослабла. Нет, это было совсем нечестно. Она пошла на огромный риск, открывшись своей семье и открыто проживая свою жизнь, несмотря на то, что некоторые соседи с презрением относились ко всем, кто не был гетеросексуальным. Каминг-аут Лео, состоявшийся много лет назад, проложил ей путь, но это все равно это было нелегко. В конце концов, после пары напряженных ситуаций она почувствовала, что буря миновала — только для того, чтобы снова спрятаться в шкаф из-за неуверенности Эш. — Да. Мне это не нравится, но если она когда-нибудь откроется, это должно быть ее решением. Я не могу ее к этому принуждать. — Так вы все еще встречаетесь? — Боже, нет. Это старая новость. Мы виделись всего несколько месяцев после того, как я вернулась домой из колледжа. Я понятия не имею, почему Трэвис заговорил об этом сейчас. — Я так понимаю, ничем хорошим это не закончилось? Холли поморщилась. — Можно и так сказать. — Неудивительно. Эш, похоже, так глубоко зарылась в шкаф, словно ищет рождественские подарки на следующий год. Несмотря на все свое напряжение, Холли не смогла удержаться от смешка. — Да. Но дело было не в этом. Ну, не только в этом. Конечно, ее нежелание даже показываться на людях со мной не помогало, но были и другие проблемы. Лео кивнула, но не спросила, что это было, словно почувствовав, что Холли не хочет об этом говорить. Холли была благодарна за это молчаливое понимание. — Ты, кажется, не очень удивилась, когда Трэвис сказал… Ну, ты же знаешь, что он сказал обо мне и Эш. — О, я была удивлена. Почему-то я не могу представить, что бы из вас двоих получилась бы хорошая пара. — В таком случае, ты умнее меня, — сказала Холли, подавляя вздох. — Подожди минутку.… И только это тебя удивило? То, что мы с Эш были вместе, но не то, что нам нравятся женщины? — У меня было предчувствие насчет тебя. — И насчет Эш тоже? — Хм, можно и так сказать. Было что-то особенное в ее голосе — в том голосе, который мог без особых усилий выражать самые разные эмоции в ее песнях. Холли покосилась на нее. — Ты же не хочешь сказать…? — Нет, вряд ли она это имела в виду, не так ли? Лео вздохнула. — Давай просто скажем, что у нас с тобой больше общего, чем наши потрясающие навыки игры в бильярд. — Ты и Эш? — Голос Холли дрогнул, как у подростка, поэтому она сделала паузу и прочистила горло. — Вы были вместе? — Нет. Так далеко это никогда не заходило. Все, что мы разделили, это один поцелуй. Один очень горячий поцелуй, — добавила она с кривой усмешкой, — на выпускном вечере. Она никогда не упоминала об этом, когда вы были вместе? — Нет. Она никогда не говорила о тебе, и точка. Я подумала, что вы с ней как-то поссорились, поэтому не стала настаивать. — Поссорились, — пробормотала Лео. — Да, думаю, это можно назвать и так. У нее не хватило смелости посмотреть правде в глаза на то, что произошло между нами. После той ночи я видела ее всего один раз. Я пригласила ее поехать со мной в Нью-Йорк, но она сказала, что это был всего лишь один поцелуй, который ничего не значит. Она была натуралкой. По крайней мере, так она сказала. Холли фыркнула. — Да, точно. — Только одна из них горела желанием заняться сексом — и это была не Холли. Она облокотилась на открытую дверцу машины и наблюдала за Лео. — Я до сих пор не могу поверить, что мы целовались с одной и той же женщиной. Лео преувеличенно вздрогнула. — Довольно странно, правда? Но, думаю, именно это и происходит, если ты растешь в маленьком городке, где всего три лесбиянки. Строго говоря, только две лесбиянки и одна асексуалка испытывающая романтическое влечение к женщинам. Но в данный момент это различие не имело значения. — Да, все может быть запутанно, когда круг твоих знакомств размером с лужу. Смех Лео раздался в ночи. — Больше похоже на размер рюмки. Это напомнило Холли о том, что ей действительно хотелось выпить после ситуации с Эш. На мгновение она задумалась, не стоит ли пригласить Лео. «Ты так ничему и не научилась? Это не самая лучшая идея». — Приглашение женщины домой выпить могло легко привести к поспешным выводам, а она достигла предела драмы на этот вечер. Она подняла ногу, чтобы забраться в свой джип. — Увидимся в понедельник, — сказала Лео. — Веди машину осторожно. По какой-то причине Холли не разозлили слова Лео. — Непременно. — Собираясь закрыть дверь, она кое-что вспомнила. — О, подожди. Что ты хочешь на завтрак? — Э-э, завтрак? — Да, ну знаешь, это еда, которую люди обычно едят по утрам. — Холли улыбнулась, чтобы Лео поняла, что она шутит. — Спасибо за экспертное определение, мисс Мерриам-Вебстер. Я знаю, что это такое. Ты угощаешь? — Да. Почти каждый понедельник я приношу завтрак, так что твоей маме не всегда приходится его готовить. Итак, рогалик, круассан, черничный маффин…? — Ты собираешься в «Кусочек рая»? Холли кивнула. В конце концов, это была единственная пекарня в городе. — Мои навыки в выпечке немного… Хм, давай просто скажем, что моя выпечка так же хороша, как и мое пение. — Значит, в ближайшее время мне не стоит нанимать тебя в качестве бэк-вокалистки? — с усмешкой спросила Лео. — Только если ты хочешь закончить свою карьеру. Что-то промелькнуло на лице Лео, но исчезло прежде, чем Холли смогла определить, что именно. Возможно, это просто эффект тусклого света уличного фонаря. — Если ты заглянешь в «Кусочек рая», я бы с удовольствием съела одну из их булочек с абрикосово-апельсиновым кремом. Это одна из немногих вещей, по которым я скучаю в Нью-Йорке. — Пальчики оближешь. Хороший выбор. Они и мои любимые тоже. — У Холли потекли слюнки. — Значит, так тому и быть. Мы женщины с хорошим вкусом. Ну, может быть, за исключением нашего вкуса в отношении женщин. Они рассмеялись, и Холли поразилась тому факту, что она может смеяться над этим, особенно так скоро после того, как Эшли назвала саму мысль о них вместе нелепой. Быстро помахав рукой, она закрыла дверцу и завела двигатель. Она подождала, пока Лео сядет в свою арендованную машину, прежде чем отъехать от тротуара. Лео и Эш. Она покачала головой. Кто бы мог подумать?