Идеальный ритм

Лео снова лежала в постели и прислушалась к стрекотанию сверчков, доносившемуся сквозь закрытое окно. Разглядывание детских плакатов начало входить у нее в привычку, но на этот раз не мрачные мысли об отце или карьере не давали ей уснуть. Она продолжала заново переживать каждую секунду своего вечера с Холли. Особенно улыбки и легкие прикосновения: рука Холли на ее пояснице, когда она вела ее в комнату со щенками и котятами; прикосновение их пальцев; тепло ноги Холли, прижатой к ее ноге; случайное прикосновение к ее груди. Каждое прикосновение вызывало мгновенные мурашки по всему ее телу. Нельзя было отрицать, что ее влекло к Холли, и это было не просто физическое влечение. Честно говоря, ей также нравились озорные искорки в глазах Холли, ее неподдельная теплота и тот факт, что она ничего не спускала Лео с рук. Даже тот факт, что Холли, казалось, ничего от нее не было нужно — ни ее денег, ни связей, ни даже ее тела, — был частью ее привлекательности. Но имела ли она ввиду то, что сказала ранее в джипе? Она не задумываясь сказала о своих обычных свиданиях. До сих пор она не задумывалась об этом сознательно. В конце концов, Холли жила в Фэйр-Оукс, городе, из которого Лео хотела уехать, и у Лео все равно не было времени на отношения. Отношения? Ого! Как ей удалось перейти от одного возможного свидания к настоящим отношениям? Она действительно забегала вперед. Может быть, ей не стоит так торопиться? Одно свидание не означало предложения руки и сердца, даже в маленьком городке Миссури. Братья Холли вряд ли вытащат свой дробовик и потащат ее в церковь, потому что она пару раз сходит погулять с их сестрой. Это будет просто приятный способ скоротать время во время ее пребывания в Фэйр-Оукс. Ни больше, ни меньше, верно? Верно. Она кивнула в темноту. Значит, решено. Она пригласит Холли на ужин. Ничего особенного. Но тогда почему она все еще не может привести в порядок свои хаотичные мысли, чтобы уснуть?

***

Несколько дней спустя, в понедельник днем, они снова отправились на пробежку… хотя стоит признать, что пробежки как таковой не было. Холли откинулась назад, опершись на локти. Плоский камень под ней был еще теплым от дневной жары, а успокаивающее журчание ручья погрузило ее в мирный транс. Несмотря на ее не всегда легкую работу, это лето начинало казаться ей бесконечным летом ее детства, когда не было ни обязанностей, ни давления, а новые приключения поджидали за каждым углом. Разница была лишь в том, что на этот раз она не проводила лето в одиночестве и не ходила по пятам за своими братьями. Она украдкой взглянула на Лео, которая лежала рядом с ней. Она скинула кроссовки и носки и болтала ногами в ручье. Время от времени она шевелила пальцами ног или лениво махала рукой, отгоняя пчел, жужжащих вокруг ее мороженого. Проводя на солнце больше времени, чем за последние годы, она начала красиво загорать, а выгоревшие пряди в ее волосах были настоящими, а не искусственными. Холли решила, что ей очень идет. Что-то холодное потекло по пальцам Холли. Она оторвала взгляд от Лео и вернулась к своему рожку с мороженым, который так и остался забытый в ее руке. Она быстро слизнула с пальцев растаявший шоколад. — Знаешь, — сказала Лео, не открывая глаз, — ты действительно плохо на меня влияешь. — Я? — Да, ты. Сначала я пристрастилась к булочкам. Теперь ты покупаешь мне мороженое. Мой менеджер, мой личный тренер и мой диетолог возненавидят тебя. Холли пожала плечами и снова лизнула мороженое. — Но сейчас их здесь нет, не так ли? — Да, это так. Здесь только мы вдвоем. Что-то в тоне Лео заставило Холли снова посмотреть на нее, но она не смогла прочитать выражение ее лица. Лео открыла глаза и высунула одну ногу из воды, чтобы она могла повернуться вполоборота и посмотреть на нее. — Эм, раз уж мы заговорили о еде … — Она опустила свои длинные ресницы и сорвала веточку клевера, которая росла между камнями, прежде чем снова поднять взгляд. — Ты не хотела бы поужинать со мной как-нибудь на этой неделе? Пульс Холли участился. — Поужинать? — повторила она, чтобы дать себе время подумать. — Да, ну знаешь, это еда, которую люди обычно едят вечером. — Губы Лео растянулись в улыбке. Это было почти то же самое, чем Холли дразнила ее, когда они говорили о завтраке почти две недели назад, поэтому Холли ответила ей теми же словами. — Спасибо за экспертное определение, мисс Мерриам-Вебстер. Я знаю, что это такое. Но о каком ужине идет речь? Лео пыталась пригласить ее на свидание или она говорила об ужине между друзьями? В миллионный раз за свою жизнь она пожалела, что не умеет лучше оценивать потенциально романтические ситуации. — Ну, — сказала Лео, — в городе не так уж много из чего можно выбрать, но как насчет Tasty Barn? Там еще подают мексиканские блюда? — Эм, да, но…я не это имела в виду. — Лео намеренно притворялась, что не понимает, о чем она спрашивает? — Это о двух друзьях, которые собираются перекусить вместе или…? Лео вытащила из воды и вторую ногу. Ее пристальный взгляд скользнул по лицу Холли. — Будет нормально, если это будет свидание? Она выглядела такой милой, такой искренней и ранимой, что Холли ответила, не задумываясь. — Да. То есть… нет. Нет, Лео, я… — Она остановилась, села и набрала в легкие побольше воздуха. Господи, как простой вопрос мог так выбить ее из колеи? Не то, чтобы она никому раньше не отказывала. Она пыталась убедить себя, что в конечном счете так будет лучше для них обеих, но произнести эти слова все еще было трудно. — Мне жаль. Я не могу с тобой встречаться. На лице Лео промелькнула обида, прежде чем оно превратилось в ту сдержанную маску, которую Холли видела вначале. — Не можешь? — Ее голос звучал так, словно она говорила сквозь стиснутые зубы. — Или не хочешь? Холли не хотела вдаваться в подробности этого вопроса. — Прости, — повторила она. — Я знаю, это звучит банально, но дело не в тебе. Дело во мне. Лео издала стон. — Это банально. Обычно так говорят женщины, когда они либо натуралки, либо думают, что я тщеславная поверхностная знаменитость — та, которую можно вожделеть издалека, а не встречаться по-настоящему. С каждым словом ее голос становился грубее. Поддавшись импульсу, Холли потянулась, чтобы сжать ее руку или положить на колено Лео, но потом поняла, что это вызовет неоднозначный ответ, поэтому отстранилась и положила руку себе на колени. — Я не думаю так о тебе. Ты ведь знаешь это, правда? — Но ты не натуралка. Ты встречаешься с женщинами. — Я ни с кем не встречаюсь. Именно это я и пытаюсь тебе сказать. Лео нахмурилась. — Только не говори мне, что ты все еще зациклена на Эшли. Холли нервно рассмеялась. — Нет. Определенно нет. — Тогда дело во мне. — Лео опустила взгляд на веточку клевера. — Я не в твоем вкусе. — В том-то и дело, Лео. У меня нет определенного типа женщин. По крайней мере, не так, как ты думаешь. — Ладно. — Лео произнесла это слово так, что стало ясно: она понятия не имеет, что имеет в виду Холли. Холли вздохнула. Признание в своей асексуальности не входило в ее список приятных занятий в выходной день, но она не хотела, чтобы отказ встал между ними. Она слишком ценила их дружбу, чтобы лгать или умалчивать. Доедая остатки мороженого, она немного пришла в себя. Когда с рожком было покончено, она прижала голые ноги к груди и посмотрела на Лео поверх своих подтянутых коленей. Боже, почему это было намного сложнее, чем признаться в том, что она лесбиянка? Наконец она просто выпалила это. — Я ас. Она не была уверена, какой реакции ожидала, но уж точно не кривой ухмылки, появившейся на лице Лео. — О да, — протянула Лео хрипловатым голосом, который принес ей три «Грэмми». — Это точно. Совершенно потрясающая. — Нет, я имею в виду, что я асексуал. — Асексуал? — Лео повторила это слово по слогам. — Что это значит? О боже. Возможно, именно поэтому было намного сложнее признаться в асексуальности. Чтобы сказать кому-то, что она лесбиянка, не требовалось полчаса разъяснительной беседы. — Это значит… — Она опустила глаза и стала наблюдать, как она крутит черное кольцо на среднем пальце правой руки. — Это значит, что меня никто не привлекает в сексуальном плане. Лео уставилась на нее, очевидно, забыв о последнем кусочке мороженого, которое она держала в руке. — Подожди… Ты хочешь сказать, что тебе не нравится секс? — Не совсем. Я говорю, что не хочу секса. Лео с шумом выпустила воздух из легких. — Ты не хочешь секса? Никогда? Ни с кем? Недоверчивое выражение на ее лице заставило Холли рассмеяться. — В жизни есть вещи поважнее, знаешь ли? — Да, но когда все действительно хорошо, секс может быть умопомрачительным. — Она закатила глаза к небу и обмахнулась обеими руками. — Мне придется поверить тебе на слово. Лео медленно покачала головой взад-вперед. — Ты всегда была такой? Я имею в виду, это не потому, что с тобой что-то случилось… не так ли? Она выглядела такой пораженной этой мыслью, что Холли на мгновение сжала ее руку. — Нет. Самой травмирующей вещью, которая случилась со мной в детстве, было то, что мои братья положили лягушку в мои тапочки. Ее преувеличенная дрожь разрядила напряжение между ними, и они рассмеялись вместе. — В любом случае, — сказала Холли после того, как смех стих, — это так не работает. Асексуальность — это не результат какой-то травмы. Это сексуальная ориентация, такая же, как и быть лесбиянкой. Лео все еще выглядела так, словно ей было трудно это осознать. Возможно, поможет аналогия. — Это немного похоже на шоколад, — сказала Холли. — Шоколад? — повторила Лео с сомнением в голосе. — Потерпи немного. Итак, некоторым людям нравится темный шоколад. Некоторым нравится молочный шоколад. А некоторым нравится белый шоколад. Лео поморщилась. — Я не считаю это белое недоразумение шоколадом. — Я тоже, но ты разрушаешь мою прекрасную, хорошо продуманную аналогию. — Прости. На чем ты остановилась? — А еще есть люди, которые любят все виды шоколада. — Люди с плохим вкусом, — пробормотала Лео. Когда Холли игриво посмотрела на нее, она провела по губам большим и указательным пальцами. — И последнее, но не менее важное: есть люди, которые не любят ни один вид шоколада. Лео фыркнула. — Да ладно. Кто не любит шоколад? — Я, — тихо ответила Холли, не отводя взгляда. — Ты не любишь шоколад? Хм, простите, тогда что это? — Лео указала на что-то на щеке Холли, вероятно, на след от шоколадного мороженого, которое она только что съела. — Нет. То есть да, я люблю шоколад, но… — Она потерла глаза. Боже, она все перепутала, запутав Лео еще больше. — Послушай, я всего лишь хочу сказать, что я такая, — она указала на себя, — я родилась — рыжей, с кривыми пальцами на ногах и асексуальной. Лео, казалось, некоторое время обдумывал это. — У тебя милые пальчики на ногах, — наконец сказала она. Холли уставилась на них. — Они кривые. — Но в какой-то милой манере. — Ноги Лео с тихим всплеском опустились обратно в ручей. Она стала водить ими в воде, откинувшись на спину и уставившись в небо, наморщив лоб, словно в глубокой задумчивости. — Если тебя никто не привлекает, почему ты была с Эш? — Я сказала, что меня никто не привлекает сексуально. Есть и другие виды влечения, понимаешь? Для тебя, вероятно, все они совпадают. Но я могу влюбиться в женщину или оценить ее красоту, не испытывая желания наброситься на нее и переспать с ней. Лео закинула руки за голову. — Хм, в этом есть смысл. Вроде. Ты поэтому называешь себя лесбиянкой? Потому что тебя привлекают женщины, но не в сексуальном плане? — Да. — Холли изобразила улыбку. — К тому же, называя себя гоморомантичной асексуалкой, я не получу ничего, кроме недоуменных взглядов. — Таких, как тот, которым Лео одаривала ее прямо сейчас. Бедняжка. — Итак, извините, если я продолжаю задавать глупые вопросы, но… — Все в порядке, — перебила ее Холли. — Я не против поговорить об этом. — К своему удивлению, она обнаружила, что это правда, по крайней мере, сейчас. Лео, возможно, была сбита с толку и пыталась понять, но она не заставляла ее чувствовать себя обязанной защищать свою сексуальную ориентацию. Это было приятно, особенно после осуждающей реакции других лесбиянок. — Спасибо. Итак… — Лео плеснула немного воды. Капли заблестели в лучах послеполуденного солнца, падая обратно. — Ты сказала, что можешь влюбиться в женщину или оценить ее красоту… верно? Холли кивнула. — Тогда почему ты не хочешь пойти со мной на свидание… или вообще с кем-либо? Вот он, вопрос на миллион долларов. — Потому что свидания связаны с ожиданиями. Поцелуй на ночь после первого свидания или, может быть, второго. Затем секс на третьем или пятом свидании или по какому-то другому произвольному принципу, который вы применяете. — Она покачала головой. — У меня это никогда не получалось, поэтому я предпочитаю держаться подальше от этого минного поля ожиданий. — Даже если из-за этого придется остаться одной на всю оставшуюся жизнь? — Тихо спросила Лео. Холли часто задавала себе этот вопрос, но так и не нашла ответа. — Я не знаю. Они еще немного полежали бок о бок, и тишину нарушали только журчание ручья и шелест ветра в кронах деревьев. Наконец Холли села и сунула ноги обратно в сандалии. — Пойдем. Нам пора возвращаться, иначе я опоздаю на свою смену. Лео сунула ноги обратно в носки и кроссовки, встала и последовала за ней по дорожке. — Холли? — произнесла она через несколько шагов. Каждый мускул Холли напрягся. Не то чтобы она не доверяла Лео, но чаще всего, когда она раскрывала кому-то свою сексуальную ориентацию, это возвращалось, чтобы укусить ее за задницу, даже если поначалу казалось, что этот человек принял ее асексуальность. — Хм? — Спасибо, что рассказала мне, — сказала Лео. — Я знаю, что это потребовало от тебя большого мужества. Холли была так занята, ожидая негативной реакции, что ей потребовалась секунда, чтобы понять, что Лео имела в виду. Как только она это сделала, тепло разлилось по каждому сантиметру ее тела, снимая напряжение. — Спасибо — вот и все, что она смогла выдавить из себя. Серьезное выражение лица Лео сменилось улыбкой. — Просто для справки: я по-прежнему считаю тебя асом — в смысле, потрясающей. Смех Холли разнесся над холмом. — Спасибо. Ты тоже настоящий ас. — Слегка подмигнув, она добавила: — По крайней мере, в одном смысле.