Проклятие поместья Малфой

Глава 23 Когда Нарцисса Малфой, с невозмутимой улыбкой, попросила Поппи проводить Гермиону до каминной сети, Драко был слишком погружён в свои мысли, чтобы придать этому значение. Однако, вернувшись в малую гостиную и обнаружив там лишь свою мать, он мгновенно понял, что та определённо что-то сказала Грейнджер. Выражение лица Нарциссы было умиротворённым, а это значило, что разговор уже окончен, и спорить с ней теперь — дело бесполезное. Он знал этот взгляд с детства: она что-то решила, и переубедить её будет невозможно. Не тратя времени, Драко без слов развернулся и аппарировал. В квартире Грейнджер было тихо. Он провёл рукой по гладкой поверхности её стола, оглядел идеально сложенные книги на полке, вдыхая знакомый аромат травяного чая, пропитавший это место. Её не было дома. Он присел на диван, опустил голову на спинку и закрыл глаза. Ждать. Он мог только ждать. Последние несколько дней вымотали его морально и физически. Как только он откинул голову назад, глаза сами собой закрылись, и он мгновенно погрузился в сон. Драко не знал, что всего через несколько минут в камине загорелось зелёное пламя. Оно мягко осветило гостиную, наполнив её привычным уютным свечением. В этом свете появился силуэт мужчины, который шагнул вперёд — уверенно, решительно, но с напряжённой челюстью и гневом, тлеющим в изумрудных глазах. Гарри Поттер. Он оглядел комнату, в которой царил мир и покой, но его взгляд тут же наткнулся на спящего Малфоя. Ещё секунда — и ярость внутри закипела, захлестнув всё остальное. Какого чёрта этот человек делает здесь, в квартире Гермионы, на её диване, под её пледом? Пальцы Поттера сжались в кулаки, а тлеющая в камине магия, казалось, ответила на его эмоции, вспыхнув чуть ярче. Он не стал будить Малфоя словами. Вместо этого Гарри шагнул вперёд, и воздух в комнате ощутимо сгустился. Он сделал ещё шаг, его ботинки бесшумно скользнули по мягкому ковру. Он остановился возле дивана, глядя на Малфоя, который даже во сне выглядел уставшим. Поттер скривился – как будто ему было отвратительно видеть этого ублюдка. Живоглот, уютно свернувшийся на груди Драко, лениво приоткрыл один глаз, зевнул и снова уснул, явно не видя угрозы. Гарри же наоборот чувствовал, как гнев нарастает в груди. – Малфой, – его голос был тихим, но твёрдым. Никакой реакции. Гарри стиснул зубы, шагнул ближе и резко дёрнул плед, срывая его с Драко. Плед и Живоглот вместе отлетели в дальний угол. Живоглот подпрыгнув на лапах зашипел, и обиженно засеменил в комнату Гермионы, бросив на Гарри полный взгляд ненависти. Малфой резко втянул воздух и открыл глаза, дезориентированный, но уже через секунду напрягся, увидев перед собой Поттера. – Какого... – его голос был хриплым от сна. —Просыпайся, принц чистокровных, — голос Поттера был раздражённым, и он не собирался ждать, пока Малфой сам решит открыть глаза. Драко поморщился, не открывая их. — Поттер, если ты явился сюда, чтобы любоваться моим сном, то хотя бы принеси мне покушать, — его голос был хриплым, но в нём всё ещё звучали высокомерные нотки. Гарри закатил глаза. — Вставай, Малфой, хватит валяться, я не твой домовой эльф. Драко всё же приоткрыл один глаз, лениво оглядел гостя и саркастично ухмыльнулся. — Ты всегда так отчаянно жаждал моего общества, Поттер, или это новая привычка? Гарри тяжело выдохнул. – Это я хочу у тебя спросить, – процедил Гарри, бросая плед обратно на диван. – Что ты здесь делаешь? Драко сел, потер лицо ладонями, приходя в себя. Выглядел он, мягко говоря, паршиво. – Жду Гермиону, – ответил он наконец, поднимая взгляд. Гарри сжал кулаки. – Ты хоть понимаешь, как это выглядит? – Поттер, ты пришёл сюда врываясь через камин в дом своей подруги, размахивая моральными принципами, а я... просто заснул на её диване, – Драко устало потёр виски. – Так что скажи мне, кто из нас двоих выглядит хуже? Гарри прищурился, но ничего не ответил. Правда в словах Малфоя его только злила. – Я выгляжу хуже? – переспросил Гарри, зло скрестив руки на груди. – Да мне плевать, как это выглядит! Меня волнует, что ты здесь забыл! А я, име, права приходить в ее дом, когда мне или ей это нужно. Драко медленно вдохнул, потом так же медленно выдохнул, но в глазах его мелькнула ярость, челюсть сжалось так, что казалось заскрипели зубы. – Я же сказал. Я жду Гермиону. Мне нужно с ней поговорить, и тебе Поттер, лучше не вставать у меня на пути. Хотя как только должность мальчика для битья освободиться, ты будешь первым кандидатом.—прорычал он. Гарри молчал. Он переводил взгляд с Малфоя на уютный плед, скинутый им на пол, на Живоглота, который улегся рядом с дверью в комнату Гермионы, на стопку книг на столе. Всё в этой картине сейчас, раздражало его. От слов Малфоя по телу разливался гнев. – А тебе не приходило в голову, что ей это может быть не нужно? – наконец спросил он, пристально глядя на Драко, руки чесались врезать ему. Малфой чуть дольше обычного задержал взгляд на Гарри, прежде чем ответить: – Приходило. Гарри сжал кулаки. – Тогда почему ты всё ещё здесь? Драко усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. – Потому что я уже однажды ушёл, Поттер. И знаешь, что? Это ни черта не помогло. Гарри резко выдохнул, но ничего не сказал. Он еще был зол. Но слова Малфоя заставили его подумать о Гермионе. Драко был напряжен, но выражение его лица осталось непроницаемым. Он провёл рукой по лицу, будто стараясь стряхнуть остатки сна, а затем взглянул на Гарри, оценивающе. – Ты же читал легенду – в его голосе прозвучала легкая насмешка. — Я читал всё, что нашёл, после того как она рассказала мне о проклятии, – его голос был жёстким, но не таким гневным, как минуту назад. – И теперь мне нужно понять, насколько всё плохо. Драко отвёл взгляд. Он выглядел так, будто на мгновение всерьёз задумался, сказать ли Поттеру правду, но потом усмехнулся. – Если ты так много знаешь, то сам должен понимать, насколько всё плохо. Гарри нахмурился, но не отступил. – Она не просто так впуталась в это, да? Она… как-то связана с тобой? Малфой молчал. Поттер устало выдохнул и сел в кресло напротив, уперевшись локтями в колени. – Чёрт, Малфой, – его голос стал тише, почти задумчивым. – Ты ведь тоже это знаешь, да? Ты же понимаешь, что если она твоя… – он замолчал, но оба знали, что он хотел сказать. Драко скрипнул зубами, наклонился вперед, глядя Поттеру в глаза. – Поэтому я и здесь, Поттер. Потому что если она моя, то она в опасности. И если не моя… тогда она в ещё большей опасности. — Что ты собираешь делать, Малфой? Скажи мне честно, твои чувства к ней — это действия проклятия или твой собственный выбор? Драко провёл ладонями по лицу, задержавшись на глазах, словно пытаясь стереть усталость. Затем он медленно выдохнул и посмотрел на Поттера, но теперь в его взгляде читалось что-то ещё — что-то, что Гарри не сразу понял. — Я не боюсь проклятия, Поттер, — тихо сказал он. — Я боюсь того, что она хочет его разрушить… потому что ничего ко мне не чувствует. Честно говоря, я и не надеялся что смогу найти истинную, я был готов отдать мэнору свои чувства. Гарри нахмурился, но не перебил. — Но что если это… — продолжил Драко, и в его голосе проскользнуло что-то почти неуловимое — слабая, но реальная боль. — Если её привязало ко мне только это проклятие? Если она тянется ко мне, потому что это ее работа. А стоит ей уничтожить его— и я стану для неё никем? Поттер молчал. — Я не могу… — Драко замолчал, качая головой. — Не могу заставить её чувствовать то же самое. И если её тянет ко мне только потому, что проклятие так решило, или ее работа тогда…Он не договорил. — Вот скажи мне, Поттер, нахрен я вообще тебе все это говорю? Гарри опустил голову, сжал губы, потом снова взглянул на него. — Ты правда так думаешь? Малфой горько усмехнулся. — А что ещё мне думать, Поттер? Гарри усмехнулся. Он давно понял, что Гермиона влюбилась в Малфоя ещё тогда, семь лет назад. Он это понял в тот момент, когда увидел её эмоции в суде, а потом всё подтвердилось, когда он нечаянно нашёл в её ежедневнике письмо от Малфоя с его обещанием построить для неё новый мир. А под ним, её почерком, была выведена одна фраза. Он встал, прошёл в её комнату, достал из тумбочки старый ежедневник, вынул из него письмо и принёс Малфою. Драко взял письмо не сразу. Он смотрел на сложенный вдвое пергамент так, будто тот мог его укусить. – Что это? – наконец спросил он, хотя уже догадывался. – Посмотри сам, – спокойно ответил Гарри, опускаясь обратно в кресло. Малфой медленно взял письмо, развернул. Почерк был его, без сомнений. Чёткие, уверенные строки, написанные семь лет назад. Ты дала мне надежду – а я возведу для тебя целый мир, достойный этой веры Под его словами, более мелкими буквами, но всё таким же узнаваемым почерком Гермионы было приписано: "Я буду ждать тебя." Драко замер. Его пальцы сжали края бумаги, и он не сразу понял, что задержал дыхание. – Она… – его голос сорвался, и он прочистил горло. – Она хранила это всё это время? Гарри кивнул. – Да. И если ты до сих пор сомневаешься в её чувствах, Малфой, то ты куда больший идиот, чем я думал. Драко всё ещё смотрел на письмо, его пальцы медленно скользили по краю пожелтевшего пергамента. В груди что-то сжалось – болезненно и одновременно облегчённо. Он перечитывал её слова снова и снова, будто надеялся найти в них что-то ещё, что-то, что он мог пропустить. Гарри молча наблюдал за ним. И в этот момент он понял: Малфой не лгал. Ни в одном слове, ни в одном жесте не было притворства. Он действительно любил её. Давно, по-настоящему. Поттер вздохнул, понимая, что сделал всё, что мог. Гнев и ярость давно отступили, он надеялся что они смогут обо всем поговорить. Но еще Гарри понял что сама судьба привела его сюда и он сделал все, что мог, чтобы его подруга была счастлива. Остальное дело было за Драко. – Черт я буду себя чувствовать как чертов купидон. И еще знай я делаю это не для тебя, для нее. Ты наверняка слышал, что она работала над делом поместья Блэкхилл? — Да, я был там, все время рядом — сказал Малфой, так тихо, что Гарри почти решил, что ему послышалось. — Блядь, ну ты и кретин, столько шансов…Ладно сейчас не об этом. После этого, Джеф Блэкхилл подарил ей домик у озера. Это необычный дом, запомни: дом откликается на зов сердца. Гермиона договорилась с Джинни, что обязательно ей его покажет и мы договорились, что будем там через две недели, я как раз принес портключи, активируй их через две недели. Когда будешь подходить к двери просто подумай о том где бы ты хотел с ней оказаться, я не до конца понимаю что умеет этот дом, но что-нибудь шикарное думаю сможет тебе организовать. Я знаю что ты чертовски богат, и можешь организовать все что угодно, но думаю ей будет приятно если ты окажешься там. Береги её, Малфой, – сказал он негромко. Драко поднял глаза, еле заметно кивнул, но взгляд его был полон уважения и благодарности. Гарри не стал прощаться – просто развернулся и шагнул в камин. В тот же миг зелёное пламя вспыхнуло и поглотило его, оставив после себя лишь слабый запах золы. Гостиная снова погрузилась в тишину. Драко всё так же сидел в полумраке, склонившись над письмом. Его мысли метались между прошлым и настоящим, сомнения сражались с надеждой. Он провёл пальцами по словам, написанным её рукой. "Я буду ждать тебя."Он закрыл глаза и, впервые за долгое время, позволил себе поверить, что, возможно, у него действительно есть шанс. Тишина комнаты больше не давила – теперь она казалась Драко умиротворяющей. Он глубоко вдохнул, ощущая лёгкий запах чая и книжной пыли, смешанный с чем-то тёплым и привычным – запахом её дома. Усталость наконец настигла его. Она не обрушилась внезапно, а словно окутала, приглушая тревоги и оставляя только тихую, робкую надежду. Драко откинулся назад, позволяя подушке принять его вес. Письмо всё ещё было в его руках, и, не раздумывая, он прижал его к груди, словно боялся потерять. Кончики пальцев зарылись в мягкую ткань пледа, который всё ещё хранил её запах. Он закрыл глаза, и впервые за долгое время мысли не терзали его. Сон пришёл мгновенно – спокойный, глубокий, впервые без тяжести тревог. Ему снилась она, и сон его был теплым и светлым.