Проклятие поместья Малфой

Глава 38 Драко не сразу понял, куда направляются его шаги. Он просто аппарировал прочь, подальше от её растерянного взгляда, от боли, застрявшей в груди, от этой нестерпимой неопределённости. Когда он очнулся, вокруг раскинулся тёмный берег. Волны с глухим рёвом накатывали на скалы, разбиваясь в пену. Ветер пронизывал до костей, но Драко не чувствовал холода. Он опустился на камни, устало провёл рукой по лицу. Глупо было надеяться, — подумал он. Глупо было верить, что она захочет разделить с ним не только чувства, но и всё, что с ним связано. Он не мог её винить. Не мог, но всё равно… Ему хотелось кричать. Разбить этот проклятый камень под собой, выместить на нём всю боль, но он просто стиснул зубы. Слишком долго он жил в ожидании этого разговора. Он мог принять любое проклятие. Любой риск. Но он не мог принять того, что Гермиона не была уверена. Её молчание сказало ему больше, чем любые слова. Он опустил голову, уперев локти в колени. Что теперь? Возвращаться в поместье? Едва ли. Он не был готов встретиться с матерью, с её безошибочным взглядом, который прочтёт всё без слов. Возможно, стоило напиться. Уйти в забвение хотя бы на одну ночь. Но он знал: даже в пьяном тумане он будет видеть только её. Он закрыл глаза, чувствуя, как в груди поднимается знакомая боль. Он потерял её. И хуже всего было то, что он до сих пор не мог заставить себя перестать надеяться. Он сидел на скалах, не двигаясь, не замечая, как над морем постепенно сереет небо. Не знал, сколько прошло времени — час, два, может, вся ночь. Мысли были вязкими, тёмными, словно морская пена, застрявшая между камнями. Снова и снова прокручивал этот разговор. Он сжал пальцы, зарываясь ими в волосы. Если бы она просто сказала, что не любит, что ошиблась… Было бы легче. Но она сомневалась. А значит, надежда продолжала тлеть, мучительно, беспощадно. Выдох, сквозь стиснутые зубы, нужно подняться. Нужно было двигаться. Делать хоть что-то, чтобы не сойду с ума. Драко аппарировал в Лондон, прямо в знакомый бар, едва освещённый золотистыми лампами. Здесь было тихо, немноголюдно. — Виски, — бросил он бармену, садясь за дальний столик. Запах алкоголя на миг ударил в нос, а затем обжёг горло. Не помогло, мало того вызвало раздражения и приступ тошноты. Но хотелось хоть на миг притуманить все эти мысли в голове, заглушить их. Склоня голову, постукивал пальцами по стакану. Хотелось бы продолжить вот так — пить, убегать, пытаться притвориться, что ничего не случилось. Но каждый раз, закрывая глаза, в голове всплывали картинки их жарких ночей, ее тело, губы, волосы. Он понимал: она пыталась сделать шаг к нему…Пыталась что-то сказать, но он не дал ей. Боль застилала глаза, он надеялся на этот вечер, надеялся, что утром увидит в ее глазах… принятие? Одним глотком осушил, то что поставил перед ним бармен. Он смотрел на свой пустой стакан, но перед глазами всё ещё её лицо. Гермиона. Её взгляд, полный сомнений. Её дыхание, застывшее в ожидании ответа, которого она так и не дала. Малфой яростно сжимал пальцы, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — Ты выглядишь так, будто потерял полжизни, — голос Блейза вырывает его из мыслей. Мужчина медленно поднял голову. Забини стоит у стойки, лениво вертит бокал огневиски в пальцах. — Какого чёрта ты здесь? -Он не был готов разговаривать ни с кем, особенно с дьяволом Забини, который против воли читал его как открытую книгу. — О, извини, я не знал, что депрессия в одиночестве — новая традиция Малфоев, — ухмыляется он. — Обычно ты предпочитаешь разносить мебель в поместье. - и вот опять, почему он просто не оставит его в покое. И на самом деле не так часто это и происходило, подумал он закатив глаза. — Оставь меня в покое, Блейз. - остатки злости и разочарование утонули в холодном тоне его голоса. — Ни за что. Ты слишком жалок, и я хочу этим насладиться. - Он садится напротив и скрещивает руки на груди. — Говори. - Ухмылка. Ждет чистосердечное признание? — Не о чем говорить. - что он мог ему сказать, если говорить не хотелось вовсе. А рассказать ему значит снова испытать этот водоворот эмоций. — Драко, ради Мерлина, я знаю тебя слишком долго, чтобы в это поверить. Молчание. Блейз наклоняется ближе. — Значит, она выбрала не тебя? - слова больно бьют и отдаются рваным стуком сердца на миг пропустившим удар. Но не позволительно Малфою так убиваться, его не сломать и не сломить. Но больно так что кажется вот, вот послышиться хруст зубов, которые были сжаты, словно капканы. — Она выбрала сомнения. - собрав остатки равнодушия, отвечает он безэмоционально холодно, никто не должен увидеть его эмоции. — Охренеть, — Блейз стучит ладонью по столу. — Да ты серьёзно? И ты правда удивлён? - голос Блейза переполнен насмешливым удивлением. И Драко не хочется продолжать, он готов встать и уйти. Хочется послать Блейза. — Отвали, Забини.- предупреждающе рванул Малфой, а Блейз даже ухом не повел. Он знал, что Малфой будет убивать себя медленно, наказывать с особой извращенностью, будет винить себя во всех грехах и не даст себе повода оправдаться. Но сейчас он и вправду был виноват, но не в своих чувствах, а в том что, страх поглощал его изнутри и он этому поддавался, не обращая внимания на кучу переменных. Он попросту не замечал, или не хотел замечать каким это камнем, огромным и неподъемным оказалось для самой Грейнджер. И то что она продолжала с ним встречаться, уже говорило о том, что все же Малфой для нее что-то значил. — Ты втянул её в свою жизнь, в свои проблемы, в своё проклятие. И надеялся, что она просто скажет: «Да, давай, Драко, будем страдать вместе»? — Я надеялся, что она выберет меня. - Драко сам не понимал, зачем это сказал. Блейз смотрел пристально, его взгляд стал серьёзным. — Она уже выбрала тебя, придурок, — наконец говорит он. — Но она — Грейнджер. Она не может смириться с тем, что у вас нет выбора. В словах Блейза был смысл.. — Я знаю. — Тогда какого чёрта ты здесь, а не с ней? Он отворачивается, потому что боится произнести вслух собственные страхи. Больше всего он боялся услышать окончательное «нет». Блейз устало вздыхает и откидывается на спинку стула. — Ты сам не свой, Драко. Это пугает.- Малфой на мгновение меняется в лице и лишь на короткое мгновение, не может сдержать эмоции удивления. Кто-то переживает за него? Они многое пережили вместе, Драко на самом деле ценил их дружбу, но никогда не задумывался, что эта дружба означала для других. Он решил ответить честно, словно принимает решение быть искренним. — Меня — тоже. - Полушепотом, делая глоток и все же надеясь, что Блей не расслышать его. Он задумчиво крутит в пальцах бокал, потом ставит его на стол и пристально разглядывая лицо Блейза который казалось на миг задумался. — Слушай, я не мастер во всех этих душевных терзаниях, но вот что я знаю точно: ты не можешь просто сидеть здесь и ждать, пока всё решится само собой. — А что, по-твоему, я должен делать? - обречённый выдох, ну он и не надеялся, на то что Блейз даст ему волшебное заклинание. — В первую очередь — признаться себе, чего ты хочешь. Резкий вдох но он сдерживает ещё большее раздражение. Разговор и так его раздражал, а теперь он начинал злиться на друга, за то что тот говорил, какой-то бред. Он и так для себя уже все решил и давно определился. — Думаешь, я не знаю? Блейз качает головой. — Нет, ты знаешь, но тебе страшно. Ты боишься, что если дашь ей время, она уйдёт. Молчание. Он попадает в точку. — Но если ты поторопишь её, она тоже уйдёт. - Как же всё это сложно. Отчего Забини не пойдет врачевать души? Виски немного поитуманивает чувства и но мысли никуда не уходят, слова прозвучали шепотом и обречённо. — Что мне делать, Блейз? Он усмехается. — Дать ей время. И в это время — не разрушить себя. Малфой удивленно вскидывает бровь. Почему-то он об этом не думал, когда он к ней пришел? Несколько недель назад? За это время их отношения, если можно было их так назвать развивались очень быстро, ни у кого из них не было времени тщательно все обдумать и спокойно обсудить. Малфой старался завоевать любовь и показать ей что она ему дорога и он никогда не не забывал, а она, она ведь отвечала на его чувства ведь так же? Снова в голове всплыли воспоминания ее запаха, ее тела, ее глаза - большие , теплые. — Это был первый разумный совет, который ты мне дал за последние десять лет. Блейз изобразил обиженное лицо. — Ну, вообще-то, я всегда даю тебе нужные советы, просто ты их все время отвергаешь, — весело фыркнул он. Драко посмотрел на друга, потом на пустой стакан. Снова увидел перед глазами её лицо. Её голос звучит в голове, снова и снова. «но…» Может, Блейз прав. Может, ей просто нужно время. Но хватит ли у него сил ждать? Он с силой сжал стакан в руке, чувствуя, как холодное стекло нагревается от пальцев. — И что, по-твоему, мне делать, пока она думает? Блейз усмехается, откидывается на стуле и лениво потягивает свой напиток. — Не знаю… Жить? Малфой бросает на него раздражённый взгляд. — Прекрасный совет. Помогло, спасибо. Он закатывает глаза. — Драко, ты ведёшь себя так, будто мир рухнул. Снова эти клишированные фразы. — Может, для меня он и правда рухнул. Блейз вздыхает. — Слушай, если ты сейчас уйдёшь в это дерьмо с головой, утопишься в своих мыслях и вине, ты только всё усложнишь. Она нужна тебе? Над этим вопросом ему не нужно было даже думать. — Конечно. — моментально срываются с губ слова. — Тогда не делай глупостей. Он раздражённо фыркает, но где-то глубоко внутри понимает, что он прав. Он может сидеть здесь и жалеть себя. Может напиться до беспамятства. Но от этого ничего не изменится. Ему нужно обрести равновесие. Нужно привести себя в порядок. Драко резко встает. — И куда ты? — лениво спрашивает Блейз. — Разобраться с этим. Он аппарирует, прямо из бара. Драко аппарировал в поместье и сразу понял: мать ждала его. Он ещё не переступил порог гостиной, а её голос уже разрезал тишину: — Ты выглядишь отвратительно. — Он резко выдохнул, заходя внутрь. Нарцисса сидела у камина, элегантная, собранная, с едва заметным напряжением в позе. — Спасибо за заботу, мать. — Это не забота, а констатация факта. И что это за мать? Драко устало провёл рукой по лицу, не зная, хочет ли с ней разговаривать сейчас. — Гермиона была здесь, — наконец произнесла она. Он замер. — И? Нарцисса взглянула на него, пристально, испытующе. — Она боится, но любит тебя. Сердце глухо ударило о рёбра. — Вам-то откуда знать? — Потому что я когда-то чувствовала то же самое. — Она медленно поднялась, подошла к нему и мягко коснулась его щеки. — Она придёт, Драко. Она уже сделала выбор — ей просто нужно время, чтобы его принять. Его пальцы сжались в кулаки. — А если нет? Нарцисса улыбнулась — едва заметно, с грустью. — Тогда тебе придётся решить: ты будешь ждать её или отпустишь. Он закрыл глаза. Чёрт. Как же он устал. — Я не могу её отпустить. — Тогда остаётся только ждать. Нарцисса сжала его руку, и впервые за долгие годы Драко почувствовал, что мать действительно понимает его. Но хватит ли этого, чтобы выдержать? Драко молча стоял, всматриваясь в лицо матери, пока в груди клубком сворачивалась боль. Ждать. Как же он ненавидел это слово. — И сколько? — спросил он глухо. Нарцисса чуть склонила голову, её пальцы легко скользнули по его запястью. — Сколько потребуется, Драко. Он криво усмехнулся. — Великолепный совет. — Единственный, который я могу дать, — тихо ответила она. Драко шагнул назад, отстраняясь. Ему вдруг стало душно в этой гостиной, в этом проклятом доме, полном воспоминаний и теней. — Я… мне нужно подумать. Нарцисса не стала останавливать его. Она лишь кивнула, и он почувствовал, как её взгляд следует за ним, пока он идёт к двери. В коридоре было темно и пусто. Ждать. Он прошёл в кабинет, захлопнул за собой дверь и рухнул в кресло, сжимая пальцами виски. Он хотел бы просто взять и забыть. Оставить всё позади, заставить себя не думать о ней, не вспоминать, как она смотрела на него… как её голос дрожал, когда она пыталась объясниться. Но это было невозможно. Ему оставалось только одно. Ждать.