Третья Жизнь

В прошлой жизни Цю Хайтан была не первой женой Ло Бинхэ, но обладала достаточной благосклонностью, чтобы жить в роскоши. Её имя знали, её украшениям завидовали, а её улыбка могла открыть двери в любую часть дворца. Но не всё было так идеально — нет. Её зависть, обида и злость жили глубоко в сердце. Цю Хайтан всегда считала, что именно Шэнь Цинцю разрушил её счастливую жизнь. Из-за него умерли её любимые слуги, её старший брат, её покой и её дом. Именно он сжёг до тла их родовое поместье, и именно он уничтожил семью, в которой она выросла. И вот, в своей новой жизни, она проснулась в четырнадцатилетнем теле — за год до того, как всё началось. Всё, что с ней случилось, было живо в памяти, как если бы всё произошло только вчера. Её пальцы сжались в кулаки, ногти вонзились в ладони. "На этот раз, — шептала она себе. — На этот раз я не позволю этому повториться." Она встала с постели, накинув на плечи тонкое шёлковое одеяние. За окном пели птицы, ветер шевелил бамбук у стены. Всё казалось мирным — фальшиво мирным. Она знала, что этот покой — всего лишь тишина перед бурей. С лёгкостью и грацией, к которой она уже давно привыкла, Цю Хайтан отправилась в кабинет старшего брата, Цю Цзяньло. Её ноги не дрожали, спина была прямой, а голос — сладким, как мёд. — А-Ло, — произнесла она с нежной улыбкой. — Танъэр хочет знать, есть ли новые слуги? Цю Цзяньло оторвался от документов, поднял взгляд на сестру и кивнул: — Ранее на этой неделе я отправился на рынок рабов. А-Ли и Мужон были слишком стары, пришлось отпустить их на покой. Цю Хайтан мило кивнула. Её глаза сверкнули. Но внутри бушевал ураган. Шэнь Цзю должен был быть среди этих рабов. Она знала дату, помнила день, помнила экипаж, на котором он прибыл. Но его не было. Ни среди старых, ни среди новых. Трое рабов, которых ей показали, были жалким зрелищем: избитые, худые, с пустыми глазами. Они были похожи на всех, кого она когда-либо презирала. Жалкие, согнутые, сломленные. Но не Шэнь Цзю. Даже в аду, даже на грани жизни и смерти, он стоял с гордо поднятой головой. Он не умел склоняться. "Где ты?" — думала она, когда вновь осталась одна в своей комнате. Сердце стучало в груди, словно молот. С каждой минутой её решимость крепла. В прошлой жизни она позволила жалости и влюблённости затуманить свой разум. На этот раз она будет внимательнее. Если Шэнь Цзю появится — она узнает его. Она не даст ему снова разрушить её мир. Если он всё ещё жив, если он где-то рядом — она найдёт его первой. "На этот раз, — сказала она себе, глядя в зеркало. — Он умрёт по-настоящему." Но пока — она ждала. И дом, и брат, и весь её мир — были целы. Пока.