Star Wars Whumptober Collection 2021

      Иногда Люку снилось падение.               Не ужасное падение в Беспине, нет. Хотя и оно тоже порой ему снилось. Оно часто фигурировало в ночных кошмарах со многими повторениями.               Он бесконечно падал, промахнувшись мимо флюгера и разбившись насмерть на газовой планете внизу...               Он упал на «Тысячелетнего Сокола» только для того, чтобы тот захватили, а Лея, Лэндо и Чуи были казнены у него на глазах, а Вейдер неподвижно на это смотрел…               Он упал только для того, чтобы почувствовать неумолимую хватку своего отца, тащащего его обратно к ужасной судьбе...               Все это было ужасно.               Но он все равно предпочел бы эти сны другим. Тем, где его глаза стали ядовито-золотыми. Тем, где он нападал на друзей и семью без малейших эмоций. Тем, в которых по сравнению с ним Дарт Вейдер выглядел милосердным.               Он берет эту протянутую черную руку, и вся надежда изгнана из его тела и разума. Он бросается на темную сторону, потому что у него больше нет другой цели.               И галактика горит.               **               Он делает паузу в своем яростном нападении, когда отсекает руку своего отца, и император смеется от удовольствия.               Он смотрит на свою собственную механическую руку и слушается, когда император приказывает ему убить своего отца.               Он так и делает. А потом убивает Палпатина.               Он — самый темный лорд в истории галактики.              **               Он неустанно преследует свою сестру, ибо у него не может быть соперника.               Пиетт и Хэн пытаются бороться за нее и ее детей. Он безжалостно рассекает их, и ее неистовое горе и гнев обрушиваются на него в Силе. Она отталкивает его и снова доказывает, почему он должен от нее избавиться.               Он поднимает свой световой меч, бросая взгляд на подвесную люльку позади нее.               А его сестра готовится дорого продать свою жизнь.              Люк проснулся, весь в поту и рыдая от ужасного раскаяния. Он согнулся над коленями и зарыдал, закрыв лицо руками.               Потому что, что, если он действительно упадет? Что, если он отвернется от всех этих людей, которые его любили?..               — Люк... в чем дело?               Его отец почувствовал его беспокойство, хотя его и не было на Леди.               — Кошмар, — отозвался он.               Вздох в Силе.               — О, сын мой… Хотел бы я заставить тебя мне поверить. Ты — лучший из нас. Ты не падешь.               — Но ты НЕ МОЖЕШЬ этого знать.               — ...нет.               Люк почувствовал приближение другого присутствия и выпутался из простыней. Его отец тоже это почувствовал.               — Поговори с ней. Знай, что я тебя люблю.               — Спасибо, отец.               Лея вошла, не звоня на пад.               — Что, если бы я переодевался? — спросил ее Люк, стараясь говорить более легким тоном.               — Ты этого не делал, — сказала его сестра, закатывая глаза и протягивая ему кружку какао, благослови ее господь.               Она грациозно подошла к его дивану и улеглась на него, похлопав по подушке рядом с собой.               — Ты же знаешь, что я старше, — сказал ей Люк, все же повинуясь и устраиваясь рядом с ней. — Ты ужасно властная для младшей сестры.               Она улыбнулась и отхлебнула какао. — Я — принцесса и дипломат, Люк. Я научилась властности. Но, кроме того, я — твоя сестра, и я родилась с этим. Теперь. Перестань быть героем-джедаем и будь моим братом, который сражается с кошмарами, как и все мы.               Он сам сделал глоток, смакуя какао. Никто не готовил его так, как Лея. И Люку понравилось, что она добавила в него немного аксиланской приправы Пиетта. Это было так похоже на нее, но, в то же время, являлось ощутимым напоминанием о семье, которую она себе выбрала.               — Я чувствую, что ты, должно быть, не спишь каждую ночь, учитывая, о скольких из нас ты пытаешься заботиться, — сказал он, наклоняясь к ней.               — Иногда, — согласилась она. — Но я также вижу, как мы все исцеляемся. — Она легонько толкнула его локтем. — Поговори со мной, фермерский мальчик. Это снова было «ты — ситх»?       Она всегда знала.               — Хуже, — прошептал он.               — То, о чем ты мне никогда не рассказываешь? — спросила она, слегка озабоченно нахмурившись. — Я бы хотела, чтобы ты это сделал.               Это было слишком ужасно. Он был в ужасе, что она не сможет снова взглянуть на него — даже несмотря на то, что это был сон.               — Когда-нибудь, — сказал он ей, справляясь с ее разочарованием. — Помогает то, что прямо сейчас ты здесь, Лея. Но это... — он слегка вздрогнул.               Она не могла знать, что ему снилось, как он убил ее и ее детей. Она отвергла бы его.               — Я всегда буду тебя любить, — сказала она, кладя голову ему на плечо.               Люк надеялся, что она была права.