Студия
17 августа 2025 г., 13:31
Привычка рано вставать меня не подвела. Утренняя разминка-душ, кофе, пробежка по соцсетям, "звонок другу", то есть звукачам, звонок Тиллю... Тот ответил сразу, точно тоже сидел в сети.
Через час мы уже были в моей студии, договорившись попеть и поискать варианты до обеда. Во второй половине дня - ну это как карты лягут, или дальше студия, или... Тилль намекнул, что хотел бы отдохнуть вместе, я обещал подумать.
За пару часов мы перелопатили груду песен, практически все русские хиты от 70-х до наших времён, но с общей идеей была беда. Песни военных лет я наотрез трогать отказался, да и Тилль не настаивал, в рок-культуре плохо разбирался я, что-то иноземное на инглише нас не устраивало обеих. Шансон?
— Что ещё попробуем? — спросил я Тилля.
— Что-нибудь повеселее, дискотечное?
— Попсу?! — возмутился я — Она не зацепит.
— Малыш, а ты-то сам кто? Не рокер же. Забавно это слышать от попсовика.
— Ну, я не так выразился. Шаблонов я не хочу.
На всякий случай мы попробовали всё-таки спеть ещё пару песен из 90-х и нулевых. Получилось херово. То, что Тилль просто развлекался, я уже понял. Хорошо ещё, что я не стал собирать свою команду, решив, что им свистну попозже, когда дело дойдёт до конкретной записи. Ладно, посмотрим, возможно дальше, после отдыха, пойдёт лучше.
Или что? За меня уже всё, случайно не решили?
— Нет, ваши русские песни 70-х всё-таки притягательны. Вот, название хорошее — "Увезу тебя я в тундру". Включай давай. — взяв снова микрофон, Тилль сначала проглядел текст целиком, а затем запел за бегущей строкой, а точнее, начал подвывать, растягивая слова.
"Увезу тебя я в тундру
Увезу к седым снегам
Белой шкурою медвежьей
Брошу их к твоим ногам".
Твою мать! Что сама песенка была когда-то модной и считалась весёлой и забавной, я знал. Но что так ржачно будет слушать завывающего под неё Тилля — не ожидал.
— Вступай, давай. — кивнул мне Тилль перед припевом. Я включился, блин, сам заразившись его вполне искренним смехом. Припев мы спели на два голоса.
"Мы поедем, мы помчимся
На оленях утром ранним
И отчаянно ворвёмся
Прямо в снежную зарю.
Ты узнаешь, что напрасно
Называют Север Крайним
Ты увидишь, он бескрайний
Я тебе его дарю".
— Так, это отложим в сторону, если больше ничего не найдем стоящего. — Тилль тем временем снова методично просматривал список песен.
— И что следующее, "До свиданья, наш ласковый Миша"? — перелистнул сет я.
Тилль непонимающе на меня глянул.
— Малыш, своё отношение к большому спорту и Олимпиадам мы с группой и я лично уже высказали. Этого вполне достаточно.
Блин. Про то, что в музыкальном мире сложно было не споткнуться о клип "Раммштайн" "Stripped" и на основе чего он был вами сделан, я забыл. Как и о том, что в любой твоей био нашими журнашлюхами обязательно вворачивалось, что до Олимпиады-80 ты так и не доплыл.
— Понял. Да, извини, если тебе об этом неприятно вспоминать. Сама-то песня узнаваема. — ответил я.
— Малыш, приятно-неприятно оставим для секса, о'кей. Или ты хочешь "до свиданья, до новых встреч"? Не стоит: сгоришь. — последовал вполне серьёзный ответ. —Романтики хочешь — пожалуйста.
— Тилль, ты издеваешься? Более заезженной песни найти не мог?!
Теперь под руку Тиллю попались, кто бы сомневался, "Подмосковные вечера".
— А что? Парни мои не проникнутся сейчас, а то забавно бы было её спеть под металл. Но "Скорпионз" с Андерсом своими руладами нас давным давно опередили, и не только они.
— Не кощунствуй. — ответил я, пытаясь просмотреть другие файлы.
— Это я с тобой поспорю, дорогой. А монастырский хор, распевающий "что ж ты, милая, смотришь искоса" — это как? Ах, да, я забыл, что у вас к попу попадья прилагается, а не целибат. Так что, где там твой парик? Надевай и споём, зато всем понятно будет, кто у нас милая.
— Песня - лиричней некуда. И что, тебе нечего вспомнить про подобные вечера?
— Есть. - усмехнулся Тилль, — Поэтому кавера всерьёз на неё не будет. Для тебя спеть могу.
— Пой. - отозвался я. — Запишем для себя?
— Нет. И дублей точно не жди.
Эх, то, что банальнейший "хит для иностранцев советских времён" прозвучит так интимно и душевно, несмотря на немецкий акцент и неловкое местами произношение слов, было непривычно.
— Малыш, а мы делаем успехи. — подмигнул мне Тилль, допев и устало откинувшись на спинку стула, отложив микрофон. — Но, Яр, тайм-аут не повредит, чтобы горло промочить. Твои предложения?
— Да? - буркнул я, рассматривая очередной караоке-сет. — И на чём мы остановились? Перестань уже стебаться!
После сладкого ржания и коверканья слов уже больше десятка песен, а теперь и лирических страдашек ситуэйшен меня начинала слегка напрягать. Чует моя душа, что хоть до глубокой ночи тут сиди - мы так ничего и не подберём. С этой мыслью я захлопнул ноут.
— То есть, "прекрати, мне это нравится"? Хорошо, понял тебя. — потянулся ко мне Тилль, обхватив меня за шею и притянув к себе на колени. — Кофе глотнём и продолжим.
— Да не вопрос. Продолжим. Только не здесь. На фиг, поехали отсюда. — вывернулся из обнимашек я.
— В тундру?
— Да можно и в тундру, блять! Тундра тундрой, она далеко. Да и в актуальности политмомента про всякие там тундры и севера нам надо петь на английском. — огрызнулся я. — Всё равно ты дурака валяешь. А потом и "окурочек с красной помадой" актуальным станет, с твоими-то северными идеями?
— Ты же согласился на дуэт. А ты ни губы не красишь, ни ногти. Можно, конечно, с моим курящим коллегой поговорить, но он скорей "рукавицей мне даст по губам", чем подарит мне такой окурочек.
— Мы не на Севере. Да и фанаты нас не поймут, они далеки от этих песен! Им бы что-нибудь поближе.
— Но и не Подмосковье, мелкий. И на дворе весна, а не лето.
— Подмосковье? Ты всё-таки опять за своё? Ладно, уговорил, в область скатаем, раз тебе нужно разнообразие.
— Малыш, ты же ещё чем-то хотел меня развлечь? - эта искренняя полуулыбочка Линдеманна, сводящая с ума миллионы баб, а теперь предназначенная такому умному и продуманному мне, всё-таки завораживала. Эх, учиться мне и учиться, как охмурять аудиторию. Но сейчас охмурять я никого не собирался, скорей поглядеть на Тилля в нетипичной обстановке, раз уж нашла коса на камень.
— Ты же сам предложил отдохнуть и побыть вдвоём перед записью? Так поехали. В Москве покою нам не дадут, вон уже телефоны оборвали. Пообедаем где-то и поедем.
— Да. Только ты и я, и крыша над головой. Где поебаться можно всласть без свидетелей. — блеснул глазами Тилль. — Обед, кстати, необязателен, если ты из-за меня переживаешь.
По мне моментально пробежалась "волна". Афродизиак ты ёбаный, да что в тебе такого, что я снова возбуждён?
— Ладно, тогда нам пора сделать пару звонков. А то и меня и тебя наши сопровождающие утеряют.
— Согласен. Хотя своих я уже предупредил, что могу уехать с тобой на день-два. — ответил мне из кресла Тилль.
— Блять... Спасибо за внимание. — взялся за мобильник я.
