Мягко

Снова наступил вечер игр. Однако в этот раз на Пляже появились новые люди. Сакуры не было на Пляже, когда произошло посвящение, а это значит, что она их еще не видела. Но Чишия видел. Он наблюдал из толпы, как Шляпник произносил свою обычную речь, приветствуя новоприбывших в той же кричащей, напыщенной манере. Но, в отличие от остальных, эти двое не пили из ложного чувства товарищества. Их не прельщал свободный доступ к алкоголю или обещание выжить через подчинение. Они застыли посреди комнаты, чувствуя себя неловко, не в своей тарелке. Арису и Усаги. Их присутствие удивило его. Он не ожидал, что они появятся здесь. Но, с другой стороны, возможно, Сакуру привлекло то же самое - любопытство. И теперь, как и все остальные, они оказались в ловушке. Он предположил, что Сакура их еще не заметила. Она провела большую часть дня вдали от Пляжа, занимаясь Бог знает чем, и все еще игнорировала его. Она больше даже не скрывала этого. И честно? Он это заслужил. Он относился к ее прошлому, к тем частям ее души, которые все еще причиняли боль, как к загадке, которую нужно разгадать. Как к головоломке, а не к личности. Он не хотел этого. Не совсем. Но это не меняло того факта, что он это сделал. А теперь она практически вычеркнула его из своей жизни. Что, по логике вещей, не должно было его беспокоить. И все же он беспокоился. Думал о ней. Гадал, где она была, что делала, не вела ли себя безрассудно, потому что обычно она рассказывала ему все. Обычно она доверялась ему, как какому-нибудь психотерапевту. А теперь? Тишина. Это вызывало раздражение и было в новинку. Он ни о чем не жалел в жизни, но об этом? Да. Он сожалел. — Что не так? — Голос Куины вывел его из задумчивости. Она скользнула рядом с ним в переполненный вестибюль и, проследив за его взглядом, поднесла бокал к губам. — Мы были вместе несколько игр назад. — Пробормотал Чишия, все еще наблюдая за Арису и Усаги с другого конца комнаты. Они разговаривали — вероятно, об играх. Вероятно, о том, что скоро их разделят на отдельные группы. — С кем? — Куина прищурилась. — С ними? Он кивнул, и его губы изогнулись в чем-то, напоминающем ухмылку. — Да. Возможно, мы сможем их использовать. Бровь Куины слегка приподнялась, — Использовать их? — Они могли бы вписаться в наш план. — Как их зовут? — Парня — Арису, а девушку… — Он слегка наклонил голову, — Усаги, кажется. Куина приподняла бровь, узнав его, — Арису? Мы в одной группе. — Хорошо. — Руки Чишии оставались засунутыми в карманы. — Не спускай с него глаз. Я хочу посмотреть, будет ли он полезен. Она промурлыкала в ответ, уже ожидая такого ответа. Затем, помолчав, она искоса взглянула на него. - А где вообще Сакура? Ухмылка Чишии дрогнула, но его челюсть слегка сжалась. — Понятия не имею. — Его голос был спокоен. Слишком спокоен. Куина на это не купилась. — Вы двое обычно проводите время вместе перед игровыми вечерами. Он почти не отреагировал, просто опустил взгляд на листок бумаги в своей руке — его группа была назначена на эту ночь. Там было имя Сакуры. Его губы медленно изогнулись в ухмылке. — Ну, разве это не интересно? Куина прищурилась, — Что? Почему? — Потому что она все еще злится на меня. — Он выдохнул, склонив голову набок, — Так что будет забавно посмотреть, возьмет ли она, наконец, на себя ответственность за то, чтобы меня убили. Куина скрестила руки на груди. — Ты действительно думаешь, что она попытается убить тебя? Его непроницаемый взгляд метнулся к ней. Затем мягко, почти весело, — Я не знаю, Куина. — С его губ сорвался тихий смешок, но он не смог скрыть правды. — Она очень зла на меня. Несмотря на то, что он никак не мог знать, где она была в этот момент, он уже мог представить ее реакцию — она уставится на бумажку в своей руке, поняв, к какой группе ее отнесли, и издаст громкий, преувеличенный стон. Одна эта мысль заставила его усмехнуться. Не потому, что это было забавно, а потому, что он знал ее достаточно хорошо, чтобы представить себе это в полной мере. Это было действительно странно. Девушка, которую он знал так недолго, сумела оставить в нем неоспоримый след. Даже не прилагая усилий, она изменила его взгляд на многие вещи — просто своим существованием. Это выбило его из колеи, и он попытался скрыть своё состояние юмором. Куина бросила на него взгляд, лениво покручивая соломинку в зубах. — Я ухожу, — пробормотала она, отталкиваясь от стены. — Если я еще немного подожду, мне придется идти пешком в это проклятое место. — Она бросила на него многозначительный взгляд, прежде чем отвернуться. — Увидимся, когда я вернусь, да? Чишия просто кивнул. Она сделала несколько шагов, прежде чем остановиться и бросить последнее замечание через плечо: — Постарайся не позволить Сакуре убить тебя. — На ее губах играла ухмылка, — Я вроде как болела за то, что именно она сделает тебя более… человечным. И с этими словами она исчезла в толпе игроков, направлявшихся к своим машинам, оставив его стоять в тусклом свете Пляжного вестибюля. В любой другой день ее слова, возможно, рассмешили бы его. Но в их правдивости было что-то такое, что не вызывало ни малейшего веселья. С тихим вздохом он оттолкнулся от стены и направился к парковке, его острый взгляд скользил по рядам ожидающих машин, ища ее. Много времени на то, чтобы найти ее, не потребовалось. Нужная машина уже была в работе. Её фары ярко светили в темноте, а низкий рокот двигателя нарушал тишину. Она была внутри. Ждала его. Несмотря на то, что она ненавидела его, она все еще ждала. Это было сделано не по доброте душевной — он это прекрасно понимал. Скорее всего, причиной был дискомфорт от осознания того, что, если он не успеет на арену вовремя, его вполне могут убить на месте из-за просроченной визы. Или, что еще хуже, быть наказанным Шляпником за неподчинение его приказам участвовать в каждой игре. Усаживаясь на пассажирское сиденье, он бросил на нее быстрый взгляд, подтверждая, что за рулем действительно она. Она не обратила на него внимания. Ее руки крепко сжимали руль, костяшки пальцев были напряжены, взгляд прикован к темной дороге впереди. Тишина была оглушительной. — Ты не можешь игнорировать меня вечно, Сакура. Она даже глазом не моргнула, — Я могу попробовать. Он слегка наклонил голову, не впечатленный, — Кстати, Арису и Усаги здесь. Это привлекло ее внимание. Она запнулась всего на мгновение, моргая, крепче сжимая руль, — …Действительно? Часть ее хотела верить, что он лжет, просто пытаясь добиться от нее реакции. Но она знала, что это не так. Чишия не играл в подобные игры. Если он что-то и говорил, то только потому, что у этого была цель. — Я видел их в вестибюле, — спокойно продолжил он, прежде чем заколебаться. — Я думаю, они могли бы пригодиться для нашего плана. Она повернулась, чтобы посмотреть на него, и выражение ее лица изменилось. — Ты имеешь в виду… Он кивнул, — Ммм. Последовала пауза, прежде чем он добавил: — Срок действия визы Шляпника истекает через пару дней. Даже меньше. Это означает, что он должен отправиться на игру. И когда это случится… Я думаю, Агуни и боевики позаботятся о том, чтобы он не вернулся. Она заинтригованно приподняла бровь. — Так какой у нас план? Он резко вдохнул, его взгляд метнулся к светящимся вывескам впереди. — У меня пока нет всех подробностей, — признался он, — но Шляпник хранит все собранные карты в, очевидно, закрытом сейфе. Как только я разберусь с кодом… мы начнем с этого. Сакура прикусила нижнюю губу, размышляя, — А Усаги и Арису? Он пожал плечами, — Ты сказала, что они были хороши, не так ли? Куина в одной игре с Арису — она собирается понаблюдать за ним, посмотреть, стоит ли он чего-нибудь. — Стоит ли он чего-нибудь? — Скептически переспросила она. Он только ухмыльнулся, — Именно. Она пристально посмотрела на него, выражение ее лица стало суровым. — Ты же не планируешь использовать его, не так ли? — В ее голосе послышались предостерегающие нотки, — Подставить его под удар. Он небрежно покачал головой, — Нет, — просто сказал он, — Но если мы собираемся провернуть что-то подобное, нам нужно больше трех человек. Сакура вздохнула, крепче сжимая руль, — А как же я? — А что насчет тебя? — Это не просто какая-то изощренная проверка моей преданности Пляжу, не так ли? — Спросила она, понизив голос, — Это какая-то подстава, чтобы меня убили? Его губы изогнулись в легкой, довольной ухмылке. Он даже издал тихий смешок. — Почему ты так думаешь? Она искоса взглянула на него, не впечатленная, — Из-за всей той ерунды, которую ты несешь. О том, что люди полезны только до тех пор, пока они не перестают быть таковыми. А когда это не так, ты избавляешься от них. — Ее пальцы забарабанили по рулю. — Я не доверяю тебе, Чишия. Он просто невозмутимо кивнул. — Я бы тоже себе не доверял. Сакура прищурилась, сворачивая в переулок, тихий гул двигателя стих, когда ее взгляд остановился на возвышающемся впереди театре. Его яркие, бросающиеся в глаза огни пронзали ночную мглу, создавая резкий контраст с темными улицами, которые его окружали. Театр? Она резко выдохнула, вытащила ключи из замка зажигания и сунула их в карман. Чишия вышел следом за ней, его всегдашнее безразличие не было поколеблено этой странной обстановкой. И все же ее мысли были далеко. Она избегала его и знала это. Когда они впервые встретились, он даже не пытался скрыть своего презрения к эмоциональным связям — как здесь, так и в реальном мире. Он не был таким бездумным убийцей, как Нираги, но рассматривал отношения не более чем как временное удобство. Люди были инструментами, и когда срок их использования истекал, их выбрасывали. Это было жестоко, но Сакура поняла. Выживание здесь было не вопросом морали, а скорее математическим расчётом: решения, которые могли определить, кто останется в живых, а кто уйдёт. В реальном мире предательство коллеги ради повышения по службе считалось бы чудовищным, но в Пограничье? Смерть другого человека ради собственного спасения воспринималась как умная игра. Она не обижалась на Чишию за то, что он признал, что всегда выбирал сам — она ожидала этого. По правде говоря, она, скорее всего, поступила бы так же, хотя это было бы тяжелее для ее совести. Нет, что ее расстраивало, так это осознание того, что она всегда была для него не более чем загадкой. Каждый разговор, каждое мгновение, проведенное вместе, были для него просто еще одной загадкой, которую он должен был разгадать. Она по глупости поверила, что, возможно, она другая. Что, возможно, ей удалось преодолеть его безразличие, совсем немного. Но когда он хладнокровно заговорил о ее прошлом, о родителях, о вещах, которыми она не была готова поделиться, она осознала правду. — Театр? — Голос Чисии прервал ее размышления, вернув ее в реальность. Она медленно выдохнула, скрестив руки на груди, и посмотрела на светящуюся зеленую стрелку, указывающую им на вход. Мигающие огни над головой бросали разноцветные блики на ее кожу, прежде чем она вошла внутрь.

ИГРОКИ, ПОЖАЛУЙСТА, НАДЕНЬТЕ ОШЕЙНИКИ И ПРОЙДИТЕ В ЗАЛ.

Сакура поколебалась, но в конце концов потянулась за телефоном, наблюдая, как Чишия сделал то же самое. Экран засветился знакомым звоном, голос звучал холодно и отстраненно. В настоящее время зарегистрировано двенадцать участников. До окончания регистрации осталось пять минут. Чишия взял один из ошейников и задумчиво покрутил его в руках. — Ошейник? — Пробормотал он, слегка приподняв бровь. Сакура поколебалась, но все же прижала устройство к горлу. В тот момент, когда она услышала этот звук, по её спине пробежал холодок — словно металлический щелчок отозвался в её ушах. Было уже слишком поздно отступать. Чишия, как всегда, понаблюдал за ней, прежде чем надеть свой собственный. В выражении его лица не было страха, только веселье — как будто его больше интересовала механика ошейника, чем его последствия. — Что это за игра такая? — Пробормотала она себе под нос. Они продвигались вперёд, протискиваясь через вращающиеся двери, и спускались по узкой лестнице в коридор, который вёл к раздевалке. Десять других игроков уже были там, рассредоточившись по залу, и выражение их лиц варьировалось от напряженного ожидания до тихой скуки. Стены были выкрашены в темный, тревожный красный цвет, а золотая отделка дверных косяков призвана была подчеркнуть роскошь, но вместо этого придавала помещению искусственную зловещесть. Две люстры отбрасывали мерцающий золотистый свет с выкрашенного в черный цвет потолка, их тусклое сияние отбрасывало тени на черно-белую плитку в клетку. Сердце Сакуры сжалось. Что-то в этом было не так. Ее взгляд метнулся к двум игрокам, стоявшим в стороне от остальных. Они наблюдали за ней, перешептываясь и ухмыляясь между собой. У того, что пониже, были спутанные светлые волосы, которые падали ему на глаза, едва скрывая затаившийся в них огонек веселья. Он не был скрытным - его почти болезненно неприятный смех едва заглушился, когда его друг наклонился, чтобы прошептать что-то ему на ухо. Его одежда была изодрана в клочья: футболка с короткими рукавами, обтрепанная по краям, джинсовые шорты и поношенные синие кроссовки. Другой был выше, его темные, такие же растрепанные волосы частично скрывали проницательные карие глаза, в которых светилось что-то среднее между весельем и расчетливостью. Его ухмылка была менее очевидной, но более тревожной. На нем были свободные джинсы, обтрепавшиеся и потемневшие от износа, и темно-зеленая куртка, лениво перекинутая через плечо. Опытные игроки. Они не были Пляжниками, но сыграли достаточно игр, чтобы выжить. Достаточно долго, чтобы понять, что в Пограничье сила не всегда измеряется мускулами — она измеряется безжалостностью. Затем, без колебаний, высокий парень окинул Сакуру пристальным взглядом, его уверенность была почти осязаемой. Ухмыльнувшись, он шагнул вперед, излучая уверенность в себе. — Тебе, должно быть, холодно в одном этом, — заметил он, слегка усмехаясь, и оглянулся на своего друга, словно ожидая одобрения. — Хочешь взять мою куртку? Где-то в нормальном мире сегодня День Святого Валентина, не так ли? Сакура приподняла бровь, сдвинув солнцезащитные очки на макушку, прежде чем обменяться взглядом с Чишией, которая выглядел слегка удивленным. — Извините? Мальчик пожал плечами, его поведение было непринужденным, как будто его намерения были очевидны. — Я хочу, чтобы ты объединилась со мной, — спокойно сказал он. — Я и мой друг прошли уже семь игр. Мы в этом деле настоящие эксперты. Она чуть не фыркнула от дерзости этого предложения, но сохранила нейтральное выражение лица и на мгновение опустила взгляд, чтобы скрыть удивление. — Такая возможность выпадает раз в жизни, дорогая, — продолжил он, и его голос был полон дерзкого очарования. Затем, как будто только что заметив Чишию, его ухмылка стала шире, — Я уверен, что мы можем быть более полезны тебе, чем этот парень. Чишия приподнял бровь, но ничего не ответил — просто поднял руки в притворной капитуляции, позволяя Сакуре справиться с ситуацией. Она задумчиво промурлыкала, постукивая себя по щеке в притворном раздумье. — И что именно вы можете предложить? Он наклонил голову, явно довольный тем, что она ему подыгрывает. — Я прошел все игры самой высокой сложности, — сказал он, излучая уверенность. — Разве этого недостаточно? Теперь это привлекло ее внимание. Не потому, что она находила это впечатляющим, а потому, что это означало, что он предположительно мог выиграть десятку червей. Что касается пляжа, то эту карту пока никто не нашёл. Так что либо он говорил неправду, либо в карманах его поношенных джинсов была одна из немногих вещей, способных помочь Пляжу пережить этот кошмар. Чишия молчал, но Сакура могла сказать, что ему тоже было интересно. Просто он скрывал это лучше, чем она. Парень протянул руку, его улыбка стала шире, — Харуто. Приятно познакомиться. Она приняла её, слегка пожав. — Сакура, — ответила она, а затем, не теряя времени, перешла к делу: — Ты сказал, что выиграл самые крупные карты. Он кивнул, не переставая улыбаться, — Ага. Десятка пик, Десятка бубен… — А как насчет Десятки Червей? — Мягко перебила она. Что-то промелькнуло в его глазах — было ли это веселье? Вызов? — Это произвело на тебя впечатление? — Задумчиво произнес он, внимательно наблюдая за ее реакцией. Она бросила взгляд на Чишию, который понимающе встретила ее взгляд. — Считай, что я впечатлена. Этот момент был прерван голосом робота, объявившего Регистрация закрыта. Игра начинается прямо сейчас. Внимание всех игроков переключилось на экраны их телефонов.

ИГРА: ИСТИНА

СЛОЖНОСТЬ: ДЕВЯТКА ЧЕРВЕЙ

Сердце Сакуры сжалось. Девятка червей. Ее первая игра черв — и она, должно быть, была одной из самых сложных. Конечно. — Девятка червей… — Чишия повторил, почти смакуя слова, — Это будет весело. Она бросила на него быстрый взгляд, на что он только ухмыльнулся. Игроки, пожалуйста, выберите партнера и пройдите в одну из комнат. Правила будут объявлены через минуту. Сакура немедленно повернулась к Чишии, но затем заколебалась. Игра черв. Они не давали правил перед выбором партнеров, что, вероятно, означало, что игра каким-то образом столкнет их друг с другом. Или, что еще хуже, только одна пара выберется оттуда живой. Она сглотнула. Она была обречена. Прежде чем у нее появилась возможность рассмотреть остальных игроков, разделившихся на пары, кто-то резко схватил ее за плечо. У нее едва хватило времени осознать, что происходит, прежде чем ее дернули в сторону ближайшей комнаты слева. Дверь за ней захлопнулась с решительным лязгом, замок автоматически защелкнулся. Она резко обернулась. Харуто. Самодовольный, как всегда, он стоял там, словно только что спас ее, а не затащил в комнату без ее согласия. У нее скрутило живот. Где был Чишия? С кем ему пришлось объединиться? Харуто развел руками, как будто это было какое-то грандиозное событие. — Сегодня твой счастливый день, — объявил он, вальсируя вперед с преувеличенной легкостью. — Как я уже сказал, я мастер по всем мастям. Так что со мной ты будешь в безопасности, я обещаю. Что-то в его тоне говорило ей об обратном. Но времени размышлять об этом не было. Чишия был умен - он умел постоять за себя, особенно в игре черв. Ему было бы хорошо без нее. Сакура же, с другой стороны… она не была так уверена в себе. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и быстро окинула взглядом комнату. Хотя она была небольшой, в ней было достаточно места, чтобы они не оказались в ловушке друг у друга. Стены были чисто белого цвета. Слева стоял гримерный столик с зеркалом, обрамленным яркими лампочками. Справа стояли нетронутыми диван и журнальный столик. Затем в комнате раздался уже привычный механический голос, эхом отдаваясь от стен.

Правила: У игроков есть десять минут, чтобы рассказать о себе своему партнеру. Если игрок солжет, его ошейник взорвется, и он будет удален. По истечении десяти минут, если ни один из игроков не солгал, один из них будет выбран случайным образом. Его ошейник взорвется. Он будет исключён из числа участников. Раунд будет завершен.

Сакура почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. Так что, в общем-то,… у нее и этого эгоистичного идиота было десять минут, чтобы решить, кто заслуживает жизни. Она вспомнила свой разговор с Чишией всего несколько дней назад — их спор о том, стоит ли жертвовать другими ради выживания. Теперь это уже не было гипотетическим. Ее взгляд вернулся к экрану. Четкое условие: пройти все раунды и покинуть театр. Ее рука сжалась в кулак. Разве это не в стиле гейм-мастеров — не указывать, сколько всего раундов? Тот факт, что "раунды" были упомянуты вообще, означал, что это была не разовая ситуация. Учитывая сложность игры, можно было с уверенностью предположить, что несколько человек погибнут, прежде чем все закончится. А что самое худшее? Харуто был не из тех, кто жертвует собой ради девушки, с которой только что познакомился. Так что, если не произойдет чуда, у нее было ровно два варианта: 1. Надеяться, что шанс 50/50 будет в ее пользу и его ошейник взорвётся. 2. Найти другой выход. Пульс отдавался у нее в ушах.

Раунд первый: Начинайте.

ЗАМЕТКИ АВТОРА

ХОРОШО, вы ДОВОЛЬНЫ? Она в одной игре с Чишией. В общем, моя подруга придумала эту игру, когда мы пересматривали 2 сезон, и я подумала, что было бы забавно это использовать. Пересматривая 2-й сезон, я просто радуюсь, что могу написать об этом, честно говоря, я не могу дождаться, когда Сакура сыграет против Королей, Дам и Валетов. Я также рада внедрить свои собственные игры во второй этап, так как нам показали не так много игр фигурных карт, поэтому это будет очень весело! Кроме того, мне кажется, что Чишия - более заметный персонаж во 2-ом сезоне. Кроме того, в зависимости от того, будет ли Чишия в третьем сезоне, эта работа может закончиться в конце второго этапа, я не уверена. Очевидно, что я не смогу включить Сакуру в третий сезон, когда он выйдет, потому что тогда это не будет настоящий фанфик о Чишии. Но, возможно, я проявлю творческий подход, кто знает..<3