Кофейные эскизы

Ясный день, солнце светит ярко, даже, наверное, слишком, но, несмотря на это, теплее не становится. Воздух прохладен и свеж. Утром довольно холодно, а к вечеру особенно похолодает. Этот год, пожалуй, был довольно холодным. Для Бачиры прохладная и солнечная погода не была самой лучшей. Лучше пусть потеплеет немного. Но это всё же круче, чем дождливая и пасмурная погода. Температура воздуха невысокая, зато небо ясное. И солнце светит. Это довольно хорошо. Ноябрь — почти конец осени и начало зимы, поэтому погода дает о себе знать. Интересно, когда наконец-то пойдет снег? В это время воздух очень чистый, а разница температур между днём и ночью значительная. А дождь, на удивление, в последнее время идет только по выходным. Что ж, в любом случае снег будет гораздо лучше дождей. Но все равно холодно. Хорошо, что он дома, не у себя, конечно, но всё равно. Дом в два этажа, с двумя ванными комнатами и просторной кухней, куча свободных комнат, и плюс к этому — наличие большой гостиной. И, что удивительно, в нём жили всего лишь двое парней и Рюсей, что часто приходил к ним в гости. Чтобы подраться с Рином и поесть с их холодильника. Несмотря на то, что на улице было прохладно, в доме же было тепло. И так, кажется, было всегда, будь то осень или зима. А когда становилось жарко, включен кондиционер. Саэ довольно хорошо заботился о комфорте в доме. А Рин же действовал по принципу: если холодно — укутывался в одеяло, а если жарко — охлаждался под струями воды. Братья Итоши были одними из самых странных людей в жизни Мэгуру, кроме него самого, конечно, и их отношения нельзя было назвать хорошими. Саэ прямо говорил о Рине, что тот бестолковый. Возможно, это и было основной причиной их ссор. Свидетелем он, к счастью, не был. Но если кто-то пытался тронуть Рина, то тот мог выбирать себе место для могилы, если того не кремируют. В памяти всплыл эпизод из прошлого, когда Рин был ещё учеником старших классов, а Бачира только-только поступил в университет. Вроде второе сентября, если память не изменяет. Между Рином и учеником из параллельного класса возник конфликт, который перерос в драку. В результате которой младший Итоши получил перелом ребра. Начались разборки. Изначально планировалось вызвать родителей, но, поскольку они были в командировке, за дело взялся Саэ. Школа хотела спокойно поговорить с участниками и помочь им примириться. Ведь это была всего лишь «драка», а не избиение, и оба участника были виноваты. И не имело значения, что тот парень ударил Рина первым и довёл его до больницы. Однако Саэ не ограничился разговором. Он устроил настоящий разгром в кабинете директора и обрушился с оскорблениями на всех, начиная с директора, заканчивая охранником, мол, куда ты смотрел, когда моего брата избивали. Всё дошло до того, что родители того парня забрали его, видимо, опасаясь, что Саэ обратится в полицию. Но даже это не остановило старшего Итоши. По его мнению, он должен был сломать тому ребро, прежде чем уходить. Казалось, это ему кости переломали, даже Рина эта ситуация не так волновала. Короче говоря, Рина мог оскорблять только Саэ, и это никак не обсуждается. И даже Шидо нельзя было заходить слишком далеко, а то мало ли. Приходя к сегодняшнему дню, Бачира сидел на полу рядом с кроватью. В комнате был идеальный порядок, за исключением разбросанных тетрадей на письменном столе. Пол сиял чистотой, шторы казались только что повешенными, а ручки дверей выглядели так, будто их только что протёрли. На полках шкафа были аккуратно расставлены книги различных жанров. На первой полке стояли книги классической литературы, на второй — фантастические романы. Остальные полки были заполнены книгами ужасов и детективов, а также блокнотами. Ну и пару томов манги. Никто не знал, что он пишет в блокнотах, но Рин относился к ним как к драгоценному сокровищу. Хотя Мэгуру старался прочитать хотя бы один, за что его выгнали из дома. Короче говоря, благодаря Рину в комнате, да и в принципе во всем доме царила идеальная чистота, по крайней мере до тех пор, пока не приходил Бачира. Кровать, что полчаса назад была идеально выглажена, сейчас выглядела полностью разоренной. Одеялом он укрыл себя, подушка каким-то образом пропала, а матрас перевернут. Бачира рассказывал всё настолько красочно, так, будто Исаги позвал того замуж, а не предложил погулять с ним по музею, но, впрочем, для него это почти то же самое. Из-за своего энтузиазма он совершенно случайно разгромил кровать. Ну всего лишь кровать. Хотя, зная ненависть Рина к беспорядку, у того, наверное, инсульт скоро начнется. — Из-за тебя в моей комнате полный беспорядок. Ты можешь, когда разговариваешь, не разбрасывать мои вещи. Рин выглядел так, словно не спал неделями подряд, хотя, по его словам, он не спал всего три дня. Мэгуру уверен, что Рин либо всю ночь писал что-то в своём дневнике, либо играл в видеоигры, и Бачира искренне надеется, что у того нет бессонницы. Опять видеть болезненного Рина ему не хотелось. Он и так постоянно хмурый. Его и без того мрачное лицо сейчас выражало крайнее недовольство. Удивительно, что у него ещё не появились морщины, учитывая его постоянное выражение лица и вечного недосыпа. — У тебя всё сли-иишком чисто, даже плакаты не висят, из развлечений здесь только твоя плюшевая сова. Тебе самому не страшно здесь жить, надо устроить беспорядок, чтобы было хотя бы похоже, что здесь кто-то живет. — Лучше жить в чистоте, чем с постоянно разбросанными вещами. — Зану-ууда Внезапно резкий порыв ветра заставил шторы прийти в движение. Точно, в комнате был еще балкон, хотя огромные шторы и скрывали его от глаз, делая его присутствие незаметным. Это место было любимым для Рина. Здесь он ел, читал, смотрел фильмы и даже иногда спал, зимой он приносил обогреватель, а летом — вентилятор. Да, в отличие от всей другой части комнаты, балкон был украшен, и это было единственное, что радовало глаз в этом доме. — Закрой дверь балкона, холодно же становится. — Нет уж, здесь и так включен батарей на максимум, мы задохнемся. — Лучше уж задохнемся, чем умрëм от холода. — Лучше умереть от холода, чем задохнуться. — Ну уж нет, пусть будет холодно, зато есть чем дышать. Бачира смотрел на Рина как на настоящего предателя. А ведь совсем недавно они жаловались, что в последнее время на улицах слишком холодно, а сейчас. — Не смотри на меня так, что-то не нравится — тебя никто не держит. Ты даже того Йоичи послать не смог. — Эй, а это тут при чём? - Фыркнул Бачира. —Да и вообще, зачем мне его посылать? Он изначально не был ни в чём виноват. Это вы мне драму решили нагнать. — Да-да, и это всё вовсе не из-за того, что ты растаял, стоило тебе его увидеть. — Да мне все мысли будто ветром сдуло, стоило мне его увидеть... — Кстати... —Вновь начал Бачира, забыв про свою обиду. — Я не буду помогать тебе подбирать одежду. - Перебил его Итоши. — Да почему!? — Вы даже встречу не запланировали, слишком рано ты готовишься. — А что, если в последний день у меня не окажется подходящей одежды или она будет грязной? А если мои единственные приличные ботинки окажутся порванными? Это будет катастрофа, Ринчик, пожалуйста, помоги мне. Мы должны побыстрее подготовиться для этого дня, желательно начать прямо сейчас. Рин устало вздохнул, присев рядом на пол. Если его друг обсуждает это на полном серьезе, то он, пожалуй, повесится где-нибудь в ванне. Им обоим необходимо к врачу. Бачире — к психотерапевту, а Рину — к неврологу или сонологу. Ну и Саэ тоже прихватить, а то достал уже.

***

Едва часы пробили семь, как на улице воцарилось безмолвие. Фонари освещали дорогу, и, если не считать света в окнах домов, на улице было довольно многолюдно. С каждым днём темнело всё раньше, и он любил это больше, чем солнечный свет. Но идти вечером в полной темноте было довольно страшно. Хотя сейчас он и был дома, чувство тревоги не уходило, но на этот раз дело было не в темноте. — Ого, да наш Йоичи наконец-то не тормоз. — Боюсь, это была акция на один раз. Он метался по всей комнате как резаный, и, ей-богу, ему нужно успокоительное. Позвал-то он позвал, но как же страшно. Это будет их первая встреча за пределами кофейни, и если Йоичи поведет себя как-нибудь странно и глупо, то она же и будет их последней. Но это даже не так важно сейчас, ему надо написать Мэгуру и договориться о времени и месте, где они встретятся. — Исаги, успокойся, просто напиши ему и всё. — Нанасэ, наверное, уже битый час не мог его успокоить. Хотя такие советы в духе «просто напиши» его не успокаивают. — Сообщение, от которого зависит вся твоя жизнь. —А Чигири, в свою очередь, не упускал любой возможности постебать его. Пожалуй, их двоих стоит выпроводить из дома. Чигири, потому что бесит, а Нанасэ — за компанию. Хотя вообще он их и не приглашал, они с какого-то перепугу пришли без спроса. Двухкомнатная квартира, в которой он жил, была довольно хорошей, так еще и близко с его работой, поэтому здесь часто можно увидеть Курону, который часто заходит сюда после смены по абсолютно разным причинам: «Дождь идет, не одолжишь зонт?» или «Могу ли я переодеться у тебя?». Также часто здесь бывает Чигири, но уже приходит без объяснений, и Нанасэ, что изредка заходит к нему в гости повидаться, а иногда можно увидеть даже Кунигами, но тот в основном приходит только с разрешением. Внутри у него была небольшая кухня, соединенная с гостиной, спальня, ну и ванная комната, да и плюс к этому у него были хорошие соседи, в принципе ему не на что жаловаться, если, конечно, не считать свои собственные подделки в доме. Которые хоть и выглядели, по его мнению, странно, но без них дом будто пустой. В гостиной у него была луна, сделанная из глины, которую он не помнил, когда сделал, наверное, лет четыре назад, но на ней ни царапины, возможно, раньше. На двери в его комнате были приклеены бумажные бабочки разных размеров и цветов, какие-то синие, а некоторые фиолетовые, они были расположены по диагонали в левой стороне и сделаны им же летом после того, как он случайно раздавил бабочку рукой. Йоичи называл это своего рода извинением, хотя, наверное, это было совсем немного странно. Куча вязанных игрушек лежала на его кровати, а на стене скотчем приклеено бумажное солнышко. На полке у него тетради и учебники для учебы, и на всех них приклеены наклейки. И много чего еще, скорее всего, в будущем он пожалеет, что так всё испортил. Он и сейчас, конечно, жалеет, но убрать это всё рука не дотягивается. На стене у рабочего стола были приклеены кучу записок, на всех них он вёл записи о своем состоянии, допустим, десятого октября он опоздал на работу и уронил полку с шоколадом, зарплату ему не сократили, но убедительно попросили так больше не делать. Состояние: ужасное. Третьего ноября он получил подарок от родителей по почте, и досмотрел фильм, который ему предложил Чигири. Состояние: хорошее. А первого сентября написал тест на хороший балл, но по пути домой он опоздал на свой автобус, и ему пришлось шагать пешком. Состояние: нормальное. По мнению Чигири, эти записки хоть и выглядели странно, но были довольно полезными, так он сможет понять, как часто у него случаются счастливые дни и насколько часто происходит что-то плохое. В последнее время много хороших дней. Это хорошо. А еще у него висел самодельно сшитый котик, это так, к слову. — Короче, —начал Хема, — мы тебе, конечно, поможем, но ты для начала успокойся, раз уж ты решил его пригласить, будь уверенней. — Ага, а то ты что-то нервный весь такой, — прошептал Нейджиро. — Так давай я диктую, ты пиши. — Окей... Ну под диктовку не так страшно. Так ведь? — Ну для начала надо поздороваться. Напиши «привет». — Привет? — Ну да, а как ты обычно здороваешься? Пиши давай. — Хорошо... — Он медленно печатал каждую, будто боясь совершить ошибку. И даже неважно, что он просто здоровается. — Написал, мне скидывать? — Да, писать всё в одном сообщении будет не очень, напиши ему, пусть он зайдет в сеть. Ладно, в каком-то смысле Нанасэ был прав, называя его восьмиклассницей, что не может пообщаться с парнем, который ей нравится. Просто приветствие, ничего особенного, здесь нечего бояться. Он отправляет сообщение и молча ждет, в это же время Бачира оказывается в сети, сердце начинает колотиться, и потом звонок. Детская песенка начинает играть на всю комнату. Когда-нибудь Исаги поменяет рингтон, но явно не в этом месяце. Он с надеждой смотрит на Хему, но тот не понимает. «Он мне звонит», — тихо прошептал Йоичи, будто боясь, что их кто-то услышит. — Видимо, ему не нравится разговаривать в чате, - бросил Нейджиро. — Ответь, просто поговори с ним, если что-то пойдет не так, сбрось трубку и скажи, что интернет завис. Совет Чигири, хотя и казался грубым, но, пожалуй, выбора у него нет. Он поднимает трубку, и на мгновение полная тишина. — Алло? — Ах да, приветик, ты писал мне, я не очень люблю в чате общаться, ничего страшного, если я позвонил? — Нет, всё нормально... — Отлично, так о чем ты хотел поговорить? Он с надеждой смотрит на своих друзей, с надеждой, что они помогут ему, но Нанасэ лишь пожал плечами. Точно. Звонок ведь не на громкой связи. Они вообще ничего не слышат. — Ну, мы ведь собирались пойти с тобой на выставку? — А, ну да, ты что-то отменяешь, не сможешь прийти? Занят? — Нет, что ты, я хотел обсудить, когда мы сможем встретиться. Наступила тишина, и Чигири жестом что-то показывает, но Йоичи не понимает, что именно. — Ммм, как насчет пятницы в двенадцать? Ты сможешь? — Да, еще кое-что по поводу билетов. — А, да, я куплю нам билеты, не волнуйся. — Что?! Нет! — Наверное, он сказал это слишком эмоционально. Чигири недоуменно смотрит на него, а Бачира за трубкой, кажется, что-то бормочет. - Ну, я имею в виду, я же тебя пригласил, соответственно, я и плачу за тебя, просто можешь мне скинуть мне свои данные, чтобы я мог купить тебе билет. — Ты предлагаешь оплатить за меня? — Йоичи слышит усмешку в его голосе и чувствует, как уголки его губ невольно приподнимаются в ответной улыбке. — Окей, постой, я сейчас тебе напишу, это всё, что ты хотел мне сказать? Он желает продолжить беседу, но Чигири, вероятно, не станет ждать так долго, да и время, уже позднее. — Ну да, пожалуй, это всё, тогда прощаемся? Бачира, находящийся по ту сторону телефона, на кого-то прошипел, но затем его голос становится спокойным, и он говорит: «Да, давай встретимся в пятницу». В трубке раздались короткие гудки, и он понял, что остался один на линии. Чигири подошел к нему вплотную, он знал, что тот спросит, поэтому заранее кивнул. — Ну всё! — Хема по-детски похлопал руками, а затем продолжил: - Нам остается только выбор одежды. Но это будет легко, мы тебе поможем. — Мы поможем? А с чем ему помогать? — негодовал Нанасэ. Чигири ткнул Нанасэ под бок, на что тот недовольно фыркнул. — Ну мы же должны помочь ему с одеждой и с волосами, желательно тоже. Теперь уже очередь Исаги негодовать. — Зачем мне помощь с одеждой? Я уже выбрал что надену... Чигири, кажется, уже пятый раз за день выглядит недовольным. А сейчас ведь только час дня. И как у него только морщины не повылазили. — Думаешь, я позволю тебе пойти на твое первое свидание в своих отвратительных вещах? Ты еще скажи, что волосы укладывать не собирался. — Это не свидание. — Прошептал Йоичи, теребя пальцами. К свиданию он еще морально не готов. — Короче, завтра мы идем в магазин купить тебе одежду, надо одеться красиво, но не слишком формально, можно рубашку с высоким воротником и джинсы, звучит обычно, но, думаю, будет выглядеть славно, или черную водолазку с цепочкой какой-нибудь, ну или можно подобрать образ под пальто, или все же деловой стиль. Ох, еще надо сделать что-нибудь с твоими волосами — А что не так с моими волосами? — Может, уложить твою челку шторкой или прицепить заколку. — Знаешь, каждый раз, когда ты затрагиваешь эту тему, у меня появляются ощущения, будто я выгляжу слишком отвратно. — Ну не то, что бы... Чигири крутит пальцами кончики волос, пытаясь как-то подобрать слова, а Нанасэ будто вообще отпал от реальности. — Я бы не сказал, что ты выглядишь отвратно, но твоя проблема в том, что ты всегда одеваешься одинаково, допустим, когда на выпускной тебе сказали одеться по-деловому, ты напялил на себя школьную рубашку и синие джинсы. — Это было давно. — Ну или когда тебя попросили легко одеться на пикник около леса с кучей зарослей, ты оделся в деловую рубашку и галстук, так еще волосы уложил. А это, между прочим, было совсем недавно. — Кстати, да, я помню... — неловко произнес Йоичи, попутно пряча лицо руками. Да уж, это был позор. Он тогда порвал почти все джинсы, а рубашка испачкалась настолько, что ее потом никаким средством не удалось отмыть. Так еще мемом стал на долгое время. Какой ужас. — Поэтому я хочу, чтобы на твоем первом свидании ты выглядел прекрасно. — Это не свидание! — заныл Исаги. — Свидание. — отметил Нейджиро. — Это не важно, потому что теперь за твою одежду и укладку отвечаю я, — торжественно объявил Хема. Возможно, Чигири был прав. Он не имел ни единого понятия, как ему следует одеться. Он планировал надеть толстовку, ну и в принципе всё, больше он об этом не думал. Вероятно, ему и вправду стоит прислушаться к совету Хемы. Но сейчас ему надо выгнать этих двоих из дома и поспать. На телефон приходит сообщение, от которого он невольно улыбается. — Что там? — Ничего такого. Теперь он знает, что старше Мэгуру на четыре месяца. Хоть что-то хорошее.

***

Капли дождя начали интенсивно бить по асфальту, совсем новые ботинки, казалось, портились с каждым разом, стоило ему наступить хоть на малейшую лужу. Они договорились встретиться в двенадцать часов дня, но сейчас, когда на часах еле стукнуло одиннадцать, он торопился к музею и почему-то боялся опоздать. Рин убедительно попросил его не идти за два часа до встречи, чтобы в случае, если будет слишком жарко, не вспотеть, но сейчас дождь капал на только уложенные волосы, превращая их в гнездо. Ему стоило укрыться где-нибудь, вроде около музея было довольно много магазинчиков, там он нормально уложит волосы, все равно час еще до их встречи. Белоснежный кардиган, кажется, и бежевая футболка, кажется, начинают прилипать к телу, а несколько невидимок, кажется, падают с волос. Можно было бы пойти домой, но он потратил слишком много времени, чтобы дойти до отсюда, если он сейчас пойдет домой за новой одеждой и зонтом, то не успеет подойти вовремя, надо зайти куда-нибудь и высушить вещи, а по возможности купить зонт или дождевик. И почему в такой день пошел дождь. Ну и ну, и как он исправит это недоразумение в виде промокших волос и одежды? Черт возьми, как же он ненавидит дожди. Он почти дошел до этого гребаного музея, там рядом должно быть хоть одно место, где можно укрыться, ну или уборная, он должен привести себя в порядок, и, возможно, так он будет выглядеть лучше, а может, он выглядит не так уж и плохо... И ей-богу, он берет свои слова обратно и затыкает свой рот. В своих глазах он выглядел как отвратительный, грязный, мокрый таракан. А Йоичи — как прекрасный ангел, он стоял посреди дороги. Одной рукой он держал зонт, а другой теребил пальцами бант рубашки, волосы. Мягкие волны его волос были уложены, но при этом создавая эффект легкой растрёпанности. Свободные пряди обрамляли лицо, подчеркивая его мягкие черты лица и мечтательный взгляд. Казалось, он о чем-то мечтал. Классические черные штаны, казалось, были идеально выглаженными, несмотря на сильный дождь. На нём была рубашка из тончайшего льняного полотна белоснежного цвета, будто сотканная из лунного света. Высокий воротник был слегка расстёгнут, обнажая краешек шеи, а у шеи был завязан белоснежный бант из мягкого шёлка. Бант казался таким хрупким и нежным, но в то же время по сравнению с его шеей казался огромным. Хотелось прикоснуться к нему, чтобы убедиться, что он настоящий. Эта рубашка с бантом делала его таким уязвимым и прекрасным, что сердце начинало биться чаще. От вида Йоичи он ощущает себя той самой страшной подружкой. Стоп, как он вообще здесь оказался, если еще час остался? Надо уходить. А надо ли уходить? Можно ли оставлять его? Это как-то не очень, но он выглядит слишком ужасно, чтобы появляться перед его глазами. Да и как он объяснит, что пришел на час раньше положенного, хотя, если так подумать, Исаги тоже, видимо, вышел заранее, причем первее него. — И все же надо уйти, — пронеслось у него в голове. И даже если оставлять Йоичи так под дождем было неправильно, но выглядел он сейчас откровенно отвратительно. Возможно, стоит переждать где-нибудь этот час. Удар молний вывел его из размышлений. Капли дождя стали интенсивнее. По телу прошлись мурашки. Ужасно. Он поднимает взгляд, собираясь посмотреть на Йоичи еще раз, но, к сожалению или к счастью, тот уже смотрит на него. Ой... Кажется, на его лице промелькнуло удивление, или это была брезгливость? Насколько сильно его одежда промокла, а волосы растрепались? Парень с ангельской внешностью, а точнее, Йоичи, стремительным шагом подходит к нему, через секунду над головой. «Надо уйти», — подумал он, чувствуя нарастающее беспокойство. Оставлять того одного было неправильно, да и выглядел тот сейчас отвратительно. Возможно, лучше переждать этот час где-нибудь подальше отсюда... Или подождать поблизости, незаметно наблюдая за происходящим? Его размышления прервал звук шагов вблизи. Сердце тревожно забилось. Взгляд Йоичи задерживается на грязной обуви, мокрой одежде и усталом выражении лица, стоящего напротив. — Ты... почему ты здесь? — выдавил наконец Йоичи, пытаясь скрыть замешательство. Бачира поднял глаза, тушь для глаз, кажется, растеклась по лицу. — А ты почему? — ответил он тихо. — Мы вообще договорились встретиться чуть позже, я думал прийти чуть пораньше, но, видимо, ты пришел первым. Ты долго стоишь? Почему не позвонил? Йоичи ненадолго растерялся, подбирая слова. — Я тоже пришел относительно недавно — Казалось они в любой момент готовы были убежать Но отступать было поздно. Улица наполнилась внезапным шумом машин и прохожих, отвлекающих внимание. Парень нервно потер ладони и глубоко вздохнул. — Прости, я думал... — начал он неуверенно, осматриваясь вокруг. И вдруг, словно вспомнив что-то важное, резко выпрямился и решительно двинулся вперёд, накрыв его зонтом. — Подержи, — сказал он коротко, бросив быстрый взгляд на небо, он сел на колено, перебирая руками шнурок его ботинок. Бачира вдруг заметил, что шнурки у него предательски развязались. Руки того аккуратно, словно с невидимой тревогой, теребили веревку. И капли дождя, что уже начали пробираться сквозь лак, и укладка, еще недавно казавшаяся идеальной, теперь медленно, прядь за прядью, сдавалась, превращаясь в небрежное гнездо. Мэгуру невольно подался вперед, закрывая Йоичи зонтом, и вот он снова оказывается под холодным моросящим дождем. Тело невольно покрылось мурашками. — Я же говорил тебе держать зонт, а не укрывать меня, заболеешь еще, — Йоичи осторожно поднимается, встряхивая волосы. Вот теперь они оба с гнездом на голове. Зато теперь они вместе выглядят взъерошенными. — Идем, — Бачира хватает его за руку, таща его в сторону музея. Прибыв к месту встречи раньше, они решили не ждать снаружи и сразу зайти. Дверь подалась легко, и его тут же окутало приятное тепло. Йоичи, словно заряженный энергией, уже торопился к кассе с билетами в руках. Он же, привыкший к подобным местам, скользнул взглядом по знакомому интерьеру: приглушенный свет, мягкие кресла, причудливые статуэтки. Но глаза Йоичи... В них отражалось неподдельное удивление, как будто он впервые видел что-то подобное. Хотя, скорее всего, он и вправду ни разу не был в музеях. Миленько. Они проходят дальше в сторону Бачира толкает Йоичи в спину заталкивая того внутрь. — Что ж, как насчет того, чтобы я побыл твоим экскурсоводом? Он крепко сжал руку Йоичи, большим пальцем поглаживая его ладонь. От этого простого жеста лицо Йоичи мгновенно залилось краской, и он лишь робко кивнул в ответ. Удовлетворенный, Бачира, не теряя времени, быстрым шагом повёл смущённого парня вглубь здания. Внутри царила почти библиотечная тишина, нарушаемая лишь приглушенным голосом экскурсовода и редкими щелчками камер. И чем дальше они шли, тем тише становилось. Статуи, казалось, прожигали посетителей взглядом, отчего по коже невольно пробегали мурашки. Он рассматривал висящие полотна, и лишь некоторые из них были ему знакомы. Каждая картина была выполнена в своей манере:одна в стиле реализма, а предыдущая — в геометрическом стиле. Но ни один автор ему не знаком. — Смотри Бачира ткнул пальцем вверх, в сторону картины, которая едва виднелась всех остальных. Там, были нарисованы деревья? Йоичи недоуменно смотрит на нее, пытаясь разобрать, что в ней особенного: деревья как деревья, ничего интересного. — Сосны, — подсказывает Мэгуру. — На этом полотне запечатлены японские сосны, окутанные дымкой. Художник пользуется техникой штриховки тушью в различных оттенка. Некоторые сосны частично выступают из тумана, а другие теряются вдали, словно растворяясь в нём, как призраки какие-то. Но если приглядеться, в правом верхнем углу картины может быть изображение горного пика на фоне. Но это не точно. — Ого, на самом деле я понял только что, что здесь деревья нарисованы. Ты много об этом знаешь. Последние слова он едва слышно выдавил. —Ааа, нуу, ха-ха, конечно я, признаться, обожаю такое. Вот, смотри! —голосзвучит странно, но Бачира жестом привлек его внимание к фотографии в рамке, висевшей слева, — должно быть, фото писателя или художника. Но внимание Исаги тут же переключилось на другое: вокруг них, теснясь, возвышались огромные, внушающие трепет статуи. Их было даже больше, чем картин, и это ощущение подавляло. Как он мог вообще из не заметить когда зашел? — Вот, взгляни, это фотография Рюноске Акутагавы. Наверняка ты слышал о нём. Я, признаться, не очень люблю читать, но Рину очень нравится его произведение «В чаще». Кстати, о нём... Будто разбудив его от раздумий, Йоичи ткнул Бачиру под бок, заставив того удивленно вскинуть брови. — Давай уйдем отсюда. — Что, почему? Если тебе не нравится Рюноске, то я могу про другого рассказать, вот смотри, там картина... — Не в этом дело просто, — он слегка замешкался, думая, стоит ли вообще говорить. — Понимаешь, здесь как-то не очень. Какое-то время Мэгуру выглядел совершенно растерянным, словно не понимал, о чём идет речь. Но вдруг словно что-то встало на свои места. - А, ты про эти статуи... Ну да, они огромные, и правда немного жутко, словно до потолка достают. — Он задумчиво прикусил губу, будто взвешивая варианты. — Знаешь, почему я привёл нас именно сюда? Йоичи отрицательно покачал головой. — Я уже бывал здесь несколько раз, обычно сюда приходит меньше всего человек, соответственно, и охрана это место не сильно-то и проверяет, поэтому можешь делать всё, что хочешь. — Все что хочешь? — Ну не всё, конечно, здесь есть камеры, но как насчет того, чтобы побегать? — Но разве здесь можно бегать? — Конечно, нельзя, но мы же не экспонаты ломаем, просто чуть-чуть повеселимся. Йоичи смотрел на него с подозрением, и казалось, что его лицо ясно говорило само за себя «нет». — Брось, — Бачира взъерошивает его волосы и с иронией говорит: — А ведь у тебя была такая красивая причёска, а теперь всё в беспорядке. Заплети хотя бы. — Я не умею, — смущённо признался Исаги, нервно перебирая пальцами. Бачира, казалось, услышал что-то нереальное. На минуту он застыл, пытаясь переработать информацию. Его лицо выражало такое удивление, что на минуту Йоичи показалось, что он сказал что-то не то. — Прости, прости, просто ты так ловко делаешь кофе, вот я и подумал, что и волосы ты плести умеешь. — Как вообще умение делать кофе связано с волосами? — Ммм, не знаю, я просто думал, что ты мастер на все руки, если кофе делать можешь, то и волосы плести умеешь, и вязать, и готовить. — Чушь какая-то, хотя шить и готовить я всё же умею, но это не из-за того, что я делаю кофе. — Ха-ха, хорошо, но если серьезно, тебе нужно научиться подчеркивать их красоту. Они у тебя невероятно мягкие, а при ярком свете переливаются синими оттенками... Потрясающие волосы, не то что мои после окрашивания, они вообще как солома. — Он замялся. — На самом деле я думаю, что твои волосы тоже очень красивые, — Йоичи запустил пальцы в его волосы, слегка взъерошив их, будто повторяя за Мэгуру- Но знаешь, я всё равно не буду бегать с тобой по музею, вдруг нас еще выгонят отсюда. — Ну и ну, какой ты зануда... —Бачира тянет, но он звучит скорее с иронией, чем с реальной обидой. —Тогда... на второй этаж? — Если там что-то интересное? — Да! Более того, там даже лучше, чем здесь. Там можно найти множество предметов, принадлежавших писателям и художникам. И даже статуй нет. —Что бы ты знал я не против статуй, просто эти в десять раз больше нас. —Йоичи протягивает свою руку, будто приглашая Мэгуру куда-то, тот лишь хватает его ладонь и неспешно шагает сзади, и неважно, что он единственный знает дорогу. Йоичи слегка наклонился и что-то прошептал ему на ухо, а Мэгуру лишь слегка сжал его руку в ответ.

***

Мало кто знает, но на стене второго этажа есть отверстие, появившееся из-за двух школьников, которые два года назад каким-то волшебным образом разрушили стену, после чего пришлось звать их родителей. Сейчас там висит портрет, на которой изображены двое влюблённых, странный, не вписывающийся, но зато закрывает, дыру. Проходящие мимо парни попытались повторить момент с картины, обнявшись и смущённо смеясь. Затем один из них сказал, нежно перебирая волосы другого: «Странно, да? Она как-то… не вписывается?». Судя по их словам, они собираются повторить множество поз с картин.