Мандаринка

      Неделя вышла довольно насыщенной событиями.       Чонгуку нравилась прежняя школа. Там учителя закрывали глаза на прогулы, на невыполненное домашнее задание и не капали на мозги за плохую успеваемость. Получение хорошего образования не было главной целью в жизни, больше волновало наличие жрачки в холодильнике и коммунальные платежи. Поэтому он забил на учёбу (причём это не мешало переходить из одного класса в другой каждый год) и подрабатывал периодически, чтобы втайне от отца были свои карманные деньги. К тому же сам господин Тэхён живёт же спокойно уже лет двадцать без иксов и игреков, задач на расстояние и генетику, без прочтения произведений корейских классиков перед сном и — ох, какая дерзость — без зазубривания дат по эпохе Чосон. И ничего, всё охрененно.       Однако такова позиция Чонгука, и она явно разнится с мнением господина Тэхёна. Его решения словно говорят «будешь учиться до взблёва, навёрстывать упущенное». Ведь мужчина не только поселил в своём особняке, купил всё необходимое, но и перевёл в школу для богатеньких деточек. Аргументировал это тем, что там умеют держать рот на замке, происходящее внутри не выходит за пределы здания. Более того, уровень подготовки к экзаменам действительно высокий по факту, не только на словах. Значит, спуску не дадут. Результаты входного теста удручающие — двадцать три балла из ста, поэтому Чонгук теперь ещё записан и в онлайн-школу на дополнительные занятия и языковые курсы.       Просыпаться в шесть утра тяжело, особенно когда из-за волнения заснул только в третьем часу ночи. Чонгук принимает душ, пытаясь быстрее проснуться, сушит волосы феном. Обычно школьную форму игнорировал, сейчас подобное не прокатит, поэтому нехотя всё-таки надевает её. Оставляет три верхние пуговицы белой рубашки расстёгнутыми, галстук расслабляет, чтобы небрежно болтался. Тёмно-синие брюки и пиджак педантично отпарены Сокджином-щи, сидят идеально. В качестве сменной обуви выбирает новые белые конверсы. Одно из двух: либо впишется в местный колорит, если на правила в школе слегка забили, либо отмажется «сорян, по привычке утром собирался, исправлюсь».       Спустя полчаса спускается на первый этаж, на кухню. По плану завтрак хлопьями с молоком. Около плиты хозяйничают Хосок-щи и Сокджин-щи, за столом сидит господин Тэхён. Мужчина отрывает взгляд от телефона, спокойно поясняет, разглядывая его внешний вид: — Хосок будет присматривать за тобой, как я и говорил ранее. В том числе будет отвозить тебя до школы и забирать. Если планы меняются, сообщай об этом. Он должен быть в курсе твоего расписания. — Хорошо.       Сокджин-щи ставит в центр стола тарелку с хлопьями и ланч-бокс с едой. — Это твой обед, малыш, — и подмигивает. В интонации отсутствуют издёвка или подтрунивание. Видимо, этот старший просто хочет называть его так. Вполне безобидно.       Чонгук благодарит и приступает к завтраку. Времени в запасе не очень много осталось.       В машине усердно делает занятой вид, копаясь в телефоне, лишь бы с ним не заговорили ни о чём. Листает бесконечную ленту инстаграма, читает все новости за неделю. Спустя где-то полчаса Хосок-щи останавливается на школьной парковке и бросает напоследок: — Удачи. Если что, звони. — Ага.       Чонгук выпрыгивает из салона, оборачивается вслед отъезжающей машине и тяжело вздыхает. За поездку искусал губы, но так и не смог выдавить из себя простое «спасибо». Слишком много на него вывалили заботы и внимания за одно утро. Так чертовски непривычно это всё ощущать.       Со всех сторон стекаются ученики в такой же школьной форме. Чонгук плавно вливается в общий поток и оглядывается по сторонам: территория школы огорожена забором, краска на лавочках яркая и не облезлая, ровно пострижен газон, цветочные клумбы высажены аккуратно. Красиво, ухоженно. Здесь поддерживается чистота и порядок. Даже мелкота из началки ничего не портит, не пакостит. Удивительно.       Переодевает обувь, складывает уличную в обувной мешок. Оглядывается вокруг, пытается вспомнить, какие коридоры куда ведут. Был тут лишь единожды, плохо ориентируется. Решает идти наугад, стараясь не выглядеть потерянным оленёнком. Тем не менее всё равно привлекает взгляды. В целом вроде вписывается — форму тут действительно носят, но нет надобности застёгивать рубашку под самое горло и носить лакированные туфли. Более того, у кого-то можно заметить тату, пирсинг или крашенные в яркие цвета волосы. Это радует. Похоже, здешние правила будут душить не так сильно, как Чонгук думал.       Внезапно сталкивается взглядом с парнем, который стоит в центре коридора и пялится. Чонгук приподнимает вопросительно левую бровь, идёт навстречу. — Ты Ким Чонгук? — дружелюбно интересуется парень, поправив круглые очки.       Чонгук мысленно запинается за услышанное, но не показывает, насколько удивлён. Господин Тэхён дал свою фамилию и поменял документы? — Да. — Я Пак Чимин. Староста нашего класса. Привет, — улыбается мило, излучая зашкаливающий уровень дружелюбия. — Ага, — бросает Чонгук с интонацией не слишком радостной, но и не слишком грубой для первого знакомства.       Паренёк продолжает щебетать без умолку, ведя по коридорам. Показывает шкафчик, в котором Чонгук планирует хранить исключительное ничего, разве что обед и сменку. Рассказывает про вкусные обеды в столовой, космические цены на снеки из вендинговых автоматов и потрясающий спортзал. Учителя по большей части адекватные, задают умеренное количество домашки, одинарные парты и стулья довольно удобные, жопа не квадратная после нескольких уроков. Правила, касающиеся внешнего вида и пользования телефоном на занятиях действительно достаточно свободные.       И самое важное: классы в этой школе похоже на мини-океаны. В каждом есть киты, планктон, акулы, рыбы и крабы. «Киты» — самые богатые детки в классе, любят регулярно использовать «планктон» по его прямому назначению. «Акулы» не могут тягаться с «китами», поэтому терпеливо ждут, когда статусу и репутации тех настанет каюк, чтобы сожрать. Не трогают «планктон», поскольку он не входит в их рацион, однако «рыбы» входят. По умолчанию никто не трогает чужую «добычу», а это значит, что помощи ждать неоткуда. Чимин советует постараться стать «крабом» — эти ребята сами по себе, не входят в основные пищевые цепочки. — Всё понял? — уточняет, остановившись за пару шагов от двери в учительскую. — Примерно, — отвечает Чонгук. — Могу только пожелать удачи. Добро пожаловать.

***

      Чонгук устало вваливается в свою комнату, бросает рюкзак на стул, переодевается в домашнюю одежду и аккуратно вешает форму на вешалку-плечики.       День прошёл стандартно. Классный руководитель представил классу нового ученика, посадил за парту позади Чимина. На перемене от одноклассников посыпались вопросы, которые Чонгук проигнорировал напрочь. Попросил не лезть в его жизнь, и тогда все смогут сосуществовать мирно, не нарушая сложившейся экосистемы. По глазам некоторых прочитал «интересный экземпляр, хорошая заявочка», однако никаких претензий никто не высказал в течение всего дня. Пока изучал окружающую обстановку, она изучала в ответ, главная игра начнётся с завтрашнего дня. Вариантов развития событий несколько. Первый — попытаются завлечь на одну из сторон, второй — рискнут сразу прогнуть, третий — решат использовать и потом наебать. Вероятнее всего, начнут «киты», затем эстафету примут «акулы». После чего Чонгук станет «добычей» или же «крабом», сохранив нейтралитет и автономию.       Это всё случится завтра. А сейчас есть два часа, чтобы принять душ, поесть и немного отдохнуть, потому как после начинаются допы в онлайн-школе. Входной тест выявил серьёзный пробел в знаниях, и это действительно оказалось таковым: сегодня на уроках математики, физики и химии Чонгук не вдуплял происходящее совсем.       После шести часов курсов и домашки голова откровенно гудит. С репетитором становится гораздо понятнее, о чём рассказывается в учебниках, но домашка ощущается тягомотиной, заучивание формул и определений терминов — той ещё пыткой. И вот это вот всё его ждёт ближайшие несколько месяцев? Спа-си-те. Как и говорил Чимин, учителя не жестят: по факту заданий немного, просто кто-то проебал несколько лет учёбы и сейчас придётся нагонять. Господин Тэхён выбора не предоставил. Сказал «будешь, так надо», и Чонгук действительно будет. Даже не зная толком этого мужчину, при редких коротких встречах чувствует, насколько характер у того стальной, несгибаемый. Такая персона оставляет неизгладимое впечатление, особенно если с подобным не сталкивался прежде. А Чонгук не. И понимает суть негласного контракта: теперь все дороги открыты, возможностей море, но в обмен на это иногда будет ограничена личная свобода. В общем-то, весьма маленькая плата за всё, что теперь имеет.       Наспех перекусывает на ночь закусками из холодильника, потом принимает душ и плюхается в кровать. Устал сильно, но мысли плавно выстраивают маршрут к темам, которые не дают покоя.       Господин Тэхён определённо важный и занятой человек, дел по горло, за няньку в определённом роде оставил Хосока-щи. Чонгука накормят, отвезут куда надо, купят всё необходимое. Нужно быть благодарным за крышу над головой и хорошее отношение, ведь могло быть куда хуже. Наверное, нагло просить больше, но всё равно хочется внимания господина Тэхёна. Хотя бы чуточку больше, чем есть. Чтобы хотя бы немного понять реальное отношение к себе и причину, по которой ни с того ни с сего привели в этот дом. Господин Тэхён явно не подбирает с улиц всех встретившихся ему “котят” и не притаскивает их в особняк. Чонгук не один такой попавший в сложную ситуацию. В бедных районах каждая семья по сути неблагополучная. С чего-то же Чонгук стал исключением. Также по-прежнему непонятно, почему его оставили тут, почему заботятся, почему не используют никак, ведь долг по-прежнему не погашен. Зачем это всё, и в качестве кого тут проживает? Что с ним будет дальше? Столько всего хочется спросить, но Чонгук стесняется лишний раз на глаза попасться. Хосок-щи ответов не даёт, ведь в голову своего начальника залезть не может, о чём и сказал прямо. Сокджин-хён увиливает от ответов или говорит загадками. Юнги-хён в принципе редко настроен на душевные разговоры, лезть с расспросами к нему Чонгук опасается.       По коридору второго этажа раздаются шаги. Чонгук прислушивается и, когда распознаёт их, накрывается одеялом, якобы спит уже. Даже не знает, зачем так делает. Наверное, во избежание неловкости. Откровенно не знает, как себя вести перед этим человеком. Слышится стук в дверь. Не услышав ответа, господин Тэхён заходит без спроса и подходит к кровати. Молча поправляет одеяло и тихо выходит.       Чонгук открывает глаза, поворачивается, смотрит на закрытую дверь. Сердце колотится, щёки теплеют, а в груди по какой-то непонятной причине зарождается радость.