Echoes

      Неделя выдалась тихой и монотонной. Дела накопились, их мы и разгребали. Ежедневные общественные, с привлечением звёзд, что за добро и справедливость боролись, ну и ачивки себе собирали: в субботнике поучаствовал; коллеге по цеху помог; дело благое свершил. Суки, примазывались, на хайпе рейтинг себе поднимали. Каждую рожу такую расхерачить хотелось о стену, но моя… моя, бля, пиарщица, от восторга разве что не визжала. Лишь потому хайпожоров не трогал, только взглядом мог позволить себе расчленить, а Хло и сама новых лиц привлекала, резонанс сумев сгенерировать.       А вот поджоги стихийные на нет сходить не хотели, хоть деятельность по их погашению велась совсем не хуёвая. Я чувствовал себя минимум воином света, но взаправду на происходящее вне стен нашего с Хлоэ дома было до такой степени похер, что самому даже не по себе слегоньца становилось от своего похуизма. То магазин полыхнёт; то контора какая дырявая; на аптеку, или чё-то там с фармацевтикой связано, вроде бы покушались — не вникал и вникать не хотел, разумеется.       На каждом эпизоде — прямые зацепки, что к некому культу вели, как Кларенс сказал. Он усердно копал и рыскал, не только инфу, что добыть удалось ушлой шавке с флешками, но и явки-пароли тех самых блядей, что на дно залегали, как только очередной пиздец в городе завершали. Там чисто сработано было — не подкопаться, потому и творилось всё мракобесие. А где полицаи отсиживались? Да хер их всех знает. Почему поймать не могли? Тут уж тоже вопрос. Наш собственный коп рассуждал, что дегенератов было немало. Что, хоть подозреваемых всего группа одна, — по факту реально в десяток раз больше. Но у всех неизменным оставалось одно — рандомная надпись, неподалёку оставленная, с моим именем в связке. «Шейд нам показал, как защищать, если другие не могут»; «Шейд нас научил стоять за близких»; «Шейд спас свою женщину — мы спасём мир»; и прочая, прочая тупость.       По городу — почти паника, но всё ещё контролируемая. Протесты, пикеты, «Save us» — даже запущен флешмоб был с фотками, в соцсетях размещённых, у пожарных частей и гидрантов с водой. Я ржал, что на слабое место правительству смог указать, потому как теперь за безопасность пеклись, а конторы проверки проходили без фикции. Хлоэ с моего инстаграма фотки такие лайкала и в сториз репостила, а я с этого натурально бесился, но перечить не смел. Как минимум — контракт был подписан, как максимум… она расцветала. Сияла, как солнечный свет в жаркий полдень, когда эти движухи сплотили народ.       Плюс, рейтинги группы до неба взлетели. На таком пьедестале стоять было круто, а билеты на концерты на ближайший тур — практически сразу солд аут, с первых часов продаж. Мои ребзя, если честно, в неописуемом восторге не пребывали, ибо лезть в дерьмо: «глядите, мы правильные», было мерзко. Но бабки не пахли. А мне и вовсе были нужны, хоть и клоуном себя на весь лям процентов прочувствовал.       Вот с этими мыслями я в коридоре больнички сидел, бездумно новости на экране айфона листая. В голове — тишина, впервые за долгое время. Я как девка хуёвская нервничал, стопой ритм зарождающейся песни в башке отбивал. Хотелось ебануть нечто, куда раньше бы не завело ни при каких обстоятельствах, — политика, прецеденты с системой, борьба против всякой херни, но стопорился. Такое фанатам зайти не могло, да и правительство бы на корню задушило, хоть музыка с текстом вверх пёрли, как прожорливый танк. И да, я хуй знает, почему танк, и с хера какого вдруг он прожорливый. Каша в башке помогала немного отвлечься.       — Вы с мисс Бёрнс? — вдруг голос из мыслей за глотку рванул прямо наверх.       — Я, — подобрался резко, будто как-то серьёзно.       «Я с мисс Бёрнс». Бля, ну как же это всё же кайфово звучит…       — Пройдёмте, мы закончили обследования. Мисс Бёрнс просила Вас пригласить.       В кабинете тихонько отсчитывали время часы. Та самая ебаная секундная стрелка делала: щёлк-щёлк-щёлк… И Хлоэ ногтями о папку с заключениями, в такт ей отбивала: цок-цок-цок… А это даже не бесило. Было данностью. Когда с Хло рядом уселся, док заговорил, а я внимательно принялся слушать: назначили гору обследований, кучу анализов, попросили от стрессов беречь, опекать. Мисс Бёрнс дулась, глаза картинно закатывала, чуть что — отмахнуться пыталась, юлить… что даже я разозлился, на этот раз её саму обвинив в похуизме. А мне было не похуй, потому сам всем занялся: записи сразу, по больницам маршрут проложил. Рекомендации взял и заверил, что будем им следовать.

❛━━━━━━━ ♬ ━━━━━━━❜

      А вот сегодня Хло сказала, чтобы на вечер ничего не планировал. Я посмеялся лишь только, что и так о планах моих всех она всегда в курсе, на что кошка моя лишь плечами невинно пожала. Уточнила, мол: «мало ли», и тему свернула. Значения я не придал: идеи её фонтанировали — Хлоэ в последнее время забав находила разных на вечер целую уйму: бывали даже настолки, по городу звала прогуляться. В телек пялились тоже или сидели банально в кафе. Период свиданок, ей-богу. Но я… кайфовал. Хоть раньше и думал, что заставить меня зад от койки оторвать — просто анбеливбл. А с ней… всё будто в новинку. Всё интересно. И до кома, в горле собирающегося, когда просто смотрел на неё, идущую за руку рядом, до мурашек по позвоночнику, — хорошо.       Около четырёх часов Хлоэ от ноута, где очередные задачи решала, оторвалась. Меня ноготочком царапнула.       — А? — играючи я протянул, в угол дивана запулив телефон. Носом по шее манкой провёл и слегоньца прикусил.       — Ше-е-ейд, — строго сказала, будто не сама внимание моё привлекла.       А потом фыркнула. Макбук на журнальный столик отставила.       На лопатки меня повалила и сверху уселась.       — Кошка, — вмиг севшим голосом я прохрипел. Голодным взглядом к груди, конечно же, сокрытой халатиком с кружевом, проскользил.       — По-быстрому? — ехидно глазами сверкнула.       И в водоворот поцелуя втянула. Подушечками пальцев провела по шее игриво, ладошкой заскользила по груди, путешествие у труселей завершая.       — «Эй» сказала, «Би» говори, — рыкнул я недовольно и руку её под ткань упрямо направил.       — А может, у меня немного другие планы, — прищурившись, хрипло спросила.       — Не… важно, — возмущённо выдал.       — А может, я не руками хотела, — на ухо шепнула и, подавшись немного назад, плотнее прижалась.       — Две лишние тряпки… — чуть не завыл. Таз приподнял, через двое трусов к ней толкнувшись.       — Тебе привыкать рвать на мне бельё? — бровь вздёрнув, спросила.       — В последний раз, когда я так сделал, ты мне не дала, — обиженно хмыкнул. — Хоть я и предупреждал, чтобы ты не одевалась… кто, бля, виноват?       — Это был Agent Provocateur! — на выдохе возмущённом произнесла.       — Это была тряпка, которая помешала мне тебя отыметь, — плечами пожал.       Выдохнула шумно и глаза прикрыла. Потом, будто про себя до десяти досчитала, улыбку обольстительную нацепив, ответила ласково:       — Если честно, плевать, — и с места принялась подниматься.       — Кошка?!       За запястье поймал, разочарованно и взволнованно одновременно на неё глядя.       — Если это месть, то херовая… — почти проскулил.       — Помолчи, — тихо сказала, указательный палец приставив к моим губам. — Не слушаешь меня. Сказала же: руками не хочу… и классики тоже. Сиди и смотри. И не двигайся.       Поясок на халате своём развязала. Ткань к стопам стекла водопадом. Я шумно сглотнул, Хлоэ любуясь. Просто картина. Икона. Никак не иначе. И всё ведь при ней: грудь — прекрасная, талия — выточенная, а какие бёдра… Два пальца, чертовка, в рот погрузила, а когда вынула, по себе повела. Шеи коснулась, к соску проскользила… ниже по животику плоскому… и к кромке трусов добралась.       — Хлоэ… — надломленным голосом выдавил.       — По-мол-чи, — улыбнувшись ехидно, пропела.       Отвернулась. Резинку с волос сорвала, и они по лопаткам рассыпались. Ну что, бля, за вид… Ладонями талию очертила и за край ткани, последней на теле, схватившись, замерла. Я еле сдержался, чтобы не кинуться к ней, вот клянусь! А Хло, будто выдержку мою проверяя, мягко рассмеялась. Вновь повернулась. Трусики медленно стянула и, вопреки ожиданиям, прямо в лицо мне их кинула.       — Блядь, если я сдохну, то счастливым, — всё же сказал.       Хлоэ ко мне подошла. Боксеры требовательно вниз потащила. Я же за талию её к себе собирался привлечь, но она головой категорично мотнула. И, опустившись на колени передо мной, дыханием низ живота обожгла.       — Хло… — голос сорвался.       Я линии роста волос её нежно коснулся. Несмело пальцами лишь слегка основание локонов сжал.       Другую с силой бы дёрнул. И сделал бы так, чтобы от ритма, мной заданного, задыхалась. Читай, тупо трахал бы в рот. А тут… осторожничал.       Впервые… сама. Да и вообще, она мне — впервые.       Ноготочками бережно как-то по всей длине провела, а потом поцелуем легонько головки коснулась.       На выдохе замер, потом — тяжело задышал, а Хлоэ скользнула губами, касаясь едва. Дразнилась, чертовка… языком мучительно нежно вела.       Стон с моих губ сорвался невольно. Будто током прошибло! Я даже дёрнулся, чуть не подался вперёд, но всё же сдержался. Усилий это стоило…       — Кошка, мать твою… — тихо взмолился.       Свободной рукой вцепился в диван. Так, что костяшки совсем побелели.       Она взгляд на меня метнула… да такой, что именно мне кислород перекрыла. Нахер пропал, в серых омутах потонув — на спасение без шансов. А потом, улыбнувшись невинно, губами сомкнулась, сдавила… глазами дальше прожигая. Будто реакцию проверить хотела. Но какая, нахер, реакция?! В этот момент я в Бога уверовал, и душу прямо на месте ему чуть не отдал.       Хлоэ двигалась медленно, словно нарочно, в ритме таком, что наизнанку меня выворачивало. То замедлится, то глубоко вберёт и замрёт… и я взвыть был готов. Разораться — от счастья. А ещё всё же дёрнуть за волосы, впиться в затылок, заставить ускориться. Но она будто издеваться продолжала — нарочно.       — Ещё чуть-чуть… и я, клянусь, сорвусь… — сипло предупредил.       В ответ Хло вроде бы усмехнулась. Языком провела так, что искры из глаз фейерверком посыпались; я в голос простонал, и только тогда моя кошка ускорилась.       За край. За грань. В другую, блядь, Вселенную.       Я вскинулся, за волосы её всё-таки ухватил, но не жёстко, — держал, как будто боялся спугнуть. Она же наоборот… глубже пошла, будто ждала, когда перестану сдерживаться.       — Блядь, — выдохнул, от напряжения вздрогнув, и голову к спинке откинул. — Кошка… если продолжишь… кончу прям так.       Хлоэ чуть отстранилась, прервавшись на миг, и улыбнулась ехидно. Сердце моё в аккурат в члене, готовом взорваться, бешено застучало. Хотел было промямлить: «Кошка», но и звука не вышло.       — В этом-то и смысл, Шейд, — наконец она прошептала.       И к занятию своему увлечённо вернулась. Не дала выдохнуть, и вдохнуть я не смог, так и остался на грани жизни и смерти.       Я не выдерживал.       Вены на руках от напряжения разрывались, пальцы уже самостоятельно, бесконтрольно совсем, в волосах её истерично сжимались, а ноги судорогой болючей сводило. Хлоэ двигалась всё увереннее, всё глубже вбирала, будто каждый выдохнутый стон её подстёгивал.       — Хло… я… сейчас… — голос дрогнул. Сорвался. И я даже не понял, было сказанное предупреждением или мольбой.       Она ещё сильнее прижалась, ускорилась, и я почувствовал… ещё миг, и взорвусь. И взорвался.       Выдох рваный. Отчаянный полустон-полувсхлип, с губ слетающий… и голова откинута назад.       Я не просто утонул: растворился в ощущении, будто из тела вышибли душу. Будто я сдох, и всё остальное было лишь эфемерно. Будто со стороны смотрел… Меня нахуй не было.       Хлоэ до конца держала, до последней капли. Губами не отпускала, пока я сам, дрожью пробитый, не рухнул на спинку дивана.       Ещё пару десятков секунд я был овощем, вот как есть. Дыхание поверхностное, хриплое. Сердце колотилось в истерике, лоб холодным потом покрылся. А она, чертовка, поднялась, волосы поправила, словно не имела никакого к этому всему отношения. Словно не она только что моей нервной системе и телу апокалипсис устроила.       — Ну? — ехидно спросила, бровь изогнув.       Я рукой лицо закрыл, другой, дрожащей отчаянно, к ней потянулся.       — Ты меня, бля, прикончишь однажды, кошка…       Хлоэ прильнула и лишь рассмеялась тихо на ухо. Уголок моих губ поцеловала и томно прошептала:       — Значит, всё правильно делаю.       Охуеть.       Слишком покладистая. Ваще на неё не похоже.       После недлительного секс-марафона с заходом ещё в пару раз наконец Хлоэ в душ меня потащила. После — как всегда намазюкалась всякой фигнёй и меня собираться отправила.       — Так чё, кошка, куда мы сегодня? — лениво спросил, когда кудри она почти докрутила.       Я уже одетый стоял и смотрел на неё: только в нижнем белье, босая, с пятки на носок грациозно переступала и что-то тихонечко пела под нос, умело плойкой орудуя.       — О, нет, — поморщилась Хло, когда взглядом по мне пробежалась. — Нет-нет-нет, ты в этом не пойдёшь.       — Чё? — удивлённо я выдал и себя осмотрел. — Чё не так вдруг?       — Всё так, просто… не в этом, — спокойно сказала.       Кудряшку поправила и, плойку оставив, меня за собой потащила. В гардеробную силой почти затолкнула. С вешалки изумрудного цвета платье сняла. Шустро втиснулась, ко мне спиной повернулась. Тоном ласковым, не командным, пролепетала:       — Застегни, Шейд, — и невинно так улыбнулась.       Наряд был не просто сногсшибательным, он был роскошным. Платье дорогущее, хоть других у Хлоэ и не имелось, но это было определённо с подтекстом. Вечернее. Обязывающее.       — Ебануться, — удивлённо я выдохнул. — Мы чё, в Англию к Королеве летим?       — Ну… по важности схоже, — неопределённо плечами пожала.       — Хло, чё происходит? — нахмурившись, уточнил.       — Футболку свою снимай, — назидательно попросила. — И…       Нырнула за створку и из-за дверцы достала белоснежную рубашку. Будто даже виновато вздохнув, мне её протянула.       — Надевай, — мягко, но от этого не менее требовательно, сказала.       Я замер. Завис. На инородную вещь посмотрел удивлённо.       — Какая мне…

・・・ ∞ ・・・

      — А ты наденешь белоснежную рубашку, — успокаивающе тянула Хлоэ, по голове меня гладя. Говорила уверенно, будто знала, что это взаправду случится.       — А ты? — нервно хохотнул. — И какая мне, к чёрту, рубашка, кошка?

・・・ ∞ ・・・

      Обрыв. Белый лист.       Я нахмурился, извилины напряг.       «Какаямнекчёртурубашка»… Мы что-то обсуждали до этого. Долго. И после — тоже обсуждали. Но… что?       — Хлоэ, — удивлённо выдохнул и протяжным взглядом вперился. — Не поверишь…       — А? — удивлённо ресницами захлопав, спросила.       — Охереть, — сильнее брови сведя к переносице, выдал. — Бля.       Реально усилия приложил, почти что физические, пытаясь вспомнить. Даже виски пальцами стиснул. Замолк.       — Шейд? — произнесла настороженно.       — Кошка, прикинь, — заикнулся, но рот тут же прикрыл. Отмазался тупо: — Рубашку, наверное, дай бог, чтоб в жизни раз хоть пять надевал. В начальной школе, наверное, последний раз…       Взглядом протяжным меня просканировала.       Хмыкнул. Из рук её тряпку забрал и уверенно влез в рукава. Хлоэ, словно робко совсем, подошла и за пуговицы на манжетах принялась как-то трепетно.       Бля. Было же что-то. В лоб спросить? Ну а вдруг обидится, если скажу, что не помню? Вдруг важное что для неё, что я обещал. Вот только что? Предложение сделать? Да не, даже в мыслях звучало бредово! С хера бы мы это вот прям так обсуждали? Ну и не стала же бы она меня как клоуна наряжать, чтобы я кольцо в коробке с собой притащил. Спонтанность там всякая, романтика херова… нежданчик. Сюрприз! Или… стала бы?       — Зря, — равнодушно Хлоэ плечом хрупким дёрнула. — Тебе, типа, идёт.       Я ухмыльнулся. В серых радужках любопытство мелькнуло, с волнением вместе замешенное. И нечто похожее на… на чёрт его знает, на что. Настороженность? Опаска? Да не…       — Поддержка, — вслух я резюмировал.       — Чего? — удивилась Хло.       — Ничего, — махнул рукой.       — О чём ты? — выдохнула тихо.       По ощущениям, как чего-то боялась, ну… остерегалась уж точно. Нетипично кроткая, тихая. Вообще не язвила и ядом не брызгала.       — Мы говорили об этом, — несмело сказал. — Про рубашку.       Хлоэ кивнула. Легонько нахмурилась.       — Говорили.       — Бля, а я не помню, прикинь, — нервно я хохотнул. — Уверен был, что каждая секунда заучена, а это… я тогда в дерьмину был, да?       — Да, — плечами пожала.       — А ты нет, — констатировал.       — Именно, — вновь плечами пожав, воротник мне поправила. — Но это ничего не меняет.       — Хло, ты только скажи, я не обещал тебе предложение в этом делать? А то дерьмово получится, что я без кольца, — по-дурацки усмехнулся. — Чё я делать-то должен в этом… обличие?       — Не обещал, — тихо хихикнула и от темы хитро увела: — И вообще, тебе постараться надо будет, чтобы я не смогла сказать «нет»! И уж точно последнее, на что я посмотрю, — это в чём ты одет.       — Нихуя заявочки, — ошарашено выдал, на уловку её клюнув.       — Думал, так просто тебе на шею повешусь? — игриво глазами стрельнула. — Ну нет уж… и так с тобой живу. А уж предложение…       — Не продолжай, — я перебил. — С десяток раз чуть замуж не позвал уже, но…       — Что «но»? — нахмурилась сильно.       — Но я и сам хотел поставить тебя в такое положение, чтобы ты уж наверняка не смогла сказать «нет», — ехидно я подмигнул и за талию хрупкую её обхватил. Носом в причёску зарылся. — Давай мы не будем это обсуждать, а то выглядит, как нечто спланированное, а я так не хочу. Живём и кайфуем. А замуж… ты всё равно за меня выйдешь.       Хлоэ сказать было что-то хотела, но я не позволил, к себе развернул и в глаза посмотрел ей внимательно:       — Ты всё равно за меня выйдешь, кошка. Это не вопрос. И это будет… скоро.       Хло лишь шумно сглотнула. Отстранённо кивнула, даже не попыталась поспорить, что я и подметил. Что-то точно не так.       Телефон её звякнул, к нему тут же кинулась. Ответив, что-то в трубку промямлила, и сразу — суета и спешка. Занервничала. Забегала. А я наблюдал, как румяна шустро наносит, причитая:       — Такси приехало, а я ещё не готова! — почти что завыла.       Рванула за туфлями, клатч искать принялась.       — Вот знала же, что всё время потратим, но нет, поддалась, — обречённо шипела. — Опоздаем…       — И похер, — удивлённо я произнёс. — Мы на очередное пиар-шоу? На съёмки? Куда?       — Не скажу, — как-то зло огрызнулась.       Палантин откуда-то из ящика выхватила, мне в руки пихнула. На шпильки высоченные влезла, косичку, в кудрявый хвост заправленную, распушила. Сумку схватила и, в моё запястье вцепившись, к выходу рванула, меня за собой потащив.       На самом пороге замерла. Одёрнула.       — Пообещай мне, что не будешь вести себя как скотина, — протяжно глядя в глаза, попросила.       — Кошка, чё происходит? — нахмурился. — Я ведь, бля, никуда не поеду сейчас.       И на самом деле ощетинился. Назад отступил и руки на груди скрестил недовольно. Ну что за секреты?       — Ты за идиота меня держишь? Это не похоже на свидание, не-а, — брови сведя к переносице, выдал. — Мне это не нравится, Хлоэ. Слишком…       — Пожалуйста, — мягко сказала она, навстречу шагнув. Ладонь на лицо мне уложила и щёку огладила. — Ради меня, сегодня не спорь. Просто… поехали.       — Какого хрена? — губу я поджал. — Вот сколько угодно готов делать всё, что ты скажешь, но это… не нравится. Ты суетная. Сказал бы я тебе в другой ситуации то же самое, пиздячек бы выписала, мол, как посмел тебе так хамить, — глаза закатил раздражённо. — Даже, скорее всего, буквально. Так чё происходит?       Хлоэ вздохнула и отступила. Устало на пуфик присела. Взгляд отведя, протянула:       — Шейд, я больше двух месяцев делала всё, чтобы сегодняшний вечер случился… я просто прошу. Не буду ультиматумов ставить, хотя могла бы. Не буду заставлять, угрожать, что без этого замуж не выйду, — она усмехнулась. — Мне важно, чтобы ты, не задавая вопросов, поехал. Вот просто доверился. И не вёл себя, как умеешь, а ты так и захочешь… Я прошу. Просто прошу.       Ахуел я порядочно. На неё засмотрелся: мелко, едва заметно, дрожала. Потерянная будто. Но и сдаваться так просто не собирался. Это чё за приколы?       — Кошка. Давай так. Ты рассказываешь, чё происходит, — начал я было.       — Не рассказываю, — упрямо сказала. Уверенно с места поднялась: — Если я поеду одна, ты…       Рукой махнула. Клатч в хрупких пальцах зажала, нос вздёрнула и к двери сделала шаг.       За запястье поймал. К себе притянул и на макушке поцелуй протяжный оставил.       «Ты забыла духи», — чуть было не выпалил, но язык прикусил. — «И без них ахуительно пахнешь, но всё же…»       Блядь. Блядь, блядь, блядь. Идея, что в голову пришла, казалась совершенно безумной. Да и дохлым номером, скорей всего, была, но…       — Я себе так не доверяю, как тебе. Ситуация просто какая-то… хер его знает. Всё это странно, Хлоэ. Но… — честно сказал и выдохнул шумно. — Ты пиздец, какая упрямая. И я согласен ехать, чёрт подери. Вот только… сначала мы кое-куда зарулим.       — И тоже не скажешь, куда? — вздёрнув бровь, уточнила. — Да и времени нет.       — Куда мне надо — от дома близко, займёт пять минут. Серьёзно надо, — настойчиво я сказал.       Ладошку её приподнял, поцелуй невесомый на стороне тыльной оставил. Опять в глаза посмотрел, серьёзным, но тёплым взглядом.       — Поехали, — согласно кивнула, походу поняв, что времени больше на споры потратим, и мы вниз заспешили.