Echoes

      Вечером того же дня мы перебазировались уже к себе, хоть и вылезать из постели, где, кстати, после закрепления первой брачной ночи тупо отлёживались, вообще не хотелось, к тому же башка трещала нещадно, и всё же страх умереть голодной смертью был сильнее. Нет, доставку я, разумеется, предлагал заказать, но перспектива разлениться окончательно, остаться в кошкиной квартире и не переодеться — шмотки модные же все перевезла, о, ужас! — Хлоэ пугала даже больше, чем стоны голодного, подыхающего рядом с ебейшего похмелья мужа.       Муж. Ахуеть.       Я Хлоэ перед входом в квартиру на руки подхватил и занёс в дом, как в лучших традициях после свадьбы, ведь не был уверен наверняка, что тогда, когда к ней мы причалили — я такое вообще исполнить мог при нашем, так скажем, не самом трезвом состоянии.       — Кошка, ты давай топай в душ, а я пока на перекур, — буднично сообщил, в щёку чмокнул и хотел было ретироваться, как Хлоэ путь мне преградила.       — От тебя реально воняет пепельницей, — изрекла с ехидной улыбкой, нос смешно сморщила и руки на груди картинно сложила.       — И чё? — уточнил обалдело.       — И… ничё, — беззаботно плечами пожала. — Просто помнишь, я вопросом задавалась, как от тебя пахнет, когда ты на битых полчаса уходишь. Так вот, — голос заговорщически понизила, — ну серьёзно воняет.       — Не начинай, — глаза закатив, предупредительно я протянул.              — И не думала, — хихикнула Хлоэ. — Меня не напрягает. Это… ты. И запах… даже пепельницей… родной.       Фыркнув смешно, шажок ко мне сделала, по лицу погладила и поцелуй короткий подарила.       — Иди давай в душ, — севшим голосом я произнёс.       Хло, как истинная кошка, взглядом стрельнула, а если бы хвост был — им бы тоже махнула, и в ванную, бёдрами плавно качая, устремилась.       А я… позависал ещё секунд так с десять, куртку скинул к ногам, берцы кое-как расшнуровал и за ней следом рванул.       Хлоэ перед зеркалом стояла уже обнажённая, дразняще наматывая локон на палец, и на поражение кокетливым взором стреляла.       — Кошка, чё за игры… — на ухо я просипел, вмиг спиной к животу прислонив, и талию хрупкую пальцами смял.       — Никаких игр, я тебя на перекур отпустила, — плечо вздёрнула, подставила к моим губам. — Ты сам какого-то чёрта сюда завалился.       Повернулась в объятиях, пальчики в волосы мои запустила и в поцелуй утянула не ласковый.       — Хлоэ, ты… — только и выдавил, судорожно ремень на джинсах расстёгивая.       — Не-а, через душ, — слегка поморщившись, ехидно хихикнула. — Догоняй!       И, из кольца рук моих выпутавшись, в ванную шустро нырнула. А потом из-за перегородки матовой выглянула и заговорщически пропела:       — Ну… или можешь покурить сходить, это уж тебе виднее, — и сразу спряталась обратно.       — Бля, — сипло рассмеявшись, изрёк. — Не, ну если жёнушка моя, типа, напрашивается…       Вещи как попало скинул, за ней следом шагнул. Ехидно улыбаясь, Хлоэ пальчиком к себе поманила, а я, не в силах терпение своё на прочность испытывать, в стену вжал её с силой.       Шею лебединую прикусил с наслаждением, по изгибам красивым ладонью провёл, воду врубил горячее и, ножки её закинув на торс, без прелюдий, резко вошёл.       Хло от неожиданности чуть ли не всхлипнула, ногтями до боли в спину впилась, ладошкой вниз дёрнула, наверняка оставляя борозды.       Ухмыльнулся только на это. С наслаждением глубже, сильнее качнулся. Хлоэ, только тихонько стонавшая, закричала раскатисто.       — Люблю, когда ты так громко, — почти прорычал и носом повёл рядом с ушком.       Она же шепнула:       — Заткнись, — и с самозабвенной отдачей в очередной поцелуй утянула. Развязный и дикий.       Удобней ноги стройные устроил по бокам, к идеальной груди ладонью скользнул, обхватил, а из лёгких вырвался рык.       — С ума свела меня… — протянул, жадно вдалбливаясь.       Сама Хлоэ в наслаждении прикрыла глаза, отчаяннее впилась ноготочками в кожу, на каждом вдохе замирать начала. Чуть немного спустя ладошкой вверх повела, явно чтобы пальчиками мне в волосы зарыться, как часто делала, но рука на полпути замерла. Кольцом обручальным на плечо моё надавила.       — Удачно… — шепнула и снова на крик сорвалась, задрожав мелкой дрожью.       Самодовольно в губы пухлые я ухмыльнулся опять, притормозив, ей позволив оргазм каждой клеткой прочувствовать, но отпускать ещё не был готов.       — Удачно что, кошка? — спросил и, по виску поцелуем мазнув, сдвинул нас целиком под горячие струи.       Хло удивлённо глаза распахнула, навстречу мне подалась и сладко захныкала.       — Хорошо тебе в горячей воде, а? — уголки губ моих дрогнули вновь, и я снова тазом активно задвигал.       — Да, — выдохнула и инициативу перехватила с нескрываемым удовольствием.       Ножки свои напрягла и быстрее насаживаться на член принялась, до громких шлепков, что не заглушились даже шумом воды, о кафель и нас разбивающейся.       — Так что удачно, Хлоэ? — с ленцой переспросил и отступил от стены на полшага, кошку свою позади без опоры оставив.       — Мы грохнемся! — запротестовала, в шею мою вцепившись коготочками острыми.       — Да щас, — выпалил я возмущённо и крепче её обхватил. А потом ехидно так протянул: — Ты не ответила, кошка. Замуж удачно вышла?       — Чёрт тебя дери, да, — почти всхлипнула.       — Сама скажи, — нагло потребовал.       Пальцы между нами протиснул и за поглаживания по низу плоского животика принялся.       — Чт… — на полуслове запнулась, в объятиях моих опять задрожала.       В запястье моё остервенело вцепилась и ниже направила.       — Что замуж удачно вышла, — напомнил.       Без движения замер. Руку убрал. Ещё и Хлоэ так ухватил, чтобы пошевелиться вообще не смогла.       — Ты издеваешься? — выдохнула, в нетерпении заелозив на мне.       Я не ответил и крепче зажал, заполнив её максимально, но так, чтобы рыпнуться пробовать было просто бессмысленно.       — Скажи, — в глаза серьёзно кошке своей заглянув, повторил.       — Придурок! — вспыхнула тут же.       Ухмылка вышла слишком самодовольной, сдержать её я не смог.       — Ты — самый лучший муж на планете, и я рада, что за тебя замуж вышла, — фыркнула и снова захныкала: — Не издевайся…       — И любишь меня, да? — уже рассмеялся низко, гортанно, а ладонь с точёной талии к охуительно соблазнительной попке спустил и поглаживать её принялся с мазохистским наслаждением.       — Невыносимый… — шепнула. — Не любила бы — давно бы убила к чёртовой матери.       — Почти, — хмыкнул. Вновь, как каменный, замер.       — Мать твою… Шейд!       — Ага, туда её, — ехидно пропел, но двигаться не продолжил. Только языком скользнул по шее и снова прикусил нежную кожу, от горячей воды раскрасневшуюся.       — Пожалуйста, — всхлипнула, уже будто и правда готовая разреветься. Двигаться опять попыталась, хоть тщетно.       — Что «пожалуйста», Хлоэ? — с ленцой нарочитой я протянул.       — Я люблю тебя. Все чёртовы десять лет любила, — на выдохе почти устало прошептала. — И да, замуж вышла удачно, потому что за тебя. Пожалуйста, не… — наверняка «не беси» сказать хотела, но чудом сдержалась. — Шейд… Я остыну сейчас и всё!       — Сойдёт, — рассмеялся и снова раскачиваться принялся, но на этот раз издевательски медленно. — И как остынешь, так и заведёшься. Даже вот таким способом…       Глаза закатила, выдохнула шумно, неразличимое что-то шепнула — вроде «о, боже…», а потом с поцелуем горячим прильнула и… за губу укусила.       — Моя девочка, — довольно прорычал и опять в стену вжал, с кайфом теперь разгоняясь.       Что-то ещё недовольное фыркнуть пыталась, но почти моментально забылась, роняя протяжные, дли-и-инные стоны. Которые в крики переросли. Которые башку нахрен сорвали.       Стройные ноги меня сильнее обвили, что казалось, будто мы нахрен срослись.       — Кошка, — шепнул, когда подошёл к грани, на которой и Хло еле-еле уже опять балансировала. — Давай, я следом.       — Не останавливайся только, не вынимай… — будто в мольбе протянула чуть слышно.       — Договоришься, — хмыкнул, под соблазнительные до одури бёдра подхватив обеими руками.       На ногах держаться становилось труднее, но не от приятной тяжести любимого тела, а потому, что экстаз, как цунами, резкий и сильный, подкатывал и готов был накрыть.       — Ты вроде дочку просил, — тихо выдохнула.       А я от неожиданности, бля, резко её отпустил. Так, что равновесие Хло потеряла и чуть реально не шлёпнулась, но в последний момент за полочку со всякой мыльно-рыльной хернёй ухватилась. Сам отшатнулся примерно на шаг с колотящимся сердцем.       Звуки исчезли, всё пульс в ушах перекрыл.       — Ты в своём уме?! — не сразу сообразив, что произошло, Хлоэ выпалила. — Ты охренел?!       Табу. То, что в любом состоянии, в любом настроении, ни за что — просто строго. Хоть на двадцати таблетках баба была, хоть как слёзно просила. Хоть в говно нахераченный — имя своё забывал, а прервать — никогда. А тут, бля, кошка. Хлоэ моя. Её берёг, уважал и всё время считал, что нельзя. Даже если и очень хотелось. Права на это не имел никакого и не мечтал даже однажды его получить. Не достоин. Был уверен, что буду на коленях стоять, умолять, а она…       — Хло. Это, бля, не шутки, — шумно сглотнув, на жену свою посмотрел взглядом псины побитой.       — Ты идиот, я тебя спрашиваю?! — по-настоящему она разозлилась. — Какого… — но не договорив, тон смягчила. В серых глазах что-то, до боли знакомое, вспышкой мелькнуло. Меня к себе потянула, огладила всей ладошкой лицо. — Серьёзно думаешь, что недостаточно хорош? Ну и дурак же ты у меня… Ты — лучший мужчина из всех, кого я знаю.

・・・ ∞ ・・・

      — Прикинь, Джил залетела! — синхронно при встрече мы выпалили.       — Эй, я не разрешала тебе читать мои мысли! — Хло рассмеялась заливисто, хитро щурясь.       — Так новость такая! — в ответ я заржал.       — С каких это пор ты сплетником заделался? — вздёрнув бровь и насупившись, кошка моя уточнила. — Это я тебе обычно рассказываю всё, что происходит!       — Уилл просто проставился, так что у меня есть вискарь, — заговорщически поделился, по рюкзаку, в котором бутылка покоилась, хлопнув. — Поэтому мы с тобой сегодня будем не только кино смотреть…       Хлоэ за талию к себе притянул, в висок с наслаждением чмокнул.       — И пьянствовать, да? — с предвкушением хихикнула. — Вискарь хоть хороший? Нам потом плохо не будет?       — Он счастливый — пиздец! Вискарь отменный! — довольно я закивал.       — А ты бы… ну, если я… — Хлоэ зарделась и замолчала. — Если…       — Кошка, — в макушку протяжно выдохнул и взгляд тут же отвёл, растерявшись. — Да какой из меня, нахер, отец? Сам проблемный, модель семьи изнахрачена…       — То есть, ты бы счастлив не был? — сглотнув громко, спросила. Выпуталась, на шаг отошла и губу поджала обиженно.       Чё, бля, за разговор вдруг затеяла? И так хер пойми почему и зачем вообще связалась со мной, ещё и вопросы задавала такие, на которые ответа нормального дать я не мог.       — Недоговариваешь что-то? — теперь шумно сглотнул уже я, а ладони вмиг помокрели.       — К твоему счастью, нет! — оскорблённо Хлоэ ответила. — Но выглядело сейчас это…       — Не пугай так, — с облегчением выдохнул. — Кошка… не думай, что… Мне папашей становиться ну… когда-нибудь, может, и хочется. Но вряд ли из такого дерьма, как я, что-то получится. Это…       — Херню несёшь ты, а стыдно мне! — зло Хлоэ выплюнула. А через миг смягчилась. Ладошками лицо моё обхватила и тихо добавила: — Ты — лучший мужчина из всех, кого я знаю, поэтому, если когда-нибудь…       — Если «когда-нибудь» это настанет, мы поговорим, — я глаза закатил, а она щекой к щеке моей крепко прижалась.       — Мы не будем разговаривать, мы будем делать, — важно нос вздёрнув, кошка моя деловито сказала.       — Хера, заявочки… — озадаченно я протянул. — Но Хло. Это, бля, не шутки.

・・・ ∞ ・・・

      — Хлоэ… — совсем тихо сказал севшим голосом.       — Мы не будем разговаривать, мы будем делать, — мягко она прошептала и невесомо коснулась губами моих. — Колыбельную про кошку петь…       — Что ты, блядь, со мной творишь?.. — сипло выдохнул и снова на руки Хлоэ поднял.       Ещё раз заглянул в любимые глаза, будто искал в них ответы на всё в этом мире разом. И ведь… нашёл. Хло с такой теплотой и искренностью смотрела, что сомнения рушились в пыль. С любовью и… надеждой, что окончательно хер пойми откуда возникшую стену на молекулы вмиг раздробили.       — Бля, — сглотнув, только и выдавил. — Хлоэ, а ты ведь реально веришь, что мы справимся? Что я…       — Нет, — перебила. — Не верю, а знаю. Ты. Самым надёжным папой будешь.       Ласково и мягко поцеловала, попой качнула и многозначительно вниз стрельнула глазами. В неё вошёл, почти не дыша.       — Мы будем делать, — твёрдо сказала и снова насела плотней, прикрывая глаза.       Я не ответил. Мозг отключил, прислушался к сердцу, что до сих пор в неверии в груди притаилось. Ещё раз на Хло посмотрел: губу слегка закусила, зарумянилась, ресницы дрожали…       И пламя в груди поднялось. Низ живота, как и мозг, в мгновение нахер спалило.       Задвигался быстро, но нежно до одури. В ключицу острую Хлоэ носом уткнулся, окончательно мозг отключил и снова нас обоих к оргазму повёл.       Любовь потопляла. Без шансов спастись.       Кошка моя начала тихо всхлипывать, вскрики раскатистые ронять один за одним, пальцами мягко по спине пробегаться. Плотнее прижала к себе — хоть было и некуда больше.       — Я люблю тебя, — так честно шепнула, что в этот миг просто сдохнуть казалось не страшным.       — Моя, — всё, что ответить смог, когда тела задрожали синхронно.       Губы её накрыть резкая потребность возникла. Удобнее под бёдра подхватил, глубоко максимально вошёл и взорвался.       И мир тоже на части рассыпался.       Хлоэ… привкус солёных слёз на рецепторах вдруг ощутил. Пару раз ещё качнулся, а потом, когда до капли прям в неё, блядь, излился, бережно жену к себе прижал, на ноги не опуская, не отстраняясь и не вынимая. Как и просила.       Дыхание никак не равнялось. Случившееся тайфуном жизнь всю разом смело.       — Я с тобой счастлив… так счастлив, ты знаешь? — по укусу на шее манкой пальцем проведя, в губы, от поцелуев припухшие, расплылся в глупой улыбке. — Не помню себя без тебя. Чёрт, кошка…       — Я люблю тебя, слышишь? — глаза распахнув, уверенным взглядом прожгла.       — Слышу, — кивнул только. — И я, Хлоэ. И я.       Покурить я в итоге ретировался.       В магазине пацаны какие-то мелкие за спиной шептались, явно узнали, а я предпочёл наушниками, в которых ни пизды не играло, уши заткнуть, дабы думали, что я — на своей волне. А, собственно, я и был. Вышел, до лавки добрёл и на неё рухнул как-то устало. Сразу — не подкурил, ещё какое-то время сидел и обручалку на пальце раскручивал.       Поженились. Ахуеть.       Я и Хлоэ.       Про дочку…       Всё ещё не мог переварить, но эйфория потопляла, заставляя сердце биться иначе: спокойнее, размереннее, так, будто всё в жизни не просто на место встало, а улеглось. Было… спокойно и тихо. И до неприличия, до мурашек, почти до полуобморока — хорошо.       События последних двух дней в голове тасовались.       Церемония… Наверняка о другой Хлоэ мечтала, и это я понимал, но в жизни нашей и секунды бы не изменил, потому что, какая бы ни была дорога — она вела к тому, что сейчас мы имели и что я сам себе поклялся беречь всеми силами. Захочет — как угодно отметим, хоть с размахом; хоть она в платье белом, и я, как клоун разряженный; хоть снова вдребезг бухие; на необитаемом острове; на Луне; хоть как. Всё равно. Наплевать.       Секс… хотя нет, любовью занятие. Которое… даже от мысли мурашки по спине пробегались. Блядь.       — Дочку просил, — тихо себе шепнул. Потом усмехнулся счастливо. — Ведь… доверилась.       Бля.       Долго сидел просто так, всё ещё неверяще на кольцо то и дело поглядывая.       Женаты.       Я и кошка моя.       Ребёнка… планируем.       Минут десять уж точно прошло, когда я наконец распрямился. Взгляд поднял: цветочный. И… с места поднялся.       — Ты серьёзно, бля? — сам себя спросил шёпотом, но ноги уже вперёд понесли.       Цветов не дарил никогда. Никому. Даже мелкой Хло. Вот не… а что «не»? Не парился? Нужным не считал? А хер его разбери. Ухаживать вообще не умел, а сейчас… хотел научиться. Замков воздушных на будущее не строил, жизнь извилистая и длинная, но очень хотел, чтобы кошка моя была счастлива. И пусть жест этот выглядеть будет банально и тупо, но… нужно же с чего-то начинать?       Ввалившись в прохладную комнатку, обдуваемую кондиционером, не поздоровался даже. Уткнулся в стеклянную перегородку, цветы препарируя взглядом. Каких, бля, не было только! Хлоэ, наверное, любила что повыёбистее, а я… да не знал нихера.       — Подсказать что-нибудь? — продавщицы голос донёсся.       — Нет, — отрезал сначала. Потом на себя разозлился. Выдохнул: — Да.       — Герберы только привезли, — защебетала девчонка и подошла ближе. — Ой… это же Вы…       — Это какие? — нахмурился, пестрящее буйство продолжая скептично рассматривать.       — Вот эти… — она вперёд нырнула, в комнатку вошла, откуда холодом сильнее повеяло, и показала какое-то ромашкоподобное уродство.       — Херня, — сморщился я.       Продавщица глазами удивлённо захлопала, но профессионально в руки себя собрала и продолжила порхать вокруг пластмассовых ваз, то и дело поясняя за цветы, а мне решительно ничего не нравилось. Пока взгляд не упал на красные, почти что бордовые розы. В них пальцем ткнул и бросил:       — Эти. Все.       Девчонка зависла. Залепетала что-то, что это выбор хороший, но довольно банальный, а я только фыркнул, ещё раз своё твёрдое «все» повторил, и снова в уши наушники вставил, не желая с ней, да и вообще ни с кем, кроме Хло, сегодня контактировать. Она что-то ещё там булькала, но цветы пересчитала, подрезала и в итоге лентой связала. Сумму назвала такую, что я мысленно присвистнул, просто потому что никогда не задумывался даже, сколько бабла могли стоить растения, что через пару дней подыхали в гримёрке.       Рассчитался, на робкое «а можно…» никак не отреагировал, забрал букет и вышел прочь.       Остановился от входа в лобби неподалёку, подкурил и усмехнулся сам над собой. Стоял весь такой, бля, важный, с сигаретой в зубах и с охапкой «ба-наль-ных» красно-кровавых роз. Да сказал бы мне кто с полгода назад, что я вообще когда-то дорогу в цветочный найду, заржал бы в лицо. А сейчас… себя будто неловко чувствовал, что раньше о чём-то таком не задумывался. Необходимости не было. Но Хлоэ… её хотелось радовать. Ведь она… сама моей радостью стала.       Выкурил одну, две, перед третьей притормозил. Вспомнил «пепельницей воняешь» и привычным движением пачку с зажигалкой в мусорку точным броском запулил.       Цветы поудобнее взял и поплёлся домой.       Домой… где раньше в любую погоду — холодно было. Где сыростью пахло, тоской. А сейчас… всё наполнилось светом.       Поднявшись, перед дверями, как мальчишка, завис. Потом башкой допёр, что даже поставить букет было некуда, и всё же ввалился в квартиру.       У Хлоэ музыка играла, сама она на кухне что-то готовила, а я… в улыбке дебильной расплылся. Вспомнил, как говорила, что у плиты не стои́т, а сейчас… да мы оба менялись ради друг друга.       Кожанку скинул, берцы у входа оставил и вглубь дома прокрался.       На косяк дверной плечом опёрся и залюбовался… женой.       — Кошка, я целый день ахуеваю, что мы реально женаты, — голос тихо подал. — А конец дня так и вообще переварить не могу.       Она обернулась. Улыбка… родная улыбка лицо любимое украсила тут же.       — Я… — только и выдавила, а потом взгляд на цветы перевела и замерла. — Тоже…       Подошёл к ней, втянул в объятия крепкие и на гарнитур кухонный розы небрежно отбросил.       — Прикинь, первый в жизни букет выбирал. Потом понял, что даже ставить его некуда, — виновато сказал. — Хлоэ, бля, я так тупо себя почувствовал, знаешь? Никогда тебе ничего не дарил, а тут сожрал себя за это.       Она рассмеялась. Заливисто, звонко, так, что сердце в пятки — буквально — ушло.       — Неотёсанный мужлан ты, вот и всё твоё оправдание, — ласково сказала, а потом тише добавила: — Спасибо. Красивые розы.       Из объятий выкрутилась и взяла букет в руки. Носом в цветы уткнулась и шумно вдохнула, вновь счастливо улыбаясь.       — Расскажи мне, — запнулся. — Только не смейся, — вздохнул. — Что ты любишь? Какие цветы, духи, цацки? Косметику? Чё ваще дарят? Я… типа, парнем дерьмовым был, а мужем буду стараться стать лучшим. Как и отцом.       Хло застыла. Глаза широко распахнула. И… улыбнулась счастливей ещё. Засияла.       — Косметику лучше просто оплачивай, — хихикнула, палец демонстративно загнув. — А остальное…       И принялась за рассказ.       Сообщение от копа далеко за полночь мы обнаружили, и то вышло это случайно.       — Давай, типа, сделаем вид, что мы не заметили, кошка, — почти я заныл. — Я вообще не хочу это дерьмо разгребать, а ещё и переться завтра куда-то… и ваще, додумался, блядь, тупо месседж отправить… какой он детектив, если даже башкой своей не догнал, что у тебя в телефоне сегодня — помойка?       — Ну не в директ инстаграма же скинул! — захихикала Хло, продолжая разгребать сотни чатов. — А ты не отвлекайся, фанатам отвечай!       И, нахмурившись, строго на меня посмотрела. Я только фыркнул. Глаза закатил. И продолжил устало листать телефон.       — Бля, тут или разбитые сердечки или сообщения, что мы ебанутые, но крутые. Чё отвечать-то на это? — недовольно языком цокнув, спросил.       — Просто эмодзи пропускай, поздравления хотя бы лайкай, а на те, что подушевнее, отвечай «спасибо», — терпеливым тоном училки кошка моя пояснила.       Тапнул по очередному соо, засвистел и заржал. Довольный собой, Хлоэ пихнул телефон со словами:       — А на такое как прикажешь ответить?       На экране фотка. Я с девицей какой-то в гримёрке, штаны кожаные застёгиваю. Она полуголая, улыбается счастливо. Подпись: «надеюсь свою хлоэ ты хоть трахнуть можешь нормально а не как..».       Кошка моя позеленела от злости. Звонилку дебильную из рук резко вырвала.       — Овца безграмотная! После «надеюсь» запятая, перед «а» запятая, и имена с заглавной буквы пишутся! — возмущённо парировала, а я ещё громче смехом закатился. — Тебе только что сказали, что ты в сексе ноль, а ты ржёшь! — зло нахмурилась. — Господи, фотки… — почти простонала. — И много таких?!       — Ну, хочешь, утверждение это оспорим, — плечами пожав, протянул. — Трахаться жена научила…       От этой девки снова увед прилетел, и я с любопытством через плечо заглянул в телефон. Нормально. Там фотка куда интимней была.       — Блядь, господи, — Хло прошептала и брезгливо поморщилась.       — О, а я её вспомнил, — намеренно тихо сказал, будто и правда так было. На самом деле же — нихера. Вереница из куриц этих в памяти даже на миг не задерживалась. Их лица — тем более. — Ответить надо, фанатка преданная!       — Посмей только! — зашипела и айфон ещё дальше от меня отодвинула. Чат с бабой этой снесла и бедолагу в блэклист захерачила. — И… отвечать… ты же никогда раньше не отвечал, да?       — Неа, — плечами равнодушно пожал.       — Вот и… сейчас обойдутся.       Торжествующе телефон из пальчиков цепких вырвал, отбросил. Её трубку туда же отправил, по кнопке ночника долбанул, чтобы вырубить нахрен, и притянул Хлоэ к себе.       — Обойдутся, к тому же у нас медовый месяц тут… — ухмыльнувшись, довольно сказал и кошку свою подмял под себя. — А ты ревнуешь, красотка.       — Ни в жизнь! — отмахнулась.       — Ну да, ну да… — лениво потянул. — Я только твой, Хлоэ, от остальных — навсегда целибат.       — Опять умнее хочешь казаться? — рассмеялась любя. — Не выпендривайся всякими такими словечками, если наверняка их значения не знаешь!       — Как скажешь, миссис пиар-агент с фамилией, которую не афишируешь, не буду, — ладонью повёл по красивой груди. — А ты не отвлекайся! А то что-то там про дочь говорила, мне помнится…

❛━━━━━━━ ♬ ━━━━━━━❜

      Мы, разумеется, всё на свете проспали, потом ещё Хлоэ часа так два марафет наводила, пока я на диване вновь успел задремать. В итоге к копу с актёром подвалили почти только к трём.       — В следующий раз назначу встречу сильно заблаговременно, — недовольно Кларенс изрёк, внутрь нас пропустив. — Что за неуважение? Мисс Бёрнс так не делала.       — Шейд, — кивнул из ниоткуда возникший Дэмиан, и мне руку пожал. — Хлоэ, — к её ладошке склонился и галантно в тыльную сторону чмокнул. — Ещё раз мои поздравления! — а потом на друга своего взгляд перевёл и мягко сказал: — Молодожёны, что ты с них хочешь.       Я в голос чуть не заржал, еле сдержался, но всё-таки прыснул от этого слащавого тона. Коп глаза закатил, а Хло тут же ситуацию поправить решила, в разговор дипломатично влезая:       — Спасибо, Дэм, — защебетала моя кошка. — Что там на съёмках нового?       — Нам уезжать скоро, — хмыкнул Кларенс, ответить Уайлду не дав. — Пошли к ноуту, буду показывать, что удалось раскопать. Тут пара лиц засветилась…       Дэмиан, к слову, тоже, походу, от счастья не обсирался. Так же, как я, покачал головой удручённо, когда Хло с этим, бля, детективом, уверенно к столу, заваленному всякой хернёй, зашагала.       На видосе, что коп показал, определённо кучу фильтров стерпевшем, горел фитнес-клуб, не именитый ни разу.       — Что примечательно, камер по району там мало, как и везде, где совершали поджоги. Кто-то очень продуманный этим всем заправляет, — рассказывал Кларенс, то и дело показывая что-то на карте, разложенной на столе. Я вникать не хотел, просто присутствовал, потому как супруга моя тему эту заминать всё никак не планировала. — Но тут будто расслабились, чувствуя безнаказанность.       — Так если они на плёнку попали, надо сразу идти в полицию! — выдохнула Хлоэ победно. — Повяжут, и всё это закончится.       — Хлоэ, — Дэмиан протянул участливо, — здесь так не сработает…       — Это из новеньких, мелкие сошки, — пояснил Кларенс. — Мы определили уже, что у них есть место базирования, проводится что-то типа собраний. Нам невыгодно сейчас таких персонажей сразу подводить под публичную порку.       — А я бы посмотрел, — хмыкнув, я влез. — Долго это всё ваще тянуться будет? Им самим не настоебенило?       — Там идейные, — коп вздохнул. — И те, кто зрелищность любят. Заварил ты, конечно, кашу…       — Старался, — картинно руку к груди приложив, изобразил что-то типа поклона.       — Короче, мысль есть, — наконец Кларенс сказал.       — И мне она не нравится, — повысил голос Дэмиан.       — Мне тоже, — тут же поддакнул я.       Ну, если уж Уайлду не по душе, который в стороне остаться пусть и не хотел, но тени своей всяко боялся, то и я восторгом явно не воспылаю.       — В Оазисе сейчас тишина. Ларс… не против вроде. Ему тоже на руку, если всё, начавшись с полуострова, там и закончится, когда явный ход, продвинувшись, дело получит, — начал занудствовать коп.       — Ну, вещай давай, — я перебил.       — Всё подготовим к открытию ночного клуба. Будем коктейли молодёжи размешивать, да и не только, но всё невинно. А гнев накликаем этот их праведный быстро, — Клар усмехнулся. — Вкинем информацию, что камер в районе нет, всё такое, что Ларс Вьера пытается за счёт заработанного людей наебать, а сами потихоньку засады расставим.       — Большей хуйни в жизни не слышал, — поморщился я. — Ну, кто в здравом уме попрётся опять палить Оазис? Ты мозгами раскинь, бля! Прям как в поле с врагом встречаться, где киллер тебя снимет, моргнуть не успеешь. Ясен же хуй, что засада. Тема — херня. Вьера — конченый, если реально подумал, что эта дешмань заработает.       — Согласен с Шейдом. Сразу говорил, что Ларс слишком самонадеянно считает, что сможет кого-то поймать, — Уайлд плечами пожал.       — Надо где-то в городе, — Хлоэ вмешалась.       Я приметил, как колечко на пальце она в задумчивости закрутила. Усмехнулся, с места поднялся, к ней подошёл и обнял.       — Кошка, вообще не надо, — мягко сказал. — Если прям пиздец как хочется в супермэнов поиграть, кого-то просто туда запихните, пусть разнюхает…       — Это всё не то, — Хло изрекла. Виски принялась массировать. — Мы вокруг да около ходим уже чёрт знает, сколько! А результат… где он? Внедрять кого-то, людей дурить, ждать поджога… ещё что придумаете?       Она снова склонилась к компу и по видосу кликнула.       — Этих раскручивать надо, — пальцем в двух пацанов показала. — А по их информации и остальных… времени мало. Назревает какой-то пипец.       — Ты этим заниматься собралась? — рыкнул я. — Чё вы вообще хуйнёй какой-то страдаете? Чё сделаете? Мозги свои вставите? Скажете им «ая-яй, так нельзя», и они вас послушаются? Вы чё, бля, группа спецреагирования? Или главного там зарежете? А? К копам идите, все свои карты на стол вываливайте, и все дела.       — Слушай, — Кларенс нахмурился. — Ты реально… на полном серьёзе не понимаешь? Твоё имя на каждом грёбаном пожаре фигурирует! Если Дэм переживает, что его по касательной затронуть может, Ларс за имидж печётся, то ты… да хер с тобой, ты. Ты теперь так-то женат! До вашей новой ячейки общества доберутся, если чего-то самим не предпринять. Я против такого, но законом только усугубить ситуацию можно.       — Так чё ты сделаешь-то? Ну. Поймаешь. А дальше? Полицейским отдашь? И чё по итогу? Яйца те же, но в профиль.       — Если мотивы лидера разузнаем, будет понимание о дальнейшей стратегии, — задумчиво Хлоэ сказала. — Этих найти. Но не в лоб. Всё же влиться кому-то придётся.       — Вы под ударом первые, — коп обратился ко мне. — Потому что камни бросают на вас своими посланиями. Ты готов ещё раз Хлоэ рискнуть?