Эймонд l Таргариен.

Он стоял перед Железным Троном, облачённый в чёрное. Серебристые волосы были собраны на затылке, а единственным красным элементом был плащ, сшитый заботливыми руками его новой матери. Сегодня его назовут кронпринцем Вестероса. Его терпение наконец-то принесло плоды. Его дед, Отто Хайтауэр, гордился бы им. Он терпеливо шёл к своей цели — стать наследником престола, завоёвывая доверие и преданность лордов и простого народа. Однако ему понадобилось много времени, чтобы научиться терпению и действовать осторожно. У него был отличный учитель. Его новое рождение... Эймонд был ошеломлен, когда осознал, что родился снова и снова стал сыном Визериса Таргариена. У него появился шанс исправить ошибки прошлого, уничтожить врагов до разрушительной войны, которая расколола королевство. Но в то же время он понимал, что сейчас бессилен. Он был младенцем, беззащитным существом, которое могло погибнуть из-за малейшей неосторожности. Для взрослого мужчины оказаться в таком положении было унизительно. Ему приходилось терпеть заботу служанок, которые раздевали и купали его, кормили. Последнее было особенно унизительно. Нет, Эймонд, как и любой мужчина, ценил женскую красоту, но не так. Если бы здесь был Эйгон, он бы наверняка посмеялся над ним. Однако ничего нельзя было изменить, приходилось терпеть. Если это то, через что он прошел в первый раз, то он рад, что ничего не помнит. В его новом положении было и что-то хорошее: он мог оценить обстановку и сделать выводы. Его отцом был Визерис, это он понял сразу. Но вот его мать... Это была не Алисента Хайтауэр. По серебристым волосам, наивным голубым глазам и серебристому соколу на платье он узнал первую супругу Визериса — покойную королеву Эймму Аррен. Она умерла, не успев родить мужу наследника, поэтому он женился на его матери и всю жизнь пренебрегал ею. Поняв, что родился у женщины, всю жизнь остававшейся призраком между его родителями, он не знал, что думать. Но ненависти к ней он не испытывал. Трудно ненавидеть ту, чья вина заключалась лишь в том, что её очень любили и не могли отпустить даже после смерти. Эймма оказалась доброй и нежной. Она искренне любила единственного сына, которому дала жизнь. Могла часами держать его на руках, петь колыбельные и благодарить богов за своё благословение после стольких выкидышей и смертей новорождённых детей. Она радовалась рождению здоровых близнецов. Но то, что Рейнира оказалась его близнецом, стало для него неприятным сюрпризом. Он жалел, что недостаточно силён, чтобы покончить со шлюхой раз и навсегда. Глядя на младенца рядом с собой, он мечтал задушить её собственными руками, но пока был беспомощен. Поэтому ему оставалось лишь ждать и составлять план мести. На этот раз он действовал обдуманно и хладнокровно. Все его шаги были тщательно продуманы, и когда враги начинали умирать, никто не мог связать эти смерти с ним. Зато он смог увидеть Джейхериса и Алисанну, которыми всегда восхищался, а также своего деда, принца Бейлона. Впервые Эймонд увидел его, когда тот взял мальчика на руки. Бейлон Таргариен напоминал Деймона, но улыбался как Визерис. Юноша ожидал, что дед будет похож на его отца, но ошибся. Бейлон одинаково любил всех своих детей и внуков. За любой проступок он наказывал без промедления. Когда Эймонд научился ходить, он часто ошибался, чтобы проверить реакцию деда и узнать, как тот поступит. Почти всегда он получал заслуженное наказание. Это убеждало его, что, несмотря на то, что Бейлон — отец Визериса, он совершенно на него не похож. И Эймонд был этому рад. Впервые он получил наказание от деда, когда сбежал от рыцарей и без разрешения отправился в Логово посмотреть на Вхагар. Он скучал по своему дракону и понимал, что в этом мире она принадлежит не ему, но ничего не мог с собой поделать. Вхагар была его первым драконом. Она видела его восторг от первого полета и чувствовала боль от кинжала бастарда. Они сражались вместе и погибли вместе. Ему было легко рядом с ней, хотя она была драконом другого всадника. Она всегда была рада видеть его и позволяла прижаться к её боку, чтобы он мог почитать в тишине. Тогда его и увидел Бейлон, и он получил своё первое наказание. Визерис пытался объяснить, что это была шалость, но Бейлон остался непреклонен, что подкупило Эймонда. В то время как Визерис предпочитал закрывать глаза на оплошность, которая могла привести к опасным последствиям, Бейлон сразу объяснил, что сделал не так маленький мальчик и почему получил наказание. После этого Эймонд окончательно убедился, что его дед отличается от сыновей, и решил переманить его на свою сторону. Эймонд придумал этот план, когда Бейлон отнес его к Вхагар, когда он был совсем мал. Ему приснился кошмар. В нём он увидел, что произошло с его родными после его смерти. Сон был слишком ярким и реалистичным, чтобы быть игрой воображения. Ему приснилось, как столица пала. На троне сидела шлюха с Драконьего Камня, а его мать была на коленях в кандалах. Эйгону удалось сбежать из города и забрать детей, но он оставил жену и мать. Никто не мог объяснить, почему он этого не сделал. Он мог только наблюдать, как чёрные ублюдки решают судьбу Хелейны и его матери. Шлюха Деймона предложила отправить их в бордель, чтобы каждая родила по бастарду. Её поддержал Деймон. Эймонд был готов убить их голыми руками. Он жалел, что это лишь сон, и он не мог дотянуться до них. Затем он увидел, как шлюха сообщает Хелейне, что её младший сын мёртв, разорван на части. Его нежная и ранимая сестра не выдержала и выпрыгнула из окна. Эймонд был бессилен. Он видел, как Хелейну пронзают острые пики, как её наивные глаза закрываются навсегда. Затем он увидел свою мать. Алисент подвели к окну, из которого выпрыгнула Хелейна, чтобы зелёная королева увидела тело своей дочери. Раздался крик... Эймонд уже не слышал, кто кричал. Его мать или же он. Хотя, когда в покоях, где он спал, начали появляться люди, он понял, что кричал он. Он просто не мог вынести страданий своей настоящей матери, он не мог вынести смерти своей сестры. Поэтому он кричал. Долго и надрывно кричал. Его никто не мог успокоить, и ему в тот момент было абсолютно плевать, что он, будучи взрослым, плачет. Когда у Эйммы не получилось его успокоить, его на руки взял Визерис, вот только Эймонд тогда заорал еще громче. Он не хотел находиться на руках этой мрази. Это из-за него его мать и сестра погибли. Это из-за него они были втянуты в войну за престол. Если бы это жалкое ничтожество хоть раз повело себя как король, то их семья не раскололась бы, но Визерис всю жизнь защищал только Рейниру. Он прощал ей все проступки. От рождения бастардов до желания допрашивать законного сына короля, который был ранен и нуждался в помощи, но помощь получил только от матери, которую снова проигнорировали. Порой Эймонд задумывался, что было бы, если Визерис не женился на его матери? Тогда, возможно, Алисента смогла бы выйти замуж за человека, который любил бы ее? Возможно, тогда она была бы счастлива? Но этого он уже никогда не узнает, да и знать не хочет. Мысль о матери в объятиях другого вызывала у него острую боль. Однако его размышления прервал дед, сказавший, что отвезет его к Вхагар. Услышав имя своего дракона, Эймонд немного успокоился. Он снова увидит Вхагар, почувствует тепло ее чешуи. Путь в Логово казался ему бесконечным. Он с нетерпением ждал встречи, хотел снова увидеть свою воительницу. Когда Вхагар появилась, Эймонд не смог сдержать радости. Он потянулся к ней, и Бейлон поднял его повыше, чтобы он мог прикоснуться к чешуе дракона. Когда они взлетели, Эймонд ощутил свободу. Это чувство было для него бесценным. Он был рад вновь увидеть старую подругу, хотя понимал, что Вхагар теперь принадлежит не ему. Но это не остановило его от желания побыть рядом с ней. Позже его за это наказали, но этот случай помог Эймонду наладить отношения с дедом. С тех пор он постоянно находился рядом с Бейлоном, узнавая его все лучше. И чем больше он узнавал деда, тем больше жалел, что Бейлон не его отец. Если бы дед женился на Алисенте, то точно уважал бы ее. Возможно, не любил бы, ведь он неоднократно говорил, что до сих пор любит покойную Алиссу, но уважал бы точно. Эймонд твердо решил стать любимым внуком Бейлона. Он хотел, чтобы дед всегда был на его стороне. Эймонд поставил себе цель превзойти Визериса и Деймона, чтобы стать наследником Бейлона. Он готов был устранить их с пути, если это потребуется. Эймонд понимал, что для достижения цели ему нужно время и терпение. Он решил начать с Малого Совета. Эймонд убедил Бейлона взять его с собой в качестве виночерпия. Сначала дед отказывался, но потом согласился. Эймонд спокойно выполнял свои обязанности. В конце заседания он изобразил детский восторг и задал несколько "глупых" вопросов, на которые лорды снисходительно ответили. Однако позже он услышал, что члены Малого Совета довольны его любознательностью. Эймонд был доволен собой: он делал всё правильно. Следующим шагом Эймонда стало сближение с Отто Хайтауэром, будущим десницей короля. Эймонд понимал, что умный и опасный политик должен быть на его стороне. Он начал ходить за Отто, задавая вопросы о Староместе и Цитадели. Эймонду хотелось узнать о ядах, которые там изучают. Когда придет время, помощь мейстеров Цитадели может ему пригодиться. Эймонд сожалел, что они не подумали об этом раньше. Если бы преданный им мейстер помог Рейнире умереть при родах, было бы меньше проблем. Родильное ложе опасно для женщины, особенно для той, кто рожала не раз. Потом Бейлон предложил пригласить детей Отто в качестве свиты для него и Рейниры. Он был полностью согласен с дедом, только оба ребенка Отто будут входить в его свиту. Он не позволит матери снова дружить с этой шлюхой. Рейнира... Его сестра-близнец, которую он ненавидел так же сильно, как и ее взрослую версию. Он видел, как Визерис обожал свою дочь, которая не знала отказа ни в чем. С каждым днем Рейнира становилась все более избалованной и капризной. Она не любила учиться, предпочитая полеты и сладости. Когда Эймонд был маленьким, он пытался заслужить внимание отца, но тот всегда игнорировал его. Мальчик не понимал, в чем его вина, и думал, что чем-то расстроил родителя. Он старался быть лучше, но Визерис лишь отмахивался от него. Став старше, Эймонд осознал, что отец никогда не любил его. Ни его, ни Эйгона с Хелейной. Для Визериса существовала только Рейнира, а они были лишь ее дополнением. Когда он вернулся в прошлое и стал снова его сыном, Эймонд был готов к тому же равнодушию. Но его удивлению не было предела, когда Визерис начал уделять ему столько же внимания, сколько и Рейнире, чего никогда не было раньше. Отец держал его на руках, пытался играть с ним и даже пытался воспитывать. Однако Эймонд, выросший без отцовской любви (сир Кристон Коль — это отдельная тема, ведь рыцарь, как бы сильно он ни любил детей, не мог заменить им отца), сторонился Визериса. Чем больше отец пытался сблизиться с ним, тем сильнее Эймонд избегал его. Особенно когда понял, что в прошлом Визерис игнорировал их, потому то не любил Алисенту, которая подарила ему жизнь. Это открытие принесло ему сначала боль, затем равнодушие, а в конце концов — отвращение. Визерис женился на их матери ради сыновей, но, получив их, совершенно забыл о них. Зачем же он тогда обрек юную девушку на страдания? Чтобы у его старшей дочери была поддержка? Ведь Визерис видел в сыновьях лишь слуг для своей любимой дочери. Но теперь у него появился шанс исправить ошибки и изменить ход истории Вестероса. Он сотрет имена Визериса, Рейниры и Деймона из истории своего Дома раз и навсегда. Для этого ему нужны союзники. И он обратил внимание на Дом Веларионов. В прошлой жизни он мало общался с Лейнором Веларионом, а Лейна Веларион к моменту его рождения жила в Пентосе как супруга Деймона Таргариена. Он встретился с кузенами только на похоронах Лейны. Теперь у него есть шанс приблизить их к себе. Он попросил деда написать письмо Веларионам, и те с радостью отправили своих детей в свиту наследников. Когда они прибыли, Эймонд с интересом посмотрел на маленькую девочку, которой суждено было стать женой Порочного Принца и погибнуть при неудачных родах, и на Лейнора, всю жизнь защищавшего Рейниру и ее бастардов, но погибшего в результате нападения. Эймонд не удивился бы, если бы узнал, что нападение спланировал Деймон, чтобы избавить Рейниру от оков брака. Теперь же они станут его приближенными. Из Лейнора выйдет прекрасный лорд Высокого Прилива, и даже если он не оставит наследника, у него есть Лейна. Ее можно выдать замуж за человека, преданного Эймонду, чтобы старший сын Лейны унаследовал Дрифмарк. Но для этого нужно найти такого человека. Эймонд не привык доверять просто так. Конечно, он мог бы сам жениться на ней, но она его не привлекала. Он не собирался давать Морскому Змею шанс приблизиться к трону. Когда прибыли дети Отто Хайтауэра, Эймонд пристально смотрел на тех, кто в прошлой жизни были его матерью и дядей. Среди них был и один из многочисленных детей лорда Хайтауэра, но он интересовал Эймонда меньше всего. Все его внимание было сосредоточено на Гвейне и Алисенте. Гвейн, веселый и улыбчивый молодой человек, погиб из-за предательства Золотых Плащей. Здесь он остался таким же. А вот его мать… Эймонд не смог скрыть удивления, глядя на нее. Маленькая копия его матери была воспитанной и скромной. Когда он поприветствовал ее, она покраснела от смущения. Тогда Эймонд впервые почувствовал разницу между этой Алисентой и той, что была его матерью. Чем больше он наблюдал за ней, тем яснее понимал: его мать стала такой только благодаря равнодушию Визериса. Эта Алисента любила смеяться, ярко улыбалась и шутила. Ее улыбка была настоящей, не натянутой и не вымученной. Она также любила музыку и книги. Благодаря общей любви к чтению, Эймонд смог сблизиться с Алисентой и даже убедить ее обращаться к нему по имени. Постепенно он завоевывал ее доверие. Она была ему нужна, только она. Алисента начала ухаживать за его прадедом, королем Джейхерисом Таргариеном. Король был в курсе их дружбы и однажды пригласил его к себе в покои. — Я хотел бы поговорить с тобой, Эймонд, — сказал король, указав на кресло напротив. — Какие у тебя намерения относительно леди Алисенты? Этот вопрос поставил Эймонда в тупик. Король заметил его замешательство и тихо усмехнулся, но продолжил: — Я давно заметил твой интерес к этой молодой леди и хочу понять, что тобой движет. Если это просто увлечение, то... — Это не увлечение, — перебил его Эймонд. — Я намерен жениться на ней. Король внимательно посмотрел на него и одобрительно кивнул. — Ты понимаешь, что Бейлон вряд ли одобрит твой выбор? — спросил он. — Мой сын надеется, что ты женишься на Лейне Веларион, чтобы положить конец обидам Морского Змея. — У Веларионов уже достаточно власти, чем они заслуживают, — ответил Эймонд. — У них три дракона, флот и они приближены к трону благодаря браку Корлиса и Рейнис. — Ты сам отдал Лейне своё яйцо, — напомнил король. — Не жалеешь об этом? — Нет, — уверенно сказал принц. — Этим поступком я получил их преданность, так что ни о чем не жалею. — Хорошо, но если ты не планируешь жениться на Лейне, то твоя сестра может стать тебе отличной женой, — сказал Джейхерис, внимательно наблюдая за внуком. — Твой отец хочет этого брака. — Я уже говорил ему и повторю тебе: этого никогда не случится, — мрачно произнёс Эймонд. — Я вижу своей женой только одну леди, и это Алисента. Она не просто красива, она добра, предана и понимает, что такое долг и ответственность. Мне нужна именно такая жена. — Но разве Лейна и Рейнира не могут стать для тебя подходящей супругой? — с интересом спросил Джейхерис. Он заметил, что внук очень напоминает его в молодости, когда он полюбил Алисанну за её верность своим убеждениям. — Лейна могла бы стать мне хорошей женой, — признал Эймонд. — Но я вижу, что её сердце принадлежит Гвейну, а я не хочу разрушать нашу дружбу. Что касается Рейниры, то ты и так знаешь всё, дедушка. Она не готова взять на себя обязанности королевы. Визерис слишком её избаловал, и она считает, что мир должен вертеться вокруг её желаний. Но в жизни всё иначе. Мне нужна женщина, которая станет для меня опорой и поддержкой, а не источником проблем. И это не только из-за её решений, но и потому, что она ничем не интересуется. Её мысли заняты только полётами и сладостями. — Думаешь, твоя Алисента не способна на женские слабости? — лукаво поинтересовался король. — Алисента прекрасно понимает разницу между капризами и ответственностью, — твёрдо ответил Эймонд. — Рейнире это не дано. Джейхерис пристально посмотрел на внука, а затем указал на большой сундук, стоявший в углу комнаты. — Открой этот сундук. Внутри ты найдёшь небольшой ларец. Принеси его мне. Эймонд, хотя и был удивлён внезапной сменой темы, не подал виду. Он подошёл к сундуку, открыл его и достал золотой ларец, украшенный рубинами. Вернувшись к деду, он уже собирался передать ему ларец, но король жестом остановил его. — Открой его, — попросил Джейхерис. Эймонд с недоумением посмотрел на деда, но всё же подчинился. Внутри ларца оказались два кольца, изготовленные из валирийской стали с гравировкой в виде маленькой буквы «Т». Эймонд молча взглянул на деда, ожидая объяснений. — Эти кольца когда-то принадлежали мне и Алиссане, — с теплотой в голосе сказал король. — Когда мы поженились по валирийским традициям, мы обменялись этими кольцами. Теперь я хочу, чтобы они стали твоими. — Дедушка... — Эймонд был поражён и не мог найти слов. — Я желаю тебе счастья, Эймонд, — мягко произнёс Джейхерис. — И дарую тебе своё благословение... Больше они не говорили. Позже Эймонд узнал, что король Джейхерис скончался. Самое печальное, что это произошло, когда рядом была Алисента. Эймонд знал, как сильно она была привязана к покойному монарху, и понимал, как сильно его смерть могла на неё повлиять. Поэтому он решил быть рядом, чтобы поддержать её. Но чего он никак не ожидал, так это того, что Деймон, движимый ненавистью к Отто Хайтауэру, решит обвинить Алисенту в убийстве короля. Эймонд едва сдержал ярость. Никто не имел права обвинять Алисенту в чём-либо, пока он был жив. К счастью, Бейлон вовремя вмешался, иначе Эймонд мог бы сказать Деймону много лишнего. Он и так едва сдержался, когда заявил, что готов осквернить чистую кровь Таргариенов, и это было правдой. Эймонд отчетливо помнил, как всё началось. В тот момент, когда его мать перестала быть для него просто матерью. Это случилось после его ранения. Несмотря на сильную боль, он был поражен её храбростью и тем, как она защищала его перед Визерисом. Но когда она осмелилась ранить Рейниру, Эймонд понял, что в гневе его мать становится настоящей драконицей. После этого события всё смешалось в его сознании, но он ясно помнил момент пробуждения. Боль, темнота и сладкий аромат, окутывающий его словно тёплое одеяло. Это был запах его матери. Она спала рядом, крепко прижимая его к себе. Её лицо, бледное и слегка опухшее от слез, говорило о том, что она уснула совсем недавно. Эймонд чувствовал стыд за то, что заставил её плакать, но в то же время был рад её присутствию. Рядом не было ни Эйгона, ни Хелейны. Только он и она. Постепенно он начал замечать за собой странности. Ему не хотелось делить её ни с кем. Он хотел, чтобы всё её внимание было сосредоточено на нём. Сначала он думал, что это детская ревность, но однажды его привели в бордель. Эйгон считал, что ему пора стать мужчиной, и взял его с собой. В борделе его уже ждала опытная женщина. Однако во время близости он неожиданно представил свою мать. Её рыжие волосы, разбросанные по подушке, зелёные глаза, прикрытые от удовольствия, и губы, шепчущие только его имя. Этот случай заставил его избегать её взгляда, чтобы она не поняла его странных чувств и не разочаровалась в нём. Он держал свои желания в тайне. Но с каждым годом его стремление стать для неё идеальным мужчиной становилось всё сильнее. Он мечтал сделать её счастливой, забрать у отца, который годами пренебрегал ею и жил с призраком покойной жены. Он хотел увезти её туда, где они были бы одни. Туда, где нет отца, гниющего заживо и унижающего её. Туда, где нет долга и ответственности. Он верил, что там они будут счастливы, и она наконец узнает, что значит быть по-настоящему любимой... — Эймонд, ты готов? — её голос вывел его из задумчивости. Сегодня все старались не беспокоить его, понимая, что принцу нужно подготовиться к церемонии, но только она могла нарушить его уединение, зная, что он никогда не прогонит её. Он отвернулся от зеркала и с нежностью посмотрел на Алисенту. На церемонию она выбрала платье цвета свежей зелени, украшенное золотой нитью. В прошлой жизни Эймонд любил видеть свою мать в зелёном, и в этой жизни тоже предпочитал видеть Алисенту в этом цвете. — Почти, — ответил он. — Ты была у моей матери? — Да, — кивнула она. — Её Светлость очень расстроена, что не может присутствовать на церемонии, но мейстер настоятельно рекомендует ей оставаться в постели, чтобы сохранить ребёнка. Эймонд кивнул, ощущая лёгкий стыд за то, что его мать слегла после смерти Визериса. Узнав о смерти мужа, Эймма едва не потеряла ребёнка. К счастью, мейстеры спасли и Эймму, и малыша, но ей запретили покидать покои до родов. Эймонд беспокоился о женщине, которая заменила ему мать, но он не мог больше выносить присутствие Визериса. Каждый раз, видя его, Эймонд вспоминал ту боль и унижения, через которые прошла его семья. Визерис, который должен был защищать его, допрашивал его как преступника. Визерис тогда перестал вызывать у него уважение, а после суда, когда он промолчал, когда Деймон убил сира Веймонда за правду, Эймонд окончательно разочаровался в нём. Визерис всегда поддерживал свою старшую дочь, и после этого Эймонд перестал видеть в нём отца, короля и дракона. Он видел только слабое и ничтожное существо, чья кровь отравляла королевство. Получив второй шанс на новую жизнь, Эймонд незамедлительно решил, что от Визериса нужно избавиться в первую очередь. И его план сработал. Яд, вводимый Визерису небольшими дозами, медленно, но верно лишал его жизни. Тот человек не обманул Эймонда. Хотя Эймонд и изучал яды под руководством мейстера, он не мог бы украсть яд у Меллоса, так как это сразу вызвало бы поиски, и если бы кто-то умер от украденного яда, подозрения пали бы на него. Ему требовался неизвестный яд, который еще не был изучен, и, к счастью, тот человек смог достать такой. Более того, у него было несколько вариантов. Каждый день Визериса травили новым ядом, поэтому симптомы его болезни постоянно менялись. Мейстеры и лекари из Эссоса не могли определить причину его состояния. Сожалеет ли Эймонд о смерти Визериса? Отнюдь. Он это заслужил. Испытывает ли он раскаяние? Возможно, в прошлой жизни он бы раскаивался, но сейчас, зная, кто такой Визерис, он не чувствует вины. — Пусть она отдохнёт, — сказал Эймонд. — Я зайду к ней позже. А теперь нам пора... Тронный зал был огромным. Он с лёгкостью вмещал всех лордов Вестероса, которые прибыли, чтобы присягнуть на верность Эймонду как законному наследнику престола. Когда Эймонд вошёл, все взгляды устремились на него. С гордо поднятой головой он направился к Железному трону, на котором сидел его дед. Эймонд склонился перед королём, а затем повернулся к своим подданным. Бейлон встал и громким голосом объявил: — Я, Бейлон Таргариен, первый своего имени, король андалов, ройнаров и Первых Людей, Повелитель Семи Королевств и Защитник Веры, настоящим провозглашаю своего внука, Эймонда Таргариена, Принцем Драконьего камня и наследником Железного трона! Эймонд Таргариен уверенно произнес: — Я, Эймонд Таргариен, наследник Железного трона, клянусь служить Семи Королевствам. Обещаю править справедливо и мудро, ставя интересы народа выше своих собственных... После клятвы он опустился на колени перед дедом. Бейлон поднялся с трона, подошел к внуку и возложил венец кронпринца на его голову. — Встань, Эймонд, рыцарь Вестероса, кронпринц Семи Королевств, наследник Железного Трона и Драконьего Камня! — торжественно объявил Бейлон. Эймонд поднялся с колен и обернулся к лордам, которые дружно поклонились будущему королю Вестероса. Затем герольд начал перечислять имена, и лорды, один за другим, подходили к Эймонду, преклоняли колени и давали клятву вечной верности. Эймонд внимательно смотрел на них, но время от времени его взгляд скользил по друзьям и Алисенте. Странно называть кого-то друзьями, если всю жизнь ты был одинок. Но Эймонд научился доверять им. Он впустил их в свою жизнь, и никто не предал его. Теперь он больше не будет один. «Не забывай и обо мне. Я тоже не оставлю тебя», — раздался лукавый голос в его голове. Эймонд с трудом удержался от того, чтобы закатить глаза. «Как я могу забыть такую напасть, как ты?» — проворчал он в ответ.