Эймонд l Таргариен.

Бейлон не сразу заметил исчезновение внука и его друзей. Рыцари видели, что Эймонд был у Логова. Они решили, что внук хочет полетать, и не увидели в этом ничего необычного. Эймонд любил летать с друзьями, часто брал с собой детей и племянника своего десницы. Они поднимались в воздух до самого вечера, и это никого не удивляло. Все в Красном Замке давно привыкли к таким полетам. Но когда наступил час волка, а молодых людей все еще не было, Эймма и леди Алерия начали беспокоиться. Отто тоже забеспокоился, когда узнал, что никто в столице не видел драконов или их всадников. Бейлон собрал всех рыцарей и приказал обыскать каждый уголок Королевской Гавани. Но поиски не дали результатов. Молодые люди и леди исчезли без следа. — Где же они могут быть? — тревожно спросила Рейнис, стараясь не поддаваться панике. Она сжимала подол платья, выдавая свою тревогу. Бейлон заметил её волнение, хотя Рейнис пыталась выглядеть спокойной. — Деймон с Золотыми Плащами обыскивает каждый уголок столицы, — сказал Бейлон, пытаясь успокоить её. — Мы найдём их. Словно услышав его слова, Деймон вошёл в солярий. Один взгляд на сына сказал Бейлону, что поиски пока безуспешны. — Мои рыцари обыскали всё, — мрачно произнёс Деймон. — Их нигде нет. — Они же не могли сбежать из Вестероса? — с тревогой спросила леди Алерия, не сдерживая слёз. — Конечно нет, — ответил Отто Хайтауэр, стараясь её успокоить. — Откуда такие мысли? — Тогда где же они? — не успокаивалась Алерия. — Всё будет хорошо, Алерия, — сказала Эймма, сжимая её руку. Она тоже переживала за сына, но старалась не показывать этого, особенно перед дочерьми. — Меня больше всего беспокоит, что мои племянники исчезли вместе с Хайтауэрами, — произнёс Деймон. — Вам не кажется это странным, лорд Десница? — На что вы намекаете, мой принц? — раздражённо спросил Отто. — Снова хотите оклеветать моих детей и племянника? — Я лишь говорю, что всё это выглядит подозрительно, — хмыкнул Деймон. Не успел Отто ответить, как двери в солярий распахнулись, и вошёл мейстер Меллос. — Мой король, — поклонился мейстер. — Прошу прощения за беспокойство, но прибыло письмо из Драконьего Камня. Оно касается принца Эймонда. Эймонда? Значит, его внук на Драконьем Камне? Что он там делает? Почему ничего не сказал? Бейлон взял письмо и начал читать. По мере того как он вникал в содержание, его лицо становилось всё мрачнее. Сжав пергамент, Бейлон с тяжёлым вздохом откинул голову. Ему следовало предусмотреть это. — Отец, что в письме? — встревоженно спросила Эймма. — С Эймондом всё в порядке? — С ним всё хорошо, Эймма, — посмотрев на невестку, сказал король. — Даже слишком хорошо. Мейстер Драконьего Камня сообщает, что наши беглецы в родовом замке Таргариенов. Они… заключили валирийскую церемонию. В солярии внезапно наступила тишина. Все пытались осмыслить услышанное. — Значит, принц Эймонд женился на моей дочери? — первым пришёл в себя Корлис Веларион. Он был рад, что его заветная мечта о родстве с королевской семьёй сбылась. — Но зачем было сбегать? Если принц хотел провести валирийскую церемонию, он мог просто сказать… — Ты неправильно понял, Корлис, — перебил его Бейлон. — Эймонд женился не на твоей дочери. Его избранницей стала леди Алисента Хайтауэр. — Что? — возмутился Веларион. — Это немыслимо. Моя дочь — чистокровная валирийка. Она… — Жена сира Гвейна Хайтауэра, — снова перебил Морского Змея король. В солярии вновь воцарилась тишина. Все смотрели на короля так, словно он неудачно пошутил. Бейлон мечтал, чтобы это оказалось именно так. — Дядя, это не смешно, — нервно сказала Рейнис. Она понимала, что Бейлон любил шутить, но сейчас это не было похоже на шутку. — Я не шучу, племянница, — сказал король. — Ваша дочь вышла замуж за Гвейна Хайтауэра. — Отец! — возмущённо воскликнул Деймон. — Ты должен расторгнуть это кощунственное бракосочетание! Лейна — чистокровная валирийка, дочь Великого Дома. В её жилах течёт чистая валирийская и королевская кровь. Она не может быть женой никчёмного рыцаря. — Вы забываетесь, принц Деймон! — резко поднялся Отто. Он был удивлён поступком своих детей, но не позволит Порочному Принцу оскорблять их. — Вы говорите о моём сыне и племяннике лорда Староместа. — Который решил, что имеет право смотреть на дочь чистокровных, — прорычал Деймон. Мысль о том, что его племянники смешали чистую валирийскую кровь с кровью Отто Хайтауэра, вызывала у него отвращение. — Хотя чего ещё ждать от сына такого лизоблюда, как ты. Не удивлюсь, если выяснится, что ты специально подстроил это. — Похоже, вас очень злит, что мой сын, в отличие от вас, заполучил валирийскую невесту, — спокойно ответил Отто. Он знал, как Деймон злится, когда ему напоминают о его браке с Реей Ройс, и впадает в ярость. Слова Хайтауэра привели Деймона в ярость, его лицо покрылось красными пятнами. Он ненавидел свой брак и мечтал получить разрешение отца на развод. В последнее время он начал задумываться о женитьбе на Лейне, дочери лорда Корлиса. Она выросла на его глазах, была красива, умна и горда, к тому же умела управлять драконом. Она идеально подходила ему, особенно учитывая, что отец не собирался отдавать ему Рейниру. Однако теперь Лейна выходит замуж за рыцаря без земель, что не устраивало Деймона. Он не мог понять, как этот выкормыш Хайтауэра смог завоевать её сердце, и сомневался, что она сделала это по собственной воле. — Довольно! — раздражённо сказал отец. — Ваши споры ни к чему не приведут. Лорд Корлис, я напомню вам, что валирийская церемония нерушима, особенно после того, как брак состоялся. Завтра мы отправимся на Драконий Камень, чтобы во всём разобраться. А сейчас оставьте меня одного. Когда Бейлон остался один, он долго сидел в кресле, глядя в одну точку, а затем усмехнулся. Ему следовало внимательнее следить за действиями Эймонда. Он заметил, что внук проявлял интерес к Алисенте Хайтауэр ещё с её приезда в Красный Замок. Он видел, как Эймонд выделял её среди других, и слышал слухи от слуг. Но он не придавал этому значения, считая это детской забавой. Похоже, его отец был прав, когда говорил, что Эймонд похож на него в молодости. Хотя все считали, что внук похож на Деймона, на самом деле он больше напоминал короля Джейхериса, что он и продемонстрировал сегодня. Вспоминая заседание Малого Совета, Бейлон удивлялся стойкости внука. Когда Корлис предложил ему брак с дочерью, Эймонд не проявил эмоций. Похоже, он уже тогда планировал, как избежать этого союза. Он не устраивал скандалов, как Рейнира и Деймон, а действовал спокойно и уверенно. — Похоже, я действительно слишком избаловал своего внука, — с лёгкой улыбкой сказал Бейлон... Корлис ворвался в свои покои, словно за ним гнались дикие дотракийцы. Слуги, находившиеся в комнате, вздрогнули от неожиданного вторжения. — Все вон! — прорычал Веларион. Слуги поспешно покинули покои, не желая попасть под горячую руку господина. — Корлис, успокойся, — сказала Рейнис, когда дверь за слугами закрылась. — Ты всех слуг перепугал. — Тебя волнует только это? — раздраженно спросил Корлис, наливая себе вина и залпом осушая кубок. — Как этот безродный сопляк посмел прикоснуться к нашей дочери? Если бы я знал, что какой-то простолюдин имеет виды на Лейну, я бы запретил ей не то что дружить с ним, но и приближаться к нему. Мне нужно было сразу положить конец этой мерзости. Рейнис вздохнула. Корлису сейчас нужно было успокоиться, чтобы мыслить трезво. Она села в кресло и задумалась. Она была в шоке от поступка дочери, но понимала, что Лейну вряд ли принудили. Лейна не раз говорила, что Эймонд для нее всего лишь хороший друг. Однако Корлис считал это детскими словами и думал, что дочь еще слишком юна, чтобы понимать, что для нее действительно хорошо. Рейнис искренне желала Лейне счастья, но ее брак с Гвейном Хайтауэром выглядел странным. Гвейн был хорошим юношей и не походил на своего амбициозного отца. Но он не был парой для Лейны. Рейнис видела интерес дочери к Гвейну, а также его интерес к ней. Один только платок на турнире чего стоил. Лейна вышивала его несколько часов, а когда Гвейн оказался в лазарете, сидела рядом, пока он не очнулся. Тогда они могли бы понять, что между ними больше, чем детская дружба. Но они упустили это, и теперь пожинали плоды своего невнимания. «Надеюсь, Корлис не испортит отношения с дочерью из-за своих амбиций. Я не хочу потерять Лейну», — подумала Рейнис... — Что значит, ты не станешь просить короля расторгнуть брак Алисенты? — возмутилась Алерия, когда они с Отто вернулись в Башню Десницы. Отто поморщился от её громкого вскрика. Он бросил взгляд на Лейтона, проверяя, не разбудил ли он младшего сына, но тот крепко спал. Как только они остались одни, Алерия потребовала расторгнуть брак принца Эймонда и Алисенты. Отто был удивлён, что его дети пошли против воли короля и вступили в валирийский брак. Гордость преобладала в нём над удивлением и недовольством. Он сам думал о браке Эймонда и Алисенты, но Морской Змей Корлис опередил его. На Малом Совете Корлис предложил королю свою дочь в жёны для юного принца, и Бейлон согласился. Отто упустил момент. Однако он не ожидал, что Эймонд сбежит из Королевской Гавани и организует свою свадьбу. К тому же он женил Гвейна на Лейне, что казалось ещё более неожиданным. — Меня удивляет, что ты не требуешь того же для Гвейна, — спокойно сказал Отто, глядя на жену. — Лейна Веларион — хорошая девушка, — ответила Алерия. — Хоть Гвейн и не самый подходящий для неё по статусу, я не против их брака. Но Алисента — совсем другое дело. Я не уверена, что наша дочь будет счастлива с принцем Эймондом. Отто лишь закатил глаза на слова жены. Он знал, что Алерия недолюбливает наследника престола. И это несмотря на то, что именно принц спас её от родовой горячки. Отто так и не понял, чем вызвана неприязнь жены, а она не могла объяснить. — Всё уже решено, Алерия, — сказал Отто. — Валирийский брак нерушим. Прими это. — Ты рад, что всё так вышло? — нахмурилась Алерия. — Рад, что наша дочь вышла за наследника престола? — Не стану скрывать, я горжусь нашими детьми, — спокойно ответил Отто. — Они сделали то, что не смог бы я. — Твои амбиции тебя погубят, Отто, — с досадой сказала Алерия и, развернувшись, направилась к сыну, оставив мужа в одиночестве... На следующий день король Бейлон в сопровождении Корлиса и Отто, а также Деймона и Рейнис отправился на Драконий Камень. Алерия и Эймма отказались ехать, так как обе не очень сильно переносили морскую качку, а король решил плыть на корабле. Конечно было бы быстрее на драконах, но к большому недовольству Деймона Бейлон решил иначе. Им сейчас нужно время, чтобы обдумать встречу с детьми и Бейлон надеялся, что она не настроит их друг против друга. Конечно король был немного разочарован, что внук пошел ему наперекор, но решил сначала поговорить с ним, и по возможности с леди Алисентой. Бейлон конечно знал, что его десница достаточно амбициозен, и он явно думал о подобном союзе, особенно учитывая то, что Эймонд питает некую привязанность к Алисенте. Однако сама леди Алисента совсем не походила на Отто и явно не она все это придумала. В том что это все придумал Эймонд сомнений не было. Когда они наконец причалили их встретил рев двух драконов. Подняв головы они увидели, что над ними пролетели Морской Туман и Сердце Морей. Похоже их ждали. И действительно, их беглецы стояли у центральных ворот. Бейлон обратил внимание, что пара молодых супругов держала друг друга за руки, что явно говорило о том, что они не собираются скрывать своего поступка. На их пальцах король отчётливо уловил металлический блеск. Кольца. Это были валирийские кольца. Похоже отец все же отдал Эймонду их с матерью кольца. — Лейна! — вскрик Рейнис прервал его размышления. Племянница бросилась к дочери и крепко обняла её. Бейлон не мог её винить. Рейнис очень переживала из-за пропажи детей и могла позволить себе немного эмоций. — Боги, Лейна, я так волновалась, что с тобой или Лейнором могло что-то случиться, — обнимая дочь, сказала Рейнис. — Мы в порядке, мама, — Лейна обняла Рейнис в ответ. Ей не хотелось, чтобы матушка тревожилась ещё больше. — Мы видим, что вы в порядке, — раздался недовольный голос Корлиса. Он смотрел на дочь так, будто она предала его, и Лейнора, стоявшего позади них, таким же взглядом. — А теперь скажи мне, Лейна, как ты могла опозорить наш Великий Дом? — Корлис, — Рейнис обняла дочь за плечи, не веря своим ушам. Муж обвиняет их единственную дочь в том, что она пошла против его амбиций? — Я ничего не сделала, — гордо ответила Лейна, вскинув голову. — В моих действиях не было намерения опозорить наш Дом. — Ты пошла против воли короля, — Корлис бросил взгляд на Гвейна и презрительно сказал. — Ты сбежала из столицы, украла семейную реликвию Дома Веларионов и ещё смеешь говорить, что ничего не сделала. Ты должна была выйти за кронпринца, а не за это отребье. — Следите за своими словами, лорд Корлис, — мрачно сказал Отто, оценив ситуацию. Он был доволен, увидев своих детей, но не позволит оскорблять их. Алисента стояла рядом с принцем Эймондом. Он крепко держал её за талию и слегка прикрывал своим плечом. Это была защитная поза. Эймонд заявил, что отныне его дочь принадлежит только ему, и он не допустит, чтобы её оскорбляли. Гвейн же спокойно стоял рядом с юной Лейной, нежно держа её за руку. — Не забывайте, о ком говорите, — с твёрдостью произнёс Отто, готовый защищать своих детей до конца. — Я говорю об ублюдке, которого, видимо, воспитали трусы, раз он не осмелился прийти ко мне и попросить руки моей дочери как подобает мужчине, — не сдерживая эмоций, сказал Корлис. — Вы абсолютно правы, лорд Корлис, — наконец вмешался Гвейн, отпуская руку жены и делая шаг навстречу разъярённому отцу. — Я повёл себя недостойно, но это не значит, что я сожалею о своём поступке. Однако, если вы считаете, что ваш дом опозорен, направьте свою злость на меня, а не на мою жену. — Да что ты вообще понимаешь, щенок? — прорычал Корлис. — Мне следовало отрубить тебе голову в тот день, когда ты впервые приблизился к моей дочери. Гвейн молча извлёк свой меч. Деймон, стоявший за Корлисом и пристально следивший за происходящим, насторожился. Принц решил, что отродье Отто готовится напасть на Корлиса. Но прежде чем тот успел обнажить Тёмную Сестру, Гвейн опустился на одно колено и протянул меч Велариону. — Раз я опозорил ваш Дом, лорд Корлис, вы вправе лишить меня жизни, — спокойно произнёс Гвейн, глядя на ошеломлённого Велариона. — Моя судьба в ваших руках, и вы вольны забрать её. Никто не осмелится вам за это отомстить. — Однако знай, отец, — добавила Лейна, встав рядом с мужем, — как только голова моего супруга коснётся земли, я тотчас же отправлюсь в Старомест как вдова сира Гвейна Хайтауэра. Я откажусь от своей семьи и больше никогда не увижу тебя. Надеюсь, добрый отец не откажет мне в убежище? — Конечно, нет, — ответил Отто своей новой дочери, не отрывая тревожного взгляда от сына. Ситуация накалялась. Если Корлис убьёт его сына, это станет началом многолетней вражды между Веларионами и Хайтауэрами. — Старомест всегда готов принять свою кровь. Отто нарочно подчеркнул слово «кровь», напоминая Велариону, что благодаря валирийскому обряду в жилах Гвейна текла и кровь Лейны. Так Гвейн становился частью Дома Веларионов, независимо от мнения Корлиса. — Остановитесь, — резко выкрикнула Алисента и решительно встала между братом и разъярённым Веларином. — Вы действительно собираетесь сделать свою дочь вдовой, лорд Корлис? Только потому, что она осмелилась пойти против вашей воли? — Вы не имеете права вмешиваться в это дело, леди Алисента, — Корлис подчеркнул, что не считает её достойной королевского титула. — Возможно, я не всё понимаю, но в данный момент я являюсь женой кронпринца Вестероса, и вы должны обращаться ко мне не иначе как «ваша светлость», — произнесла Алисента с королевским достоинством, что ещё больше разозлило Велариона. — Мой брат женат на вашей дочери, и, как бы вы ни старались это отрицать, по валирийским законам Гвейн является частью вашей семьи. Его убийство будет расценено как открытое объявление войны между нашими домами. — Меня, чистокровного валирийца, учит законам андалка? — вспыхнул Корлис и, не раздумывая, шагнул вперёд, пытаясь оказать давление на дерзкую девушку. — Похоже, вы забыли своё место! Я напомню вам... Следующие слова Корлиса потонули в громовом рёве дракона. Завоеватель внезапно появился из ниоткуда и приземлился за спиной Алисенты. Его вид ясно говорил о сильном недовольстве тем, что на избранницу его всадника попытались напасть. — Эймонд... — предостерегающе произнес Бейлон, когда Корлис отступил на шаг от дракона, а сир Гвейн внезапно поднялся и заслонил Лейну собой. — Я его не призывал, дедушка, — спокойно ответил внук, хотя его сжатые кулаки выдавали едва сдерживаемую ярость. — Завоевателю, похоже, не понравилось, что мою жену не уважают. Алисента очень нравится моему дракону, и он немного разозлился. Завоеватель, подтверждая слова всадника, зарычал на Корлиса и мощным взмахом крыла притянул Алисенту ближе. Она с нежной улыбкой погладила его по морде и даже поцеловала в нос. Бейлон наблюдал за этой сценой с противоречивыми чувствами. Он знал, что Эймонд часто катал Алисенту на драконе, но не ожидал, что юная андалка так сильно привяжется к его питомцу. Однако ему нужно было вмешаться, чтобы предотвратить возможную ссору. — Довольно, — громко сказал Бейлон, привлекая внимание всех присутствующих. — Лорд Корлис, не забывайте, с кем вы говорите. Вы разговариваете с женой моего внука, поэтому следите за своими словами. Давайте пройдем внутрь, где сможем обсудить все спокойно. — Прекрасная идея, дедушка, — согласился Эймонд. — Я как раз приказал накрыть на стол, и мы с моей супругой будем рады, если все присоединятся к завтраку. Алисента снова погладила дракона, а затем взяла супруга под руку, демонстрируя свою полную поддержку Эймонду. Когда все собрались за столом, Бейлон заметил интересную сцену: молодые супруги ели из одной тарелки, а юные девушки кормили своих мужей сами. Эта картина заставила короля вспомнить Алиссу, свою покойную жену, которая тоже любила кормить его с рук. Отгоняя грустные мысли, Бейлон обратился к внуку: — Почему ты ничего не сказал, Эймонд? Если ты хотел жениться на леди Алисенте, почему промолчал, когда лорд Веларион предложил брак? Эймонд спокойно взглянул на деда и ответил: — Ты всегда стремился объединить наши Дома, считая, что с Домом Веларионов поступили несправедливо во время Великого Совета. Я решил не мешать и действовать по-своему. Следовал своему сердцу и помог друзьям обрести счастье. К тому же я не как Рейнира, которая устраивает сцены из-за малейшего недовольства. — Я вижу у вас валирийские кольца, — заметил Бейлон, указывая на украшение на пальце внука. — Покойный король Джейхерис передал их мне перед смертью, — ответил Эймонд. — Он благословил наш союз с Алисентой. — Но вы заключили валирийскую церемонию, Эймонд, — напомнил король. — Большинство лордов верят в Семерых... — Мы готовы заключить союз и перед Семерыми, — сказал Эймонд, отпив вина. — Можно устроить двойную свадьбу. — Племянник, если ты забыл, все средства Короны уходят на подготовку к войне, — с усмешкой заметил Деймон. — Не беспокойся, дядя, — холодно ответил Эймонд, переведя взгляд на друга. — Мордер? — Как ты и просил, я отправил письмо в Старомест вчера, — сказал Мордер с усмешкой. — Думаю, мой отец с радостью оплатит свадьбу своих племянников. Ответ скоро придет в Красный Замок. — Видишь, дядя, тебе не придется беспокоиться о расходах на нашу свадьбу, — иронично сказал Эймонд, наблюдая за разозленным Деймоном. — Что ж... — Бейлон был недоволен, но поделать ничего не мог. — Тогда выпьем за вашу будущую свадьбу... На следующий день, вернувшись в Красный Замок, они обнаружили встревоженную Эймму. Она бросилась к сыну, который обнял ее, сказав: — Прости, что заставил беспокоиться, матушка. Я хочу представить тебе мою жену Алисенту. Надеюсь, ты примешь ее. Эймма, утирая слезы радости, что ее сын вернулся целым и невредимым, перевела взгляд на Алисенту, которая с волнением смотрела на нее. Чувствуя ее тревогу, Эймма мягко улыбнулась. Эта девушка ей очень нравилась, и если сын будет с ней счастлив, она станет для нее настоящей дочерью. — Добро пожаловать в семью, дорогая, — обняла ее Эймма. — Спасибо, ваша светлость, — прошептала Алисента. — Можешь звать меня матушка, Алисента. Мы теперь одна семья, — тепло сказала Эймма. — Спасибо, матушка... Подготовка к двойной свадьбе заняла месяц. Все это время молодые супруги жили в одной комнате, вопреки желанию Корлиса Велариона, который хотел, чтобы его дочь вернулась в свои покои до церемонии. Лейна напомнила отцу, что они уже прошли валирийскую церемонию и являются мужем и женой. Ее место рядом с мужем, и она не собирается менять свои планы. Рейнис, не желая ссориться с дочерью, поддержала ее. Она предложила пригласить Алисенту и Алерию Хайтауэр на примерку свадебных платьев, чтобы извлечь выгоду из ситуации. Рейнис решила завоевать доверие Алисенты, чтобы через нее влиять на Эймонда. Если у Лейны родится девочка, а у Алисенты — сын, их можно будет обручить. Корлис пока не видел в этом выгоды, но такой брак мог бы сблизить Веларионов с Троном. Рейнис уже оставила свои амбиции на королевскую власть, но не возражала, если однажды ее внучка станет королевой. Подготовка к свадьбе шла успешно. Лорд Ормунд Хайтауэр полностью оплатил расходы, и корона не потратила ни монеты из казны. Однако Рейнис не хотела, чтобы говорили, что Дом Веларионов не может оплатить свадьбу своей единственной дочери. Она заставила Корлиса внести вклад, и он, скрепя сердце, выделил золото на дополнительные расходы. Свадьбу решили провести в Звездной Септе, после чего королевская семья и гости вернулись бы в столицу для продолжения праздника. В день свадьбы Рейнис и Алерия помогали дочерям облачиться в свадебные наряды. Рейнис иногда бросала взгляд на Алерию Хайтауэр, чье лицо выражало недовольство. Алерия не одобряла брак своей дочери с Таргариеном, но смирилась с этим. Рейнис, наблюдая за матерью Алисенты, скрывала презрительную улыбку. Алерия боялась драконов и всего, что с ними связано, напоминая в этом отношении Эймму. Возможно, именно поэтому они нашли общий язык. Глядя на Алисенту, Рейнис удивлялась, как у такой набожной и беспомощной Алерии и амбициозного Отто могла родиться такая добрая и искренняя дочь. Рейнис легко читала людей и видела лжецов, но Алисента не походила ни на одного из них. Она либо искусно играла свою роль, либо была действительно искренней. Когда невесты были готовы, Рейнис не смогла сдержать слез радости, глядя на свою дочь. Лейна была в ярко-голубом платье, расшитом серебряной нитью и украшенном жемчугом. Ее волосы были убраны в высокую прическу с жемчужными заколками, а плечи покрывал синий плащ с гербом Веларионов. — Моя милая девочка, — Рейнис обняла дочь, — какая же ты красивая. — Спасибо, мама, — Лейна ответила на объятия. Алерия не могла оторвать глаз от дочери. Она вынуждена была признать, что Алисента выглядит потрясающе в золотисто-зеленом платье с изумрудной вышивкой и золотыми нитями. Волосы были распущены, их украшала изящная диадема — подарок принца Эймонда. На плечах Алисенты красовался плащ с гербом Хайтауэров. — Мама, ты мне что-нибудь скажешь? — с надеждой спросила Алисента, глядя на мать. Она знала, что Алерия не любит Таргариенов, ненавидит драконов и не хочет, чтобы Алисента имела с ними дело. Но сегодня, наблюдая за Лейной и ее матерью, Алисенте захотелось почувствовать материнские объятья, хотя бы на мгновение. — Надеюсь, ты скоро поймешь свою ошибку, — холодные слова Алерии заставили Алисенту вздрогнуть. Мать так и не простила её. — Идем, мы опаздываем. Алисента не закатила истерику. Она не хотела портить этот день ни себе, ни Лейне. Отвернувшись от матери и жалостливых взглядов подруги с принцессой Рейнис, она вышла из комнаты. Её уже ждал отец. Увидев дочь, он крепко обнял её и поцеловал в лоб. В Звездной Септе уже собрались члены королевской семьи и знатные гости. Эймонд и Гвейн ждали своих "невест" перед алтарем. Отто и Корлис привели дочерей и встали рядом, готовые снять с них девичьи плащи и передать женихам. Септон начал молитву, прося богов благословить союз молодых людей. Затем он спросил: - Есть ли здесь те, кто считает этот брак недопустимым? Эймонд заметил, как вздрогнул Корлис Веларион. Но Морской Змей промолчал. Септон подождал немного и продолжил церемонию. Когда пришло время обменяться плащами, Эймонд с радостью накинул на плечи Алисенты черно-красный плащ Дома Таргариенов. Теперь она полностью принадлежит ему, перед глазами Семерых и Огнями Валирии. Септон торжественно произнёс: — Принесите друг другу брачные обеты. Эймонд, глядя Алисенте в глаза, чётко сказал: — Я твой, а ты моя. Алисента ответила с не меньшей твёрдостью: — Я твоя, а ты мой. Гвейн нежно держал Лейну за руки и произнёс: — Я твой, а ты моя. Лейна с улыбкой дала клятву: — Я твоя, а ты мой. Септон торжественно объявил: — Перед богами и людьми я провозглашаю Эймонда из Дома Таргариен и Алисенту из Дома Хайтауэр, а также Гвейна из Дома Хайтауэр и Лейну из Дома Веларионов мужем и женой. Да будут прокляты все, кто встанет между ними... Бейлон устало опустился в кресло, просматривая отчет мастера над монетой. Война приближалась, и помимо припасов и снаряжения, нужно было организовать перевозку мейстеров с их снадобьями. К счастью, лорд Хайтауэр щедро оплатил королевскую свадьбу, иначе казна не выдержала бы таких расходов. Тем более что это была двойная свадьба. Торжество продлится две недели: пир, турнир с королевской охотой, ярмарка. Эймонд считал, что перед войной людям нужно дать возможность отвлечься и повеселиться. По слухам, его добрая внучка распорядилась раздать остатки еды беднякам в городе. Когда они вернулись с Драконьего Камня, Бейлон пригласил Алисенту и Эймонда на ужин, без Эйммы и девочек. Он хотел поговорить и, возможно, увидеть в юной девушке то, что уже разглядел его внук. Во время ужина Бейлон задавал Алисенте вопросы, на которые она отвечала с легким юмором. Девушка оказалась начитанной и вежливой. Король внимательно наблюдал за Эймондом, видя, что тот без ума от своей жены. Хотя внук почти не говорил, его участие в разговоре было минимальным, если не считать ответов на вопросы. В основном говорили король и Алисента, и казалось, что Эймонд намеренно дает девушке возможность наладить отношения с королем. И у нее это отлично получалось. Бейлон уже знал о вежливости дочери десницы, но сейчас перед ним была остроумная и веселая леди, способная поддержать любую беседу. Она чем-то напоминала ему Алиссу, но его покойная жена не была такой мягкой. После того ужина Бейлон решил, что этот брак не так уж и плох. Конечно, возникнут много проблем с Веларионом, но объединить их семьи еще представится возможность. Может, попробовать обручить Лейнора и Рейниру? Его внучке давно пора выйти замуж. Она и так отвергла ухаживания лорда Джейсона Ланнистера и его брата-близнеца Тиланда. Стук в дверь вывел его из размышлений. — Войдите, — произнёс король. Дверь в его солярий открылась, и в комнату вошёл кастелянт замка. — Ваше величество, — поклонился мужчина. — Простите за беспокойство, но в замке возникла проблема. — Что произошло, сир Хилл? — с трудом произнёс Бейлон, осознавая, что визит кастеляна не сулит ничего хорошего. — Мне не хотелось бы беспокоить вас, мой король, но произошла кража, — сообщил сир Хилл. — Кража? — Да, у одного из гостей лорда Анвина Пика пропал семейный перстень. Стражники уже обыскали всех слуг, которые когда-либо заходили в покои лорда Пика, но ничего не обнаружили. Ограблен оказался не просто мелкий лорд, а племянник мастера над шептунами. Бейлону не оставалось ничего другого, кроме как принять меры. — Пусть ко мне немедленно придёт Ларис Стронг, — приказал король. Кастелян поклонился и вышел из солярия. Бейлон не зря вызвал именно помощника сира Эндрю — тот неоднократно хвалил Стронга за ум и трудолюбие, и король тоже видел его сообразительность. Возможно, со временем юноша станет мастером над шептунами при внуке короля. — Мой король, вы хотели меня видеть? — спросил Ларис, входя в солярий. — Присаживайтесь, лорд Ларис, — указал на кресло Бейлон. — У меня к вам разговор. Вы, наверное, уже знаете, зачем я вас вызвал. — Кража, — коротко ответил Стронг. — Мне докладывали, что лорд Пик не единственный, кого обокрали. У многих гостей пропали деньги и украшения. Но поскольку всё по мелочи, никто не хотел об этом говорить. Однако в случае с Анвином Пиком речь идёт о валирийском перстне, который передавался в Доме Пиков от отца к сыну. — Я хочу, чтобы вы нашли виновного и он получил заслуженное наказание, — сказал король. — Конечно, ваша милость, — склонил голову Стронг. — Я всё сделаю.