Эймонд l Таргариен.

Рейнира негодовала: — Не могу поверить, что у детей Алисенты вылупились драконы. Рея Роис уже целый час слушала, как принцесса Рейнира жалуется Джейн Аррен на то, что яйца, которые якобы не могли проклюнуться, всё же дали жизнь драконам. Рейнира была убеждена, что это невозможно. В королевстве давно ходили слухи, что дети Алисенты Хайтауэр рождены не от принца Эймонда, так как они были рыжеволосыми. Эти слухи распространяла сама Рейнира. Она не верила, что кровь Таргариенов могла быть слабее крови Хайтауэров. Верили в эти слова в основном те, кто ненавидел или завидовал Хайтауэрам. Джейн Аррен верила слухам, несмотря на слова своей сводной сестры Эйммы, которая утверждала обратное. Эти дети были её внуками, и она не могла терпеть подобные домыслы. Сёстры даже поссорились из-за этого. Эймма заявила, что Джейн должна извиниться за свои мысли, иначе она прекратит общение и запретит Джейн видеться с её дочерьми. Однако со старшей дочерью этот запрет не сработал. Рейнира часто сбегала от надзора септ, чтобы поговорить с Джейн, зная, что та поддержит её. Роис, в свою очередь, не вмешивалась в эти конфликты. Ей было всё равно на то, что у королевских внуков рыжие волосы. На её памяти боги творили и более странные вещи. К тому же, распространять слухи без доказательств было глупо. Однажды Рее повезло увидеть принцессу Алисенту в саду. Принцесса гуляла с леди Лейной Хайтауэр, а вокруг них находились рыцари из домашней гвардии Староместа и нянечки с детьми. — Леди Рея, — первой кивнула Лейна Хайтауэр, в то время как принцесса Алисента лишь настороженно посмотрела на неё, но всё же ответила на приветствие. Рея не могла осуждать бывшую Хайтауэр за её недоверие. Лейна, несомненно, слышала слухи, которые ходили по королевству. — Принцесса Алисента, леди Лейна, — кивнула Рея и сделала реверанс перед Хайтауэр. Она была женой наследника трона, поэтому надо проявлять необходимое уважение. — Прекрасная погода, не правда ли? — Да, погода отличная, — ответила Лейна, незаметно сжав руку Алисенты. Лейна прекрасно знала, кто распускает слухи о Алисенте. Это была Рейнира. Избалованная девушка только и делала, что портила жизнь своей бывшей фрейлине. Алисента делала вид, что её это не волнует, но Лейна знала подругу лучше. Алисента переживала и особенно боялась реакции Эймонда. Она боялась, что муж отвернётся от неё и детей, отошлёт их обратно в Старомест. Лейна неоднократно говорила Алисенте не думать об этом. Эймонд, конечно, был жестоким, но не настолько, чтобы так поступить с той, кто ему дороже жизни. И то, что Алисента была ему дорога, было очевидно. Поэтому, когда Эймонд вернётся, все, кто смел клеветать на его жену, столкнутся с мучительной местью. Лейна была уверена в этом. К тому же слухи Рейниры не имели подтверждений. Король Бейлон был прав, когда говорил, что не всегда кровь Таргариенов берёт верх. Её мать была тому примером. А у детей Алисенты недавно вылупились драконы. Следуя традиции, которую начала принцесса Рейна, король положил в колыбели внуков драконьи яйца. Рейнира говорила, что яйца не вылупятся, потому что дети — бастарды, но через год они проклюнулись. У Эйриона появился прекрасный золотистый дракончик, которого король назвал Золотой Огонь. У Сайры — небесно-голубой дракончик, которого назвали Тессарион. Лейне было обидно, что ее сыновьям не досталось драконьих яиц. Но она не стала спорить с королем. Матушка была недовольна, но Лейна решила, что дети сами решат, нужен ли им дракон или море. Прогуливаясь по саду, подруги не ожидали встретить Рею Роис, супругу Деймона. Она прибыла в Красный Замок по приглашению короля. Матушка сообщила, что наконец пришли добрые вести с Ступеней. Они победили после двух лет войны. Армии Вестероса еще полгода очищали Ступени от пиратов и укрепляли границы. Теперь Ступени стали частью Семи Королевств, и герои могли вернуться домой. Лейна ждала встречи с Гвейном, ей хотелось рассказать ему многое, что не уместилось в письмах, особенно увидеть отца. Она надеялась, что Морской Змей примет её выбор, увидев внуков. Ей было важно убедиться, что с отцом все в порядке. В последнем письме от Лейнора говорилось, что у отца была лихорадка, но он переносил её на ногах, игнорируя советы мейстера. Матушка была недовольна отцом за пренебрежение здоровьем. Лейна думала, что, как только отец окажется в Королевской Гавани, матушка уложит его в постель, окружит мейстерами и слугами, чтобы он поправился. — Лейна, что думаешь? — голос Алисенты вывел её из раздумий. Лейна вздрогнула, глядя на подругу и леди Роис, которые ждали её ответа. Она погрузилась в мысли и не заметила, как Алисента отбросила недоверие и завела с Роис дружеский разговор. — Простите, я задумалась, — смущённо улыбнулась Лейна. — Так о чём мы? — Я предложила леди Рее прогуляться, — мягко сказала Алисента. — Надеюсь, ты не возражаешь? — Конечно нет, — ответила Лейна. — Давайте прогуляемся до богорощи. Рея не возражала и пошла за подругами. В богороще стояла небольшая беседка, где девушки укрылись от палящего солнца. Неподалёку дети играли со своими нянями в тени, а маленькие дракончики королевских внуков ползали рядом с будущими всадниками. Рея смотрела на них с неприязнью, не понимая, как Алисента может любить этих огнедышащих существ. По слухам, жена кронпринца обожала дракона своего мужа. Но сейчас, наблюдая, как Алисента осторожно опускает детей на траву и гладит драконов, Рея не могла поверить, что она не боится этих созданий. Рея никогда не поймет этого, да и не собиралась. Роис презирала драконов, особенно из-за Деймона. Когда они поженились, Рея надеялась найти общий язык, но ошиблась. Узнав о предложении королевы Алисанны выйти замуж за её младшего внука, Рея сначала подумала, что это шутка, хотя королевские особы так не шутят. Замужество с принцем не было её мечтой, но отказать королеве она не могла, поэтому согласилась. "Может, мы наладим отношения, и этот брак окажется не таким уж плохим", - наивно думала Рея, глядя, как слуги упаковывают её вещи для переезда в Королевскую Гавань. В столице королевская семья тепло встретила Рею. Она была счастлива видеть Эймму, которая находилась на пятом месяце беременности. Однако жених Реи, Деймон, даже не взглянул в её сторону. Он лишь холодно кивнул. Когда принц Бейлон пригласил невесту подойти, Деймон промолчал. Это напрягло Рею, но она старалась не думать об этом. Рея убеждала себя, что принц нервничает, как и она. Она понимала, что Деймон, вероятно, недоволен предстоящим браком (ей самой не хотелось выходить замуж, ведь ей было всего шестнадцать). Но она не должна позволять ему срывать злость на себе. Рея тоже была заложницей долга. Дни до свадьбы тянулись медленно. Примерки, организация торжеств, турниры — король не жалел средств на свадьбу внука. Однако Рея видела жениха только на ужинах, куда её приглашала королева, и то если Деймон соизволил прийти. Он избегал её, игнорировал приглашения на завтрак, прогулку по саду или верховую езду. Это злило Рею. Что она сделала, чтобы заслужить такое отношение? Не она же предлагала свою руку. День свадьбы стал для неё испытанием. Войдя в септу, Рея увидела жениха и чуть не задохнулась. Он был невероятно красив в черно-красном камзоле с золотой вышивкой, с серебристыми волосами, собранными в хвост, и плащом на широких плечах. Рея признавала его привлекательность и с трудом сдерживала румянец. В этот момент она надеялась, что брак сложится хорошо, но ошибалась. Рея никогда не забудет, как стояла перед септоном, давая клятву верности, как её плечи были укрыты красно-черным плащом, а затем начался кошмар. За столом с мужем она заметила, что Деймон слишком много пьёт, словно хочет потерять сознание. — Деймон, тебе пора остановиться, — мягко произнесла она, беря мужа за руку, когда он поднёс, вероятно, уже двадцатый кубок к губам. Но реакция Деймона оказалась неожиданной. — Не указывай мне, что делать, — прорычал он, вырывая руку и с отвращением глядя на жену. — Я не собираюсь слушать советы глупой овцы из Долины. Эти слова глубоко ранили её. Что с ним происходит? Откуда такая ненависть? Она ведь только хотела помочь. Когда их провожали к брачному ложу, Рея с трудом сдерживала отвращение. Её муж смеялся, когда служанки раздевали его и даже щипали в ответ. Но она промолчала. Возможно, так его настроение улучшится, и они смогут поговорить. Она понимала, что он не хотел этого брака, что его заставили король и королева. Но можно же попытаться жить мирно. Они вряд ли полюбят друг друга, но могут стать друзьями. Это не избавит их от исполнения супружеского долга, но они смогут спать вместе, пока она не забеременеет. После этого они будут жить в разных спальнях. Именно это Рея хотела предложить Деймону, но он так и не появился. Свою первую брачную ночь Рея провела одна, пока её муж развлекался со служанками. Такого унижения она вынести не смогла. Вернувшись в Рунный Камень, она больше никогда не посещала столицу. Но приказ короля Бейлона заставил её приехать. Своего доброго отца она уважала и не смела перечить. Хоть она и не хотела видеть Деймона, который явится в столицу словно воплощенный Эйгона Завоевателя. В столицу потянулись лорды с вассалами. Его Милость решил отметить победу и устроил грандиозный турнир, который продлится неделю. Король Бейлон хотел отпраздновать не только успех армии Вестероса, но и именины своих двухлетних внуков. Во время войны на Ступенях король отменил все увеселения, и это было разумно: пока идёт война, веселиться не стоит. Как только Рейя появилась в Красном Замке, слуги сообщили, что король просит её к себе. Разговор прошёл за закрытыми дверями, даже десница короля не присутствовал. Рейя поняла: король не хочет, чтобы их беседа стала известна советникам. — Леди Рея, благодарю, что приняли мое приглашение и прибыли в Красный Замок, — мягко сказал Бейлон, улыбаясь. Эта гордая девушка с черными волосами нравилась ему. Она напоминала Алиссу: такая же гордая и непокорная. Жаль, что Деймон не оценил сокровище, которое королева Алисанна подарила ему. — Я не могла не приехать, ваша милость, — сказала Рея, садясь напротив короля. — О чем вы хотите поговорить? Бейлон вздохнул, понимая, что разговор нужно вести прямо. Война за Ступени закончилась, и они победили. Его сын и внук возвращаются домой. Деймон, несомненно, потребует награду за то, что сделал Ступени частью Вестероса. Бейлон привык выполнять обещания. — Не буду ходить вокруг да около, леди Рея, — сказал Бейлон, глядя на нее. — Мой сын попросил меня аннулировать ваш брак. Я поставил условие: если Деймон выиграет войну для королевства, я дам согласие на расторжение брака. Мой сын выполнил свою часть договора. Теперь моя очередь. Я хотел поговорить с вами лично. Я знаю, что Деймон не раз требовал вашего согласия на расторжение брака, но вы отказывали. Я тоже не хотел соглашаться на это. Но теперь у нас есть новые причины. Что вы скажете? Если вы против... — Я согласна, — перебила его Рея. Деймон не раз писал письма в Рунный Камень, требуя расторгнуть брак. Рея из принципа всегда отказывала ему. Она не забыла унижений на свадебном пиру и после него. Не забыла, как ждала мужа всю ночь на брачном ложе, как пыталась наладить семейную жизнь в первые дни, но сталкивалась с оскорблениями и унижением. Когда она уехала из столицы, король приказал внуку вернуться в новый дом. Деймон сделал это с явным недовольством. Рея старалась сделать его жизнь в Рунном Камне сносной, но не могла предложить ему того, к чему он привык. Она не решалась подпускать мужа к делам своих земель. Возможно, это была женская гордость, но Рея не хотела зависеть от его мнения. Это еще больше разрушило их отношения. Когда Деймон сбежал обратно в столицу, Рея осталась в Рунном Камне и больше не пыталась связаться с ним. Все его требования о разводе она игнорировала или отвечала, что только Неведомый поможет ему избавиться от нее. Она прошла через унижения Деймона и хотела, чтобы он испытал нечто подобное. Однако сейчас кое что изменилось... Король удивленно поднял брови: — Вы так быстро согласились на мое предложение. — Ваше Величество, я поняла, что мой брак был ошибкой, — прямо сказала Рея. — Рунному Камню нужны наследники, но мой супруг не хочет об этом слышать. Думаю, развод — лучший выход для нас. — В таком случае я напишу письмо в Звездную Септу и попрошу прислать Верховного Септона в столицу, — ответил Бейлон. Он посмотрел на невестку с жалостью и добавил: — Леди Рея, вы понимаете, что Вера потребует подтверждения, что брак не был заключен? — Ваше Величество, я осознаю это, — твердо сказала Рея. — Я чиста, как в день нашей свадьбы. Если Верховный Септон потребует осмотра, я готова его пройти. — Этого достаточно, леди Рея, — сказал Бейлон. — Можете идти... День возвращения принцев с войны стал важным для всей столицы. Рея стояла среди представителей Долины в Тронном Зале и наблюдала, как открываются двери и входят принцы Деймон и Эймонд. За ними следовали сир Лейнор, а также сиры Гвейн и Мордер Хайтауэры. Рея без особого интереса смотрела на мужа, который держал молот и костяную корону. Говорили, что эти вещи принадлежали Кормильцу Крабов, которого обезглавили прямо на Ступенях. Но больше внимания привлекал принц Эймонд. Все леди в Тронном Зале с интересом смотрели на него. Юный восемнадцатилетний кронпринц заметно изменился за время войны. Он стал выше, под одеждой проглядывали едва заметные мышцы, длинные серебристые волосы были собраны в хвост, а разноцветные глаза с теплотой смотрели на Алисенту и с лёгким волнением — на детей. Когда принцы остановились у подножия Железного Трона, они преклонили колени. Деймон опустил к ногам короля оружие побеждённого врага. — Ваша Милость, Ступени принадлежат вам, — произнёс Порочный Принц. — Встаньте, — велел король. Когда они подчинились, Бейлон шагнул к ним и крепко обнял. — С возвращением домой, — сказал он. — Эймма. Рейнира. Алисента, подойдите. Рея, затаив дыхание, наблюдала, как кронпринц обнимает мать, а затем нежно — младшую сестру. На Рейниру Эймонд не взглянул, его внимание полностью переключилось на Алисенту и их детей. Рея видела, как Алисента, немного смущаясь, поздравляет мужа с победой, а затем представляет ему детей. — Это Эйрион, — говорила она, стараясь не замечать ехидных взглядов окружающих, — а это Сайра. Мир сузился для неё до одного человека. А что, если Рейнира была права? Что, если Эймонд не примет детей? Эти мысли годами ускользали от Алисенты. Её поддерживала принцесса Рейнис и король; отец старался приободрить её, а Лейна защищала перед придворными. Но мать словно поддерживала Рейниру, считая детей наказанием за ослушание короля. Алерия даже не захотела увидеть внуков, что стало постоянным источником споров между ней и Отто. И вдруг Алисента заметила, как её дочь, стоявшая рядом, отошла и направилась к Эймонду. На миг Алисента задержала дыхание. Вот дочь подходит к отцу, а Эймонд опускается на корточки, чтобы быть на одном уровне с малышкой. — Папа, на ручки! — радостно улыбнулась девочка. Кронпринц улыбнулся и бережно взял её на руки. — Сайра... — прошептал он, словно пробуя имя на вкус. — Ты уже такая большая. — Да, мне и Эйри скоро будет три, — сказала маленькая принцесса. — И мы обязательно отпразднуем это всей семьёй, моё сокровище, — пообещал Эймонд, затем перевёл взгляд на сына. Маленький принц, в отличие от сестры, остался рядом с матерью. Увидев, как сестра смело подошла к отцу, которого они давно не видели, он тоже шагнул вперед. Едва мальчик поравнялся с отцом, тот подхватил его на руки и крепко обнял. Алисента не смогла сдержать слез радости. Эймонд не отвернулся от нее. Он признал их детей. Проклятия Рейниры не сбылись. Пока кронпринцесса радовалась воссоединению с мужем, ее брат уже кружил сыновей под их звонкий смех и ласковую улыбку Лейны. День был полон радости и слез. Даже кислые лица Деймона и Рейниры не смогли омрачить этот праздник. На следующий день после пира в честь победы над Ступенями Рею Роис и Деймона Таргариена вызвали в Тронный Зал. Помимо королевской семьи, там были члены Малого Совета и вся знать Вестероса. Рядом с Железным Троном стоял Верховный Септон. Король Бейлон поднялся и произнес: — Сегодня мы присутствуем при расторжении брака моего сына, принца Деймона Таргариена, и моей невестки, леди Реи Роис. Поскольку супруги утверждают, что брак не был консумирован, он считается недействительным. Принц Деймон и леди Роис, подтверждаете ли вы это? — Да, — ответил Деймон, чувствуя облегчение от мысли, что наконец избавится от Бронзовой Суки. — Да, — кивнула Роис, мечтая поскорее избавиться от ненавистного мужа. — Что скажете, Верховный Септон? — спросил король у пожилого мужчины, который проделал долгий путь в столицу по его приказу. — Если супруги утверждают, что не вступали в интимную связь, то брак недействителен в глазах Семерых, — подтвердил септон. — Вера не одобряет такие действия, но раз союз не был заключен по правилам Веры Семерых, я признаю брак недействительным и аннулирую его. С этой минуты принц Деймон Таргариен и леди Рея Роис разведены... День турнира был для Харвина Стронга настоящим праздником. Он собирался выступить на состязаниях, чтобы обратить на себя внимание принцессы Рейниры. Харвин был влюблён в неё уже год, но понимал, что не может даже мечтать о её руке. Хотя его семья владела землями и замком, этого было недостаточно для брака с девушкой королевской крови. — Подбери слюни, Стронг, — насмешливо сказал Кристон Коль, заметив, как Харвин смотрит на принцессу. — Она не для таких, как ты. — Неужели ты сам претендуешь на Отраду Королевства, Коль? — ехидно спросил Харвин. Он не любил этого дорнийца и его быстрое сближение с кронпринцем. Харвин подозревал, что Коль притворяется благородным рыцарем ради близости к доверчивой принцессе. — В отличие от тебя, я верен своим клятвам и обетам, — гордо заявил Белый Плащ. — Советую тебе не смотреть на принцессу. Король никогда не одобрит ваш союз. — Но союз с Хайтауэрами король одобрил, — пробормотал Харвин, когда Коль отошёл. Харвин часто слышал разговоры об этом союзе и всё ещё не понимал, почему справедливый король одобрил этот брак. Хайтауэры, конечно, были богаты и влиятельны, но Алисента Хайтауэр не была дочерью лорда. Она была дочерью второго сына, который служил десницей короля. Возможно, её отец заставил её соблазнить принца. Отец Харвина часто негативно отзывался об Отто Хайтауэре, называя его интриганом. Сигнал к началу турнира отвлек его от размышлений. Это был шанс показать себя принцессе Рейнире и заслужить её внимание. В конной сшибке Харвин сбил почти всех соперников. Остался только Коль, который оказался крепким для дорнийца. Харвин пытался его победить, но дорниец оказался хитрее. Он ударил копьём по ногам коня Харвина, и тот вылетел из седла. Однако Харвин не собирался сдаваться. Вытащив меч, он приготовился к бою. Коль не стал медлить и крепко сжал свой моргенштерн. Удары посыпались один за другим. Харвин, превозмогая боль, слышал слова Коля, предлагавшего сдаться, но Стронг игнорировал их. Он никогда не сдастся и не опозорит себя перед принцессой. — Ты сам виноват, Стронг, — сказал Коль и начал яростно бить его. Харвин пытался защищаться и даже контратаковать, но перед глазами потемнело, и он пропустил пару сильных ударов по ключице. Похоже, она была сломана, но Стронг не сдавался. Он продолжал сражаться, пока не получил удар в голову. Последнее, что он увидел, — перепуганные глаза отца... — Он должен быть казнён, — кричал Лионель Стронг после турнира, на котором погиб его сын. Лорд Харренхолла потребовал от короля справедливости. Стронг хотел, чтобы голову Кристона Коля, забившего Харвина насмерть на турнире, отправили ему. — Этот человек запятнал Белый Плащ. Он позор Королевской Гвардии. — Лорд Стронг, я понимаю вашу боль, но на турнире могут происходить разные вещи, — лениво сказал Эймонд. — Травмы и смерти — обычное дело. Что скажете, лорд Уайт? — Вы правы, мой принц, — поддержал кронпринца мастер над законом. — Смерти на турнире случаются. Если бы мы казнили всех, кто убил своего противника, в королевстве не осталось бы людей. — Этот человек продолжал избивать моего сына, уже безоружного и не способного защитить себя, — настаивал Стронг. — Вы слышали, что сир Коль предлагал сиру Харвину сдаться, но ваш сын не пожелал признать поражение, — холодно произнес Эймонд. — В этой смерти виновата только его глупая гордыня. — Я согласен с внуком, — сказал Бейлон. — Сочувствую вашей утрате, лорд Лионель, но смерть на турнирах не редкость. Ваше требование о смерти сира Кристона Коля не будет удовлетворено. Лионель Стронг едва сдерживал ярость и ненависть, но не выдал своих чувств. — Ваша милость, прошу освободить меня от должности помощника мастера над законом, — сказал он. — Мы с Ларисом вернемся в Харренхолл, чтобы похоронить Харвина с почестями. — Мне жаль, отец, но я останусь на посту мастера над шептунами, — мягко сказал Ларис, неприятно удивив отца. — Тебе придется вернуться одному. Лионель сжал кулаки, но промолчал. Ларис всегда был чужд ему и Харвину. Раз младший сын так решил, Лионель не будет настаивать. Но с этого дня ему стало безразлично, как сложится жизнь Лариса... Сир Лютор неторопливо шагал по улицам Королевской Гавани, которая, как обычно, не спала. Люди искали развлечений, играла музыка, повсюду сновали актеры и продавцы уличной еды. Все веселились в честь победы на Ступенях. Лютор раздраженно вздохнул: кто-то радовался, а ему предстояло патрулировать улицы и разгонять нарушителей порядка. — Милорд, подождите! — внезапно к нему подбежал мальчик. — Прошу, помогите! На мою сестру напали какие-то люди! — Веди, — коротко приказал Лютор. Мальчишка завел его в глухие, мрачные улочки. Они шли все глубже, пока не уперлись в тупик. Лютор не сразу понял, что происходит, как вдруг его окружили люди. Их было около десятка. Похоже на разбойников. Ну что ж, он покажет им, что бывает, когда трогаешь лучшего воина принца Деймона. Они набросились на него разом, тесня к стенам. Лютор умело отбивал удары, но почувствовал, как кольчугу пронзает нечто острое. Подняв глаза, он заметил стрелу в правом плече. Как такое возможно? Они же в замкнутом пространстве, и он не видел у нападавших лука. Следующая стрела пронзила левое плечо. Сверху? Лютора начала бить дрожь. Что происходит? Перед глазами потемнело, и он рухнул на колени. Меч выпал из рук. Следующие удары он уже не мог сдержать... Мужчина в плаще одобрительно посмотрел на мертвое тело сира Лютора Ларджента. — Вы хорошо постарались, — сказал он. — Мой господин будет доволен. Вот ваша награда. Он протянул наемникам тяжелый кошель с золотом. Главарь с улыбкой забрал золото и вместе с шайкой покинул место преступления. Ему было безразлично, кто и почему хотел смерти Золотого Плаща. Главное, что за это им заплатили, и теперь они смогут повеселиться. Тем временем мужчина сидел в таверне напротив своего господина и рассказывал об успешном устранении сира Лютора. — Яд отлично сработал, господин, — произнес мужчина, отпивая эль и преданно глядя на своего господина. — У Лютора не было шанса. Когда его найдут, все решат, что он стал жертвой уличных бандитов. Следы моего яда никто не обнаружит. — А наемники? — тихо спросил господин. — Отравленные монеты подействуют к утру, — заверил мужчина. — Отлично, — кивнул собеседник. — Утром наш господин будет рад этой новости. Ты хорошо потрудился, старый друг, можешь отдыхать. — Милорд, с вами все в порядке? — спросил мужчина, когда тот собрался уходить. — Мое здоровье в норме, — ответил он. — Я не про здоровье, — покачал головой мужчина. Его господин всегда так себя ведет. Делает вид, что не понимает вопроса. — Я про тот случай... — Мне плевать, — резко оборвал его собеседник. — Я рад, что он мертв. — Но он же ваш... — Еще одно слово, и я очень пожалею, что дал тебе столько свободы, Харланд, — недовольно произнес господин. — Не забывай, что такие разговоры опасны, друг мой. — Прошу прощения, милорд, — склонив голову, ответил мужчина. Харланд проводил взглядом удаляющуюся фигуру и тяжело вздохнул. Он, будучи простым мейстером, очень привязался к этому мальчику. Господин рос на его глазах, и Харланд, вероятно, был единственным после матери, кто проявлял к нему ласку. Всю жизнь господина преследовало безразличие отца и насмешки брата. Только бывший помощник мейстера пытался стать ему другом и заменить отца. По прибытии в Королевскую Гавань Харланд радовался, что остался рядом с господином. Однако в последнее время его всё больше беспокоили происходящие события. Ему не нравились ни эти смерти, ни то, что господин связался с тем принцем. Но как верный слуга он готов был пойти на всё ради своего господина, даже на преступление...