"Сны, в которых мы теряемся"

Гарри вошёл в местный аврорат. Маленькое здание, почти как его забыли ремонтировать лет десять. Крыша слегка провалилась, дверь скрипела при каждом движении. Внутри пахло старыми бумагами и сыростью. Авроры этого отдела встретили их холодно. Усталые взгляды. Высокомерные усмешки. Кто-то даже не скрывал раздражения: — Министерство снова шлёт нам «героя»? Думаю, мы здесь ничего не можем сделать? Главный аврор — мужчина среднего возраста, с морщинами и взглядом человека, который слишком много потерял — взял письмо, которое Гарри протянул ему. Он прочитал его. Затем фыркнул. — Она написала вам, а не нам. Вы приехали из-за одной женщины? — Из-за ее детей, — ответил Гарри. — Они исчезли. Как и другие. И я не уйду, пока не найду того, кто стоит за этим. Глава отряда долго смотрел на него. Потом превратили одно из своих: — Возьми его с собой. Покажи место. Только не позволяйте нам работать. Дом проживал женщины на окраине деревни. Эдди — молодой аврор, который отправили с ним — проявление по пути: — Когда мы пришли сюда, всё было тихо. Никто ничего не видел. Никто не слышал. Гарри посмотрел дом. Маленький. Уютный. С садом из роз перед окном. Но внутри — пустота. Чашка чая на столе. Завядшие цветы. Разброшенные игрушки. И… тишина. — Они просто исчезли, — прошептал он, стоя в центре комнаты. — Да, — услышал Эдди. — И это не первый случай. Гермиона тем временем проходила по деревне. Дома были маленькими, уютными, с качелями, цветами в горшках. Всё выглядело спокойно. Только вот к ней относились скептически. — Что она здесь делает? — Шептали сотрудники. — Не аврор же. Просто начальник. — Она только что вернулась из комы, — добавил один из них. — Может, ещё не готова к расследованиям. Гермиона слышала. Но не обижалась. Просто продолжала идти. Она знала, что если будет молчать, они перестанут сомневаться. Когда Гарри и Эдди вернулись, Гермиона уже ждала их дома. Она проверила стену. Чувствовала, как внутри просыпается что-то тревожное. А потом услышала звук. Звон колокольчиков. Еле уловимый. Он донесся из детской комнаты. Она пошла на него. Не заметила, как все замерли . Как Невилл окликнул ее , но она не ответила. Как Гарри понял, что что-то не так . Колокольчики вели ее к стене. Там висели старые сивалы. Она протянула руку. — Не трогай! — закричал Гарри. Он кинулся к ней. Успел схватить за руку до того, как она коснулась поверхности. И тогда она закричала. Села на пол. Зажала голову руками. — Кричат дети… — прошептала она. — Так много боли… Гарри опустился рядом. Обнял её. Погладил по волосам. Пока Невилл проверял стену. — Это не простая магия, — сказал он. — Это следы страха. Сильная магия. Возможно, ритуальной. — Но почему я это слышала? — спросила Гермиона, всё ещё дрожа. — Что ты был там, — ответил Гарри. — Во сне. Возможно, ты всё ещё обеспокоен этим миром. Он оставил ее отдыхать на скамейке у дома. Эдди остался с ней. Гарри и Невилл вернулись изнутри. Собрали кристаллы темной магии. Сделали записи. И понял одну вещь: Это не просто алкоголе. Это ритуал , который продолжается. Когда они вернулись в «Покой Души», Гарри отправил авроров отдыхать, а Невилл ушёл к себе в номер — превратил его в мини-лабораторию, как всегда. Гермиона осталась одна. Но не прошло. Невилл принес ей чай — горячий, с ромашкой и чем-то ещё. — Это должно помочь тебе расслабиться, — сказал он. — Я немного подправил рецепт. Ты ведь знаешь — я всегда экспериментирую. — Да, Луна мне об этом влечения, — улыбнулась Гермиона, беря кружку. Она сиделка в его номере, наблюдала, как он работает. Как перемешивает травы. Как появилась книга. Как записывает формулу. Треск камина нарушил тишину. Луна. Она появилась в пламени, как всегда, с сумкой, полными книгами и серьгами в форме сов. — Привет, — сказала она. — Как вы? Я получила твое письмо. И Невилл, кажется, уже приступил к работе. Гермиона улыбнулась, наблюдая, как они говорят. Потом тихо вышел, оставив их двоих наедине. В гостиной отеля было тихо. Кто-то играл в шахматы. Кто-то читал газету. Кто-то просто сидел и смотрел в огонь. Она присела у камина, чувствуя холод внутри. Тогда к ней подошел один из постояльцев — пожилой человек с добрыми, уставшими глазами. — Я вас раньше не видел. Ты откуда? — Из Лондона. Работа. — Ищете покой? — Хотелось бы, — ответила она. — Сейчас я ищу детей. И ответы. Он выглядит, как будто, одинаково. — Я тоже когда-то был учёным. Теперь живу здесь. Один. Иногда думаю, что это тоже своего рода расследование. Жизнь. Безопасность. Пока. Гермиона посмотрела на него. Его взгляд был мягким. Нежалостливым. Понимающим.