Часто, долго и счастливо

      — Эй, ты живой?       Мо Жань обошел стеклянный куб, но существо в нем сидело без движения, обхватив руками колени. Черные волосы, такие длинные, что стелились по дну, полностью закрывали спину существа, но из-под завесы выглядывал длинный хвост без единой шерстинки. Хвост обвивался вокруг левой ноги существа — голой, как и все это создание.       Только трепетание ноздрей на идеально гладком — не поймешь, мужчина это или женщина — лице выдавало, что перед Мо Жанем не манекен.       — Говорить умеешь?       — Нет, — сказало существо, посмотрев наконец на Мо Жаня.       Глаза у него были глубокого золотистого цвета, с вертикальными зрачками.        Какого черта Мо Жань вообще застрял около этого создания? Он добыл нужные чертежи и образцы, задание выполнено, пора было бежать из этой стремной лаборатории, но Мо Жань никак не мог уйти и бросить живого… ну, кого-то, вот так, взаперти.        — Ты не кусаешься? — спросил он, глянув на коммуникатор на руке. Времени и правда в обрез.       Существо бесхитростно открыло рот, показывая обычные человеческие зубы. Ну, клычки чуть острее… Мо Жань сглотнул.        Была не была.       Он достал резак и сделал знак рукой, чтобы существо отползло подальше от стекла. В два счета он разделался с преградой и вытащил пленника наружу.        Тот неловко распрямился, покачиваясь, словно на своих ногах стоял в первый раз. Мо Жань выругался и подхватил его на руки.       И вот так, с голым мужчиной — Мо Жань проверил — на руках, он помчался по коридорам лаборатории к точке эвакуации. Не прошло и половины минуты, как взвыли сирены, и он с трудом затормозил, уходя в боковой коридор. Мимо простучали сапогами охранники, пока он прижимался к стене, тяжело дыша. Шум стих, Мо Жань проверил путь и продолжил бежать.       — Это все дядя, — бормотал он себе под нос. — Подбирать убогих — семейная черта.       — Псина, шевелись! — услышал он крик Сюэ Мэна.       Его брат махал рукой, стоя у разломанной стены на противоположном конце последнего коридора.       За спиной Мо Жаня снова загрохотало, потом послышались выстрелы, и он стрелой промчался мимо отстреливающегося в ответ Сюэ Мэна, ныряя в нутро транспортника.        — Трогаемся! — крикнул Ши Мэй, их напарник, сидевший в кресле пилота.       Пальнув пару раз напоследок, Сюэ Мэн поднял аппарель, и Ши Мэй дал по газам. Мо Жаня мотнуло в сторону, и он едва успел прикрыть собой украденное существо, пребольно ударившись о переборку. Быстро усевшись в кресло, он пристегнул их обоих, так, что существо оказалось у него на коленях, и с облегчением выдохнул.       И тут в лицо прилетела куртка Сюэ Мэна.        — Прикрой его и рассказывай, какого черта ты своровал из «Убэя» проект «Юйхэн»!       — О, так у тебя имя есть, — с улыбкой сказал Мо Жань, обращаясь к существу.        Тот помотал головой и сказал:       — Чу Ваньнин. Мое имя. Не Юйхэн.       Стоило объяснить, зачем законопослушные сотрудники корпорации «Сышэн» вломились к конкурентам. Ну, как, с «Убэй» никто не мог конкурировать, эта компания стояла на вершине корпоративного мира, владела сотнями инновационных разработок, но делиться ими с большим миром не спешила. Видите ли, многие были потенциально опасными, так что давать их каким-то жалким людишкам они не собирались. И плевать хотели, что с Изнанки в их мир постоянно лезли новые монстры, что у «Сышэн» каждый день погибал десяток бойцов, что земли вокруг прорывов пустели, беженцы заполнили города, приближался голод, а корпорации только сваливали друг на друга обязанности по отражению атак.       И вот «Убэй» разработала энергетический щит, своеобразную заплатку для разорванного пространства, но отдавать технологию не спешила. И что прикажете делать? Глава «Сышэн», конечно, ничего о дерзком плане своих подчиненных не знал. Но они втроем решили, что если не сделают этого, то скоро от их корпорации все равно никого не останется.       Сюэ Мэн уткнулся лбом в колени и протянул что-то похожее на «бля-я-я-я».       — Кто же ты такой? — спросил Мо Жань и ласково погладил загадочного мужчину по голове.       Тот смотрел на него вполоборота с полнейшей растерянностью.       — Чу Ваньнин, — повторил он.       Вместо него ответил Ши Мэй:       — Глава Хуайцзуй совсем недавно представил этот проект. Отборные человеческие гены, плюс кое-что от животных — для улучшения адаптивных механизмов. Планировал вывести новый вид, чтобы эти существа сражались с порождениями Изнанки. Но еще не было новостей об успешном эксперименте. Похоже, ты стащил первый образец, А-Жань.       — Бля-я-я, — простонал Мо Жань, уткнувшись в макушку Чу Ваньнина.        Теперь он понимал ужас Сюэ Мэна.                     

***

      Сюэ Чжэнъюн помассировал виски и прикрыл глаза.       Мо Жань переглянулся с Сюэ Мэном, но тот одними губами прошептал:       — Сам объясняй.       Как провинившиеся школьники, троица стояла в кабинете главы корпорации «Сышэн». Чу Ваньнина они успели переодеть в простой спортивный костюм, и Мо Жань усадил того в сторонке, но так, чтобы видеть боковым зрением.       — Я думал, они там человека мучают, — сказал наконец Мо Жань. — Кто же знал, что его из пробирки вывели?        — Мой добрый мальчик, — обреченно сказал Сюэ Чжэнъюн, а потом хлопнул в ладоши. — Так! Обратно мы его не повезем. Остается надеяться, что вы хорошо замели следы и по нашу душу не придет армия корпорации «Убэй». Ши Мэй — займись добытыми файлами, Мэн-эр — отправляйся на полигон для тестирования. Мо Жань…       Глава Сюэ помолчал.       — Тебе придется позаботиться о Юйхэне. Неизвестно, какие программы в него заложены. Но чтобы ты знал — за основу был взят генетический материал Чу Сюня — математического гения, который, к сожалению, погиб в результате несчастного случая. Так что проблем с обучаемостью у Юйхэна не будет.       — Я Чу Ваньнин, — упорно повторил Чу Ваньнин.       — Прости-прости, — быстро сказал Сюэ Чжэнъюн. — Привык к тому, как тебя называл Хуайцзуй на этапе разработки. Все, за работу!       — Ну, пойдем, ученик, — со вздохом сказал Мо Жань, хватая Чу Ваньнина за руку.        На вид тому было лет двадцать-двадцать пять. Самый расцвет сил — никто не собирался ждать, пока это существо в нормальном темпе вырастет и разовьется.       Он привел Чу Ваньнина в свои апартаменты, усадил в рабочее кресло, а сам сел напротив, оседлав стул.       — Ты помнишь, сколько времени прошло с твоего появления на свет? — спросил Мо Жань.       Чу Ваньнин поднял обе ладони и показал семь пальцев.       — Семь месяцев?       — Дней, — любезно поправил его тот.       Мо Жань почесал макушку.        — Теперь понятно, почему ты едва можешь говорить.        — Слушаю. Учусь, — сказал Чу Ваньнин.       — А Хуайцзуй говорил, какую программу обучения тебе дадут? — с надеждой спросил Мо Жань.       — Не прошел эмоциональный тест, — сказал Чу Ваньнин, ткнув в себя пальцем. — Гнев, сострадание. Ликвидировать.       Он будто повторял услышанные слова, и Мо Жань во все глаза уставился на него. Вот эту красоту — ликвидировать?       — Погоди, что за тест?       — Впереди разлом. Задача — запечатать его. Чудовища на свободе, рядом человеческий ребенок. Выбор? — спросил Чу Ваньнин и с любопытством посмотрел на Мо Жаня.       — Ну, — тот немного растерялся, ведь это он допрашивал Чу Ваньнина. Как так получилось, что отвечать ему? — Схвачу ребенка, вызову Сюэ Мэна помогать закрыть разлом.       — Ошибка, провал миссии. Ликвидировать, — сказал Чу Ваньнин.       — Да какой «ликвидировать»?! — подскочил Мо Жань. — Сдурели они там все?       Чу Ваньнин философски пожал плечами.        — Получается, никто не будет тебя искать. Да, Ваньнин?       Тот снова пожал плечами, глядя на свои руки.       Побарабанив пальцами по подбородку, Мо Жань поднялся и склонился над столом, включая рабочую станцию. Если в Чу Ваньнине коктейль из лучших человеческих генов, вон супер-математик какой-то отметился, то он быстро разберется, как добыть информацию из сети, верно?       Честно говоря, учитель из Мо Жаня плохой. Если подраться — это он первый, но вот науки ему не давались. Он быстренько открыл обучающий портал для школьников и усадил Чу Ваньнина читать основы грамматики, сам же поспешил в кухонный отсек.       — Ты человеческую еду потребляешь или тебе сверчков каких-нибудь подавай? — прокричал он, доставая сублиматы из шкафчика.        Он подождал ответа, но Чу Ваньнин так и не подал голоса. Нахмурившись, Мо Жань заглянул проверить, как у того дела.       — Бля!       Он подскочил к столу и развернул кресло так, чтобы Чу Ваньнин оказался спиной к экрану. На мониторе, прямо во всю ширь, парочка мужчин страстно совокуплялась на огромной кровати, а камера в деталях показывала самое пикантное место.       — Ты зачем полез в мои вкладки? — простонал он.       Как будто ребенку порно показал, ей-богу.        — Закончил изучение языка, начал искать новый материал, — сказал Чу Ваньнин, чуть наклонив голову, как любопытный кот. — Мо Жань, почему они нарушают принципы человеческого размножения?       Первым делом он обрадовался, что Чу Ваньнин к нему по имени обратился — запомнил! — а потом зажмурился от вопроса.       — Слушай, это продвинутая теория, тебе пока знать не положено.       Чу Ваньнин нахмурился.       — Если не получу актуальную информацию о человеческой биологии, могу совершить ошибку на миссии.       Слышите, как заговорил? Да еще руки на груди скрестил, прямо строгий начальник отчитывает подчиненного.       — Это не для размножения! — сдался Мо Жань. — Тебе не пригодится, не переживай.        Чу Ваньнин развернулся в кресле и снова пристально поглядел на трахающихся мужчин. Те как раз сменили позу: один из них стоял на коленях, отсасывая у второго.       — Тогда зачем?       Мо Жань выдернул шнур монитора и снова развернул Чу Ваньнина к себе.       — Сказано — материалы для высшей ступени обучения. Когда закончишь базовую программу — расскажу.       Чу Ваньнин неохотно кивнул, будто разлука со знаниями больно ранила его.              

***

      С того дня Мо Жань и правда стал учителем для Чу Ваньнина. Академические знания тот схватывал на лету, но в быту оказался настоящим инвалидом. Он никогда не вспоминал о еде, бросал одежду там же, где и снял, и не понимал, почему не может спать в одной постели с Мо Жанем.       — Мы одного пола, — сказал он. — Это не нарушает никаких социальных норм.       Ага, не нарушает. Учитывая, что спал Чу Ваньнин обнаженным. Полезно для терморегуляции во сне, так он заявил, и улегся в первую ночь в чем мать родила, обнимая свой хвост.       Чу Ваньнин был не только умным, но и чертовски красивым, поэтому Мо Жаня такая картина в собственной постели не устраивала. Он не был извращенцем! Хоть и трахал мужчин. Чу Ваньнин совершенно точно не понимал, как его внешность действует на других, поэтому нельзя было даже думать о каких-то непристойностях с этим человеком. Да ему буквально неделя! Это какой же срок дадут Мо Жаню, если он хотя бы бросит на него похотливый взгляд? Но Чу Ваньнин, такой покладистый во время обучения, умел твердо отстаивать свои границы. Да, он продолжал спать голым, поэтому Мо Жань просто притащил вторую кровать.       Пусть социализация буксовала, но с тренировками дела шли превосходно. Чу Ваньнин двигался на полигоне так, будто годами оттачивал мастерство боя. Его мышцы были идеально развиты, реакции превосходили человеческие, и он, вдобавок, всего за неделю теоретических изысканий освоил большинство видов оружия. Страшный человек! Мо Жань был лучшим оперативником корпорации Сышэн, но уже через месяц тренировок проигрывал два боя из трех.        Чу Ваньнин мягко приземлился на мат после того, как отделал его в очередной раз, перекинул заплетенные в косу волосы через плечо и протянул руку, чтобы помочь Мо Жаню встать на ноги, когда двери в зал распахнулись.       — Хуайцзуй нас вычислил, — сказал подошедший к ним Сюэ Чжэнъюн.       Он выглядел непривычно мрачным, и Мо Жань поспешил закрыть собой Чу Ваньнина.       — Он требует вернуть его?       — На самом деле все гораздо хуже. Хуайцзуй объявил, что его эксперимент провалился. Биологический робот «Юйхэн» не отвечает требованиям безопасности и должен быть уничтожен.       — Робот? — Мо Жань обернулся и посмотрел на Чу Ваньнина, который стоял прямо, чуть подняв подбородок, но не пытался возражать. Он знал, несмотря на свою «молодость», что его дни сочтены.       — Я тоже не согласен, — сказал Сюэ Чжэнъюн, и Мо Жань с облегчением выдохнул. — Но мы не сможем бодаться с «Убэй» вечно. Тем более, сейчас не время для внутренних склок. Новый Разлом вот-вот откроется, нам придется действовать сообща.       — Ши Мэй уже разобрался с данными для щита?       Сюэ Чжэнъюн огорчённо помотал головой.       — Если вы об энергетической блокаде первого порядка, то я умею ей пользоваться, — подал голос Чу Ваньнин.       Две пары глаз уставились на него, а потом Сюэ Чжэнъюн воскликнул:       — Так ведь это прекрасно!       Мо Жань повернулся и с надеждой посмотрел на него.        — Дядя, мы пойдем с Ваньнином вместе к Разлому. Если сможем закрыть, то только дурак скажет, что его надо уничтожить. Есть другие корпорации. «Гуюэе»! Мы запросим у них поддержку, мы надавим на «Убэй», мы сможем…       Сюэ Чжэнъюн поднял руку, останавливая бессвязный поток слов.       — Так и сделаем. Пусть Чу Ваньнин сначала встретится с Ши Мэем и поможет с щитом. А потом ваш отряд выдвинется к Разлому.       — И Чу Ваньнин!        — Конечно, разве он не часть твоей команды, Жань-эр? — улыбнулся Сюэ Чжэнъюн.       Хоть Мо Жань только говорил с уверенностью, а в душе волновался, сможет ли Чу Ваньнин справиться в реальном сражении, но действительность оказалась лучше любых фантазий.        На следующий день они прибыли к точке, в которой пространство истончилось и готово было впустить в их мир агрессивных демонов. Вокруг уже разместили свои базы другие корпорации, готовясь к схватке.       Чу Ваньнин выглядел абсолютно спокойным, будто сто раз запечатывал такие разломы. К счастью, «Убэй» послать своих людей не соизволил, и Мо Жань с облегчением выдохнул. А вот глава корпорации «Гуюэе» направился точно к ним.       — Это он? — спросил Цзян Си, не потрудившись поздороваться, и кивнул на Чу Ваньнина.       Ну, хотя бы не «оно». Несмотря на надменный вид, глава «Гуюэе» заработал у Мо Жаня пару очков.       — Корпорации не любят утечек, — сказал Цзян Си. — Но я готов закрыть глаза на метод, которым вы добыли информацию, если сегодняшний Разлом удастся закрыть с минимальными жертвами.        Жертвами? Ха!       Чу Ваньнин даже не позволил ткани пространства порваться. Подошел к пульсирующей алым трещине, висящей прямо в воздухе, и под его руками она засветилась золотым светом, затягиваясь, как огромная рана.        Бойцы, привлеченные их появлением, плотным кольцом окружили отряд Мо Жаня, глядя во все глаза на невозмутимого Чу Ваньнина. Тот закончил работу и повернулся, с удивлением оглядывая толпу.       — Хуайцзуй сошел с ума, — прошептал Цзян Си.       Так они перетянули на свою сторону грозного союзника, и уже через месяц глава корпорации «Гуюэе» созвал международную конференцию, на которой публично была представлена техника создания «энергетической заплатки», а еще проведены открытые тесты проекта «Юйхэн». Ну, они это так назвали, но в итоге по каким-то своим мудреным методичкам аттестовали Чу Ваньнина, и вывод был таков: Юйхэн отвечает всем критериям живого и разумного человека, имеет права на гражданство, и вообще, самый человечный человек. Так что хренушки вам, «Убэй», а не ликвидация. А самой смешной для Мо Жаня оказалась новость, что эти жуки после Чу Ваньнина так и не смогли повторить свой успех. Их «ошибка» оказалась единственной и совершенно уникальной и теперь окончательно выскользнула из рук Хуайцзуя.       Стоило ли говорить, что на базе корпорации Сышэн по этому поводу закатили настоящий пир, празднуя чудесное спасение члена команды.       Мо Жань приглядывал за Чу Ваньнином — тому без конца подливали и провозглашали очередной тост, но его подопечный, сколько бы ни пил, оставался все таким же собранным и прохладно-отстраненным с другими.        Мо Жаню льстило, что только он знал его буйную натуру — Чу Ваньнин с легкостью взрывался, если что-то складывалось не по его, и у них дома вел себя порой даже капризно, если Мо Жань забывал купить сладости. Разбаловал на свою голову!        — Не устал? — спросил он, подойдя к Чу Ваньнину.       Тот приподнял бровь, но все же кивнул. Конечно, с его выносливостью вряд ли он устал физически, но Мо Жань знал, что Чу Ваньнин быстро выдыхается от общения с другими людьми.        Так что они отправились в апартаменты Мо Жаня.       — Послушай, — начал Чу Ваньнин, когда дверь за ними закрылась. — Мое обучение закончилось?        — Ха! Да ты уже превзошел своего учителя, — ответил Мо Жань. Ему нечего было стыдиться, он искренне гордился успехами Чу Ваньнина.       — Это значит… — тот подергал нитку, торчащую из свитера, не встречаясь взглядом с Мо Жанем. — Теперь ты передашь мне материал высшей ступени?       — А? — тупо переспросил Мо Жань.       Чу Ваньнин поднял на него свои золотистые глаза, отчего-то смущенный, как никогда прежде.       — Та тема, ты обещал, что расскажешь после базового обучения. Зачем мужчины совершают половой акт, не имея возможности создать общее потомство?       «Думаешь, ты охуеть какой хитрый, а? — подумал Мо Жань. — Думаешь, поверю, что ты не прошерстил все базы сети, изучая «неправильный» секс?»       Чу Ваньнин сел на кровать, которую Мо Жань притащил в комнату, спасаясь от искушения, и снова заговорил:       — Так ты… ты научишь меня?       «Блядь, Чу Ваньнин! Смерти моей хочешь?» — Мо Жань ругался мысленно, а вслух сказал:       — Ах, теорию легко найти…       — Мо Жань, — холодно позвал его Чу Ваньнин. — Я все понял, спасибо.       Нихуя ты не понял!       Пока Мо Жань мысленно говорил себе: «Фу! Плохой, плохой учитель! Даже не думай начинать с этим доверчивым учеником практику», Чу Ваньнин встал с кровати и пошел к выходу. Только сейчас Мо Жань увидел, что он весь залился румянцем — даже на ключицах кожа порозовела.        Он схватил Чу Ваньнина за руку и потянул на себя.       — И куда собрался? — спросил он, обнимая талию, которая в реальности оказалась даже тоньше, чем в его снах. — Практика разрешена только в этой комнате.        Чу Ваньнин отвернулся, избегая его взгляда.       — Смотри на меня, — велел Мо Жань. — Разве хорошие ученики не должны слушаться учителя?       Он сжал пальцами его подбородок и заставил повернуть лицо. Уголки глаз Чу Ваньнина покраснели от обиды — если бы тот только знал, как на Мо Жаня действовал этот его «мне-все-равно-отпусти» вид.       — Урок первый и последний, — прошептал Мо Жань. — Мужчины трахаются, потому что это приятно, потому что нет сильнее удовольствия, чем брать или отдаваться. И ты, мой совершенный человек, не отличаешься в этом плане от других людей.       — Как… как выбрать себе партнера?        — Симпатия, желание… — Мо Жань едва прикоснулся к губам Чу Ваньнина, но тот послушно приоткрыл их. — Любовь, — добавил он и чуть прикусил его нижнюю губу. — Я видел, как ты смотрел на тренировке, когда я стащил с себя мокрую футболку. Можешь вспомнить это чувство?       Чу Ваньнин облизал укушенную губу и кивнул.        — Желание — вот что это было.       — Иногда ты тоже на меня так смотришь, — сказал Чу Ваньнин, его дыхание было поверхностным, грудь прижималась к груди Мо Жаня, и даже сквозь одежду тот чувствовал частое сердцебиение.       — Может, ты и чужие взгляды замечал? — с непривычной для себя ревностью спросил Мо Жань. Раньше ему дела не было до случайных партнеров по сексу.        — За другими я не следил, — честно ответил Чу Ваньнин.       И Мо Жань сдался.       Он обхватил обеими ладонями лицо Чу Ваньнина, втягивая в первый поцелуй. Но его ученик, вместо того, чтобы послушно принимать ласки, ответил не менее страстно, пусть и неумело, так, что они столкнулись носами, и Мо Жаню пришлось отстраниться, чтобы чуть наклонить голову Чу Ваньнина и показать ему, как правильно двигаться. Вскоре их языки переплелись, и Мо Жань толкнул Чу Ваньнина к стене, вжимая так крепко, что тот ясно почувствовал заинтересованность своего учителя в этих уроках.       Однако Чу Ваньнин, жадный до знаний, не позволил Мо Жаню остановиться на поцелуях. И кто он такой, чтобы противиться просьбам ученика?        В итоге всю ночь они практиковались на тесной кровати, а Чу Ваньнин обвивал его своим хвостом и во время каждого оргазма стискивал с такой силой, что Мо Жань без особого удивления обнаружил утром на талии наливающийся фиолетовым «пояс».        Науке не известно, какой вклад в страстную натуру Чу Ваньнина внесли гены диких зверей, но на памяти Мо Жаня это был первый раз, когда он был вытрахан до основания, так, что когда Чу Ваньнин оседлал его в черт знает какой раз за ночь, ему пришлось молить о пощаде и проводить краткий курс орального секса.        Ах, Мо Жаню достался такой старательный ученик…