Восточные сказки

Джо не заметила, как задремала, разморенная сытной пищей и достаточно крепким вином, которое то и дело подливал ей в серебряный кубок смешливый Самир. Устав слушать завязавшийся между дядей и братом разговор о делах, ценах на шелк и наложниц, младший принц очень быстро сбежал обратно к столу, где принялся уплетать инжир с виноградом, сладкие персики, сочные абрикосы. Запивал груды фруктов терпким вином, совершенно игнорируя истекающее соком вкуснейшее мясо. Джо его по достоинству оценила. Нежнейший ягненок. Замаринованные со специями и травами в меду и вине, небольшие кусочки должны были часами томиться на медленном, ленивом огне, чтобы потом приобрести такой тонкий вкус. Потрясающе. Самир на мясо вообще не смотрел. И ладно бы был тщедушный хиляк, но столь большое сильное тело, эти мощные мышцы не могли бы развиться, окрепнуть на одной лишь траве. Он же не какой-то козленок. Джо хихикнула невольному сравнению, представив Самира, резво скачущего голышом по траве… Торопливо прикрыла ладошкой рот. Коварное вино было сладко, как сок, но быстро и сильно пьянило. — Что тебя рассмешило? — наклонился к ней принц. В раскосых рысьих глазах сверкнуло жадное любопытство. — Ты ешь одни фрукты, но ты — сильный мужчина. Это увидит любой. Мышцы не растут от травы, — возможно, эти речи были слишком смелы для обычной наложницы, но Джо не учили, как и о чем говорить с наследниками султанов. Ее вообще не должно было тут оказаться. Она в экспедиции спешно заменила подругу — та заболела. После долгих слезливых просьб и унизительных уговоров ее согласились включить взамен на обещание готовить для всей команды. Больше в их ученой среде Джоанна из-за отсутствия опыта и практических навыков ни на что не годилась. Поехала едва не прислугой, но так радовалась возможности посмотреть мир востока, о котором столько читала, язык которого начала учить еще в школе для девочек, куда ее определил отец благодаря давней дружбе с директором и какому-то одолжению. Возможно, ее речи были слишком смелы, но Самир не высказал возмущения. Напротив, еще больше развеселился и подлил ей вина. Не забыл плеснуть и в свой кубок. — Я люблю фрукты и овощи, они очень полезны. Но ем и много белка, в том числе мясо. Просто мой рацион сбалансирован, — покосился на брата, увлеченно беседующего с султаном, убедился, что тот их не слышит. — Не люблю набивать нутро всем подряд, без разбора. Динар вечно ворчит, что я питаюсь только травой, но это неправда. Джо изумленно моргнула на эту тираду и попыталась вернуть на блюдо кусок мяса, жирный сок от которого уже стекал по пальцам, закапал шелковые подушки. Самир рассмеялся. — Такой птичке, как ты, ни о чем подобном думать не надо. Точно уж не сейчас. Ешь давай, слышала же, что сказал дядя? Кожа да кости. Хлеб не забудь, его выпекают в самой древней печи дворца по какому-то секретному рецепту — можно съесть хоть мешок, а лишнего жира и унции не прибавишь. — Унции? — удивилась она. — Ну я могу, конечно, использовать мискали и дирхамы, — ухмыльнулся Самир, — но не думаю, что так тебе будет проще понять. Джанна… — Джоанна, хотя лучше бы — Джо, — перебила она, осмелев. — В гареме свои правила, Джанна, — он выделил интонацией ее новое имя. — Смирись и не спорь, — задумчиво проговорил принц, кроша длинными пальцами хлеб на лежанку и не замечая. Уставился на склонившегося над бумагами брата, вздохнул чему-то. Натянуто улыбнулся. — Ты смиришься, привыкнешь. Все привыкают. — Я не хочу смиряться, это ошибка. Не мой мир, не моя жизнь, — слезы подступили к глазам, и Самир наклонился, опять наполняя ее быстро пустеющий кубок. — Меня вообще здесь не должно было быть. Я должна была готовиться к поступлению в Оберлинский колледж в Огайо… Колледж — это… — замялась она. Принц хохотнул. — Джанна, мы — не дремучие бедуины. Хотя и они умнее, чем могли тебе показаться. Некоторые из них. Мы с братом окончили Оксфорд, хотя по нам, наверное, не скажешь. Я знаю, что такое колледж. И кампус, и даже аспирантура. Знаю и про закрытые студенческие клубы. Динар в один даже входил — Буллингдонский клуб, может, ты слышала? Впрочем, неважно… В нашей стране древние обычаи и порядки, все так. Только это не значит, что мы застряли в средневековье. Если у тебя начнутся, допустим, страшные колики от этого недозрелого винограда… — Мне дадут какой-то отвар? — Джо с подозрением покосилась на гроздь сладчайших ягод, зажатых в руке. Подумала и закинула в рот еще парочку. Прожевала. — Или отправят к лекарям? В городе они наверняка практикуют. Самир удивился. — Зачем? Во дворце есть все, что нужно. Прибудет лучший лекарь — возможно, личный врач султана, он осмотрит тебя и назначит лечение. — Прямо в гареме? — Джо от испуга икнула. Кажется, принц едва удержался от того, чтобы пальцем покрутить у виска. — Во дворце есть все, что нужно для жизни, включая внутреннюю больницу, есть все нужные инструменты, лекарства… — проговорил он с нажимом. — А так и не скажешь, — пробормотала она. Веки от вина отяжелели, и уже с трудом удавалось сидеть. Джо откинулась на подушки, пообещав себе, что лишь на секундочку закроет глаза. … А очнулась, когда ее куда-то несли. Сильные руки прижимали ее к мужской твердой груди. Джо прижалась щекой к мягкому бархату ткани, услышала стук чужого сердца — так близко. От человека, лицо которого она никак не могла разглядеть, пахло мускусом и сандалом. Так волнующе, терпко. Голова закружилась. Может быть, кружилась она и от вина… — К-куда ты несешь меня? — чужой язык в таком состоянии давался с трудом, но ее поняли. Понял. — Обратно в гарем. Ночь уже давно наступила. Мы с султаном обсуждали дела. Вы с м о и м б р а т о м за это время умудрились значительно приуменьшить винные запасы дворцового погреба, — стук и грохот в ее голове не помешали разобрать в жестком тоне явное раздражение. — Ты рассердился? Или султан? Мы разговаривали про университет и науки. Самир рассказывал про дворец и больницу, — оправдывалась она. Наверняка наследного принца следовало звать каким-нибудь "Вашим высочеством", но откуда ей все это знать, черт возьми??? — Такими темпами он в больницу попадет раньше, чем позже, — проворчал непонятно Динар и замолчал, не обратив никакого внимания на непочтительное обращение. Переходы дворца, по которым наследный принц нес ее, тонули во мраке. А то, что Джо удалось рассмотреть, не походило на то, что она видела раньше, когда старший евнух вел ее в покои султана. Вероятно, в гарем вело много путей. — Почему ты несешь меня? Да еще сам… Наследному принцу не следует… — Тебя не касается, что я должен делать, что — нет, — отрезал сухо он. — Ты — наложница. Моего дяди. А, значит, моя и Самира. Я мог бы прямо сейчас взять тебя без разговоров. Здесь, в коридоре, а потом отдать для забавы солдатам. Он правда бы мог? Кажется, она читала про совсем иные обычаи и нравы в гаремах, но изнутри все могло оказаться иначе. В любом случае, он может все. Джо задрожала. Почему она вдруг решила, что ее здесь не тронут? Она — наложница. Бесправное существо. Игрушка для плотских утех. Ее продали султану за этим. И если сам старый Басир на наложниц давно не смотрел, как уверял ее принц, то другие… Она же так долго изучала эту культуру — совсем иной мир, застрявший в прошлом. В конце концов, Самир мог не знать всего, что делалось во дворце, что скрывал его брат — совсем не белый и не пушистый, не невинный ягненок. Динар — совершенно другой. Это читалось и в жесткой осанке, и в ледяном прищуренном взгляде, сжатых сурово губах. Отвлекшись на болтовню младшего принца, расслабившись от его дружелюбия и тепла, она совсем забыла, где очутилась… Только вот… Почему наследный принц… Почему же Динар нес ее на руках? Бесправную служанку, неверную, иноземку, рабыню, низшую в иерархии дворца? — Не забывай, куда ты попала, — чуть мягче проскрежетал он через какое-то время. Джо всхлипнула и закрыла глаза. Принц зашипел. — Не реви. Здесь и у стен уши. Асаф спит и видит… Впрочем, тебе лучше не знать. Просто будь всегда начеку и не позволяй моему брату… запутать тебя. Самир — как наивный ребенок. Он не видит… Не вздумай забыть, кто ты и где, среди кого, почему. То, что я сказал тебе раньше. Я правда бы мог… И не только. Динар резко остановился и опустил ее на ноги. Джо покачнулась. Удалось рассмотреть – высокие резные деревянные двери, к которым вели застеленные коврами ступени. Ступни утонули в мягком ковре. — Дальше — сама, там тебя встретят. Возможно, Джохара. Неважно, она или кто-то еще. Не распускай язык, поняла? Джо, таращась на принца снизу вверх, молча кивнула. Динар поражал – своей неземной красотой, кипящей внутри яростью, мощью, что хлестала из него и сбивала с ног, завораживала и пленяла. Он сурово свел брови, заметив, что рабыня не спешит уходить. — Что-то еще? — Спасибо, что проводил… что помог… что не стал… Если вдруг ты захочешь, – лепетала, как дура она, запинаясь, глотая окончания слов и краснея. — Я готова… могу сделать все… Динар прикусил губу и чуть поклонился. Джоанна опешила — к чему это он. Но тут принц обратился к кому-то, стоящему точно за ней. — Доброй ночи, Джохара. Привел твою новенькую, она задремала, пока мы с Басиром обсуждали дела. — Так я знала, — ухмыльнулась та. — Странно только, что ты привел девочку сам, а не позвал Асафа или кого-то из евнухов. — К чему? Был сложный день, пусть отдыхают. Ты же знаешь, что мне по пути. К тому же давно не имел удовольствия тебя видеть. Мы только-только вернулись, и сразу — к султану, он столько хотел обсудить. — У повелителя новые проекты? — Планируем модернизировать рынок верблюдов. А на одной из фабрик внедрим автоматизированную линию. Это все мелочи, как и торговля специями, шелком. Но ты знаешь, как они его забавляют, — голос принца смягчился, потеплел, и Джохара ему улыбнулась. — Заглядывай днем, Динар, выпьем чаю, я прикажу зажечь благовония. Погуляем по саду. Нам с тобой есть, что обсудить. Без посторонних ушей, — она покосилась на Джо и та опустила глаза, распознав предупреждение или даже угрозу. — Конечно же, без проблем, — проворковал принц и, обойдя Джо, склонился над унизанной перстнями рукой, тронул кожу губами. — До скорой встречи, моя госпожа. — Ох уж эти твои европейские штучки, негодный мальчишка, — рассмеялась Джохара и шутливо стукнула его по плечу. — Ступай скорей прочь, негоже тебе тут отираться в такое-то время. — Спокойной ночи, господин, — несмело пискнула Джо в уже удаляющуюся широкую спину. Принц с изумлением оглянулся. — Ты это мне? Эм… Спасибо?.. И тебе… Джайда же, правильно? Красивое имя… — Джоанна, — прошептала почти про себя. Джохара толкнула принца дальше по коридору. — Она — Джанна, Динар. Как не стыдно? — пожурила шутливо. Журчащий, раскатистый смех скрылся за поворотом, прокатился под сводами многовекового дворца, заблудился в садах, где давным-давно заснули неугомонные птахи. Они остались вдвоем, и Джохара прищурилась. — Так и будем стоять? Или, может быть, все же пойдем и посмотрим твой угол? — М-мой угол? — Конечно, девочка. Это гарем, здесь у каждой – свой угол, но никаких личных комнат. Если ты, разумеется, не кадын. Да что с тобой? Ты уснула?! — Я? Нет… Просто я… — Джоанна кусала губы и все оглядывалась на пустой коридор, обхватила себя зябко за плечи. Одежда до сих пор хранила слабый след его аромата — зеленоглазого принца. Он мог бы забрать ее куда-то к себе, подумала Джо. Да, принц точно мог бы… — задумалась. — Замечталась? Ох, девочка… — Джохара вздохнула и повела ее вверх по ступеням, приобняв за голые плечи. — Думаешь, первая в этом гареме, очарованная густыми ресницами и яркой зеленью глаз, манящими губами наследного принца? Мечтаешь, что он станет твоим билетом отсюда? Подарит свободу? Ты так наивна, дитя… — Он обо мне позаботился… — бормотала Джоанна, слезы закапали часто из глаз. Она не замечала, куда ведет ее главная наложница султана Басира. Номинальная правительница дворца — так сказал, вроде, Самир. Если хотя бы одному его слову стоило верить. — Он позаботился об удобстве султана и с этим всем наверняка как-то связан Самир. Не удивляйся. Ты узнаешь со временем, все, что делают принцы — взаимосвязано. Они, как один человек, только в разных телах. — Но они совсем не похожи… — В том-то и смысл!.. Но что-то я разболталась, а тебе давно пора спать. Негоже, если ты завтра предстанешь перед султаном с опухшим лицом и синяками под глазами. Ничего, с этим поможет алоэ. Иди следом за мной и потише. Девочки давно спят. Джо послушно шла за старшей наложницей, стараясь не наступить на лежанки, разбросанные там и тут — вроде бы хаотично, но по каким-то здешним правилам. Правил этих Джо, конечно, не знала. И не горела желанием узнать. Остаться в чужеземном плену до конца ее жизни? В роскоши и относительной безопасности, хотя чем черт не шутит… Жестокие угрозы Динара зазвучали в ушах, голова закружилась. Этот дворец — особый замкнутый мир со своими правилами, интригами, тайнами. Джо раньше думала, такое осталось лишь в книжках. Но нет. Пример — перед ней. Этот мир существует по неведомым ей законам. Он невероятно жесток. Она помнила научные публикации в журналах, сводки новостей на страницах газет. Документальные подтверждения о каких-то событиях пробивались редко из этих широт, потому что все, что случается во дворце, во дворце остается. И она останется здесь… Станет чьей-то игрушкой, которую однажды сломают и выбросят, как мусор, на свалку. Может быть, отправят к бедуинам в пустыню, и она окажется там, где все началось. "Только не так. Не со мной и не здесь. Я сбегу, я найду выход", — повторяла про себя, как молитву, устраиваясь на мягком ложе, к которому привела ее Джохара. Скользнула под прохладную ткань, пробормотав благодарности. Наверное, стоило пойти куда-то, умыться, но день выдался таким длинным. В сон Джо рухнула резко, без какого-то перехода. Не заметила даже, как из мира яви переместилась в вотчину грез. Где-то над ней, — высоко, не достать, возвышался наследный принц в своих роскошных одеждах и улыбался. Не холодно и надменно, а ласково — так, что дурное сердце сжималось и замирало, ожидая чего-то, а воздух, переливаясь, звенел, и где-то пели те чудные птицы…