Лёд и пламень или Грандиозный план Эго по искуплению вины Emile Version

– Малыш, ты дома? – спросил Эмиль, бросив ключи на полку. – Ты рано. Дай угадаю, тебя опять уволили? – отозвался Сезар. Он развалился на диване и играл в свою любимую приставку. – Не смешно, – угрюмо ответил Эмиль, плюхнувшись рядом с ним. – Четыре месяца в этот раз. Рекорд, детка. Кажется, кое-кто заслужил очередной дротик? Сезар говорил о фотографии Эго. Давным-давно, в ту пору, когда Эмиль сбегал из-под опеки попечителей и мечтал поступить в кулинарное училище, он украл в палатке журнал, на обложке которого была эта самая фотография – этот угрюмый мудак в пидорском шарфике и с бокалом вина в руке. Он прекрасно знал, что это именно его обзор лишил отцовский ресторан популярности, но увидел его тогда впервые. С тех пор он хранил эту обложку – как напоминание самому себе, что он отомстит ему за отца, во что бы то ни стало достигнув величия на кулинарном Олимпе. Со временем глянцевый лист обжился дополнением в виде подложки из доски для дартса. И каждый раз, когда у Эмиля было плохое настроение, в антуанову мерзкую рожу летели дротики и другие предметы, попавшиеся под руку. Собственно, за все эти годы, живого места на снимке уже не осталось. – Он сегодня уже получил сполна. Причем, в реале, – задумчиво ответил Эмиль, глядя на ненавистную фотку. Сезар от этой реплики пришел в такое замешательство, что даже позабыл про свою игру. – Что ты имеешь в виду? – спросил он, уставившись на парня. Он рассказал ему все, даже то, что тот предложил ему работу. Сезар счел, что дедуля явно поехал кукухой, раз после того, как Эмиль пырнул его вилкой, не убрался восвояси, а нарывается на новые увечья. С этим парнишей шутить было опасно. И своим красочным рассказом он в очередной раз напомнил ему, что нужно готовить пути к отступлению. *** Сезар Тома уже давненько думал над тем, как бы ему бросить Эмиля с наименьшим риском для здоровья и имущества. Чего уж там, он откровенно побаивался свою "подружку". Это только на вид он был хрупким и нежным, но на деле мог любого громилу неслабо так ушатать. В этом плане его невинная внешность даже играла ему на руку – никто не ожидал от него подвоха в виде мощного удара по яйцам. Для Сезара это была самая минимальная угроза в том случае, если Эмиль узнает, что он не прочь зажечь с другими девушками, – и с парнями, в принципе, тоже, разницы особой для него не было, – да еще время от времени снимает деньги с эмилева неприкосновенного счета. Ему не было стыдно ни за то, ни за другое. Во-первых, они не были женаты, он никогда не клялся ему в вечной верности. К тому же, у Эмиля был настолько стервозный характер, что Сезару просто необходимо бывало иной раз расслабиться. Во-вторых, эти деньги он расценивал ни в коем случае не как украденные. Это, скорее, была компенсация за весьма сложное в моральном плане сосуществование с Эмилем на одной жилплощади. Опять же, это была сезарова квартира, так что можно было даже сказать, что это арендная плата. Однако, повторяя себе это, Тома как-то успешно забывал о том, что его парень был уверен, будто жилье они снимают, и каждый месяц исправно вносил свою долю за аренду. Впрочем, пока Эмиль имел стабильную работу, жить с ним было не так уж и напряжно. Он уходил засветло, возвращалась поздно уставшим, не имея сил или желания скандалить по пустякам. Опять же, готовил он просто божественно, был хорош собой и горяч в постели. Словом, Сезар очень хорошо устроился. Но вот когда Эмиля увольняли, ситуация менялась в корне. К сожалению, из-за его дурного нрава случалось это довольно часто. Парень нигде не задерживался дольше нескольких месяцев. Несмотря на юный возраст, он был просто чрезвычайно амбициозен, не признавал авторитетов шеф-поваров, все делал по-своему. Он был рожден, чтобы быть главным на кухне, а не подчиняться. Разумеется, никто не хотел с этим мириться, вот его и гнали отовсюду. В этот раз все было еще хуже. Видимо, этот его последний шеф, – Леру, кажется, – сдержал свое слово и наябедничал на парня всем, кого только знал. Или же он был ни при чем, и Эмиль самостоятельно обзавелся репутацией повара, с которым лучше не иметь дело. Так или иначе, уже полмесяца он не мог никуда устроиться и даже подумывал принять предложение Эго. Сезару это все уже порядком надоело. Из-за вынужденного безделья, прерывающегося на походы на собеседования и просмотр вакансий в интернете, Эмиль стал еще более невыносимым, чем обычно. Последней каплей стало его желание как-то прийти к Сезару на работу. – Ну ты же диджей, я не понимаю, что такого в том, что я приду на вечеринку, где ты будешь играть свою музыку? – Как «что такого»?! Я ведь там, на минуточку, работаю, а ты придешь тусить. Хотя, помнится, ты никогда не любил это дело. К тому же, я не хочу спокойно смотреть на то, как возле тебя ошиваются пьяные парни, которые непременно будут стараться тебя облапать, – весьма эмоционально возразил Сезар. Не мог же он ему признаться, что тот клуб, где он раньше работал на постоянной основе трижды в неделю, еще пару месяцев назад сделал ему ручкой. Все это время Сезар беззастенчиво кутил на деньги Эмиля, проводя ночи не за диджейским пультом, а в объятиях многочисленных красоток. А прикрытие массовика-затейника позволяло ему делать это, не вызывая у наивного дурочка никаких подозрений. Вот и сейчас Сезару удалось выйти сухим из воды, более того, Эмилю его слова прельстили. – Не переживай, малыш, я от тебя никуда не денусь. А если кто начнет распускать руки, я ему так врежу, что он фальцетом запоет, – сказал он, чмокнув Сезара в щеку и совершенно не заметив, как его напрягли эти слова. – А знаешь, я тогда сегодня лягу пораньше, чтобы завтра быть бодрым и переделать кучу дел. – Каких, например? – спросил парень. – Ну, схожу с утра еще на одно собеседование. Если и там не возьмут, придется найти поблизости банкомат, снять немного денег со счета. Потом зайду в магазин, куплю продуктов… Дальше Сезар его уже не слышал. Если Эмиль заметит недостачу на своем счете, – а он заметит, ибо не хватало уже весьма круглой суммы, – ему хана. Надо было как-то выпутываться из этой истории. – Послушай, пупсик, мне за сегодняшнюю тусу должны заплатить. Не переживай насчет денег. Ты же сам говорил, тот твой счет неприкосновенен. Это на мечту. – О, Сезар! – Эмиль обнял его, чувствуя прилив умиления. – Не могу же я вечно сидеть на твоей шее. – Тогда, может, стоит принять предложение твоей мишени? – парень кивнул на презрительно взирающего на них с фотографии Эго. – Ты думаешь? – Помнится, ты мечтал отомстить ему. Мне кажется, это будет очень изощренной местью. К тому же, у него ты будешь шефом, никто не сможет тебе указывать. – Да, но… Придется часто видеть его мерзкую рожу… – парень серьезно задумался. – У тебя под рукой всегда будут острые предметы, – сказал Сезар с улыбкой, угрюмо задумавшись о том, что сам с каждым днем все больше рискует оказаться на месте Эго. – А это аргумент! – рассмеялся Эмиль. – Ладно, если в том ресторанчике «У Тантен» не выгорит, так уж и быть, пойду в «Ля Рататуй». Услышав это, Сезар с облегчением вздохнул, мысленно напомнив себе сегодня же обязательно вернуть эмилеву банковскую карту на ее законное место – в обувную коробку, где тот хранил всякие дорогие сердцу мелочи. Правда, логично было предварительно снять со счета все, что на нем осталось. Ведь какое-то время ему и самому придется перебиваться без заработка, когда он выставит своего вспыльчивого парня на улицу. А Сезар намеревался сделать это сразу же, как только он найдет новую работу. В конце концов, он же не конченный говнюк, чтобы оставлять его без крыши над головой, когда у него нет средств к существованию. Хотя, если он все же ломанется в банк, действовать придется жестко и быстро.