Глава 3
10 сентября 2025 г., 14:37
— Почему все наши дела приводят нас в самые мрачные уголки континента? — спросил Купер, пока они ехали по бесконечным извилистым горным дорогам. Здесь почти не было поворотов и съездов, хотя время от времени они проезжали мимо нескольких припаркованных в стороне машин, окруженных невысокими деревянными заборчиками и шаткими лестницами — живописные спуски с видом на какой-нибудь водопад или озеро.
— Чем выше над уровнем моря, тем выше уровень преступности? — предложил Парк, сидя за рулем арендованного в аэропорту автомобиля. Обычно они брали в прокат большой, темный, устрашающий внедорожник, но в этот раз взяли маленький спортивный автомобиль, который уже семь лет как пережил свой расцвет. Именно на такой машине могла бы ездить довольно состоятельная пара в разгар кризиса отношений. Сантьяго подготовила ее для них, и она совсем не подходила для передвижения по горам Северной Каролины. Купер немного опасался, что из-за вышеупомянутого кризиса они не доберутся туда целыми и невредимыми.
— Однажды нам поручат расследовать милое убийство на солнечном берегу, — сказал Купер. — И это будет замечательно.
— Какие у тебя милые, обычные мечты, — пробормотал Парк, замедляя ход, когда они приблизились к изящному деревянному указателю «Маудит-Фоллс». — Это оно?
— Э-э-э... — Чем выше они забирались в горы, тем непоследовательной становилась связь. Последние пятнадцать минут или около того Купер вел их, руководствуясь распечатанными инструкциями, которые он нашел на сайте ретрита. Он так же раздобыл примитивную карту для Парка, чтобы он смог разглядеть примитивные черные линии с парой треугольников, нарисованных в правом верхнем углу, которые, как Купер предположил, были горами. Больше походило на рисунок, который ребенок нацарапал на песке пальцем ноги, чем на путеводитель. Для пущего хаоса на карте от руки были написаны слова «Лесопилка», «Лодж», «Водопад» и «Новое начало», но, казалось, без привязки к каким-либо дорогам или сооружениям.
— Так, треугольники вдали? Есть. Кофейное пятно слева... Ага, точно оно, — сказал он.
Парк метнул на Купера быстрый взгляд, но все равно свернул. Дорога сразу же превратилась в грунтовку, и атмосфера стала еще мрачнее. Судя по часам в машине, было чуть больше часа дня, хотя, если смотреть из глубины леса, это мог быть рассвет, сумерки или тревожно-зловещая ночь под полной луной. Неясный свет только усиливал ощущение, что они были в пути целую вечность, попав в какую-то бесконечную петлю времени, которую Купер всегда ощущал во время путешествий.
Рейс был мучительно ранним, хотя и недолгим, и Купер и Парк потратили большую часть времени разбираясь в деталях своих новых легенд. Как и предсказывал Купер, информации им предоставили минимум и в самых общих чертах. О чем они смогут рассказать правду, они расскажут. Даже тщательно продуманная ложь была недолговечной.
Как Купер и Оливер, Кайл Дэвис и Эндрю Престон также познакомились на работе, а более года назад начали встречаться. Кайл был помощником администратора в небольшом колледже, где Эндрю был профессором на кафедре английского языка (эту должность Парк фактически занимал до прихода в «Траст»). Купер подумал, что их «новые» отношения звучат довольно пикантно, и забавлял Парка во время поездки придуманными рассказами о их периоде ухаживания, во время которого они «определенно трахались на столе».
К сожалению для Кайла и Эндрю, в последнее время сексуальная жизнь стала рутиной. Они часто ссорились. В основном по пустякам. Но именно мелочи перерастали в серьезные конфликты: Кайл слишком быстро выходил из себя, и выпаливал что-то обидное, а Эндрю, наоборот, уходил в себя и замыкался. Они искали не способ прекратить ссоры, а скорее способ вести их более продуктивно, не задевая чувств и не произнося слова, которые невозможно забрать обратно. Как отметил Парк, близко к правде. Но в этом-то и заключалась опасность работы под прикрытием: границы между реальным и вымышленным размывались. Ты узнавал о себе новое именно тогда, когда был... не собой.
Через пару минут разбитая грунтовая дорога вывела на что-то вроде поляны с заросшей травой. На склоне холма за деревьями спряталась хижина. Слева дорога сужалась и вела вниз в чащу леса. Справа виднелся большой сарай с закрытыми дверьми, стянутыми железной цепью и навесным замком — что вызвало тревогу у Купера. Где-то рядом надсадно гудела газонокосилка.
Они оба скептически осмотрелись вокруг. Снаружи хижина выглядела обшарпанной и маленькой. И слишком маленькой.
— Еще раз, какого рода терапию они здесь применяют? — спросил Купер. — Аверсивная?
— Возможно, мы не туда свернули. — Парк сверился с картой на своем телефоне. — По-прежнему нет связи. Что думаешь? Кайл и Эндрю рискнули бы выйти из машины и спросить дорогу?
— Я не знаю, если только Кайл и Эндрю пробуются на роли первой и второй жертвы в фильме ужасов?
Парк подавил улыбку.
— Кайл бы согласился. — Он похлопал по рулю. — Эндрю должен оставаться за рулем и быть готовым к резкому старту. По очевидным причинам.
— Ненавижу Эндрю.
— Вот поэтому мы здесь, — печально произнес Парк.
Звук газонокосилки внезапно оборвался, и на поляне воцарилась тишина. Из-за амбара появился мужчина. Белый, на вид ровесник Купера — около тридцати пяти лет. Волосы слишком короткие, чтобы разобрать цвет. Он вытирал вспотевшее лицо куском серой ткани. Поскольку Купер был отличным детективом, он пришел к выводу, что это была рубашка, ведь на мужчине были только поношенные джинсы с низкой посадкой. Его обнаженная часть тела была загорелой, мускулистой и... необычайно привлекательной по своим пропорциям.
— Хм, — произнес Парк, и даже в его голосе прозвучало удивление. Купер молча согласился.
Мужчина, очевидно, заметил их и уставился на машину. Его лицо было таким же красивым, как и все остальное. Выразительные черты придавали ему почти скульптурную внешность. Мужчина помахал рукой и лениво улыбнулся, затем прислонился к стене сарая, и приглашающе наклонил голову.
— Ладно, Эндрю, не глуши мотор, дружище, — весело сказал Купер и выпрыгнул из машины. — Я скоро вернусь. — Он только услышал возмущенное бормотание Парка, когда он захлопывал дверь и направился к незнакомцу.
— Привет! Извините! Простите за беспокойство, но, по-моему, мы немного заблудились, — сказал ему Купер, подходя ближе. Он уже чувствовал, как легко скользит в образ приветливого и открытого человека, маска, которая помогала ему в других заданиях под прикрытием добывать информацию там, где значок «ФБР» было бессильно. Это было как надеть старые любимые джинсы. Он уже и забыл, как приятно притворяться кем-то другим. По крайней мере, на какое-то время.
Незнакомец не отошел от стены сарая и не ответил, но снова улыбнулся, и в выражении его лица было немного раздражающего нетерпения.
— Э-э-э, мы ищем… ретрит «Маудит-Фоллс», — сказал Купер, намеренно запинаясь, как, по его мнению, и должен был говорить Кайл Дэвис, который неуверенно признавался, что им требуется семейная терапия.
— Вы нашли. — Голос мужчины был мягким, почти мелодичным, и Купер оценил его приятность прежде, чем осознал смысл.
— О, — сказал он, не в силах скрыть своего удивления, и посмотрел на хижину слева от них. Он не слышал и не видел никаких следов присутствия других людей. — Гм.
Мужчина рассмеялся.
— Это помещение для персонала. Вам нужен главный дом. Немного дальше по главной дороге есть поворот, но вы можете проехать к нему сзади. — Он указал на сужающуюся дорогу, которая представляла собой не что иное, как широкую грунтовую тропинку, которая уходила вниз и исчезала в лесу.
— О, — снова сказал Купер с некоторым облегчением. — Вы здесь работаете?
Мужчина неторопливо выпрямился и протянул руку, которую Купер пожал.
— Я повар, — сказал он. — Джек Нильсен. Но вы можете звать меня Джеки.
Купер намеренно скользнул взглядом по обнаженному, перепачканному телу, затем поднял взгляд, изображая смущение. Лесть должна помочь.
— Только не говорите мне, что они заставили вас искать ингредиенты в лесу. Джеки, — добавил он, заметив, что Нильсен не отпускает его руку.
Нильсен рассмеялся.
— На прошлой неделе мы потеряли нашего садовника. Я просто временно подменяю, пока они не найдут замену.
— Потеряли? — с тревогой спросил Купер. — С ним все в порядке?
Нильсен на мгновение крепче сжал руку Купера, затем отпустил.
— Ничего страшного. Он просто ушел. — Он покосился на Купера. — Вы драматичный малыш.
— О, — рассмеялся Купер. — Простите. Наверное, я слишком долго жил в городе. — Он понизил голос и заговорщицки наклонился. — Честно говоря, я немного нервничаю из-за всей этой затеи — высоко в горах, полная изоляция. Но ведь это ретрит. Я имею в виду, они не заставят нас делать ничего опасного. — Он снова рассмеялся. — Никто никогда не пострадал, верно?
Нильсен пожал плечами.
— Пара, которая выживает вместе, вместе и процветает, — сказал он, улыбаясь, хотя на самом деле это было не столько дружелюбно, а скорее насмешливо. Как будто что-то в Купере его забавляло. — По-моему, вы выглядите как человек, способный выжить.
Купер почувствовал, как по спине пробежали неприятные мурашки. Он попытался отшутиться.
— Даже не знаю, считать ли это комплиментом.
Нильсен отвел взгляд и ничего не ответил.
— Вниз по этой дороге по склону, и она приведет вас прямо к главному дому. Его невозможно пропустить. Вас зарегистрируют и отведут в ваш домик.
— Огромное вам спасибо, — сказал Купер. — Надеюсь, еще увидимся! — Он начал отворачиваться.
— Эй, драматичный малыш, — крикнул Нильсен. — Вы не сказали мне, как вас зовут.
— О, извините! Кайл Дэвис. Я здесь со своим партнером Эндрю. — Купер оглянулся на ожидающую его машину, но не смог разглядеть ничего, кроме силуэта Парка.
Нильсен проследил за его взглядом.
— Он, должно быть, волк.
Купер напрягся, в горле у него завязался тугой комок тревоги.
— Простите? — холодно произнес он.
Нильсена, казалось, нисколько не смутил его тон.
— Не хотел вас обидеть. По крайней мере, один из вас должен быть волком, и это явно не вы. — Он подошел на шаг ближе. — Пребывание в доме для людей может быть немного утомительным. Если вы захотите немного отдохнуть, поболтать, найдите меня. Видите ли, я тоже не из их числа.
Купер вглядывался в лицо Нильсена, пытаясь понять, о чем тот говорит.
— Ладно. Спасибо, — медленно произнес он. — Я думал, что весь персонал волки.
Нильсен пожал плечами.
— Ванессе нравятся все. Кроме того, успех стаи зависит от того, насколько каждый ее член обладает своей особой и неповторимой силой, — казалось, цитировал он. — Если вы не уникальны, вы лишний. И это очень плохо, — его глаза сверкнули. — Небольшое резюме приветственной речи.
— Ладно, — сказал Купер, когда стало ясно, что Нильсен закончил. — Мне пора... — Он сделал шаг назад, а затем замолчал. — Просто из любопытства, если вы человек, как вы узнали, что я тоже человек?
Нильсен медленно моргнул, глядя на него. Светло-голубые глаза и длинные светлые ресницы придавали ему пугающе-скандинавский вид серийного убийцы. Или, может быть, Купер просто накручивал.
— По тому как вы смотрели на меня, — сказал Нильсен.
Теперь Купер уже не притворялся. Его щеки запылали.
— Ах. Ладно. Вы хотите сказать, что волки на вас не смотрят?
Нильсен улыбнулся.
— Только не глазами. — Он перекинул свою пропотевшую рубашку через плечо и попятился к хижине. — Не забывайте. Если вам понадобится дружеское общение или легкий перекус, найдите меня, — добавил он почти насмешливо. — Мы все будем рады помочь вам провести время в «Маудит» наилучшим образом.
Купер наблюдал, как он скрылся внутри, хлипкая сетчатая дверь громко хлопнула и пару раз отскочила. Он вернулся к машине.
— Долго же ты спрашивал дорогу, — заметил Парк, кивая на часы.
Купер молчал, пока пристегивался, размышляя.
— Хорошая новость в том, что мы будем спать не здесь. Плохая новость — я не взял с собой герметично упакованной еды, а повар здесь - жуткий тип.
На лице Парка появилось удивленное выражение, и он поспешно оглядел хижину.
— Это повар? Что он здесь готовит в таком виде?
— Поезжай сюда, — сказал Купер и сообщил ему важные моменты своего разговора с Нильсеном, пока они спускались по дороге с холма. Когда деревья сомкнулись вокруг, машина снова оказалась в тени.
— Я уверен, ушел ли он сам из этих гор или похоронен под соснами, Крюгер обнаружил здесь что-то странное. Что-то очень странное, что он связался с бывшей, с которой он долгое время не общался, — сказал Купер. — Сомневаюсь, что он единственный, кто знал. Повар, Нильсен, был... чудаковатый. — Он незаметно изучал Парка с водительского сиденья. Наблюдал, как тот сосредоточенно лавировал между огромными выбоинами. Чем бы ни занимался Крюгер, уход за дорогами не входило в его обязанности. — Оливер, посмотри на меня секунду.
Парк взглянул на него, резко вздохнув.
— Что? Что случилось?
Купер колебался, смущенный, боясь обидеть того.
— Если бы я сказал, что ты не смотришь на меня глазами, что бы это значило для тебя?
На лице Парка появилось удивление, а затем, к облегчению Купера, улыбка.
— Где ты это услышал? — Купер пересказал ему слова Нильсена, и снова Парк, казалось, нашел это забавным, хотя и немного озадачивающим. — А я-то думал, что у меня старомодное воспитание, — сказал он.
— Что это значит?
Парк тщательно подбирал слова.
— Есть идея, что мы, волки, в первую очередь воспринимаем мир через запахи. Сначала обоняние, затем уши и, наконец, глаза. У людей все наоборот.
— Не понял, — сказал Купер.
— Обычный человек видит мышь, и она издает звуки как лев, и пахнет, как змея, ты подумаешь, что мышь издает странный звук. Волк скажет, что это змея, которая рычит как лев, и выглядит как мышь.
— И это неправда?
Парк пожал плечами.
— Запахи играют в моей жизни гораздо большую роль, чем в твоей? Конечно. Но я не игнорирую все остальное. Это очень устаревшее заблуждение, даже мои бабушка и дедушка нас такому не учили. В основном из старинных сказок - вороны, которые умывшись дождевой водой, становятся невидимыми и крадут еду. Ну, знаешь, всякая чепуха.
— Как ты думаешь, откуда Нильсен узнал?
Парк покачал головой.
— Кто-то со сверхтрадиционными взглядами. Или он услышал часть фразы, так сказать, вырваную из контекста, и принял за абсолютную истину. Или сам.
— Этот парень? Сам? Не-а. — Купер задумчиво постучал пальцами по двери. — Так ты когда-нибудь смотрел на меня своим, ну, знаешь, носом?
Парк нахмурился.
— Да-а, — медленно произнес он, помолчал, а затем добавил чуть лукаво себе под нос: — Иногда это мой единственный способ понять, о чем, черт возьми, ты думаешь.
Губы Купера дрогнули в улыбке, и он немного поерзал на сиденье, наклонился, и глубоко вдохнул прямо под подбородком Парка. Конечно, он не смог уловить больше нюансов, чем обычно. Только привычный запах свежего белья и листвы Но, к его удовольствию, Парк слегка покраснел.
— Как я пахну прямо сейчас? — пробормотал Купер. — Приятно?
— Приятная заноза в заднице, — сухо заметил Парк.
Купер тихо рассмеялся, поцеловал его в висок и откинулся на спинку сиденья.
— Осторожнее, мистер Престон. Ты флиртуешь.
Когда дорога, наконец, вывела из леса, Купер моргнул и одними губами произнес «вау». Огромное здание из дерева, камня и стекла занимало центральное место в пространстве. Лодж был двухэтажным, с широкой террасой по периметру, а большую часть фасада занимали окна. Сбоку располагалась небольшая парковка, на которой стояло несколько машин, очень большой гольф-кар и, что интересно, машина рейнджера. Купер переглянулся с Парком.
— Сантьяго ничего не говорила о том, что здесь будут местные представители закона, — сказал Купер.
— Может быть, это не связано с Крюгером.
Возможно, они и лишились садовника, но ландшафт содержался в идеальном порядке. Все выглядело безупречно, в отличие от хижины для персонала. Парк заехал на стоянку, и они вышли из машины. Купер с глубоким вдохом огляделся. К счастью, здесь, в горах, воздух был намного прохладнее, чем в Вашингтоне, влажный и тяжелый. Где-то поблизости он слышал шум водопада.
Рядом с ним появился Парк с их сумками. На вид тот казался абсолютно спокойным и довольным, но Купер ощущал легкий ток напряжения, словно свой собственный. Они не знали, кто там будет. Как быстро раскроют легенду Парка.
Купер провел ладонью по спине Парка, слегка поглаживая, и почувствовал, как тот вздрогнул и прижался к нему.
— Готов?
— Конечно, — быстро ответил Парк, затем бросил на Купера виноватый взгляд. — Готов, — добавил он более искренне. — Ты?
Купер забрал у Парка свою сумку.
— Когда я отказывался от терапии? — Он демонстративно проигнорировал фырканье Парка.
По правде говоря, он нервничал, но неожиданно с интересом ждал терапевтической части ретрита. Конечно, они приехали не за этим. Но его единственный опыт с терапией ограничивался парой обязательных сеансов после нападения пару лет назад, когда он чудом остался жив. Голова у него шла кругом от шокирующего открытия об оборотнях, тело изо всех сил пыталось приспособиться к совершенно новому списку «можно» и «нельзя», и те встречи казались ему скучными, банальными и совершенно бесполезными. Даже в хорошие дни они были тяжелой обязанностью. В плохие — мучительным испытанием, к которому Купер был не готов.
Но он прошел долгий путь — особенно за последние несколько месяцев — и теперь ловил себя на мысли, что, возможно, проблемы была не в бесполезности терапии, а в том, что это было не то время и не тот человек. Если ретрит даст ему возможность не только вычислить возможного преступника, но и получить небольшой совет, как справиться со своим темпераментом и беспокойством, тем лучше.
Когда они вошли в красивый, просторный вестибюль лоджа, они стали свидетелями жаркого спора, что было плохим знаком.
В центре стояли две женщины и мужчина. Мужчина — белый, лет двадцати с небольшим, с красным лицом и квадратной головой, угловатость которой подчеркивала стрижка в стиле военных. На нем была форма офицера рейнджеров, хотя, казалось, в данный момент он скорее выполнял роль наблюдателя, чем блюстителя порядка. Стоял, уперев руки в бока и снисходительно наблюдал как одна рыжая женщина отчитывает другую, пониже ростом. Та просто стояла неподвижно, аккуратно сложив руки перед собой.
— Я предоставила вам более чем достаточно возможностей для сотрудничества, — резко говорила рыжеволосая женщина. — Но вы ни черта не сделали, и теперь Ли пропал.
— Уверена, что с мистером Ллкай все в порядке, — спокойно ответила другая. Белая, лет сорока, с рано поседевшими кудрявыми волосами до подбородка и яркими-фиолетовыми очками. Она выглядело гораздо более сдержанной, чем был бы Купер, если бы кто-то практически тыкал в нос с полным пренебрежением к личному пространству или, знаете ли, вел себя как мудак.
— Правда в том, доктор Клеймонт, что мы не можем быть в этом так уверены, — сказал рейнджер. У него был резкий южный акцент. Флоридец или что-то в этом роде. — Кажется, никто не может связаться с Ли уже больше недели.
— Мне жаль это слышать, но он определенно не прячется здесь, если вы об этом спрашиваете, — ответила доктор Клеймонт.
— Вы прекрасно понимаете, что Бек спрашивает не об этом, — огрызнулась рыжеволосая. На ней была ярко-зеленая футболка с названием с крупной надписью на спине, — «Лесопилка Монклера», а джинсы были покрыты древесными опилками.
— Тогда у вас не причин для обыска, — быстро рассудила доктор Клеймонт. Ее взгляд метнулся в сторону Купера и Парка, и она прикусила губу, явно желая избежать продолжения этого разговора при свидетелях. — Мне действительно нужно заняться делами, так что я вынуждена попросить вас позволить мне вернуться к работе.
Рыжая невесело рассмеялась.
— Конечно, я бы не стала саботировать ваш бизнес. Когда я...
— Монти, думаю, вам лучше вернуться к своей машине, — прервал ее рейнджер. Он, очевидно, тоже заметил их аудиторию. — Я подвезу вас обратно на лесопилку.
Монти посмотрела через плечо, проследив за его взглядом в сторону Парка и Купера.
— Ладно. Но, Ванесса, имейте в виду. Вы не единственная, кто здесь контролирует ситуацию.
Она резко развернулась. На ходу одарила дружелюбной улыбкой Купера и Парка, и помахала им рукой, проходя мимо.
— Приятного отдыха! И на вашем месте я бы не ходила в лес одна. Никогда не знаешь кого можно встретить.
Купер почти вздрогнул, когда она обеими ладонями ударила о деревянную дверь.
— Доктор Клеймонт, еще один вопрос, — мирно продолжил рейнджер, ничуть не впечатлившись драматическим уходом рыжей. Клеймонт снова взглянула на Купера и Парка, но рейнджер даже не дал ей времени возразить. — Ваш садовник, Крюгер… бывший садовник, простите. Насколько я понимаю, они с мистером Ллкаем поссорились три недели назад?
Впервые Клеймонт выглядела по-настоящему раздраженной.
— Если вы имеете в виду тот случай, когда Ллкай бросил в него бутылку из машины на ходу, тогда да, я полагаю, это можно назвать ссорой.
— Но Крюгер не выдвигал обвинений.
— Нет, — подтвердила Клеймонт.
Рейнджер Бек ждал, что она продолжит, но она промолчала.
— Мне нужны его контакты.
— Придется просмотреть свои файлы. — Она многозначительно посмотрела на Купера и Парка. — Я могу завезти в участок в ближайшие пару дней.
Бек улыбнулся, намеренно затягивая паузу, что стало неловко.
— Да, конечно, — сказал он наконец. — Но нет необходимости ехать в город. Уверен, мы скоро увидимся.
— Без сомнений, — сухо произнесла Клеймонт.
Он кивнул ей и повернулся, и бросил холодный, недобрый взгляд на Купера и Парка.
— Джентльмены, — сказал он и вышел через большую парадную дверь. Купер успел заметить, как Монти мерила шагами крыльцо, затем дверь захлопнулась.
— Мне так неловко, — сказала Ванесса, подходя к ним. — Честно говоря, я не знаю, что сказать.
— Кто эта женщина? — спросил Купер, решив, что это разумный вопрос как для тайного агента, так и для испуганного гражданского лица. — Она гостья?
— Мисс Монклер управляет лесопилкой выше по дороге. К сожалению, в прошлом месяце пара наших гостей забрела слишком далеко в ее владения и с тех пор она излишне нервно реагирует на слухи о волках. — Она рассмеялась, и Парк тоже.
Купер натянуто улыбнулся.
— Она сказала, что кто-то пропал? — осторожно спросил он.
Доктор Клеймонт отмахнулась, и если ее хоть и немного задели слова Монти, она не подала виду.
— Лесорубы, которых она нанимает, в лучшем случае ненадежны, а Ллкай - один из худших. В любое другое время она бы согласилась со мной, что он где-то отсыпается, но опять же, — Ванесса пожала плечами, — люди склонны винить Большого Злого Волка, даже когда нас нет рядом.
Парк кивнул, соглашаясь с ней.
— Вы ожидаете неприятностей? — спросил он как ни в чем не бывало. Купер подумал, что это слишком прямолинейно для гражданского, но Ванесса, похоже, не сочла это странным, и он сразу понял, что разговоры об риске раскрытия — обыденность для волков. В конце концов, все они были союзниками в сохранении тайны.
— Вовсе нет, — мягко ответила Ванесса. — Мы можем гарантировать вам спокойное и безопасное пребывание. Настоящий ретрит – это место, где ваша единственная забота — друг о друге. — Она улыбнулась, явно возвращаясь к профессиональному стилю, возвращая себе контроль, который она потеряла из-за их неожиданного появления. Она справилась хорошо. Если бы Купер не расследовал здесь дело о пропавшем человеке, он был бы уверен, что все в порядке. — Пожалуйста, позвольте мне зарегистрировать вас.
Лобби лоджа выглядело впечатляюще. Широкие сосновые полы и окна во всю стену придавали помещению чистый и умиротворяющий вид. В стороне от большого каменного камина стояло несколько удобных кресел и диван, а в задней части комнаты большую часть занимала деревянная стойка администратора, за которой висело огромное полотно. Сине-фиолетовые мазки образовывали расплывчатую фигуру на краю утеса, раскинувшую руки в мольбе к бурно нарисованному водопаду на заднем плане. Картина была жутковатой и, безусловно, смелым выбором для оформления вестибюля.
Ванесса проследила за направлением его взгляда, когда усаживалась за стол и открывала глянцевый ноутбук.
— Местный художник.
— Изображает местную легенду, — пробормотал Парк.
На ее лице промелькнуло странное выражение — досада, может быть, даже злость.
— Но, похоже, вышла за пределы округа.
— Профессор литературы, — сказал Парк. — Старые легенды - это что-то вроде хобби для меня.
Ванесса искренне улыбнулась, и ее поза заметно расслабилась.
— Дайте угадаю, вы, должно быть, профессор Эндрю Престон, я права? И ваш партнер Кайл Дэвис.
Купер провел ладонью по спине Парка.
— Это мы.
Ванесса оформила их пятидневное пребывание, весело рассказывая о деталях отдыха, забыв о неприятностях с Монти или, по крайней мере, умело держала их при себе. Обычно они будут встречаться в лодже, здесь же проводят основные мероприятия, но у каждой пары был свой маленький отдельный домик на территории ретрита.
— Вам достался счастливый седьмой домик. Мой личный фаворит, — сказала она, выводя их из здания к гольф-кару на стоянке. В четыре ряда сидений, один из которых обращен против движения. По указанию Ванессы Купер и Парк сели в ряд прямо за водительским сиденьем и слушали, как она произносила заключительную речь, хотя большая часть ее была им знакома из папки Сантьяго.
Каждая пара должна была ежедневно посещать индивидуальные консультации с одним из двух лицензированных психиатров. Также предлагалось множество мероприятий по укреплению доверия и семинаров по интимной жизни.
— Некоторые мероприятия специально предназначены исключительно для волков, — спокойно сказала она. — Они помечены.
Купер попытался уловить в ее тоне какие-либо признаки дискомфорта или обиды, но ничего не заметил. В свободное от консультаций, «упражнений на доверие» или что там еще подразумевалось под «мероприятиями по укреплению доверия», время, им разрешалось пользоваться роскошными удобствами лоджа. Бассейн, парная, джакузи. Полноценный массажный кабинет и «масса активностей на свежем воздухе» — значение которых еще предстояло выяснить Куперу. Обеды подавались в общей столовой, но по просьбе гостей еды могли упаковать с собой — для более «приватной обстановки». Купер почувствовал, что краснеет все сильнее. Учитывая, что они с Парком были настоящей парой, услышать столь откровенные намеки об их сексуальной жизни было труднее, чем он ожидал.
Но, помимо ежедневных консультаций, большинство предлагаемых удобств и услуг, похоже, были направлены на предоставление личного времени для «интимной близости». Это их главный профессиональный совет для укрепления отношений? Секс при свечах и с массажем?
Гольф-кар спустился с холма и свернул. Купер резко вдохнул. Лодж был построен прямо на краю утеса, с огромной террасой открывался вид на озеро. На другой стороне озера, напротив здания, тонкой струей падал высокий водопад.
— Ух ты, — выдохнул он.
Ванесса замедлила ход, позволяя им насладиться видом.
— В этих горах много природной красоты, — сказала она. — Каждые выходные мы начинаем с подъема к вершине водопада, где проходит церемония обновления клятв. Встречаемся сегодня в лодже в четыре.
— Церемония обновления клятв? — небрежно произнес Купер, изо всех сил стараясь не обращать внимания на голос, кричащий «Секта! Секта! Секта!» в его голове.
— Некоторые занятия в рамках программы могут быть очень насыщенными, — продолжила она, тронувшись дальше. — Вы будете копать глубоко, открывать правду друг о друге, о которой никогда не знали.
— Надеюсь, у нас больше не осталось секретов, — сказал Купер, обменявшись язвительным взглядом с Парком.
— Может, и нет. — Ванесса махнула рукой, притормаживая перед милым однокомнатным домиком. Деревянная отделка, поросшая мхом крыша и тенистая роща деревьев - все это выглядело как что-то из сказки. По крайней мере, из тех новых сказок, где никого не освежуют и не съедят. Постоянный шум водопада неподалеку смягчал звуки летнего воздуха. — Но вы будете удивлены некоторыми эмоциями, которые всплывают здесь, — добавила она. — Мы начинаем наше совместное времяпрепровождение с повторения причин, по которым мы хотим, чтобы наши отношения наладились. Когда работа становится тяжелой, важно помнить, зачем вы на самом деле здесь.
По крайней мере, с этим Купер был полностью согласен.
***
Интерьер домика был уютным, и приятным. Кровать большая и прочная, мебель из редкого, но цельного дерева ручной работы, и кто-то, очевидно, постарался компенсировать недостаток естественного освещения, оформив все пространство в светлых, воздушных тонах. Хотя белый, пастельно-голубой и оттенки шалфея. Не совсем в стиле Купера, но он сомневался, что кому-то они могли не понравится, вероятно, в этом и была задумка. Купер вытянулся на кровати, пытаясь разогнуть затекшую спину. Он разглядывал Парка, сидящего за письменным столом в другом конце комнаты, и задавался вопросом, цветовая палитра домика была в его стиле. Или, тревожная мысль, что, если Парку действительно нравились эти безвкусные особняки и бархатные мягкие диваны, или что там еще есть в тех домах? Купер открыл рот, но тут же закрыл. Они приехали по делу, а не отдыхать. Если самый большой «эмоциональный секрет», о котором говорила Ванесса, заключался в том, что Парк был эстетическим Либераче, то они пересекут через этот золотой мост, когда доберутся до него. Он переключил свои мысли на расследование. — Что ты думаешь о пропавшем лесорубе? — обратился он к потолку. — Человек поссорился с Крюгером, и теперь их обоих нигде не могут найти? Вряд ли это совпадение, — ответил Парк. — Если у них произошла вторая стычка, это, безусловно, одна из причин, по которой Крюгер хотел исчезнуть. Купер нахмурился. — Думаешь, Крюгер убил Ллкая и пустился в бега? Почему не наоборот? Мне показалось, что Ллкай напал на него первым. Мог довести дело до конца и разыграть сцену исчезновения. Парк что-то пробормотал себе под нос, рассеянно просматривая телефон. — Или они оба стали жертвами кого-то третьего. Крюгер подумал, что, возможно, ему удастся заключить сделку. Должно быть, он думал, что у него есть информация, которая может быть полезна «БСР». Или, во всяком случае, думал, что сумеет убедительно соврать. Купер обдумал это. Несмотря на то, что они обнаружили вторую возможную жертву, они не продвинулись ни на шаг и ничего не узнали. — Нашел что-нибудь интересное? — спросил он, указывая на телефон Парка. Ванесса повторила, что всех гостей просят собраться в лодже к четырем и что до тех пор они могут осмотреть окрестности или просто «прилечь отдохнуть», что, как предположил Купер, означало секс. Единственным требованием было, чтобы они зашли на сайт ретрита и заполнили «некоторые формы первичного согласия, анкеты, все в таком духе». — Нет, ничего неожиданного. К тому же, нам нужно записаться на некоторые мероприятия по укреплению доверия. Похоже, что все сотрудники готовы помочь с доверием. Жаль, что мы не можем разделиться и охватить таким образом больше территории. — Да, разделиться на сессиях по укреплению доверия во время семейного ретрита. Не уверен, что даже я справлюсь с этим, — сухо ответил Купер. — Так, что это вообще? Состязание в беге на трех ногах? Соревнование по поеданию хот-догов? В голосе Парка звучало удивление. — Купер, это не лагерь для пятиклассников с ночевкой. Это ретрит для пар-оборотней. — Точно. Итак, как насчет тантрического секса и познакомиться-с-тобой-поближе оргии под полной луной? Парк был подозрительно тих. Купер перевернулся на живот и приподнялся на локтях. — Только не говори, что я угадал. — О, нет. Полнолуние не обязательно, — рассеянно сказал Парк, читая что-то на экране и хмурясь. — Вопрос, не относящийся к делу, ты упаковал свою венецианскую маску, верно? Купер подумал, не запустить ли в него подушкой, но он так удобно лежал. Парк продолжил: — Если серьезно, тебе придется сдать тест на альфа-коэффициент, прежде чем мы сможем записаться на любое занятие. — Мой что? — Купер нахмурился. Слова звучали знакомо, но память подводила. — Твой тест на альфа-коэффициент, — спокойно объяснил Парк, продолжая щелкать по экрану. Купер резко сел. — Что? Я… но… что? Парк с трудом сдерживал улыбку. — Его проходят все. Так им легче будет понять сильные и слабые стороны, динамику наших взаимоотношений. — Да, но... Я не... волк, — растерянно ответил Купер. Парк печально покачал головой, продолжая стучать по экрану. — Десять минут на ретирите, и первая страшная тайна уже раскрыта. Доктор Клеймонт нас предупреждала. — Нет, но... ты можешь посмотреть на меня, пожалуйста? — Дай мне десять секунд, — попросил Парк. Купер наблюдал, как он постучал по экрану, а затем опустил его. — Хорошо, я только что закончил свой. — Ты уже закончил свой? Только что? — Воскликнул Купер в смятении. — Почему ты мне не сказал? Я мог бы посмотреть! Парк удивленно приподнял бровь. — Ты имеешь в виду, жульничать? — Жууулиииик, — уклонился Купер. — В этом тесте много непонятного, не так ли? Правая бровь Парка взлетела вверх, присоединяясь к другой. — В любом случае, я знаю, о чем хочу поговорить на нашей первой сессии. Купер бросил злой взгляд на Парка и заерзал на кровати, чувствуя, что нервничает. — Что ты получил? Покажи тест? Сколько там вопросов? Как, черт возьми, ты умудрился пройти его прямо сейчас, пока мы разговаривали? Это вообще по правилам? Парк поднял руку, и Купер резко закрыл рот. — Мы получим наши результаты во время завтрашней встречи с куратором и обсудим их. Я сдавал тест на АК много-много раз в своей жизни. В этом задании есть кое-что новое, но нет ничего такого, что я не мог бы сделать, одновременно разговаривая с тобой. Типы вопросов и их количество могут быть разными. — Насколько они личные? Могу ли я рассказать историю болезни? Любимая поза в сексе? Парк пристально посмотрел на него. — Это не имеет никакого отношения к тому, как тебе нравится трахаться. Купер нетерпеливо отмахнулся от него. — Тогда приведи мне несколько примеров. Парк вздохнул. — Всегда ряд гипотетических вопросов. — Он слегка улыбнулся. — Например, твоя пара говорит, что вы должны купить квартиру вместе, затем придумывает отговорки, и не появляется на просмотре половины домов, и безжалостно высмеивает другую. Что бы ты сделал? — Правильный ли ответ – напасть на него в самый уязвимый момент? — Сухо спросил Купер. — Потому что, боже, неудивительно, что ты преуспел в этом. — Затем есть вопросы, в которых описывается последовательность событий, и ты должен угадать, что за ними стоит. Мужчина крадет записную книжку другого мужчины, содержащую информацию об указанных домах, а затем прячет ее под диванную подушку, лишь бы его не застукали за чтением. Зачем? Затем есть основные вопросы для оценки, например, по шкале от одного до десяти, насколько сильно ты согласен с утверждением, что я подлый маленький... Купер цокнул языком. — Насколько сильно ты согласен с утверждением соси мой... — Очень сильно. Десять из десяти. — Он оглядел Купера с головы до ног и, расставив ноги, слегка наклонился вперед. — А еще иногда тебе показывают изображение, и ты должен вспомнить три детали о нем. Три вещи, которые ты запомнил, указывают на то, какие детали привлекают твое внимание и оцениваются по-разному. Назови три вещи о доме, который мы видели вчера. Купер закатил глаза, затем нахмурился. — Подожди, ты серьезно? Парк кивнул. — Я не знаю, мрамор? И... — Он попытался вспомнить какую-нибудь деталь, которая отличала бы этот дом от других, но все, о чем он мог думать, — это Парк и их агент по недвижимости Джош на веранде. Джош нервно поглядывал на Парка. То приближаясь, то отдаляясь. Имитируя его позу. Отчасти это было связано с тем, что большинство продавцов перенимали манеры своих клиентов как часть процесса получение доверия клиента. Но было и нечто большее. Подсознательный страх? Восхищение? Влечение? Теперь это не имело значения. Это, конечно, были не те три детали, которые Парк ожидал услышать от него. Купер всегда был более восприимчив к людям и их эмоциональному состоянию, чем к физическим вещам или местам. Он провалит этот чертов тест. Что бы ни выражало лицо Купера, Парк обреченно вздохнул. — Неважно, забудь. Прости, я накрутил тебя. — Знаю, — пробормотал Купер. Он понял, что Парк пытался пошутить, чтобы сбить его нервозность, и он это ценил. Парк не виноват, что нервы Купера были на пределе, возможно, на протяжении последних тридцати с лишним лет. — Послушай, идея в том, что ответы должны быть инстинктивными. Твоя первая внутренняя реакция. — Парк кивнул на телефон Купера, лежащий на прикроватном столике. — Не думай. Просто пройди тест. — Хорошо. «Не думай». Ты меня знаешь, без проблем. Купер ввел свой пароль и быстро нашел тест. Он попытался как можно внимательнее прочитать вступительный абзац, объясняющий, что тест - это усовершенствованный тест личности. Но слова пульсировали у него перед глазами, и внимание то и дело отключалось. Не то чтобы его мысли блуждали, просто его мозг как бы... выключался. И ему все время приходилось возвращаться к последней строчке, которую он прочитал, прежде чем отключиться. — Эй, — пробормотал Парк. Он сидел на кровати прямо рядом с ним, и Купер не мог вспомнить, как он пересек комнату. — Тссс, я пытаюсь сосредоточиться. — Это правда, но в то же время нелепо, - выхватывал отдельные ключевые слова в абзаце, потому что это казалось проще и отнимало меньше времени, чем разбирать предложения по порядку. Парк скользнул рукой по бедру Купера, и только тогда он понял, что трясся с такой силой, что дрожала кровать. — Что случилось? Почему ты так нервничаешь? — Просто не люблю неожиданные тесты, — пробормотал Купер. — Глупо. Знаю. Парк продолжал поглаживать бедро Купера, и, хотя это не избавило его от нервозности, это было приятное, успокаивающее ощущение. — Знаешь, это ведь не экзамен, который ты можешь завалить. Просто как и любой другой личностный тест. Кто я - интроверт или экстраверт? Я трахаюсь как медведь или как птица? Что я за пленник такой, граф Монте-Кристо или миссис... Рочестер? Купер бросил на него выразительный взгляд. — Я начинаю беспокоиться на что ты тратишь свое свободное время. Парк поцеловал его в плечо. — Восемнадцать или восемьдесят, что бы ты не получил, для меня не имеет значения. — Отлично. Теперь я боюсь набрать меньше восемнадцати, — сказал Купер и почувствовал, как Парк улыбается ему в грудь. — Сколько баллов ты обычно получаешь? Тысячу, я полагаю. — Большинство альфа-типов находятся между шестьюдесятью пятью и восемьюдесятью. Тест рассчитан от нуля до ста, и ты не можешь набрать сто баллов… как ты не можешь достичь бесконечности, ты можешь просто приблизиться к ней. Купер застонал. — Письмо и математика? — Он уставился на экран, держа палец над кнопкой «Старт». — С несколькими вариантами ответов или есть что-то вроде вопросов для эссе? — Купер! — Парк рассмеялся и плюхнулся на кровать. — Чем больше информации я тебе сообщу, тем менее точным твой результат будет, так что, давай уже начинай? Купер подозрительно посмотрел на него. — Тебе интересно, что я получу, да? Парк закрыл глаза. — Не говори глупостей, — лукаво сказал он. — Тесты АК почти такие же устаревшие и проблематичные, как айкью. Если мне и было немного любопытно, то это всего лишь остаточные явления, я, кстати, потратил на нее целую жизнь, чтобы внедрить устаревшую, токсичную систему ценностей, которая ничего не значит в современном обществе и еще меньше для моих личных отношений. — Так что да, определенно интересно, — сказал Купер. Он знал, что несмотря на то, что Парк не считал тест важным, в глубине души он ожидал, что Купер получит высокий балл. Он сказал ему об этом несколько месяцев назад в Кейп-Бретоне. Это неожиданно успокаивает - следовать за тобой. Но если он ошибался... если он принял браваду Купера, с помощью которой скрывал свои собственные тревоги и почти постоянное чувство некомпетентности и растерянности, за лидерские качества... Что тогда? Что будет с ними? Парк ткнул его пальцев в зад. — Эй, ты что, охренел? — Прости. Просто демонстрировал, как пользоваться сенсорным экраном. Ты, кажется, забыл. Купер демонстративно отодвинулся назад, пока не сел на руку Парка, прижав ее к матрасу. — Замри. И не отвлекай меня. Он глубоко вздохнул и с решимостью, которая была такой же импульсивной и беспочвенной, как и его предыдущие колебания, приступил к тестированию, стараясь не думать о том, как результаты могут изменить динамику их отношений, без которых он больше не мог представить свою жизнь.
