Глава 4
13 сентября 2025 г., 16:12
Учитывая все обстоятельства, Купер предпочел бы сейчас оказаться на маскарадной оргии при полной луне. Честно говоря, звучало, как минимум проще.
Плечо болело в том месте, где жесткий пластик весла врезался в мышцы, а ноги дрожали. Когда они добрались до главного дома ровно в четыре часа, то обнаружили большинство гостей на крыльце. Из небольшого персонала, состоящего из пяти человек, четверо отправились вместе с ними в поход — невысокая, белая, покрытая многочисленными татуировками женщина по имени Реджи, которая тихо представилась «экспертом по релаксации», — что бы это ни значило, — и два терапевта, доктор Ванесса Клеймонт, и мужчина, представившийся как доктор Брэдли Джойс. Партнера и со-директора Ванессы, Пола Клеймонта, нигде не было видно, и было очевидно, что его отсутствие стало неожиданностью. Вступительная речь Ванессы прозвучала сбивчиво и торопливо, как будто ей пришлось взять на себя главную роль в последнюю минуту.
— Даже у пар, которые прожили вместе так долго, как мы, и знают все тонкости, могут возникнуть недопонимания, — призналась Ванесса, и небольшая толпа рассмеялась, больше для того, чтобы облегчить ее смущение. Джека Нильсена, повар, по-видимому, вызвали на замену Пола.
— Он, безусловно, мастер на все руки, — заметил Купер Парку. — Интересно, он может заменить любого и каждого?
— И мою пару, — ответила невысокая женщина неподалеку, игриво толкнув локтем такого же невысокого мужчину рядом с собой, который только улыбнулся и добродушно закатил глаза. — Но выходные только начинаются.
Все вокруг рассмеялись, за исключением высокого мужчины с кислым лицом, который демонстративно цыкнул языком и демонстративно отошел через двор, оставив свою пару, чрезвычайно словоохотливую женщину, смущенно улыбаться, на этот раз потерявшая дар речи, и последовавшая за ним.
В эти выходные на ретрите присутствовало в общей сложности девять пар, включая Купера и Парка, и, хотя все они представились, большинство имен и лиц слились в одно. Купера это особенно не тревожило. Было крайне маловероятно, что кто-то из гостей имеет какое-либо отношение к исчезновению Крюгера, и Купер решил, что в ближайшие пять дней у него будет достаточно времени и сил, чтобы познакомиться со своими соседями. Его единственной реальной заботой было то, что кто-то узнает Парка.
Но почти все гости, казалось, жили за пределами северо-восточной территории семьи Парка. Без сомнения, они все равно узнали бы известное имя стаи, но все равно достаточно далеко, чтобы узнать Парка в лицо. Почти все они были с юго-востока. Пять пар даже были из Каролины, практически местные жители. Купер и Парк встретили несколько заинтересованных взглядов, когда сказали, что они из Вашингтона, но, похоже, никто особо не удивился.
— Ну, а куда еще такая пара может открыто поддаться? — Купер случайно услышал, как разговорчивая женщина что-то шепчет своему мужу с кислой миной в несколько сочувствующем тоне. Он предположил, что она имела в виду его человеческое происхождение, а не их гомосексуальность — ведь среди участников были как минимум еще две однополые пары, и никто и глазом не моргнул в их сторону.
Доктор Клеймонт поспешно повела всех к тропе, как только появилась последняя пара, две смеющиеся чернокожие женщины лет шестидесяти, которые извинились за то, что задержали группу, хотя они пришли всего на две минуты позже Купера и Парка.
Когда доктор Клеймонт описала поход к вершине водопада как путешествие, Купер подумал, что она говорит образно. Или, возможно, намекала на эмоциональное путешествие, которое им предстояло пройти вместе. Полтора часа спустя он понял, что на самом деле она приуменьшала. «Одиссея» подошло бы больше. Они преодолели две с половиной мили по крутой местности под углом в сорок пять градусов, неся все необходимое снаряжение, чтобы затем сплавиться еще на две мили вниз по реке. По скромному мнению Купера, если бы у них с Парком действительно были проблемы в отношениях, все это «путешествие» довело бы их до крайности.
Кстати, об этом...
— Это та самая река, которая превращается в тот гигантский водопад, верно? — спросил Купер Парка, когда тот наконец бросил весла на землю.
Стоявший рядом один из консультантов усмехнулся. Доктор Брэдли Джойс был приятным на вид белым мужчиной лет пятидесяти с лохматыми каштановыми волосами и аккуратно подстриженной бородкой. У него была широкая грудь, но низкий голос, и во время прогулки он часто смеялся. Как и остальные сотрудники, сопровождающие их, он переходил от группы к группе, представляясь, отвечая на вопросы и незаметно наблюдая за взаимодействием гостей.
Купера раздражало, что все выглядело как откровенный тест на командную работу, и все же он ловил себя на том, что ведет себя почти до смешного добросовестно. К счастью, не только он один. Весь поход прошел под аккомпанемент «смотрите под ноги» и «хотите поменяться местами?» и мягких прикосновений к плечу в сочетании с заинтересованными взглядами и вопросом «как ты, держишься?» Никого не касались больше, чем Купера.
Уставший, измученный и обеспокоенный грядущими испытаниями, он воспринимал это дополнительное внимание излишним и поверхностным. По крайней мере, раз десять за время похода каждый гость подходил к Куперу, трогал его за руку и спрашивал, как у него дела и не нужна ли ему помощь. Самым неприятным было то, что Купер даже не мог обвинить их. Все, несомненно, усердно трудились, Купер чувствовал себя единственным человеком, который выглядел так, будто уже спустился с водопада, а затем еще раз поднялся, так сильно он вспотел и тяжело дышал.
— Перед обрывом есть широкий изгиб с тихой водой, — объяснил доктор Джойс. — У вас будет достаточно времени подгрести к берегу. Это совершенно безопасно.
— Что ж, это радует, — сказал Купер. — Этот парень не очень-то хороший моряк. — Он кивнул в сторону Парка, который фыркнул от такого преуменьшения, осторожно опуская плот на берег вместе с парой, с которой они были напарниками: тем же мужчиной с кислым лицом и его болтливой парой, что и раньше. Мужчина уже проникся симпатией к Куперу и Парку ровно настолько, чтобы похвастаться, какой он опытный путешественник и что на самом деле это их второй выезд на ретрит.
— Мы вообще-то приехали просто отдохнуть, а не за всей этой психотерапией, — заявил он Куперу и Парку, немного оборонительно. Было это правдой или нет — вопрос открытый, но он вел себя так, как будто он был одним из сотрудников ретрита.
— Напомните, Брэдли, что это за пороги, какого класса? — мужчина — Джимми — спросил доктора Джойса, оставив Парка и разговорчивую пару Джимми, Лизу, самостоятельно закреплять плот. — Четыре? Пять?
— О боже, нет, — улыбнулся Джойс. — Максимум первая, но есть небольшие участки – они да. На самом деле, для того, чтобы пройти такое расстояние, не обязательно иметь опыт рафтинга. — Последнюю часть он посвятил Куперу, что казалось излишним. — Если вы нервничаете, Ванесса всегда берет с собой пару спасательных жилетов на всякий случай.
— Вообще-то, я вырос на воде, — сухо ответил Купер.
— Действительно? — спросил Джойс с большим любопытством, чем того требовал комментарий. — Это очень интересно.
Любопытно?
Купер пожал плечами
— Да. Я имею в виду, не пытайтесь увязать это с моими проблемами самоидентификации или с отцом, — пробормотал Купер, сожалея о том, что сказал. — Это все сугубо наземное.
Джойс снова рассмеялся и, казалось, собирался ответить, когда доктор Клеймонт хлопнула в ладоши, призывая всех к вниманию.
— Отлично! Первый этап завершен, и вы все справились, потому что поддерживали и подбадривали друг друга как пара и как команда.
— Команда? — Купер услышал, как Лиза прошептала Джимми что-то с несколько оскорбительной озабоченностью. — Как ты думаешь, мы все время будем с одной командой?
Джимми шикнул на нее:
— Если ты хоть раз заткнешься и дашь мне послушать, может быть, мы бы уже узнали.
Лиза быстро опустила глаза и скрестила руки на животе. Словно вспомнив, что они считались самой образцовой парой с наименьшим количеством проблем, Джимми виновато оглянулся через плечо и встретился взглядом с Купером. Его лицо пошло красными пятнами, и он быстро отвернулся. Купер не удержался и взглянул на доктора Джойса, стоявшего рядом с ним, и увидел, что тот тоже наблюдает за этой парой, слегка озабоченно нахмурившись.
— Теперь начинается самое интересное, — объявила доктор Клеймонт. — В целях безопасности мы будем запускать плоты по одному, и на каждом плоту будет по сотруднику, — она начала распределять пары, и, услышав, что он, Парк, Джимми и Лиза будут последними, Купер, наконец, не выдержал и опустился под большое дерево, прислонившись к стволу.
Парк сел рядом с ним и слегка коснулся его плеча. Он заглянул ему в глаза с преувеличенным беспокойством.
— Эй. Эй. Ну, как ты? Может, мне тебя понести?
— Тебе повезло, что я слишком устал, чтобы бросить тебя прямо сейчас, — пригрозил Купер, но не смог сдержать смешка, и несколько человек с любопытством посмотрели на них. Он понизил голос, чтобы он почти соответствовал шепоту Парка. — Значит, я был прав. Люди очень переживают за меня.
Парк не стал этого отрицать.
— Ты выглядишь менее компетентным, чем есть на самом деле, — просто сказал он. Купер не мог понять, чувствует ли он себя оскорбленным или польщенным. — Знаешь, Кристофер тоже не волк, — добавил он.
— Кто? Просто чтобы я знал, кому позже подать секретный сигнал. — Купер оглядел толпу. На берегу реки Ванесса и Нильсен наблюдали за спуском на воду первого плота и помогали «эксперту по релаксации» Реджи забраться на плот вместе с двумя парами. На его глазах Нильсен слегка поскользнулся на скользких речных камнях, и Ванесса инстинктивно протянула руку, чтобы поддержать его, но тот дернулся и отстранился.
— Это пара Мутьи, — сказал Парк. — Вон там. Он указал на невысоких мужчину и женщину филиппинского происхождения, беседующих с доктором Джойсом. Мутья была той самой, что отпустила грубую шутку, чем вывела из себя Джимми. Сейчас она стояла, несколько по-хозяйски обняв за талию своего партнера Кристофера, в то время как он размахивал руками, рассказывая что-то, отчего доктор рассмеялся.
— Он человек и на полголовы ниже меня. Почему никто не спросил его, не нужно ли ему присесть и дать отдых ногам? — немного раздраженно спросил Купер.
— Когда мы все вместе и действуем как группа, активизируются наши инстинкты стаи. Подсознательно они просто хотят быть ближе к твоему высокому АК.
Купер нахмурился и неловко поерзал.
— Не говори так, — сказал он, не подумав, и Парк удивленно посмотрел на него. — Извини, просто... не бери в голову.
Он виновато отвел взгляд и снова встретился взглядом с Нильсеном. Тот и Ванесса явно избегали смотреть друг на друга и еще старательнее – прикасаться. Что было странно видеть, особенно на ретрите, которым управляли волки и предназначался для волков.
Пока Купер размышлял над этим, слабый звук мотора превратился в громкий гул, и в поле зрения появился квадроцикл. Мужчина поспешно спрыгнул, посмотрел и махнул рукой вяло, почти по-диктаторски.
— Простите за опоздание! — крикнул он. — У меня дела в городе. Я живу здесь уже два года, а до сих пор забываю, сколько времени уходит на дорогу в горы и обратно.
Он был высоким, белокожим, лысым, в хорошей физической форме и, что интересно, значительно моложе Ванессы. Лет на пятнадцать или даже больше. Он был похож на человека, который считает своим священным долгом просвещать всех вокруг о пользе смузи и занятий греблей на байдарках. Купер сразу же возложил на него вину за сегодняшнюю программу.
— Прости, Ви. Спасибо, что держала оборону, — продолжил мужчина все так же громко, чтобы все слышали, и быстро чмокнул Ванессу в щеку. — Моя опора. Что бы я без тебя делал?
— Пол Клеймонт, полагаю, — пробормотал Купер Парку, когда пары, которые еще не приступили к сплаву, покорно завыли «оооо» и мечтательно обсуждали, что им бы тоже хотелось, чтобы их называли «моя опора», когда партнер сбегает и бросает одного управляться с делами. Купер наблюдал, как Ванесса быстро высвободилась из объятий Пола и начала загружать на второй плот еще две пары и доктора Джойса. — Как ты думаешь, он попытается заговорить с тобой?
— Сантьяго сказала, что она ясно дала понять, что никто не должен знать. Что он должен относиться к нам как к любым другим гостям. — Парк говорил так, словно пытался убедить в этом самого себя. Как будто он больше всего на свете надеялся, что его не узнают, не будут искать внимания.
— Но... — мягко сказал Купер.
— Но я уже чувствую его возбуждение, его страх.
Действительно, даже пока Парк говорил, Пол бегал глазами по толпе, едва слушая пару, что представилась ему. Стало совершенно очевидно в тот момент, когда он заметил Парка. Пол вздрогнул и поспешно отступил назад. Он извинился и направился в их сторону почти бегом.
— Пол, дружище! — Приветливо окликнул Джимми и попытался перехватить его, но был бесцеремонно отослан безразличным взмахом руки.
Купер внутренне скривился, увидев выражение лица Джимми, растерянность и обиду. На мгновение Купер мог поклясться, что лицо Джимми дернулось странным образом, словно экран моргнул. Ничего подобного Купер еще не видел у волков.
— Ты видел... — начал Купер, и Парк вопросительно посмотрел на него, а Лиза уже оттащила Джимми, а Пол подошел ближе. — Не-неважно. Может, нам встать? — Вместо этого спросил Купер.
— Зачем, — просто спросил Парк. Это был не вопрос. Его голос и выражение лица уже были подчеркнуто безразличными. Это напомнило Куперу Парка, которого он встретил в первый раз. Парк, как он теперь понимал, за этой маской скрывал годы боли и одиночества.
Вблизи Купер заметил, что голова Пола блестит, а футболка вся в пятнах — как будто ему тоже пришлось карабкаться на гору, — а его глаза расширены не по-человечески. В шаге от них Пол резко рухнул на корточки, еще движение, и уже на коленях, на уровне их глаз. Он нервно облизал губы, но после всей этой спешки, казалось, стеснялся заговорить. Парк тоже оставался тихим.
Обычно Куперу нравилось, когда мужчина опускался перед ним на колени, но это было слишком странно для него, и он беспокоился за Парка, не превратится ли это в еще одну враждебную встречу, подобную той, что произошла с Муньос. Он нарушил молчание.
— Хороший агрегат, — весело сказал Купер, кивая на квадроцикл. — Какой флажок мне поставить, чтобы в следующий раз ехать, а не пешком карабкаться?
Пол взглянул на него, словно удивленный его присутствием или наглостью прервать столь неприятную игру в гляделки.
— Обычно мы не рекомендуем использовать транспортные средства на трассах, но я хотел присоединиться к вам как можно быстрее. Я не могу найти подходящих слов, чтобы выразить свое сожаление за мое отсутствие. — Он склонил голову.
— У вас тут... очень красиво, — осторожно произнес Парк. И все же получилось куда изящнее, чем у Купера, который чувствовал себя невыносимо неловко под взглядами, казалось, всех четырех пар, которые все еще ждали у реки.
— Спасибо. Так любезно с вашей стороны. Конечно, нам очень повезло. — Пол многозначительно понизил голос. — Мне было интересно, конечно, вы, наверное, не помните. Но... — Он рассмеялся. — Действительно забавно, однажды вы действительно помогли моей бывшей альфе Бекке.
— Я помню, — сказал Парк.
— О! — Пол, казалось, был поражен прямотой Парка. — Я просто хотел сказать, что это была лучшая стая, в которой я когда-либо состоял, в немалой степени благодаря вам и тому, что вы для нас сделали. — Он ждал, что Парк что-нибудь скажет. — Ну, в любом случае, я надеюсь, вы довольны своим домиком. Седьмой коттедж – лучший у нас.
Купер и Парк кивнули, а Пол просиял, возвращаясь в прежнее русло.
— Замечательно. Для нас большая честь, что вы выбрали наш ретрит. И ваша пара, — добавил он, вспомнив раздражающе настойчивое присутствие Купера. Он снова нервно облизал губы и оглянулся через плечо, где Ванесса загружала третий плот и подзывала его к себе. Он поднял палец, показывая, что еще минутку. — Если позволите, я понимаю, что вы не используете свою, э-э, фамилию. — Облизал губы. — Я не говорил Ванессе... Но, возможно, я...
— Нет, — резко перебил Парк, и Пол дернулся и отшатнулся. — Я был бы, — Парк заколебался, — очень признателен вам, если бы все здесь знали меня только как Эндрю Престона. Гости и персонал.
— Конечно. Я все прекрасно понимаю. Мы здесь, в "Маудит-Фоллс" очень осторожны. И если что-нибудь случится...
Парк резко поднялся на ноги, и на этот раз Пол действительно упал навзничь на землю. Он поспешно встал, и Купер, чувствул себя полным придурком, что остался сидеть.
— Кажется, вас ждут у реки, — сухо и официально произнес Парк.
— Да. Хорошо. Отлично. — Пол снова заколебался, и на этот раз Купер забеспокоился, что Парк буквально прогонит его. Но в конце концов он сказал: — Я всегда с огромным уважением относился к вашей семье и ко всему, что они сделали после разделения. Я надеюсь, они знают — вы знаете, — что, как бы долго мы здесь ни жили, моя преданность останется неизменной.
Он снова опустил голову, отступил на пару шагов, затем повернулся и поспешил к реке и Ванессе.
Купер выдохнул, медленно и протяжно.
— Что ж.
— Я не могу заниматься терапией с ним, — яростно заявил Парк, как только Пол отошел на достаточное расстояние, оставив их одних на своей стороне поляны. — Он все испортит.
Купер сочувственно положил руку на спину Парка и наблюдал, как Пол забирается в реку, с энтузиазмом представляя себя двум парам.
— Он выглядел нервным, — заметил Купер. Небольшое общение с Полом, заискивающее раболепие, настоящее или наигранное, тоже показалось Куперу отвратительным, и он даже не был целью. Но они могли бы воспользоваться этим, если бы Парк захотел. — Пол скорее поговорит с тобой, чем со мной... — начал он извиняющимся тоном.
— Знаю, — прервал его Парк. Он заколебался и потряс головой, словно пытаясь прийти в себя. — Прости. Я справлюсь. Он просто... застал меня врасплох. Не знаю почему. Это же не в первый раз. Они либо ненавидят меня, как Муньос, либо они... — На этот раз он оборвал себя. — Думаю, мне нравилось быть кем-то другим, даже если это продолжалось всего пару часов.
От этих слов у Купера защемило в горле.
— Нам нужно поехать куда-нибудь. После всего этого, — резко сказал он. — Как только у нас будет отпуск. Где ты сможешь быть собой, полностью собой, и никому не будет до этого дела.
Парк удивленно посмотрел на него. Его губы слегка приоткрылись, а глаза цвета амаретто казались мягче и моложе, чем обычно.
— Я бы... хотел.
— Что ж, хорошо. Я тоже, — сказал Купер, чувствуя странное волнение. — Имей в виду, в любом шикарном месте платишь ты. — Он игриво похлопал Парка по заднице.
— О, быть богатым покровителем молодого, требовательного мужчины, — вздохнул Парк театрально. — Когда же я вырвусь из твоих сетей соблазна?
— Когда я убью тебя на Миконосе и сбегу со своим любовником, чтобы потратить твое состояние.
— Вижу, ты все-таки решил жить в роскоши, — сухо сказал Парк.
Купер подмигнул.
— Ну, когда это я мог отказать себе от твоей роскоши?
— Последняя группа, приготовьтесь! — крикнула Ванесса.
Они подошли к своему плоту, где Джимми и Лиза о чем-то тихо спорили, но прервались, как только поняли, что они не одни. Купер вспомнил странное выражение лица и подумал, стоит ли обсудить это позже.
— Я и не знал, что вы знакомы с Полом, — громко сказал Джимми, в то время как Лиза, стиснув зубы, что-то тихо прошипела своему партнеру.
— У нас общий друг, — коротко ответил Парк. — Готовы? — Он указал на плот.
Куперу не понравилось выражение глаз Джимми, но он больше ничего не сказал и послушно поднял плот, чтобы подтащить его к берегу реки. Он мысленно проклял Пола Клеймонта. Тот ничего не выдал напрямую, но после того, как буквально полз к Парку на коленях, он что думал никто не заметит?
... если только цель не заключалась в том, чтобы все заметили. Но какой прок так явно привлекать внимание к Парку? В данный момент единственным, кто отреагировал, был Джимми, по-детски завидовавший их особому отношению.
Река была на удивление холодной, но чем дальше они отплывали от места старта, тем сильнее грело послеполуденное солнце, и вскоре бесконечные брызги от ударов весел и всплески ледяной воды о камни принесли облегчение разгоряченной коже. Несмотря на то, что Парк сам признался, что не любит воду, его посадили впереди, и Джимми сразу же плюхнулся рядом с ним, но Ванесса вежливо попросила его передвинуться на один ряд назад из-за распределения веса.
Поскольку их группа была последней, с ними плыли Ванесса и Нильсен. Она присоединилась к Джимми в его ряду. Лиза и Купер сидели в последнем ряду, а прямо за ними сидел Нильсен. Когда Купер оглянулся на него, Нильсен подмигнул. После этого Купер, насколько это было возможно, смотрел только вперед. Впереди он видел, как плот Пола Клеймонта поднимается и опускается по неровной воде. Это была не совсем ленивая речная прогулка на бревнах, как описывал ее доктор Джойс, и Купер гадал, насколько далеко до водопада. Он был выжат, а они еще даже не продвинулись ни на шаг в расследовании.
Они изо всех сил гребли в сильном течении, уворачиваясь от выступающих камней и бревен. Купер все ждал, что кто-нибудь — Ванесса или, черт возьми, даже Нильсен — разразится какой-нибудь метафорой о том, почему важно каждое положение на лодке и только благодаря общению мы можем достичь того, чего хотим, и бла-бла-бла, но они оба молчали. Ванесса казалась отстраненной и рассеянной. Не раз Купер замечал, что ее весло оставалось без движения в воде, и ей приходилось резко приводить плот в движение, когда он начинал отклоняться от курса. Лиза была единственной, кто был полон решимости поддерживать вежливую и восторженную беседу.
— Разве это не прекрасно? Так мило. Так весело. Для нас было настоящим удовольствием выбраться из пригорода обратно на природу. Я так рада, что мы вернулись. А ты, милый?
Джимми проигнорировал ее.
— Вы с Эндрю прилетели только сегодня утром, не так ли? — Решительно обратилась Лиза к Куперу. — Должно быть, это был ужасно длинный день. Особенно для вас. Я имею в виду... — ее щеки покрылись розовыми пятнами.
— Все в порядке, я съел свои хлопья с витаминами. — Он подмигнул ей, и она с облегчением рассмеялась. — Когда вы были здесь в последний раз?
— О, в октябре прошлого года, да? — спросила она. Купер отметил, что Крюгер был еще здесь. — Тогда мы не могли заняться рафтингом, но сходили двухдневный поход с Хэлом. Он рассказал нам о съедобных растениях, и мы разбили лагерь в лесу. — По мнению Купера, в ее голосе было слишком много ностальгии для человека, который вспоминает, как он ел дикие грибы и гадил в кустах в лесу.
— Два дня? — встревоженно повторил Купер и услышал, как Парк кашлянул, с трудом скрывая смех. — Мы должны... мы тоже пойдем в поход на два дня?
— Нет, занятия меняются в зависимости от смены, — объяснила Ванесса. — С тех пор, как Реджи присоединилась к нам, мы смогли начать предлагать нашу популярную программу «Интимность через прикосновения».
Парк снова кашлянул, и Купер молча извинился перед всеми грибами. Он предпочел бы съесть все их виды, чем интимно прикасаться к Парку в комнате с незнакомцами и возможными убийцами. Даже ядовитые.
— Жаль, что Хэл больше здесь не работает, — продолжила Лиза. — Я хотела спросить его об этом странном маленьком растении, которое мы нашли у себя во дворе. У меня есть фотографии в телефоне. Куда он делся?
— Думаю, на Западном побережье, — неопределенно ответила Ванесса.
— Как вы думаете, могу я получить его телефон?
— О, я не уверена, что у меня есть номер, — уклончиво ответила Ванесса.
— Я бы с удовольствием расспросила его об этом растении. Кажется, он говорил, что листья ядовитые для нас в меху, но съедобны, если их пропарить? Или это были коренья, которые мы не можем есть в человеческом облике...
Джимми прервал ее.
— Очевидно же, что она не может просто так разглашать личную информацию сотрудников.
Лиза смущенно рассмеялась, но опустила взгляд на свое весло, спрятавшись на миг за волосами, а затем решительно подняла голову и улыбнулась.
— Конечно, нет. Глупо с моей стороны. Я не хотела ставить вас в неловкое положение.
— Вовсе нет, — мягко отозвалась Ванесса.
Повисло напряженное молчание.
— Я кое-что знаю о дикорастущих растениях, — наконец сказал Нильсен. — Я могу взглянуть, если хотите.
Лиза оглянулась и слегка покраснела.
— О, это очень мило с вашей стороны. — Она замолчала и выглядела смущенной. — С ядовитыми листьями и все такое... вы, гм, хорошо разбираетесь в биологии волков, да?
— Ох, я бы сказал, что немного, — ответил Нильсен. В его голосе послышались странные нотки, которые Купер не смог распознать.
— Мы почти у поворота, но река здесь более бурная, — прервала их Ванесса. — Мы должны сосредоточиться.
Купер бы заподозрил, что она намеренно замалчивает тему, но река действительно становилась все более неспокойной и злой. Солнце скрылось за горизонтом, и в сером свете было все труднее различать камни. Джимми, пытавшийся взять ситуацию под контроль, не помог. Он продолжал грести сильнее и быстрее, чем Ванесса и Парк, и плот все время разворачивало не туда. поворачивал в противоположных направлениях. Не раз они застревали на камнях и корягах.
— Просто толкай! — крикнул Джимми Лизе, когда они пытались слезть с одного из таких выступов.
— Я... стараюсь... — Лиза что-то проворчала, и Купер наклонился к ней со своим веслом, чтобы помочь. — Ой!
Когда плот сорвался, ее весло застряло между двумя камнями и вырвалось у нее из рук. Она инстинктивно потянулась к нему, слишком далеко, и ее тело перевесило, а ноги взлетели в воздух, и она с криком рухнула в воду.
Купер успел схватить ее. Лишь слегка зацепив за бедро. Этого было достаточно, чтобы замедлить падение. Он осторожно поддался к краю на коленях и перегнулся через край.
Все на плоту закричали и бросились к ним, пытаясь помочь. Плот опасно накренился, но Купер положил другую руку ей на плечо и потянул. Он почувствовал, как Лиза переместила вес тела в сторону плота, а ее рука метнулась назад, чтобы вслепую вцепилась ему в грудь.
— Держу...
Что-то твердое и острое ударило его по ребрам. Купер задохнулся от шока и рухнул в темную воду.
