Мейгор Жестокий... или нет?

Эйрон I. — ДА! Тысяча! Я в игре! — проревел Рейфорд после удачного броска костей. «Везучий мудак», — подумал Эйрон, собирая кости и подталкивая их обратно к Рейфорду. — Будешь держать или рискнёшь бросить ещё раз? У тебя полный ход, — он усмехнулся, глядя на Рейфорда. Его друг был отчаянным парнем, любил бросать кости как в прямом, так и в переносном смысле. Обычно это сходило ему с рук, так что Эйрон не мог сильно его за это критиковать. «Хотя когда-нибудь это может ему боком выйти», — с улыбкой подумал он. — Хм, дельный совет. Брошу снова, — сказал тот с хитрой усмешкой. Пока Рейфорд бросал кости из слоновой кости, Эйрон изучал андала перед собой. Его каштановые волосы отросли на Драконьем Камне. Чёлка теперь доставала до глаз и скрывала его обычные карие зрачки. Рейфорд был, пожалуй, самым невзрачным в их компании. У него и Мейгора были валирийские черты, у Джаспера — интересные серые глаза, типичные для Старков, тогда как у Рейфорда были просто каштановые волосы и карие глаза. «Хотя характер у него не такой уж и заурядный», — подумал Эйрон, наблюдая, как его друг с притворным стоном выбросил неудачную комбинацию. Рейфорд был человеком с горячим нравом. Жизнь не раз пыталась его сломить, но он неизменно выходил из любых испытаний с высоко поднятой головой. Даже смерть матери несколько лет назад, казалось, не оставила на нём следа. Эйрон вспомнил свою собственную мать — добрую, но отстранённую женщину. Её внимание всегда доставалось Деймону и Алиссе. Прямо как у отца, — с горечью подумал он. Лёгкий толчок в плечо вырвал его из мыслей. — Эй, полегче с этим ледяным взглядом, Эйрон, — сказал Джаспер. Он говорил всё чаще — поразительное изменение для человека, который раньше почти не открывал рта. Год, проведённый на Драконьем Камне, сделал своё дело. Эйрон провёл там большую часть последнего года. Отец отправил его на остров без объяснений, даже не попрощавшись. С тех пор он то навещал Драконий Камень, то Дрифтмарк, но на материк так и не возвращался. В этом была своя выгода: Дрифтмарк находился достаточно близко, чтобы путешествие зимой не стало испытанием, но и достаточно далеко, чтобы служить передышкой от суровой атмосферы острова. Когда-то в детстве он с восторгом смотрел на серый силуэт Драконьего Камня с берегов Дрифтмарка, мечтая однажды попасть туда. Но реальность оказалась иной. Замок был мрачен, стены его покрывала резьба из переплетённых драконов. Ночью коридоры наполнялись тенями, и даже факелы не прогоняли весь мрак. Днём жизнь текла своим чередом. Эйрон и его друзья тренировались во дворе, спарринговали, ездили верхом, разговаривали с Мейгором и исследовали берега — почти так же, как в Королевской Гавани, только под мрачным, тяжёлым небом Драконьего Камня. Первые несколько лун тянулись скучно: Мейгор восстанавливался после ранения. Странно было видеть его таким — уязвимым. Синяки и царапины, конечно, случались, но Эйрон никогда не видел на нём повязок, не слышал стона боли. А теперь Мейгор вынужден был беречь себя, и пока он занимался управлением замка, Эйрон чувствовал лёгкую зависть. Мейгору было всего пятнадцать, а у него уже были собственные земли и вассалы. Эйрону, если повезёт, достанется какой-нибудь замок на Дрифтмарке, как его дяде Валентайну — и то нескоро. После выздоровления Мейгора дни стали насыщеннее. Он тянул друзей повсюду за собой — на советы, в залы для встреч, в мастерские. Раз в неделю Мейгор собирал представителей гильдий и говорил с ними о вещах, которые Эйрон едва понимал. Он слышал слова вроде «дикий огонь», «компас», разговоры о казне и поставках. Эйрон удивлялся: откуда у него на всё это время? Где он этому научился? Ведь, насколько он помнил, Мейгор проводил всё своё время на тренировочном дворе. С остальными всё было проще. Рейфорд был открыт и прям, как всегда, а Джаспер стал разговорчивее — уединённость острова словно сняла с него оковы. Исполнительный, внимательный, но рассеянный — только бой по-настоящему пробуждал в нём азарт. Роли между ними распределились естественно: Мейгор превосходил всех почти во всём; Эйрон шёл за ним — лучший мечник после него; Джаспер следовал третьим, зато в турнирах ему не было равных. Рейфорд… он держался уверенно, но без особых амбиций — надёжный, но не выдающийся. — Эйрон… Эйрон! — голос Джаспера резанул тишину, прерывая его задумчивость, но Эйрон отреагировал только после того, как друг толкнул его в плечо с чуть большей силой. Он вздрогнул, выныривая из своих мыслей. — Ах, эм, прости, — пробормотал Эйрон, быстро беря себя в руки и выпрямляясь на скамье. Он слишком глубоко погрузился в свои размышления, и теперь его друзья смотрели на него с любопытством и лёгким беспокойством. — Без проблем, дружище, о чём задумался? — вмешался Рейфорд, наклоняясь ближе, пока Эйрон нехотя бросал кости на стол покрытый потёртой тканью. Кости звякнули, но результат его не порадовал — очередной проигрыш. — Это касается твоей семьи? — вставил Джаспер, и Эйрон вздохнул при этом замечании. Его друзья слишком хорошо знали о его непростых отношениях с семьёй. Единственным, о ком он мог бы с уверенностью сказать, что тот его любит, был его брат Деймон. Даже младший Валарр стал более отстранённым после свадьбы их сестры. — Э-э, вроде того, — неуверенно ответил Эйрон. Он предпочитал говорить о чём угодно, только не о своей семье. Даже если ему и нравилось бывать на Дрифтмарке, в кругу семьи он чувствовал себя чужаком. — Это леди Алисса? — предположил Рейфорд, и в его глазах мелькнуло сочувствие. Их небольшая компания слишком хорошо знала, как раздражает Алисса, и даже Мейгор повернулся против неё. Он устроил изрядный скандал, когда полностью прекратил с ней общаться. Эйрон до сих пор помнил это как вчерашний день; он представлял, как великолепно выглядело лицо его сестры после того, как её допрашивали король Эйгон и принц Эйнис. «Жаль, что не удалось увидеть это самому», — с лёгким разочарованием подумал Эйрон. Увидеть, как его сестру ставят на место, было бы приятно. — Нет, я просто думал, как странно, что нас всех вызывают обратно в Королевскую Гавань, — легко соврал Эйрон, отводя взгляд. На самом деле он размышлял о своих друзьях, оценивая их слабости и сильные стороны, но делиться этим не собирался — это было слишком личным. — Ну, технически, вызвали только тебя и Мейгора, — поправил Рейфорд с лукавой улыбкой, явно наслаждаясь возможностью поддеть друга. — Мы с Джаспером могли бы остаться на Драконьем Камне подольше, если бы захотели, — Эйрон закатил глаза и фыркнул. — Неважно. Мы не были в Королевской Гавани больше года. Как думаешь, что там происходит? — сказал он, откидываясь назад, пока Рейфорд готовился к своему броску. Его тон был лёгким, но внутри он чувствовал смутное беспокойство. — Кто знает, — пожал плечами Рейфорд, бросая кости с небрежной грацией. — Хотя Мейгор был явно рад возвращению. Сказал что-то про "домашний уют" — представляешь? — в голосе друга чувствовался лёгкий сарказм. — Хм, может король Эйгон хочет что-то объявить? Или, не знаю, собрать совет? — предположил Джаспер, задумчиво потирая подбородок. Эйрон мог только пожать плечами в ответ. Сложности политики и интриг двора были для него пока неизвестностью — он слишком мало знал о том, что творится за стенами Драконьего Камня, и предпочитал не вдаваться в эти дебри. Всё, о чём он мечтал сейчас, — это стать рыцарем, обрести своё место под солнцем. Сколько себя помнил, Эйрон грезил рыцарским титулом. Рыцарство означало свободу — возможность покинуть Дрифтмарк, отправиться на поиски собственной судьбы, доказать свою ценность. Как второй сын, он видел в этом единственный путь к независимости. Конечно, он мог остаться на Дрифтмарке, помогать Деймону править или даже создать там семью. Но Деймон был способен управлять островом и без его помощи. — Эх, скоро сами узнаем, — легко отозвался Эйрон, откидываясь на скамью и глядя на волны, разбивающиеся о борт корабля. Их судно покинуло гавань Драконьего Камня несколько часов назад, оставив позади серые скалы острова и проплыв мимо Дрифтмарка. Если повезёт и ветер будет попутным, они достигнут Королевской Гавани до заката, и тогда, наконец, получат ответы на все мучившие их вопросы. Эта мысль слегка поднимала ему настроение, хотя внутри всё ещё тлела тревога. Игра продолжалась. Мейгор научил их этой карточной забаве больше года назад, и она стала одной из их любимых игр в долгие часы на море или во время отдыха после тренировок. Но даже она не могла полностью развеять нарастающую скуку. Они перепробовали все возможные карточные комбинации и даже игры в кости, которые когда-то казались захватывающими, теперь приедались. Эйрон искренне надеялся, что они скорее достигнут Королевской Гавани. Как будто в ответ на его мысли, над кораблём раздался оглушительный рёв. Эйрон, Джаспер и Рейфорд втроём вскинули головы и увидели Терракса — огромного дракона с чёрными, как ночь, крыльями, — пролетевшего прямо над ними. На мгновение корабль погрузился в тень его массивного тела, а затем мощный ветер от взмахов крыльев всколыхнул паруса, заставив судно качнуться из стороны в сторону. — Придурок, — буркнул Рэйфорд, но не смог сдержать смех, и Джаспер тут же подхватил, фыркая от веселья. Эйрон тоже улыбнулся, хотя в глубине души вид дракона вновь пробудил в нём лёгкую зависть. Он старался подавить это чувство изо всех сил. Мейгор был его лучшим другом, и Эйрон был безмерно благодарен за это. Именно благодаря Мейгору он познакомился с Джаспером, Рейфордом и другими юными лордами, чья дружба стала для него опорой. Но, несмотря на искреннюю преданность и благодарность, он не мог не чувствовать лёгкой зависти. На первый взгляд, у них было много общего. Оба — вторые сыновья, чьи отцы были поглощены другими делами; оба имели более значимых старших братьев; оба любили сражаться и горели желанием прославить своё имя. Однако даже беглое сравнение их положений показывало, насколько они различались на самом деле. Мейгор был принцем, но превыше этого — он был принцем дома Таргариен. Одним из немногих наставлений до которых его отцу оказалось дело, было учение о несомненном превосходстве этого рода. Эйрон, даже если бы мог бы взойти на трон своего дома — всё равно не сравнялся бы с самым обычным Таргариеном. Он гордился каплей их крови в своих жилах, но дом Веларионов никогда не был и не станет им ровней. Лишь бледной тенью, не более. Более глубокий взгляд на их сходства также выявлял всё больше различий. Конечно, он и Мейгор были вторыми сыновьями, но у Мейгора теперь было собственное владение. Которое он передаст своим детям. Мог ли Эйрон когда-нибудь сказать то же самое? Его судьба, похоже, заключалась в том, чтобы помогать править старшему брату. Может, унаследовать небольшой замок на Дрифтмарке, но как это могло сравниться с Драконьим Камнем? Их старшие братья и вовсе были небо и земля. Мейгор затмевал принца Эйниса при любой возможности. Как воин он был лучше — и это не шло ни в какое сравнение. Он был активнее в политике, хоть и проводил большую часть года на Драконьем Камне. Придворные лорды буквально боготворили его. Слушая разговоры о Мейгоре, можно было подумать, что наследник — он, а не принц Эйнис. В то же время сам Эйрон прозябал в тени Деймона. Деймон был умнее, способнее, искуснее — попросту лучше почти во всём. Эйрон и мечтать не мог о том, чтобы затмить собственного брата. Тот с лёгкостью управлял Дрифтмарком, и в этом даже заткнул за пояс их отца. Его брат заключил новые торговые соглашения с Пентосом и Браавосом, которые оказались настолько успешны, что Дрифтмарк процветал сильнее, чем когда-либо со времён Рока. Эйрону же едва перепадали крохи внимания. Тогда как Мейгор, напротив, намеренно избегал его, скрываясь большую часть года на Драконьем Камне. В воинском ремесле контраст был и вовсе разительным. Мейгор, по сути, жил жизнью, о которой Эйрон мог лишь мечтать. Он заслужил рыцарский титул, и все до сих пор вспоминали тот день, словно он был вчера, будто не минул целый год. Для Эйрона это стало горьким отрезвлением. Он так долго витал в детских грёзах, что не замечал всей глубины своей несостоятельности. Он был благодарен за время проведённое на Драконьем Камне, но не мог не сожалеть, что не провёл его как оруженосец под началом прославленного рыцаря. Наконец, Мейгор уже успел снискать себе имя. Его знало всё королевство. Убийство Великана с Трезубца сделало его известным при жизни, и даже простой народ на Драконьем Камне и Дрифтмарке говорил о Мейгоре с благоговением. Он даже приобрёл себе знаменитый, известный на весь мир клинок из валирийской стали. Всё это до боли разъедало Эйрона изнутри. Он презирал себя за эти чувства. Мейгор был его другом, самым близким другом, о котором можно лишь мечтать. Оказаться в ближнем кругу Таргариена — невероятная удача, но он никак не мог отвязаться от этой зависти. Она сжимала его, словно удавка, и у него не оставалось сил, чтобы вырваться из её мёртвой хватки. — Пекло, я, наверное, так к этому и не привыкну, — произнёс Джаспер, вырывая Эйрона из тяжких дум, и Рейфорд в ответ тихо рассмеялся. — Хм, а ты уверен? Я хочу сказать, ты всегда можешь попросить Мейгора прокатиться вместе с ним. Твой отец летал. Чем ты хуже? — поддразнил Рейфорд, и Эйрон не смог не улыбнуться этой сцене. Отбросив свои гнетущие мысли, он искренне оценил преимущества своего положения. Быть лучшим другом принца имело свои плюсы, и Эйрон решил разобраться со своими собственными недостатками позже. Они были уже достаточно близко к Королевской Гавани, чтобы разглядеть холм Эйгона. *** Когда их корабль медленно причалил к одному из многочисленных доков Королевской Гавани, Эйрон мысленно поблагодарил погоду. Их путешествие заняло меньше времени, чем обычно, а солнце едва перевалило за полдень. «Ещё полно времени впереди», — с улыбкой подумал Эйрон. Поездки между Драконьим Камнем и столицей могли занимать от половины до целого дня в зависимости от ветра и волнения на море. Их корабль отплыл до рассвета, и благодаря попутному ветру они добрались до Королевской Гавани в нужное время. Втроём они быстрым шагом направились к Эйгонфорту. Даже слепой мог бы заметить необычное оживление в городе, и ответы на их вопросы, без сомнения, ждали их именно там. Когда они, наконец, добрались до самого Эйгонфорта и миновали грубые ворота, то увидели, что вся крепость буквально бурлит. Эйрон заметил несчётное количество солдат, рыцарей и лордов, сновавших туда-сюда. Казалось, у каждого было срочное дело. Что было особенно непривычно для Эйгонфорта. Не успел он ничего разузнать, как к нему подошёл солдат в цветах дома Веларионов. — Милорд Эйрон. — А? Что нужно? Что здесь происходит? — быстро отозвался он воину в цветах его дома. — Ваш отец велел передать, что дом Веларионов собирается в его особняке. Он сказал, что вы должны присутствовать. — Мой отец это сказал? — переспросил Эйрон. «Что отцу может быть нужно от меня?» — с тоской подумал он. Количество раз, когда отец сам искал с ним встречи, Эйрон мог пересчитать по пальцам одной руки. — Значит, поговорим позже, Эйрон. — Да, видимо увидимся позже. Пока, Эйрон. Друзья Эйрона мгновенно сплавили его, и он не смог прикрыться ими, чтобы уклониться. «Вероломные ублюдки», — мысленно бросил он им вслед, косясь на их быстро удаляющиеся фигуры. Он уже использовал такую отговорку, чтобы не ужинать с семьёй, но похоже на этот раз ему не отвертеться. Эйрон вздохнул и снова вскочил в седло. Он мог бы дойти до особняка пешком, но это заняло бы порядочно времени. Поэтому он решил добраться туда верхом и выяснить, что же нужно его отцу. Особняк Веларионов располагался между холмом Эйгона и холмом Рейнис. Он был мастерски построен. Его отец потратил на его возведение целое состояние. «Вероятно, как демонстрацию силы», — подумал Эйрон, проезжая под аркой во внутренний двор особняка. Он шагал по знакомым залам впервые за долгий год, и ощущение было странным, почти сюрреалистичным. Особняк этот был задуман так, чтобы напоминать родной дом. Он был выстроен в том же стиле, что и замок Дрифтмарк, с той же цветовой гаммой и даже похожими картинами. Он распахнул тяжёлые двери в столовую и увидел там всю свою семью в сборе, кроме племянников. Первым он заметил младшего брата, Валарра. Эйрон старался проводить с ним как можно больше времени в последний год, но даже так между ними медленно росла трещина. Это было больно, но он понимал причину. Эйрон мог уехать с Дрифтмарка. Увидеть мир, встретить новых людей, завести друзей. А Валарр был вынужден оставаться там. Эйрон слишком хорошо угадывал горькие чувства, что кипели под маской спокойствия на лице брата. Следующим, кого он увидел, был его старший брат Деймон. Это действительно шокировало Эйрона, поскольку обычно Деймон находился на Дрифтмарке, управляя родовым гнездом дома Веларионов, пока их отец служил мастером над кораблями у короля Эйгона. Жена Деймона, Нейрис, снова была в положении, и Эйрон поразился, что его оторвали от неё. «Отец вызвал даже его? Кто же тогда управляет Дрифтмарком? Неужели дядя Валентайн?» — промелькнуло у него в голове. Следующий человек заставил его глаза сузиться. Даже его сестра была здесь в сопровождении их дяди Корлиса, её присяжного щита. Это означало, что причина, по которой его вызвали, была серьёзной. Обычно она проводила время с Таргариенами, а точнее — с королём Эйгоном и принцем Эйнисом. Королева Висенья и Мейгор в последнее время предпочитали держаться от других особняком. Если уж она была здесь, значит, его отцу требовалось обсудить нечто важное. Взгляд наконец упал на отца. Высокий, крепкий, с валирийской внешностью, его отец был воплощением того, каким должен быть лорд. — А, Эйрон, ты наконец здесь. Садись, еду сейчас подадут. — Еда? Ты собрал нас всех ради еды? — спросил Эйрон, опускаясь на стул рядом с Валарром в полном недоумении. — Я как раз хотела спросить то же самое, — встряла Алисса, но он даже не удостоил её взглядом. — Я надеялся, это немного разрядит обстановку, но, полагаю, у всех вас есть дела поважнее. Что ж, тогда перейдём сразу к сути, — отец бросил взгляд на свою пустую тарелку, прежде чем обратиться ко всем собравшимся. — Я собрал вас, потому что правила игры меняются, и мне нужно, чтобы все были в курсе и действовали сообща. Хватит уже полумер и беспомощного топтания на месте. — Что ты имеешь в виду, отец? — Эйрон начинал понимать, почему Мейгор так ненавидел манеру речи знати. — Его Величество, король Эйгон, повелел снарядить экспедицию под моим командованием и десницы, чтобы очистить Ступени от пиратского короля, Саргосо Саана. — Ты покидаешь город? С чего бы королю Эйгону отдавать такой приказ? — на этот раз спросила Алисса. — Его Величество всё сильнее раздражает раскол в Малом совете, и он надеется, что если на время убрать лидеров каждой фракции, совет станет менее разобщённым. Или, быть может, он думает, что совместная война заставит сира Осмонда и меня помириться. Но сомневаюсь, что король Эйгон настолько наивен. — Кое-что проясняет, но при чём тут мы все? — снова спросила Алисса, и Эйрон поразился её наглости. Дом Веларионов обычно беспрекословно подчинялся их отцу. Даже дядя Корлис редко ему перечил, делая это лишь в вопросах, касающихся его обязанностей в Королевской гвардии. — Вы все здесь потому, что слишком долго я один вёл все дела нашего дома, а теперь уезжаю. Поэтому я и собрал вас всех для приватного разговора. — Ты собрал нас ради уединённой беседы и хочешь подать еду?  вступила мать, и Эйрон тоже не совсем понимал это. Повара ведь могут проболтаться? — Если вы о поварах — все они с Дрифтмарка и после пира вернутся домой. Вся остальная прислуга распущена, так что мы можем говорить с глазу на глаз. Он первым делом повернулся к Деймону. — Ты останешься в Королевской Гавани, пока мы будем воевать на Ступенях. Моё кресло в Малом совете должно оставаться занятым, и ты займёшь его в моё отсутствие. На это время кастеляном Дрифтмарка станет Валентайн. Ты можешь привезти сюда жену и ребёнка. — Со всем должным уважением, отец, но это король Эйгон приказывает вам уехать. Неужели у него ещё нет замены? — Именно поэтому, сын мой, я тебя и вызвал. Чтобы Его Величеству не пришлось ломать над этим голову. Я скорее сдохну, чем позволю кому-то не из нашей семьи сидеть на том чёртовом месте, — в глазах отца вспыхнула тёмная искра, а тон его голоса заставил всех присутствующих напрячься. — Хорошо, а зачем тогда вы позвали меня? — Алисса вновь влезла в разговор, и Эйрон стал с интересом ждать реакции отца. Алисса за последние годы стала куда смелее. «Видимо к ней перекинулась драконья спесь», — мельком глянув на сестру, подумал он про себя. — Ты здесь, потому что будешь вести себя как подобает благовоспитанной леди пока меня не будет. Я не намерен разгребать твои беспорядки по возвращении, и не хочу, чтобы это пришлось делать Деймону. Так что веди себя прилично, — выговор был суров, и Эйрон предположил, что отец имеет в виду разлад между Мейгором и Алиссой. Эта история вызвала массу проблем. Алисса какое-то время выдерживала взгляд отца, но в конце концов сдалась. «Возможно, она умнее чем кажется», — с усмешкой подумал Эйрон. Его сестра заслужила всю ту негативную реакцию, что на неё обрушилась. — Остались только мы с Валарром, — Эйрон воспользовался своей очередью говорить, как следующий среди детей отца. — Валарр будет оруженосцем Деймона. Он продолжит учиться под его началом. А ты отправишься со мной на Ступени. — Что? — Самое время тебе стать оруженосцем. Я сам научу тебя рыцарскому делу. Я уже распорядился, чтобы слуги начали собирать твои вещи. У нас есть около недели до отплытия. Армии и флоту нужно время на сборы, да и нам нужно дождаться улучшения погоды. Эйрон мог только сидеть в ступоре, когда подали первое блюдо. Остальные за столом тоже молчали. Его отец только что определил судьбу всего дома Веларионов, за исключением дяди, и никто не посмел оспорить его волю. Эйрон даже не знал, хочет ли он сам этого. «Оруженосец», — подумал он со смесью восторга и страха. Ему нужно будет позже поговорить об этом с друзьями. Никто никого не заставляет, но если интересно, что было дальше, — добро пожаловать на Boosty! Там ждёт продолжение. — https://boosty.to/lannister666