Мейгор Жестокий... или нет?

Эйрон V 29 год от З.Э. Смятение, страх, жгучее предвкушение и тревога — целый вихрь чувств бушевал в душе Эйрона Велариона, когда корабль наконец замер у огромных доков Пентоса. Путешествие длиной в неполных семь дней подошло к концу, и теперь он стоял на пороге новой главы своей жизни, готовый ступить на пентошийский берег. — Полагаю, это прощание, Эйрон, — неожиданно раздался справа голос его дяди Валентайна. Они находились в каюте комфортной барки, принадлежавшей отцу Эйрона, хотя сейчас она была в распоряжении дяди. — Видимо так, дядя. Спасибо за всё, — с лёгким поклоном ответил Эйрон. Он и представить не мог, как бы всё сложилось без его помощи. Отец был стеснён в возможностях помочь ему пересечь море, так что основная тяжесть легла на брата Деймона и дядю Валентайна. — Конечно, Эйрон. Ты хоть знаешь, куда держишь путь? — спросил дядя, прежде чем пригубить арборское золотое. — Знаю. Войско должно собираться за стенами города. Я соберу последних воинов с этого корабля и других, что швартуются сейчас, и двинусь туда, — уверенно ответил Эйрон. Эту часть замысла он продумал до мелочей. А вот что делать дальше, всё ещё оставалось загадкой. «Надеюсь, у Мейгора найдутся идеи», — с тихим вздохом подумал Эйрон. Эйрон тщетно пытался сообразить, как организовать разрозненное войско: названия отрядов, знамена, координация — всё это путалось в голове в неразрывный клубок. — А дальше? Ты в чужом городе. Каковы твои долгосрочные планы? — дядя задал тот же вопрос, что и брат много месяцев назад, и Эйрон дал тот же ответ, что и тогда. — Сначала — обустроиться и организовать войско. Всё остальное подождёт, — Эйрон отогнал мысли о том, что ему потребуется подходящее жильё в городе. Забот и без того было через край, с этим он разберётся позже. — Что ж, тогда тебе пора. Твои люди, верно, уже на берегу, — сказал дядя, поднимаясь с удобного кресла и направляясь к выходу. «Без сомнения, поможет матросам подготовиться к отплытию», — с лёгкой улыбкой подумал Эйрон. Дом Веларионов испокон веков чтил морские традиции. Ещё до того, как Рок поглотил Валирию, они являлись искусными торговцами и прибыли в Вестерос в поисках выгоды прежде, чем Эйнар Изгнанник покинул их общую родину. Став знатными лордами, они не разорвали эту связь. Пусть теперь у них были твердыни и замки, море оставалось истинным домом для любого Велариона — от главы дома до бастарда боковой ветви. Каждого из них вскармливали и учили лучшие мореходы мира. На фоне своих сородичей Эйрон казался белой вороной. Он не питал к мореходству ненависти, но и той иступленной страсти, что была в крови у Веларионов, в нём не было. Нет, его манила история и ратное дело. Великие труды давно усопших мейстеров и королей, описывающие подвиги и победы. Он жадно проглатывал каждую книгу о войне, которую только мог раздобыть; больше всего на свете ему хотелось походить на героев из тех пыльных фолиантов, что хранились в библиотеке Дрифтмарка. «Чтобы меня помнили», — Эйрон до белизны в костяшках сжал кулак. Вот чего он желал больше всего — не быть запоздалой мыслью, случайной сноской в истории, никем. Отца будут помнить всегда — как отца королевы, повелителя Приливов, опытного морехода и первого в истории мастера над кораблями. Брат Деймон, вне всяких сомнений, тоже станет легендой — преданный дому и непревзойдённый в своём мастерстве. Сестре суждено надеть корону, а её сыну — унаследовать трон. А он... всего лишь второй сын, для которого не уготовано великого пути. Никто не поднесёт ему высокий пост. Нет, своё место в истории ему придётся завоевать, и Эйрон готов пойти на всё ради этой цели. Он не позволит судьбе вершить его участь — это право принадлежит только ему. Поднявшись с удобного кресла, Эйрон собрал свои небогатые пожитки: меч, прислонённый к маленькому столу в каюте, шлем, дополнявший его доспехи, и небольшой мешок с личными вещами, взятыми из Дрифтмарка. и небольшой мешок с вещами из родного дома. Всё необходимое уже ждало в трюме, но самое ценное он привык держать при себе. «Довольно ожиданий. Новая жизнь ждёт», — подумал Эйрон, и его губы тронула предвкушающая улыбка. *** Шествие по Пентосу в окружении сотен тяжеловооружённых солдат — такого опыта Эйрон никак не ожидал. Видимо, пентошийцы насторожились из-за войска, которое он привёл из Вестероса, и привели в готовность свой гарнизон. Разумно, — подумал Эйрон. На их месте он поступил бы точно так же. Эйрон собрал армию числом около трёх тысяч человек и отправил их к Пентосу, намереваясь встретиться с ними за городскими стенами. Реакция пентошийцев была совершенно оправданной — введение в город даже сотни опытных бойцов в полном вооружении могло бы представлять для него угрозу. Так или иначе, к ним не отнеслись враждебно. После того как Эйрон собрал примерно шестьсот солдат с пятнадцати кораблей, предоставленных ему отцом и королевой Висеньей, к нему вышел пентошийский командир, и теперь их проводят через весь город. К северным воротам, где остальная часть армии уже разбила лагерь снаружи. Эйрон воспользовался случаем, чтобы полюбоваться городом вокруг. Широкие улицы, здания, шумные рынки — всё это разительно отличалось от Королевской Гавани. Так вот где мне предстоит жить, — с улыбкой подумал он. Он мог бы привыкнуть к такому зрелищу. Единственное, что омрачало эту импровизированную экскурсию, — рабы, видневшиеся повсюду на рынке. Отвратительно, — мысленно сморщился Эйрон. Дом Веларионов давно отринул рабство, и Эйрону претила сама мысль об обладании живым товаром. Они с друзьями не раз спорили на эту тему, особенно когда речь заходила о Древней Валирии. Мейгор разделял его неприятие, но в своих суждениях заходил куда дальше. Он презирал павшую империю и называл её жителей глупцами за то, что они выстроили своё величие на костях рабов. Мейгор клеймил это губительное влияние на всё общество, и хотя Эйрон порой пытался защитить славу предков, в глубине души он понимал правоту друга. Их с Мейгором роднило многое, хотя тот неизменно занимал более радикальную, порой даже пугающую позицию. Эти споры придавали их дружбе остроты, и сейчас Эйрон невольно прокручивал в голове их последние беседы, пока здания вокруг редели, открывая вид на исполинские стены окружавшие Пентос. Вдвое выше стен Староместа — древние валирийцы явно знали своё дело, ибо пентошийские укрепления затмевали все, кроме самых могучих замков Вестероса. Однако насладиться их видом ему было не суждено. Колонна солдат, которую он вел за собой, вскоре миновала массивные ворота и вышла на бескрайние равнины Андалоса. Едва его конь переступил черту города, взгляду открылся лагерь. Раскинувшийся в паре миль от стен, он гудел, точно растревоженный улей. Колонна в сопровождении пентошийской охраны двинулась по добротной дороге к этому средоточию сил, и Эйрон почувствовал, как к горлу подступает комок. На корабле всё казалось лишь зыбким планом, но теперь, видя всех солдат собранными в одном месте, в настоящем лагере, он ощутил, что все его усилия не пропали даром. Месяцы изнурительной работы, которой он отдал последние луны, наконец обрели смысл. Завидев цель, воины невольно ускорили шаг. Изнурительная качка и теснота трюмов вымотали людей, и Эйрон понимал их желание поскорее коснуться твёрдой земли и снять доспехи. Они быстро преодолели оставшееся расстояние и оказались в расположении. Лагерь выглядел наспех сколоченным и пугающе дезорганизованным, и солдаты, которых он привёл, тут же начали смешиваться с толпой. Что же теперь делать? — раздумывал Эйрон, наблюдая, как воины растекаются по лагерю. Порядок таял на глазах, как вдруг над общим гулом пронёсся резкий окрик на ломаном валирийском, за которым последовала грубая андальская речь. — Ко мне с докладом! Здесь получите распоряжения по лагерю! — прогремел пожилой воин с небольшого возвышения в центре стоянки, и люди, приведённые Эйроном, вновь выстроились в ряды. Пусть они и валились с ног от усталости, но Веларион понимал: позволить им сейчас разбрестись — значит превратить войско в неуправляемую толпу. — Лорд Эйрон! — окликнули его сзади. Эйрон развернулся на каблуках в мгновение ока. Перед ним стояла небольшая группа мужчин в добротных доспехах. Не иначе как те самые дворяне, что решились пересечь с ним море. Подойдя к ним, Эйрон приготовился к непростому разговору. Пусть он и ветеран военного похода, но в боях участия не принимал, да и лет ему всего шестнадцать. Эти люди и рыцари наверняка заведут речь о командовании. — Что вам нужно? — начал Эйрон, с тревогой ожидая неизбежного вопроса, который уже лишил его многих ночей сна. — Принц Мейгор желает отужинать с вами сегодня вечером. Он велел известить вас, как только вы появитесь в лагере, — проскрипел сквозь зубы явно недовольный дворянин. Неужели чувствует себя оскорблённым? — подумал Эйрон. Он был всего лишь младшим сыном, «запасным» наследником, и всё же принц звал его на приватную трапезу, пренебрегая более знатными. В то же время Эйрон прекрасно осознавал, что Мейгор никогда не ценил знатность выше личных качеств. Воспоминания о язвительных речах Мейгора, клеймивших некомпетентность и спесь родовитой знати, вызвали у Эйрона невольную улыбку. Он не видел лучшего друга почти год и теперь всем сердцем жаждал этой встречи. — Сегодня вечером? А что мне делать до того момента? — вдруг спросил Эйрон. — Принц уже составил план размещения. Вы можете занять свою палатку и осмотреть участок, отведенный людям Дрифтмарка, — отозвался второй дворянин, чей тон был куда более дружелюбным. — Впрочем, большинство из нас предпочли найти убежище в самом Пентосе. Лагерная пыль — сомнительное удовольствие. Мейгор не терял времени даром, — подумал Эйрон, задумчиво потирая подбородок. Шагая по лагерю, он замечал знакомый почерк: всё здесь напоминало тот идеальный порядок, который принц когда-то установил для своих людей на Кровавом Камне. Чёткие дорожки, упорядоченные палатки — все, кроме новоприбывших, знали своё место. Видя, с какой легкостью его друг подчиняет себе хаос, Эйрон вновь ощутил знакомый укол — горькое, едкое чувство ревности. Он надрывался на Дрифтмарке, тратил бессонные ночи на расчеты и логистику. Он вложил душу в то, чтобы собрать это войско. И теперь, видя его здесь, он чувствовал, как власть ускользает сквозь пальцы. «Если она вообще когда-либо мне принадлежала», — мелькнула ядовитая мысль, которую он поспешил отогнать. Пусть ему всего шестнадцать — возраст не станет для него преградой. Отец лично обучал его науке управления, а библиотеки Дрифтмарка и Королевской Гавани дали ему знания, недоступные многим прославленным лордам. Он перечитал каждый свиток о стратегии, который смог разыскать. Он верил в свои силы, ведь именно его воля привела этот флот к берегам Эссоса. И Мейгор, его лучший друг, наверняка поможет ему сплотить это войско, если дело дойдет до настоящей битвы. Эйрон усилием воли подавил зависть. По крайней мере, сейчас. Он был в Пентосе. После долгих лун изнурительного труда он наконец достиг цели. Впереди был вечер с единственным человеком, который понимал его амбиции. Нужно жить настоящим, а о будущем можно будет подумать потом. *** Вид исполинской фигуры лучшего друга в чёрных доспехах — стал для Эйрона поистине отрадным зрелищем. Устроившись в лагере и переговорив с мелкими лордами, примкнувшими к походу, он под охраной гвардейцев Драконьего Камня отправился к особняку Мейгора на окраине города. Словом «маленький» он называл его лишь из скромности — он казался маленьким лишь на фоне колоссальных дворцов пентошийских магистров. Но если сравнить его с отцовским домом в Королевской Гавани, владения принца превосходили его вдвое, а то и втрое. Впрочем, архитектура занимала Эйрона куда меньше, чем сам хозяин. Казалось, Мейгор был искренне рад встрече: стоило ему заметить Эйрона, как суровое лицо принца озарилось сияющей улыбкой. — Эйрон! Наконец-то ты здесь! — воскликнул Мейгор, сжимая его руку в крепком рукопожатии. Этот жест остался неизменным с тех самых пор, когда они детьми играли в саду скромного особняка королевы Висеньи. — Наконец-то, — отозвался Эйрон, с притворным безразличием оглядывая изящный внутренний дворик. — Что ж, ты обустроился с завидным вкусом. — И не говори. А теперь идем — повара превзошли самих себя, и я не позволю тебе пропустить этот пир, — сказал Мейгор и, стремительно развернувшись, повёл гостя внутрь. Эйрон зашагал в ногу с другом, наслаждаясь забытым чувством легкости. — Должен извиниться, что не встретил тебя в порту, — заговорил Мейгор, и в его голосе прозвучало искреннее сожаление. — Дела поглотили меня с головой. Надеюсь, этот ужин загладит мою вину. Он провёл так много времени на Дрифтмарке, вдали от друзей, что даже был рад, что Мейгор не устраивает из их воссоединения большого события. — Пустое, я всё понимаю. Я приехал сюда помогать тебе, а не становиться обузой, — успокоил его Эйрон. — Ладно, ладно, — кивнул Мейгор, когда они вошли в небольшую столовую. Комната была явно предназначена для тех бесед, что не терпят лишних ушей и шума больших пиршеств. Эйрон ожидал увидеть жену Мейгора, леди Ширу Квохерис, но вместо неё за столом сидел лишь незнакомец — смуглокожий, черноволосый мужчина с гладко выбритым лицом. — Прошу прощения, если нарушил твои ожидания, но я счёл нужным пригласить его. Это мой новый друг, и его суждения могут оказаться весьма полезными, — пояснил Мейгор. Эйрон лишь коротко кивнул, не сводя оценивающего взгляда с незнакомца. На нём была весьма дорогая одежда присущая купцам, однако недоставало той утончённости, которую Эйрон привык видеть у знатных вельмож. Да и лет ему было немного — на лице не было ни морщинки, ни седин. — Я не против, — отозвался Эйрон, опускаясь в кресло напротив друга и не удостоив пентошийца вниманием. — О чём же пойдёт речь? — Разумеется, о войске, которое ты привел, — сказал Мейгор с одобрительной улыбкой, хотя Эйрон чувствовал, что за ней скрывается нечто большее. — Что ж, очевидно, ты уже взялся за его организацию, — констатировал Веларион. Он понимал, что тот безупречный лагерь, который встретил его сегодня, не мог быть делом рук вечно спорящих лордов. Здесь чувствовалась стальная воля. — Лагерь — лишь начало. Чтобы превратить эту толпу в истинную армию, потребуются месяцы. Но планирование лучше начать уже сейчас, — проговорил Мейгор, пока служанки расставляли на столе первые блюда. — У меня есть наметки плана... — Эйрон замялся, чувствуя, как уверенность покидает его. — Но мои полномочия заканчиваются там, где начинаются интересы других домов. Боюсь, мои идеи мало чего стоят, если их некому воплотить. — Хм... Полномочия, — задумчиво протянул Мейгор, явно углубляясь в размышления. — Всё-таки мне всего шестнадцать, и знать вряд ли станет меня слушать, — продолжал Эйрон тем же смущённым тоном. Говорить о том, кто будет руководить войском, оказалось куда более неловко чем он предполагал. — Пожалуй, ты прав. Эти люди пересекли море, чтобы служить под моим началом, не так ли? — неожиданно произнёс Мейгор. Эйрон едва сдержался, чтобы не поморщиться, ведь слова ударили его в самое больное место. Больше всего на свете он жаждал повести эту армию сам. Ему был необходим шанс доказать свою ценность, показать миру, что он не просто «запасной» наследник, но полководец, способный снискать славу своим мечом и умом. И вот горькая истина: войско, которое он собирал по крупицам, в глазах людей принадлежало не ему, а принцу. — Верно, — быстро выдавил Эйрон, стараясь, чтобы голос не дрогнул от обжигающей обиды. — В таком случае, я стану официальным главой нашего отряда, а ты — моим заместителем, — объявил Мейгор с той непоколебимой уверенностью, которая была присуща только Таргариенам. Эйрон остолбенел. — Что? — переспросил он, не веря, что Мейгор вот так просто готов разделить с ним власть. — Посуди сам... В большинстве сражений я буду в небе — не самое подходящее место для командования армией. Кому-то же придётся вести войска в бой на земле, — Мейгор изложил свою логику столь изящно, что Эйрону оставалось лишь кивнуть. В этом есть смысл, — подумал он, пытаясь представить, как вообще можно командовать армией со спины дракона. — Так что в моё отсутствие ты будешь говорить от моего имени. Моё слово станет твоим, — снова улыбнулся Мейгор, и на этот раз Эйрон ответил ему искренней улыбкой. Это было не совсем то, о чём он мечтал, но лучшего начала он и представить не мог. — Прошу прощения, ваше высочество, но не слишком ли мы торопимся? — раздался сухой голос смуглокожего мужчины. — Вы рассуждаете о наёмном отряде, но пока ваша толпа за городскими стенами — не более чем сброд в доспехах. Оба — и принц, и Веларион — резко обернулись к заговорившему. — Пожалуй, ты прав. Мелкие детали организации армии можно обсудить и позже, но сначала нам действительно нужно оформить наёмную компанию. Наглости этому пентошийцу не занимать, — подумал Эйрон, вновь смерив смуглого мужчину неприязненным взглядом. — Прости, Мейгор, но кто этот человек? — не удержался Эйрон. — Ох, познакомься, это Рего Драз, мой добрый друг. Один из его подопечных станет лейтенантом наёмной компании, когда мы её создадим. А пока Рего помогает мне понять, как прокормить и содержать это небольшое воинство, — Мейгор довольно улыбнулся, но Эйрон продолжал смотреть на смуглого мужчину с подозрением. — Впрочем, Рего прав — нам нужно должным образом создать наёмную компанию. Только тогда начнётся настоящая подготовка, — на этот раз голос Мейгора утратил беззаботность, в нём зазвучала озабоченность. — Подготовку к чему? — невольно спросил Эйрон. Неужели на горизонте война с Вольным Городом? Или стычки с Браавосом? — Дотракийцы готовятся к походу. И цель его — именно эти земли, — произнёс Мейгор с пугающим спокойствием. У Эйрона кровь застыла в жилах. — Пекло... — только и смог прохрипеть он, пока мысли вновь начали лихорадочно метаться ища спасения от новой, первобытной угрозы.