Отчаянно Уходящий

— Заткнись, — прошипел злодей, обходя растущую лужу крови, стекающую с лица Шоты. — Может, ты и крутой, Сотриголова, но ты огромная заноза в заднице. И за это ты должен умереть, пока не стал ещё большей проблемой. Он больше не двигался, даже когда Ному наконец слез с него и когда его, по всей видимости, унесли ученики. Он не мог очнуться, как бы ни старался и как бы громко ни кричал в своей голове. Он был беспомощен... бесполезен. И он ненавидел себя за это.

***

Шота резко вдохнул и открыл глаза, но вокруг была кромешная тьма. Через мгновение он начал паниковать. Тихий писк, который доносился откуда-то издалека, стал громче, а его мысли потекли быстрее. Последнее, что он помнил, — это как его лицо ударилось о бетон... а потом ещё раз... и ещё... и ещё, пока он наконец не потерял сознание. Что, если эта штука навсегда повредила ему глаза? Без глаз его причуда не сработает. Он больше никогда не сможет увидеть своих учеников, друзей или проблемного ребёнка. Прежде чем он успел погрузиться в ещё более глубокую депрессию, он услышал тихий стук и звук открывающейся двери, а затем грохот и ругань — кто-то упал и выругался себе под нос. «Малыш??» Единственным человеком, который был настолько глуп и безумен, чтобы буквально вывалиться из запертого окна больницы, был Змей, и, честно говоря, Шота не удивился бы, если бы это оказался он. «Сюрприз?»

***

Изуку слышал о нападении на школу и о состоянии Сотриголовы. Пришлось немного покопаться, но ему удалось выяснить, в какой больнице находится Сотриголова и даже в какой палате он лежит. Он не знал, радоваться ему или бояться, что эту информацию было так легко найти. Не то чтобы это было слишком просто, но ему придётся рассказать об этом Сотриголове, когда тот поправится. Затем Изуку поймал себя на том, что смотрит на фасад больницы, той самой больницы, из которой он сбежал сразу после своего первого возвращения. По его сведениям, Сотриголова находился на шестом этаже в палате 6-С… Он мог бы это сделать. Забраться на здание было несложно, а вот оставаться незамеченным как для пациентов в других палатах, так и для людей снаружи, которые могли его увидеть, — задача потруднее. Выломать замок на окне снаружи тоже было непросто, но ему всё же удалось это сделать. Он просто надеялся, что выбрал правильный номер. Открыв окно, Изуку попытался грациозно протиснуться внутрь, но за всю свою жизнь он не сделал ни одного грациозного движения, так почему же сейчас должно быть иначе? Это было бы не так. Поэтому он не удивился, когда выпал из окна и рухнул на пол, бормоча себе под нос слова, которые никогда бы не произнёс раньше. «Малыш??» Голос Сотриголовы вывел его из состояния жалости к себе, и, когда он увидел обезумевшую мумию профессионального героя, у него на душе стало легче. Он и сам видел, что с ним всё в порядке. Что он не сильно пострадал или… Неужели он действительно так о нём заботился? Неужели они так сблизились за последние несколько месяцев? «Сюрприз?» Несмотря на то, что он, скорее всего, не мог его видеть, Сотриголова резко повернул голову в сторону Изуку, и тот понял, что тот сверлит его взглядом. После того как он ещё несколько секунд *вероятно* сверлил его взглядом, Ластик с облегчением вздохнул. «Что ты здесь делаешь, проблемный ребёнок? И мне показалось, или ты только что выпал из окна?» — Ха-ха… да. «Как высоко ты забрался?» «Шесть этажей». «О боже, знаешь что? Я даже не буду пытаться. Зачем ты здесь?» Изуку пересек комнату и сел в кресло рядом с больничной койкой Эрасера. «Неужели так сложно поверить, что я беспокоился о тебе?» Он даже не мог разглядеть его лицо, но Изуку знал — он знал, что Сотриголова закатывает глаза под повязками. «Если серьёзно, я действительно волновался и хотел приехать и убедиться, что с тобой всё в порядке». — Я... — начал герой, но остановился, словно пытаясь подобрать нужные слова. — Спасибо тебе. За то, что пришёл навестить меня... хотя я и не могу тебя сейчас видеть. Изуку вскочил со стула: «О да!» Он подошёл к закрытой двери и осторожно приоткрыл её, чтобы убедиться, что снаружи никого нет. Убедившись, что всё в порядке, он взял таблицу из настенного шкафчика и вернулся на своё место. «Давай посмотрим на твою таблицу. Я кое-что разузнал, но не так много». «Ты что?» «Расслабься, ничего противозаконного не было». Согласно рейтингу , ему невероятно повезло, что он вышел сухим из этой ситуации. Особенно учитывая, сколько урона он получил. Его правый локоть был «отколот», а лицо почти полностью изуродовано из-за того, что с ним сделала эта тварь Ному, о которой они говорили. Похоже, что необратимых повреждений не было, только шрамы. Изуку выдохнул и мысленно поблагодарил Бога. Всё могло бы сложиться совсем иначе, если бы не появился Всемогущий и не победил монстра. Или если бы его ученики не увели его в тот момент. — Что там написано? — нетерпеливо спросил Ластик. Изуку хмыкнул: «Ничего серьёзного, необратимых повреждений нет, но у тебя останутся шрамы. Но это не такая уж плохая новость, шрамы — это круто». Герой усмехнулся и облегчённо хохотнул: «Да… да, наверное, так и есть». «Ты волновался?» «О чём?» «Что с тобой случилось. Что с тобой сделали. Ты испугался, что ослеп? Поэтому ты так испугался, когда я вошл?» Ещё одна насмешка: «Думаю, даже с тем, что у меня на лице, ты всё равно можешь читать меня как открытую книгу». «Э-э, не совсем. На этот раз мне просто повезло». «Но я рад. Я не знаю, что бы я делал, если бы потерял зрение…» Изуку посмотрел на героя, героя, который был с ног до головы забинтован после битвы со злодеями, проникшими в школу, и которому пришлось в одиночку сдерживать их, как прочитал Изуку. «Ты всё равно был бы великим героем. Со зрением или без». «Думаю, ты прав». — Конечно, я! Прежде чем Сотриголова успел ответить, дверь в комнату открылась, и они оба напряглись, не ожидая, что кто-то войдёт. Изуку некуда было бежать, так что ему оставалось только смириться с тем, кто вошёл. Дверь распахнулась, и на пороге появился удивлённый Цукаучи, но затем его лицо приняло более усталое выражение. «Почему я не удивлён?» «Эй, Цуки!» Вошёл Цукаучи, а вскоре за ним последовал кто-то со светлыми волосами и в очках. Если бы Изуку не знал наверняка, он бы сказал, что это Сущий Мик в мужском пучке и хипстерских очках пришёл навестить Стерку. Он вошёл и, заметив Изуку, сидящего у кровати Сотриголова, напрягся. «О… привет, слушатель. Мы не знали, что у Шота есть посетители». «Он не... Этот маленький гремлин, наверное, пробрался сюда», — прокомментировал Цукаучи и получил в ответ кивок и подмигивание от Змеея. «Боже мой. Что ты сломал?» «Только оконный замок». «ТОЛЬКО ОКНО...» Он порезался и обхватил голову руками, пытаясь успокоиться. Мик, широко раскрыв глаза, наблюдал за происходящим, а затем повернулся к Изуку и окинул его взглядом с головы до ног. Что-то щёлкнуло у него в голове, и он улыбнулся: «Ты, должно быть, Змей. Шота много о тебе рассказывал». «Ластик говорит обо мне?» — Ещё бы он не делал! «Заши...» — голос Ластика прозвучал как предупреждение. «Значит, у него есть имя? Должно быть, он один из тех друзей, о которых ты говорил, верно, Ластик?» Герой вздохнул, а Сущий Мик рассмеялся, и даже Цукаучи хихикнул в углу комнаты. «Но если ты называешь его по имени, почему бы тебе не называть Цукаучи по имени?» На этот раз детектив застонал, прежде чем присоединиться к остальным, окружившим Ластика. «Мы делаем это, чтобы позлить его. Цуки звучит намного милее, чем Наомаса, поэтому мы так его и называем». «И я это ненавижу». «Но ты же любишь нас!» — Мик положил голову на плечо Цукаучи, но тот отмахнулся от него, из-за чего они с Изуку рассмеялись, Цукачи фыркнул, а Сотриголова посмотрел на них, вероятно, с недоумением. Затем он с улыбкой повернулся к Изуку: «Мы всего лишь несколько друзей Шото. С минуты на минуту должен появиться ещё один…» «О нет. Нет, нет, нет, нет, ПОЖАЛУЙСТА, ЗАШИ! НЕТ!» «Слишком поздно, она только что написала мне, что уже в пути!» Мик и Цукаучи были в восторге от того, кто должен был прийти, но Изуку чувствовал, как от Сотриголовы исходит ужас. Кто мог прийти и доставить ему столько хлопот?.. «Эй, Ластик!» Дверь распахнулась, и в комнату вошла женщина с зелёными волосами и такой яркой улыбкой, что Изуку показалось, будто в комнате стало светлее. «Мисс Шутка?» «Фукукадо…» Просто невероятно, сколько профессионалов Изуку смог узнать без их геройских костюмов. Думаю, именно это и происходит, когда ты практически всю свою жизнь изучаешь и анализируешь всё, что с ними связано. Мисс Шутка пересекла комнату и села на последний свободный стул у больничной койки Сотриголовы. «Ну же, Шота, что случилось с Эми?» «Я называю тебя Эми, только когда ты мне действительно нравишься». «Значит, ты признаёшь, что я тебе нравлюсь?» «Я НЕ ЗНАЮ!» «Ой, да ладно, Шо, мы все знаем, что вы двое обязательно будете вместе. Зачем так сопротивляться?» «Заткнись, Хизаши! Она мне не нравится!» Ластик изо всех сил пытался оправдаться и резко повернул голову в ту сторону, где, по его мнению, находился Цуки (и он был прав, что было действительно страшно/круто). «Не смей ничего говорить, Цуки». Детектив поднял руки в знак защиты: «Я не собирался этого делать». «Шота, кто это? Подожди, дай угадаю!» Мисс Шутка казалась очень взволнованной, хотя, судя по тому, что он о ней знал, она всегда была такой. Она внимательно посмотрела на Изуку, и прошла целая минута, прежде чем она снова заговорила. Изуку был рад, что догадался переодеться в костюм линчевателя перед тем, как прийти, иначе у него были бы проблемы. (Хотя Цуки и Сотриголова, скорее всего, уже знали, кто он такой) «О! Это тот самый Змеейный парень, о котором ты постоянно говоришь??» «Я не говорю о нём!» Трое друзей рассмеялись в ответ на вспышку гнева Эрасера, а он фыркнул и скрестил руки на груди. «Не нужно так защищаться, Шота, мы здесь все друзья. Даже твой сын...» Цуки не успел договорить, как ему в лицо полетела подушка — быстрее, чем кто-либо из них мог себе представить, и с пугающей точностью — от человека, который буквально выглядел как мумия. Это вызвало у них ещё больший смех, к которому присоединился Изуку.