Where Lotus Grows

«Видимо, придётся сделать это снова», — усмехнулся он, прижимая её бёдра к своим так, что она почувствовала, какой он твёрдый под водой. «Но в этот раз так, чтобы ты точно всё поняла». Он начал тереться об неё, постепенно оголяя всё сильнее, пока их обнажённая кожа не стала соприкасаться, и когда Мирея почувствовала, что он вот-вот войдёт, она запаниковала и со всей силы ударила его затылком в нос. «АУЧ! Это больно!» — возмутился Чика, когда из его носа потекла кровь. «Ты точно ненормальная какая-то!» «ДА ЭТО ТЫ НЕНОРМАЛЬНЫЙ! НЕ ТЫКАЙ В МЕНЯ ЭТОЙ ШТУКОЙ!» — завопила она, плеща воду. Они расплылись по разные стороны горячего источника. «Дура, тебе же понравилось в прошлый раз!» — буркнул он. «И что? Во-первых, это были только пальцы! А во-вторых, ты меня принудил! Ты не знаешь, как я потом себя паршиво чувствовала!» Она скрестила руки, пряча грудь, и надула губы. «Я точно не хочу за тебя замуж теперь». Он немного выпал в осадок. «Паршиво? Почему?» — спросил он, удивлённо смотря на неё; раньше девушки никогда ему не давали таких отзывов. «Да потому что я жалела об этом, чего ты не понимаешь?» «Серьёзно?» «Бл*ть…» Она сделала глубокий вдох. «Похоже, что я шучу?» «Ну да, кажется, не похоже», — он почесал затылок. Они сидели в немой тишине какое-то время, и только сверчки трещали на фоне. «Прости…» — тихо сказал он. Мирея посмотрела на него удивлённо, всё ещё дуясь. «Я подумаю». «Я просто думал, ты играешь в недотрогу, не знал, что тебе и правда было некомфортно». «Серьёзно?» — она закатила глаза. «Ладно, в этот раз я тебя прощу, но больше не стану». Он мягко улыбнулся и придвинулся ближе. «Спасибо». Он поднял руку, хотел её приобнять. «Можно?» Она окинула его оценивающим взглядом. «Ладно, но только быстро, и я пойду домой. Попроси их принести мне полотенца». Она отвернулась стыдливо и быстро его обняла, прикрывая грудь. Чика улыбнулся и позвал слуг, чтобы те принесли ей сменную одежду. «Никогда не думал, что моя будущая жена разобьёт мне нос. Ну, если ты ещё не передумала становиться моей женой», — хмыкнул он. «Я ещё думаю, посмотрим на твоё поведение», — буркнула она, вылезая из воды и взяв одежду у служанки и начав одеваться, пока он вылавливал её униформу лейтенанта из воды. «И ничего я тебе не сломала… наверное… если бы сломала, у тебя бы уже был отёк, будто пчёлы покусали… Ладно, всё, пока, мне пора». Она быстро зашагала прочь. «Мирея, подожди!» — крикнул он ей вслед, и когда она обернулась, добавил: «Я постараюсь вести себя лучше, обещаю!» Чика подмигнул. Мирея слегка покраснела и просто кивнула, покидая их территорию. Тишина. Горячая бурлящая вода. Чьи-то очень сильные и холодные руки.

***

«Пропустите, это я», — велела она своей охране, кто не узнал её в этом банном наряде. «Простите, госпожа, проходите!» — они отдали честь, и Мирея направилась в свои покои. Она всё ещё пахла алкоголем, но теперь ещё и сыростью. Когда она зашла в комнату и уже хотела просто рухнуть на футон, чьи-то сильные тёплые руки схватили её за запястье. «Сосуке!?» — ахнула Мирея, не ожидая увидеть его у себя после их конфликта. «Где ты была?» — спросил он холодно. «Почему ты спра—» Он прервал её. «Я спросил, где ты была? Почему ты вся мокрая и от тебя разит спиртным?» — спросил он, сжав её руку сильнее. И хоть он уже знал ответы на все эти вопросы, он хотел, чтобы она сказала их сама. «Я… я была у Шихоинов…» «В таком виде? Что ты там делала?» «Почему ты с меня спрашиваешь?..» — спросила она, выдернув свою руку. «Ты пьяная, мокрая как дворовая псина, ходишь полуголая по Сейритею, говоря, что ты от Шихоинов — и ты спрашиваешь, почему я спрашиваю?» Она смущённо вздохнула. «Кое-что случилось…» — тихо пролепетала она. «Не очень приятное…» Она прижалась к его груди и, всхлипнув, рассказала ему о произошедшем за эти пару дней. Он и так всё знал, но подробности лишь усилили его уверенность в правильности своих поступков. «Ты не считаешь меня потаскухой, Сосуке?» — спросила она дрожащим голосом. «Конечно нет, глупая, он же вынудил тебя… Но я не понимаю, почему ты пошла к нему сегодня?» Он поглаживал её по голове. «Мне нужно было разобраться… Я чувствовала себя очень грязной…» Она всхлипнула, тихонько пряча лицо у него в шее. «Если бы я не пошла, если бы не защитила себя, я не смогла бы с этим дальше жить… Сначала я думала, что просто в моральном упадке, пыталась себя оправдать, но потом поняла, что я не хотела этого… и мне стало так горько, так обидно, что он заставил меня это почувствовать… Что я получала удовольствие от этого… от того, что думала, будто сама виновата… Я должна была пойти… Я хотела ему всё высказать, заступиться за себя, защитить…» Она плакала, сжимая его униформу в кулаках, подёргиваясь от всхлипов и втягивая выступающие сопли носом. Сосуке просто слушал и успокаивающе гладил её по мокрым волосам, по спине, а затем уложил на футон, ложась рядом. «Ты всё сделала правильно, я горжусь тобой. Ты защитила себя. Теперь спи, а остальное оставь мне — теперь я защищу тебя…» Он снял очки и, потушив свет, лёг рядом с ней, обнимая её со спины. «Но утром всё же помойся. Пахнешь тухлыми яйцами — ты знаешь, как я их не люблю», — он сморщил нос. «Потерпишь одну ночь?» — спросила она, слегка хихикнув сквозь всхлипы. «Так и быть, потерплю», — он прижал свои губы к её макушке, закрывая глаза и погружаясь в сон. Тем временем в горячем источнике клана Шихоин плавало уже давно холодное тело.