Where Lotus Grows

Проснувшись, Мирея не обнаружила Сосуке рядом, но это было не ново. Он почти всегда пропадал по утрам. Она села на кровати, потянувшись за кувшином, чтобы запить ужасный вкус похмелья. Потерев глаза, она посмотрела на дверь — там стояла испуганная служанка. Глаза Нами были на мокром месте. «Что такое?» — спросила Курока хриплым голосом, снова думая о том, что ей точно нужно менять что-то в жизни, потому что каждый второй день она просыпается без голоса. «Мирея-сама…» — девушка всхлипнула и подошла к футону, опускаясь на колени. — «Только не переживайте…» Мирея напряглась и нахмурилась. «Пожалуйста, говори, а то я точно буду нервничать», — она наклонилась ближе к служанке, которая уткнулась лицом в её колени и расплакалась. «Господин Шихоин… Он… Его нашли скончавшимся сегодня утром…» — проревела она невнятно. Мирея с трудом разобрала её слова. «Что ты сказала?» — переспросила брюнетка, гладя Нами по голове. «Господин Чика… Он… он мёртв», — служанка подняла голову, глядя госпоже в глаза. «Я не понимаю…» — пролепетала Мирея, пока её мозг пытался обработать эту информацию. — «В каком смысле мёртв?» — словно смерть могла иметь множество вариантов. «Мне так жаль…» — служанка всхлипнула вновь, когда Мирея поднялась с футона. «Мне нужно помыться… Я пахну как гнилые яйца…» — сказала Мирея невозмутимо. — «Сосуке не любит яйца…» С этими словами она ушла в уборную, всё ещё слишком шокированная, чтобы поверить услышанному.

***

Осмотр тела погибшего произвела сама Унохана. Вывод — утопление. Так как Мирея была последней, с кем он разговаривал (включая слуг, что приносили ему саке после её ухода), то официальная версия звучала так: он выпил слишком много и утонул во сне. Сидя в бараках 2-го отряда, Мирея всхлипывала — то ли от стресса, то ли от страха, что её могут обвинить из-за их конфликта. Всё смешалось. Осознание того, что он действительно мёртв, накрыло её сильнее, чем она ожидала. Её терзало чувство вины: быть может, если бы она не ударила его в нос, то этого бы не случилось?.. Она нервно трясла ногой, сидя на скамье, когда в кабинет зашла Йоруичи. Тяжело вздохнув, Кошачья богиня выглядела потерянной. Похлопав Мирею по плечу, она села в свой трон, сделанный специально под неё. Какое-то время они молчали, а затем обнялись и заплакали. «Мне так жаль…» — прошептала Мирея. — «Хотя я и не знала его близко, это всё равно очень ранило меня… я не могу представить, каково вам… моё сердце разрывается от боли за него и за вас… если вы хотите меня о чём-то спросить…» Но Мирея не смогла закончить. «Нет, мне незачем тебя допрашивать… Когда ты ушла, слуги возвращались к нему ещё. Он был в порядке. Скорее всего, это алкоголь. Очень неожиданная и глупая смерть…» — вздохнула Йоруичи, вытирая слёзы на лице Миреи. «Мне правда очень жаль…» — та всхлипнула, прижимаясь к ней. — «Я уже даже смирилась с мыслью о замужестве…» Йоруичи погладила её по голове, обнимая крепче.

***

По возвращении в поместье служанки переодели Мирею в чёрное траурное мофуку. Так она будет ходить ближайшие 7 дней публично, и 49 — на официальных мероприятиях. На работе она будет носить более закрытую форму, чем обычно. Когда служанки разошлись, дверь в её покои раздвинулась, и внутрь зашёл её дядя. «Завтра утром похороны», — сказал он сухо. — «Я очень надеюсь, что ты никак в этом не замешана». Мирея повернулась к нему с заплаканными глазами и лицом, искажённым гневом. «Вы издеваетесь, дядя? Думаете, я бы опустилась до такого?» — прошипела она сквозь стиснутые зубы. «Я просто опасаюсь за репутацию клана. Всем известно, что ты не хотела этого брака. Смерть — удобный способ его избежать.» Мирея встала и медленно подошла к Нобуюки, смотря ему прямо в глаза. «Ваши слова да Королю Душ в уши, дядя», — сказала она холодно. — «Молитесь, чтобы я не воспользовалась вашим советом и наконец-то не заняла моё по праву место главы клана». Она вежливо поклонилась и покинула покои. «Старый маразматик, на что он намекает!?» — пронеслось у неё в голове, пока она шла в тренировочный холл, чтобы выпустить пар. Оказавшись внутри, она скинула одеяние, взяла меч и начала рубить на части тренировочные манекены, крича от злости. Один за другим они падали в щепки, пока последний не рухнул. Тогда Мирея упала на колени и всхлипнула. Что если это всё-таки её вина? Что если тот удар затылком по носу сыграл злую шутку? Она спрятала лицо в коленях, тихо вздрагивая, когда слёзы стекали по щекам. Да, она не хотела брака. Да, у неё было много смешанных эмоций. Но она никогда не желала ему смерти! Это было слишком жестоко. Она, потерявшая свою семью, знала лучше всех, какую боль сейчас переживают Шихоины. Тихие шаги. Кто-то опустился на корточки рядом. Это было слишком знакомое ей реяцию. «Ты снова пришёл так тихо… я тебя не заметила…» — прошептала она, поднимая голову и глядя на юношу. «Тебе стоит одеться», — сказал Айзен с мягкой улыбкой, протягивая ей кимоно. — «А то замёрзнешь. Было бы некстати.» Мирея перевела взгляд на одежду, затем на него. Вытерев слёзы, взяла кимоно и начала одеваться, пока он помогал ей. «Почему ты плачешь?» «Потому что мне грустно…» — пробормотала она. «Грустно от того, что человек, который практически надругался над тобой, умер? Глупо», — сказал он спокойно. «Просто… мне жалко его… и его семью…» — её голос задрожал. — «И ещё мне страшно…» «Страшно от чего?» «Вдруг это моя вина? Вдруг я так сильно его ударила, что спровоцировала это? Что если бы этого не произошло, если бы я не пришла к нему пьяной?» Она сжалась, сжимая ткань одежды. «Что если об этом узнают?» «Шшш… Не бойся», — он прижал её к груди, говоря медовым, успокаивающим голосом. «Здесь нет твоей вины. Он получил по заслугам.» «О чём ты?» — спросила Мирея, непонимающе глядя на него. Он лишь мягко улыбнулся. «Сосуке… Пожалуйста, не молчи», — она схватилась за ворот его одежды. «Я просто убрал лишние помехи», — он провёл пальцами по её щеке с непроницаемым взглядом. — «Простого “спасибо” было бы достаточно». Она медленно сделала шаг назад. «Подожди… это был ты?» Её глаза расширились, когда он шагнул вперёд, практически прижимая её к стене. «Допустим», — Айзен поставил руки по обе стороны от её головы. «Но почему?» — прошептала она. «Он мешал. И я не позволю никому обращаться с тобой так, как он», — сказал он ровно. По щекам Миреи покатились слёзы. «Сосуке… ты убил его…» — она закрыла рот ладонью. — «Убил!» Она сползла по стене. «Он причинил тебе боль», — спокойно сказал Айзен. «Но я не стоила того, чтобы ты отнял его жизнь! Я не смогу жить, зная, что он погиб из-за меня!» — она вскочила, покачиваясь на ослабевших ногах. Губы дрожали. «Я бы сделал это в любом случае», — ответил он монотонно. — «Не вини себя. Можешь винить своего дядю — он решил выдать тебя за него». «Сосуке! Это не смешно! Это слишком!» — возмутилась она, хватая его за руку. Мужчина перехватил её запястье и резко притянул к себе. «Не кричи», — прошептал он мягко. «Почему?.. Сосуке, почему? Я могла просто выйти замуж… Это не стоило этого!» «Нет», — он наклонился ближе, его дыхание коснулось её губ, а глаза впились в её душу. — «Ты не могла выйти за него замуж. И никогда не сможешь выйти ни за кого другого.» Он сжал её щёки и промурчал: «Потому что я не отдам тебя другому мужчине». И в этот момент он сократил дистанцию и впервые поцеловал её. Мирея невольно задержала дыхание. Она совсем не ожидала этого. Когда он начал мягкие, медленные движения губами, её будто ударило током. По коже побежали мурашки, внизу живота свело. Она не могла вспомнить, как дышать. Единственное, на что хватило мозга — ответить на поцелуй. Она прижалась ближе — сначала мягко, затем отчаянно, отвечая на его ласки, обвивая руками его сильное тело, прикусывая его губу, запутывая пальцы в его волосах. Для Сосуке это был первый поцелуй. Он действовал инстинктивно: теорию он знал, но практиковал впервые. Ему удалось сохранить уверенный вид, хоть его щёки едва заметно порозовели, а тело испытало незабываемые ощущения. Его руки опустились к её талии. Ему хотелось затмить её поцелуй с Чикой — он хотел, чтобы она думала только о нём. Ситуация слегка пошатнула его непоколебимую самооценку, но он старался скрыть это, прижимая её к стене и изучая ладонями её тело. «Не забудь дышать…» — пробормотал он ей в губы между поцелуями. Мирея была настолько увлечена, что не сразу поняла его слова. Лишь немного отстранившись, она взглянула ему в глаза мечтательным, затуманенным взглядом. То, что произошло только что, перевернуло её сознание. Этот поцелуй был таким нужным, таким желанным… но они даже не подозревали об этом до этого момента.