Where Lotus Grows

Но вместо ответа Мирея резко рванулась, чтобы поцеловать его - и лбом врезалась в его. Она взвыла от боли, потирая лоб. Сосуке тоже потёр ушиб и наклонился к ней ближе. «Будем считать, что это “да”», - сказал он и поцеловал её снова. Если бы только Мирея понимала, в какую огромную манипуляцию она только что втянула себя. Ведь, разумеется, всё проходило так, как планировал Айзен. Не то чтобы она ему совсем не нравилась - Мирея была очень привлекательной девушкой, и за долгие годы рядом он привык к её присутствию. Она была чем-то постоянным в его жизни, и ему это нравилось. Он понимал, чего от неё ожидать, знал, что она его слушается. Поэтому, когда она заявила, что не против выйти замуж за Чику, - он сначала просто не поверил собственным ушам. Но, подумав чуть дольше, он решил, что она ещё слишком молода, подвержена эмоциям, и это была всего лишь лёгкая влюблённость, не больше. Тогда он понял: чтобы Мирея снова не вышла из-под его контроля, нужно привязать её к себе сильнее. Она должна любить его - и тогда планы Сосуке будут в безопасности. Сам он не чувствовал любовь и привязанность так, как чувствуют остальные. Теоретически он понимал, что это такое, но на практике это было ему чуждо. Однако Мирея росла рядом с ним, и за долгие годы он заложил в неё множество качеств, которые считал ценными. Она была его маленьким проектом, который он сам же и выращивал. Когда же он впервые ощутил укол ревности и чувство собственности из-за её помолвки - это его напугало. Он решил, что это слабость, и решил взять эти чувства под контроль. Мирея не должна была иметь для него значения больше, чем остальные пешки в его игре. «Она всего лишь инструмент, который всегда под рукой», - убеждал он себя. Теперь его задачей было влюбить её в себя окончательно, прежде чем перейти к следующему шагу, после которого она уже не сможет принадлежать никому другому. Он провёл пальцами по её щекам, заглядывая в глаза, затем снял очки - они лишь мешали во время поцелуя - и продолжил, прижимая её ближе. Растерянная Курока даже не попыталась сопротивляться. Она млела в его руках, отвечала на поцелуй всей нежностью, на которую была способна, иногда слегка прикусывая его губу и зарываясь пальцами в его волосы. Сердце билось так быстро, что на мгновение она испугалась, что у неё случится приступ. Поцелуй был не таким яростным, как с Чикой, но ощущался куда интимнее и спокойнее, заставляя её чувствовать себя на седьмом небе. Внизу живота снова появилось тёплое щекочущее чувство. Мирея чуть подтолкнула его назад, так что он сел на рабочий стол, и попыталась забраться к нему на колени. Он удерживал её за бёдра, а какие-то отчёты свалились на пол. Обычно аккуратный и организованный Айзен даже не обратил на это внимания. Внезапно он изменил положение сил: резко перевернул их тела и сам прижал Мирею к столу, плотнее прижимаясь к ней своим уже затвердевшим членом. Хотя раньше он никогда не имел интимных связей, не целовался и не вступал в отношения - он не избегал этого из-за отсутствия желания. Просто он не видел в этом выгоды. Отношения, которые не приносили пользы, казались ему скучными и пустой тратой времени, которое он предпочитал посвящать тому, что для него действительно имело значение - исследованиям. Но сейчас всё было иначе. Если бы он лишил Мирею девственности, это означало бы, что он её обесчестил. В таком случае она бы стала избегать брака с любым благородным мужчиной, чтобы не опозорить себя и свой род - ведь потеря невинности до свадьбы считалась для девушек их круга чем-то постыдным. Поэтому, когда Мирея почувствовала, насколько он твёрд, и как он тёрся о неё, - она запаниковала. В прошлый раз, когда Чика использовал пальцы, он не лишил её девственности, а даже если бы и лишил - они были помолвлены. Она почти стала бы его женой, и это не было страшно. Но здесь Айзен не был ни её женихом, ни потенциальным супругом. Отдаваться ему, и так быстро - было бы крайне неразумно. Она робко положила руку ему на грудь. «Сосуке…» прошептала она ему в губы. Он отстранился, удивлённо глядя на неё. «Да? Всё в порядке?» Мирея покраснела и опустила взгляд. «Я просто… думаю, я ещё не готова. После всего, что случилось… Мы можем повременить с интимом?» - тихо спросила она. Айзен этого совсем не ожидал - недооценил её. И в глубине души это чуть-чуть задело его самолюбие. Но он не показал этого, спокойно уступив и немного отстранившись. «Да, конечно. Мы подождём, пока ты будешь готова», - мягко сказал он, погладив её по волосам. «Ты не обижаешься?» - спросила Мирея, взяв его руку в свои. «Конечно нет. Разве ты дала мне повод обижаться?» - двусмысленно ответил он, намеренно заставляя её сомневаться. «Спасибо… я правда это ценю», - она прижалась к его груди и крепко обняла его. «Мне нужно вернуться в отряд… но, может, увидимся вечером?» - с надеждой спросила она. Парень провёл большим пальцем по её нижней губе. «Конечно. Может быть, даже куда-нибудь выберемся. Развеемся. Но думаю, тебе стоит одеться проще, чтобы люди не узнали и не говорили, что траур ещё не закончился, а ты уже развлекаешься», - он слегка усмехнулся. «Выберем что-то более приватное.» Мирея снова покраснела. Первое свидание? Их настоящее первое свидание? АААААААААААААААА ДЫШИМ ДЫШИМ СПОКОЙНО Они и раньше гуляли вместе… Но почему теперь это чувствуется совсем иначе?.. «Хорошо. Увидимся позже. Я переоденусь после смены и буду ждать тебя в поместье», - она легонько поцеловала его в щёку и быстро вышла, прикрывая ладонями пылающие щёки. Айзен остался стоять посредине кабинета, среди разбросанных бумаг. Это было забавно. Ему предстояло применить всё своё очарование - чтобы посмотреть, насколько хватит её выдержки.