Мемуары или между Аврором и Пожирателем

1983-1984 года. «Май 1983. У Энни умер отец. Оказалось, что он на протяжении многих лет боролся с магловской болезнью. У него был рак. Вдаваться в подробности, что это за диагноз и что именно поражал этот недуг, я не стал. На похороны я ездил с женой. После я оставил Энни с матерью. Всё-таки Тео оставлять дома одного со своей матерью я не хотел. Поэтому покинул Францию почти сразу после погребения. Энни потом рассказала, что мать думает съехать с дома в другое место. Я согласился помочь это организовать. Все мелочи я обсудил с мадам Лебо отдельно.» «Декабрь 1983. Мы ездили в Малфой-манор праздновать Рождество. Нарцисса всё устроила как обычно шикарно. В принципе, Люциус никогда не скупился. Как говорит Абракаскас, всё самое лучшее у Малфоев. Я выловил Цисси одну и спросил про Андромеду. Они не общаются. Кто я такой, чтобы настаивать, но всё же попросил ее примериться с сестрой. Всё-таки не чужие люди. Послушает она меня или нет, мне было без разницы. Просто ей явно не хватало поделиться с кем-то своими переживаниями, несмотря на общение с моей женой. На приеме я встретил одну женщину. Анжелика Забини. Жена моего дальнего родственника Эрнана. Кузена по отцовской линии. Внучатый племянник моей бабушки. Н-да, запутаться можно в родословной. Это было странно. Словно между нами проскочила искра. Её взгляд завораживал. Подобное я испытал с Энни, когда впервые встретился с ней. Мне казалось, что я совсем очерствел. В Министерстве одна девчонка кружила вокруг меня. Честно говоря, достала жутко. Иногда из-за скуки поддерживал её флирт, но всё чаще она раздражала. И если сразу не понимала, что от неё хотят, я злился. Выгонял. А тут... Когда понял, что она задумала после смерти Эрнана, меня это взбесило. Но я помог исправить одну её ошибку в лице Кардагро, что в итоге пал её первой жертвой. Однако... Её глаза, полные благодарности и чего-то ещё... Мне не хотелось отпускать её руки. Мне не хотелось отпускать её совсем. Что-то незримое тянуло меня к ней. Я не падок на женскую красоту и флирт, но Анжелика была словно совершенно другой. Ещё несколько дней после встречи меня терзали мысли о ней. Хотел прижать её к себе. Хотел исполнить её мысли. Хотелось волком выть. Я не мог разобрать этого странного чувства, что толкало меня к этой женщине. Лишь время выветрит дурные мысли о другой.» « Июль 1984. В скором времени Энни родит девочку. Я боялся подойти к книге рода и узнать наверняка, моя ли дочь или нет. Хотел верить, что моя, но чувствовал, что это не так. Часто сидел и размышлял. Что я буду делать, если она не моя дочь? Скандалить с Энни? Смысл. Она ведь только и ждёт, что я позволю ей уйти. Может, она таким образом хочет этого? Что я разведусь с ней за её измену? Может, я так бы и поступил, если бы она хоть чуть-чуть любила бы меня. А так... Она воспитывает нашего сына. Помогает маме держать относительный порядок в доме. Она неплохая хозяйка и мать. Стоит признать одно, что моей любви не хватило на нас двоих. Я выгорел дотла. Кажется, мои чувства ещё кое-как живут и держатся за счёт принципа: она моя жена. Если дочь будет не моя, то ничего в этом страшного нет. Она же будет расти на моих руках. В моем доме. И папой будет звать меня. Это даже забавно. Интересно, а каково будет Ричарду наблюдать это всё со стороны? Родная, кровная дочка будет видеть в нем чужака. Вроде студенты Рейвенкло, а просчитались выпускнику Слизерина. Ставка на развод не сыграет, дорогая жена. Дочь моя. И пусть я в твоих глазах слепой дурак. Посмотрим, что ты собираешься делать дальше.» «Август 1984. 6 августа родилась Ариана. Маленькая крошка. Я всё-таки заглянул в книгу рода и был разочарован. Не моя. Обидно. Злился? Нет. Неприятно? Да. Даже грустно как-то. Ну что тут скажешь. У меня отличная семья. Я переплюнул многих однокурсников. У меня есть сын и дочь.» «Сентябрь 1984. Заглянул к Уиллу. Высказался ему. Он, конечно, удивился моей вредности, но осуждать не стал, и за это я был благодарен. Он очень хороший друг. Честно говоря, с удовольствием бы с ним породнился. Но тут как повернется судьба. На днях Теодор выдал неожиданное. Его заявление меня ошарашило и разозлило одновременно. Уложив Арию, я собирался отнести Тедди в его спальню, а он мало того ткнул меня носом в то, что я не целую Энни, так ещё и упомянул Спенсера. Я прекрасно знал всё, но заявление сына меня взбесило. Я едва успокоил себя. Идя в свою спальню от комнаты Тедди, встретил у двери свою ненаглядную. Энни хотела оправдаться. Забавно. Я предупредил её. Если сын ещё хоть раз увидит нечто подобное, я уничтожу Спенсера. Видит Мерлин, это будет последней каплей моего терпения. Также я просто не смог удержать себя от ответа. Я высказал ей страх Ричарда, что был мне доступен после нашего диалога перед свадьбой. Даже стало интересно, устроит ли она ему скандал? Немного жаль, что я этого не узнаю.» Май 1983. Франция. Вечером пришло письмо от матери Энни. Франсин сообщила о смерти отца девушки. Эрик сразу же отправился с ней во Францию. До начала церемонии захоронения мадам Лебо попросила о неожиданном. Она желала оставить поместье Лебо, уехав в другое место. — Вы уверены? — спросил Эрик. — Да. Реми написал завещание, но оно сможет вступить в силу с юридической точки только после смерти Юдеса, но я даже не представляю, где он, чтобы заставить его отписать всё Теодору. — Не переживайте по этому поводу. — отмахнулся Нотт. — Если вы хотите, я могу запечатать дом и владения от него. Но, к сожалению, и от вас. — Мне это подойдет, Эрик. — согласилась Франсин. — Как Тедди? — Растет. — улыбнулся Эрик. — Это замечательно. — грустно улыбнулась Лебо. Нотт помог Франсин переехать в другой город Франции. Женщина передала поместье Лебо под контроль зятя. Она сделала это специально. Все-таки знала об увлечении дочери Ричардом и хотела хоть как-то компенсировать затраты Ноттов за спасение Аннет от страшной участи и за ее ошибки. Эрик же не собирался искать юдеса для подписи различных бумажек. Он знал, что рано или поздно либо его схватят, либо он умрет. Декабрь 1983. В Малфой-мэноре проходил рождественский бал. Нотты были в числе приглашенных. Огромный зал пестрил украшениями и красовался огромной ёлкой в центре. Малфои всегда старались превзойти всех. Красивее платья, лучшее шампанское, пышнее всех праздник и всё в том же духе. Энни прогуливалась по залу, отойдя от мужа, что общался с Паркинсоном, Розье и ещё парой мужчин. Была примерно середина вечера. Мать Рика вышла в другую залу с несколькими другими возрастными дамами. Общаться с ними не было никакого желания. Нарцисса Малфой общалась с миссис Паркинсон и ещё какими-то женщинами, но идти к ним Энн не хотела и просто оглядывала зал. В какой-то момент поймала на себе заинтересованный и слегка высокомерный взгляд незнакомой мулатки. Та посмотрела в сторону, а после снова на неё. Затем бодро зашагала куда-то. Аннет проследила траекторию движения неизвестной девушки. Она направлялась к Эрику. Неужели ей приглянулся её муж? Энн была бы счастлива избавиться от Нотта. Но неожиданно женщина остановилась и, сменив ракурс, пошла в другую сторону. Энни чуть не направилась за ней. Ей вдруг захотелось привести мулатку к мужу и заявить, что она теперь с ним. Бред, конечно, но мечтать не вредно. Эрик же старался не упускать из виду жену. Наученный горьким опытом в Германии, больше себе таких оплошностей позволять не собирался. Один из мужчин, с которыми он разговаривал, посмеялся, что его забавлял контроль Эрика. Мол, тот ревнует её. Но Нотт легко парировал, сказав, что приятнее наблюдать за женой. Она красивее любой другой девушки из присутствующих, и смотреть на лица других дам не желает. Позднее в углу у дальнего столика Эрик притормозил, оглядывая зал. Найдя жену в компании Нарциссы, отвернулся к столу, разглядывая закуски на нём. Не найдя ничего интересного, он вернулся к созерцанию зала. В двух шагах от него одна девушка столкнулась с каким-то мужчиной. Тот придержал её, и они посмеялись. Расходясь, она, что-то проговорив в ответ неожиданному собеседнику, зашагала дальше, не смотря, куда идёт. Каблук на мраморе пола скользнул, и девушка непременно бы упала, но Рик среагировал, поймав её. Она ойкнула, вцепившись в Нотта. Взгляд глаза в глаза. Мулатка в бордовом платье тихо обронила: — Спасибо. — Аккуратнее. — тихо ответил Рик, отстраняясь. — Всё в порядке? — Да. Спасибо, что не позволили упасть. — улыбнулась она и протянула свою ручку. — Анжелика Забини. — Эрик Нотт. — Он поцеловал протянутую руку. — Эрнан Забини — ваш муж? — Да. — Девушка погрустнела. — Был. Он погиб в дуэли, отстаивая честь семьи. — Простите. Я не знал. Мы с ним были едва знакомы, несмотря на родственные связи. Отец был на вашей свадьбе. Я же приехать тогда не смог. — Всё было бы не так печально, если бы не мистер Забини. — Решила пожаловаться Анжелика. — Он просто раскидывается деньгами. А ведь у него есть внук. Блейз — единственный наследник, но ему будто все равно. Боюсь, такими темпами нашему с Эрнаном сыну ничего не останется в наследство. — Могу ли я как-то помочь и, может, поговорить с ним? — предложил Эрик. — Спасибо, но, боюсь, у вас ничего не выйдет. Если его внук вразумить не может, то, что говорить про окружающих. — С грустью улыбаясь, ответила девушка. — Я разберусь... — Ты куда пропала? — возмутился появившийся волшебник в возрасте. Влиятельный, богатый и чистокровный лорд Кардагро. Малоприятный волшебник со скверным характером. Был женат трижды. Был среднего роста, полноватым и с залысиной. Прибыл из Франции в Британию на лечение какого-то недуга. Какого — никто не знал, но старик упорно от чего-то лечился, при этом не желая платить медикам и тратить деньги на дорогие зелья и мази. — Прости, встретила знакомого, и мы разговорились. Эрик едва успел представиться, как наглым образом был перебит ворчливым стариком: — Ты не должна от меня отходить. Я тебя сюда привел. Так будь любезна. Эрика взбесил тон и обращение к девушке. — Послушайте... — Рыкнул Нотт недовольно. — Захлопни свой рот, сопляк. И ручонки не распускай на мою женщину. Если не хочешь проблем. Рик был удивлен. Он посмотрел на Анжелику, что, опустив глаза, смотрела в пол. Почувствовав взгляд Нотта, посмотрела в ответ и, слабо улыбнувшись, повела плечом. Неужели она решила таким образом решать проблемы? Рик был в шоке. Его обуяла злость. Он огляделся и, схватив мужчину под руку, вывел из зала. Благо они были в двух шагах от дверей. Оказавшись за ними, Нотт втолкнул Кардагро в ближайшее помещение и, взяв за горло, прижал к стене. Рик почти зарычал на напуганного старика, оборвав все его возмущения властным тоном: — Это ты захлопни свой рот. Забини являются частью моего рода, а я являюсь представителем высшей знати Германии и Исландии. Это ты наживаешь себе проблем в моем лице. Рик отпустил его, и в руке оказалась палочка. Мужчина не успел открыть рта, как Эрик, направив древко на него, заколдовал. Анжелика молча напуганно наблюдала за неожиданным защитником. Через несколько минут взгляд Кардагро помутнел, и тот, словно ничего не видя, вышел из комнаты. Нотт повернулся к девушке и холодно заговорил: — Он ничего не вспомнит. Заставь его переписать завещание на тебя. У тебя меньше суток. Через несколько дней он умрет. Ему недолго осталось. Ты не дальновидно поступила, выбрав его своей жертвой. Изучи противника и топи его его же слабостями. Год-два. И как можно меньше родственников. Проверяй счета. Будь внимательна и осторожна. На одной харизме и стиле жертвы далеко не уедешь. — Как ты это всё понял? — спросила Анжелика с интересом. — Наблюдательный. — холодно ответил Эрик и направился к двери. Забини шагнула следом и, схватив под руку, сказала: — Постой... — Нотт обернулся на неё, но руки не выдернул из её хватки. — Почему ты решил помочь? И тем более так? Вдруг что-то обнаружат или... — Я не действую бездумно и просчитываю риски. Займись этим же. Рик смотрел в её карие глаза и почему-то не торопился уходить. Она же не отводила своих. Нотт неосознанно заглянул в её мысли. «Я бы хотела иметь такого мужчину, как ты». По не ясной для него причине ему вдруг захотелось поцеловать её. Может, потому что Анжелика просила об этом мысленно, или ещё что, но Рик сдержался. Он мягко перехватил нежную ручку девушки и сделал шаг назад, увеличивая расстояние между ними. Однако руки не отпускал, как и она не вырывала своей. Эрик сжал пальчики, и Анжелика повторила его движение. Между ними будто промелькнула какая-то искра. Что-то странное витало в воздухе. Она сделала шаг назад, и его пальцы выскользнули. Нотт развернулся и ушёл, а Анжелика тяжело вздохнула. Может, у них и случился бы роман, но, видимо, не в этой жизни. «Повезло ей», — подумала Забини про жену Эрика и отправилась искать свою первую жертву, что не без помощи Нотта обанкротит и избавится. Эрик нашел жену всё так же беседующую с Цисси. Однако перед глазами всё ещё был образ Забини. Он всё задавался вопросом: ему настолько не хватало женской ласки и внимания, что хотел вернуться к мулатке и прижать её к себе, как она того хотела? Или, может, ему показалось, что между ними будто была искра? Басти обязательно бы на этот счёт пошло пошутил. Ему не хватало друга. 1984 год Жизнь текла своим чередом. Мир оправился от террора темного лорда. Эрик несколько раз пытался посетить Басти в Азкабане, но аврорат запрещал встречи с заключёнными. Это очень удручало Нотта. Отрадой для него был сын, что носился по дому и абсолютно игнорировал ворчание бабушки. Энни хоть и притормаживала мальчика, но тот, высказывая что-то на исландском, продолжал съезжать с перил. Страха сорваться со второго этажа у парнишки не было. Нотты ждали пополнения в семье. Энни была беременна. Рик же, смотря на счастливую жену, старался, чтобы его не захватывали негативные мысли. А они были. Он знал, что жена изменяет ему с Ричардом, но предпочитал молчать. Надеялся, что ребенок его. Однажды вечером за неделю до родов, в конце июля, Рик сидел в кабинете и размышлял. Что он будет делать, если дочь действительно не его? Скандал? Нет. Зачем? Развод? Нет. Он не позволит жене уйти к этому аврору, а тем более забрать сына. Вариант был только один. Он примет ребенка как родного. Это его семья. Эрик вырастит девочку. Она будет называть его папой и носить его фамилию. Нотт усмехнулся. Что может быть лучше, чем наблюдение за тихой болью противника со стороны? Спенсер не пожелал уйти в сторону и оставить Энн, так пусть теперь со стороны наблюдает, как его дочь растет вдали от него и зовёт папой другого человека. Девочка родилась шестого августа. Рик всё же заглянул в книгу рода. Ариана не его дочь. Он ожидал этого, но всё равно эта правда полоснула по сердцу болью. Обидно, но он ни словом, ни действием не позволит жене понять о своем знании. Ариана Нотт — его дочь. Осень. Сентябрь 1984. Лондон. Нотт решил встретиться с магловским другом. Как обычно, пригласил в ресторан в ВИП-комнату. Снова бутылка и подавленное состояние. Уилл, садясь за стол, спросил: — Что случилось? — Ария не моя дочь. — Как не твоя дочь? — Вот так. — сказал Нотт и опустошил свой стакан. — Она мне изменяла. — Теперь развод? Рик хмыкнул, криво улыбаясь, и, отрицательно покачав головой, сказал: — Нет. Чтобы она, прихватив Тедди, ушла к своему любовничку? Не позволю. — И что теперь делать будешь? — Буду и дальше строить из себя слепого идиота. Любящий и верный муж. Отец двоих детей. Замечательных сына и дочки. — Стоит ли так мучить себя и её? — Уилл. Она имела наглость залететь от этого ублюдка и сделать вид, что это мой ребенок. Я столько сделал для неё и её семьи. Да, я был виноват перед ней. Даже глаза закрыл на её измены. В итоге так со мной поступает. Мне кажется, я уже достаточно заплатил за свою ошибку. Отвечая на твой вопрос. Да, буду. Буду мучить и себя, и её. — А дети? — Они мои. Как говорится, отец не тот, кто по крови, а тот, кто воспитал. Пускай эта тварь издалека наблюдает, как его дочь растёт и видит в нём простого знакомого мамы. — со злостью выплюнул последнюю фразу Эрик. — Какой ты вредный и мстительный. Вот в жизни бы так не подумал. — сказал Грейнджер. — Кровь не вода. — усмехнулся маг. — И всё равно я счастлив. У меня самая красивая и умная жена. Такой же умный и великолепный сын. И чудесная дочка. Плевать, что в ней от меня нету ни черта. — Я так понимаю, ты знаешь, с кем она... — Да. Ирония в том, что с его матерью крутил мой отец. — хмыкнул Рик. — М-да. — протянул Уилл и отхлебнул из своего стакана. Усмехнувшись, добавил — Весело живёшь. — Обхохочешься. — вернул ухмылку друг. Ещё немного поболтав о детях и допив бутылку, мужчины распрощались. Поддержка Уилла была очень кстати для Рика. Раньше он вываливал свои проблемы на Басти, и тот это делал в ответ. Сейчас, лишившись близкого друга в лице Лестрейнджа, у него остался Уильям, что, несмотря на незнание о магии, был отличным другом. Октябрь 1984. Нотт манор. Поздним вечером в комнате Энни Рик укачивал на руках маленькую дочку. Почему-то в этот момент было абсолютно всё равно, кто кровный отец малышки. Эта крошка заставляла его улыбаться. Теодор не спал и крутился возле матери, что сидела на кровати. Подбежав к отцу, Тео, дёрнув его за штанину, сказал: — Дай мне. — Что? — удивился Эрик и, улыбаясь, перевёл взгляд с дочки на сына. — Посмотреть. — Как само собой разумеющееся сказал Тедди. Эрик осторожно присел на корточки рядом с сыном, показывая спящую Арию. — Она такая маленькая. — Улыбнулся Тедди. — Ты таким же был. — Хмыкнул старший Нотт. — Да? — Удивлённо спросил Теодор. — Конечно. — Улыбнулась Энни. Тео, улыбнувшись, подбежал к маме и, будто стесняясь, запрыгнул на кровать и подполз к женщине, спрятав лицо на её коленях. Эрик тихо посмеялся. Это была маленькая семейная идиллия. Рик уложил малышку в кроватку, и Тео подбежал посмотреть. — Так... Деятель... — С улыбкой протянул Эрик. — Кому-то тоже пора в постель. — А-а-а... — Недовольный протянул мальчик. — Я не хочу спать. — Тедди... — Ласково позволю Энни и, подойдя, погладила сына по голове. — Нужно отдыхать. Рик легко подхватил сына на руки и строго проговорил: — Целуй маму и идём баиньки. Тео повиновался, чмокнув Энни в щёку, и Эрик развернулся, шагнув к двери, как вопрос сына его остановил: — А почему ты маму не целуешь? Нотт обернулся и посмотрел на жену удивлённо. Та тоже не ожидала такого вопроса от сына. Рик не знал, что ответить, поэтому просто подошёл и поцеловал Энни в щеку, а затем сказал: — А теперь идём спать. — Дядя Рич делает это по-другому. — выдал Теодор. — Вот как... — едва удерживая спокойную улыбку на лице, выдавил из себя Эрик и посмотрел на жену. Аннет побледнела, но быстро заговорила: — Тебе показалось, Тедди. Он делает это абсолютно так же, как и папа. Вот только Нотт прекрасно знал всё от и до, а высказывание сына просто всколыхнуло жгучую ревность. Молчание затянулось. Рик хотел что-то сказать, но в итоге, что-то для себя решив, держа одной рукой сына, второй за затылок притянул к себе Энни и поцеловал. Энн ответила сразу, обняв Рика за шею. Девушке показалось, что Нотт хотел её укусить. Стоило ему оторваться от её губ, как она чмокнула Тео в щеку, мягко улыбнувшись. — Теперь спать, маленький деятель. — мягко, но властно и бескомпромиссно сказал Рик и унёс сына в его комнату. После, возвращаясь в свою комнату, Эрик, склонив голову, смотрел себе под ноги и пытался унять злость. Его бесило, что Тедди видел их. Одно дело просто знать о близости жены с другим, и совсем другое, когда об этом говорит собственный сын. Замечание Тедди, словно пощёчина, обжигало нутро Эрика. Хотелось высказать Энни всё, что накопилось, но упорно терпел и молчал. Он не позволит думать жене о том, что знает о её лжи. — Рик... — тихо позвала его Аннет, когда он почти подошёл к двери в свою спальню. Нотт остановился, но, не поднимая головы, перевёл на неё взгляд. Он надеялся, что этого хватит и ему ничего не придётся говорить. Энн молчала. Она перебрала массу вариантов, что сказать и вообще, что говорить мужу или как оправдаться. Она видела полыхнувший гнев в его взгляде, а сейчас Нотт просто испепелял её. Собравшись, девушка заговорила: — Послушай, Тедди всё не так понял... Он... — Ещё раз... — рыкнул Рик, оборвав Энни. — Тедди скажет мне что-то подобное или упомянет его... Я уничтожу твоего дорогого аврора. Нотт не собирался ждать ответа от жёнушки и открыл дверь в свою спальню, но Энн не могла смолчать и ответила: — У тебя есть дети. Рик сжал ручку двери, стараясь сдержать свой гнев, но девушка, будто не чувствуя опасности, продолжала: — А у него кроме меня никого. У него нет того, что есть у тебя. Оставь его в покое и не лезь в мою часть жизни. Ты и так лишил меня выбора и счастья с любимым человеком. Её слова, словно кинжалы, вонзались в его спину. Рик молча выслушал её тираду. Она была в чем-то права, но всё-таки стоило молчать. Энни не меньшая эгоистка, чем сам Эрик. Злость, что топила его, вдруг стала отступать. Нотт повернулся к любимой и холодно, даже отстранённо посмотрел на неё. Он припомнил старый диалог с Ричардом. — Ты права. Я лишил тебя выбора. Однако у тебя был план. — Рик зло оскалил губы в усмешке. — Только твой любимый человек не поддержал его. А почему? Побоялся? — Аннет опешила от заявления мужа, а тот, видя её растерянность, продолжил: — Он не говорил тебе? Расскажу по секрету... Не знал, куда вести, на что содержать, как вообще жить, имея ответственность не только за девушку, но и за ребёнка. Зато сейчас всё очень удобно. Есть готовая семья. Жена при деньгах и двое детей. Шикарно, мать его, устроились. — с гневом мужчина выдал последнюю фразу. Тяжёлое молчание повисло между ними. Эрик, подавив все эмоции, спокойно бросил «спокойной ночи» и удалился в свою спальню. Энни тоже ушла. Проверив дочь, легла в постель. Мыслей в голове было много. Но самой болезненной и сомнительной была о причине Ричарда. Неужели Нотт знал, что она хотела забеременеть от Рича и сбежать с ним? И неужели любимый отказался из-за того, что сказал Эрик, а не из-за магии их связи, как говорил Рич? Она ничего не понимала. Рик же прислонился спиной к двери. Злость и обида грызли его изнутри. Его любовь к этой девушке была ядом. Она разъедала. Он пытался найти немного счастья в их браке. Но кроме маленького лучика в лице Теодора больше ничего не было. Неужели стоило послушать отца? Однако теперь всё это не имело значения. Жизнь Эрика стала пустой и обыденной. Любовь к жене стала удавкой на шее. Сын — единственным счастьем. Дочь — принципом и болезненным напоминанием.