Попадун: Могло быть и хуже?

Небольшое обращение от автора:( ребят всем спасибо кто читал, ждал и ждет главы, н фоне пиздеца в личной жизни автор произвел выгорания. Завалы на учебы, проблемы на работе и лютая нехватка времени сделали свое дело. Писать нет ни сил ни желания, поэтому те кто оформил подписку на бусти смело отключайте, а кто планировал не тратье деньги зря в ближайшее время там врятли что то появится( но если кто просто хочет закинуть денежку против не буду). Надеюсь все наладится и руки дойдут дописать или написать что то новое, может через какое то время вы увидете в своей ленте уведомление что какойто morzik выложил какую то главу. _______________ Вот не любил я фанфики, где гг — лютый имба, а ништяки сыпятся ему на голову по велению левой пятки автора. Проснулся — система. Чихнул — уникальный кеккей генкай. Подскользнулся — случайно открыл древний храм с техникой S-ранга. Хотя конечно как каждый начинал с них. А вот сейчас сижу и думаю что не против был бы быть одним из таких вот героев, а не вот это хардкор стаил. Как же недостает мне хваленного многими фанфиками разума игрока. Но мы же ОСОБЕННЫЕ, нам такого не завезли, а жаль. Щас бы спокойно продолжал заниматься тренировками, в то время как этот чит гасил бы все эмоции и переживания, а не вот эти думы думал. Хотя может и у этого разума есть свои нюансы, но все же. Наши тренировки с Сакумо внезапно деградировали до режима «физкультура обыкновенная . Отжимания, бег, растяжка, снова бег, снова отжимания. И никаких тебе спаррингов. Никаких «почувствуй поток чакры», никаких упражнений на контроль. Когда я осторожно поинтересовался, мол, а где всё интересное, Хатаке абсолютно спокойно пояснил: — Пока не разберёшься в себе — дальше не пойдём. И всё, как отрезал. Вот из чистой вредности хотелось плюнуть на всё и начать самому ковыряться с очагом. Сесть где-нибудь в уголке, закрыть глаза и начать «нащупывать потоки», как в умных книжках пишут. Типа назло. Типа «я сам». А потом вспоминал его слова про последствия. Про то, что чакра не игрушка. Про то, что можно себе что-нибудь перекрутить, перегреть или вообще заработать проблемы на ровном месте. И понимал, мы не гордые можем и потерпеть. Но осадочек-то остаётся. Выцепить Минато для разговора оказалось задачей уровня «миссия ранга А». Когда я морально настраивался, собирался с духом и был готов обсудить спарринги как взрослый человек — его не было. Тренировка с Джирайей, дополнительные занятия, ещё какие-то дела. Когда же он наконец появлялся — было уже поздно. Да и бить уставших блондинов — не по феншую. В итоге разговор постоянно откладывался. Минуло пять дней с того самого разговора под навесом. Пять дней однообразного физо и копания в собственной голове. И остался всего месяц моим тренировкам с Сакумо. Месяц. А потом всё. Конец «бета-версии», дальше сам. И как назло, Сакумо направили на миссию. У меня образовались внеплановые выходные. Казалось бы — радуйся, свобода, делай что хочешь. Вот только что именно я хочу — понятия не имею. Тренировки никто не отменял. Физо я и сам могу себе устроить. В библиотеке — тоже никто не гонит, книжки никуда не денутся. Но, если честно, я уже начинаю чувствовать себя роботом. Подъём. Разминка. Учёба. Библиотека. Тренировка. Сон. Каждый день как предыдущий, только мышцы болят в разных местах. Ни прорыва, ни встряски, ни нормального разговора. Я поймал себя на мысли, что даже скучать начал по спаррингам. По этим полётам носом в землю. Потому что там хотя бы было ощущение движения вперёд. А сейчас будто топчусь на месте. И самое неприятное — понимаю, что проблема не в тренировках. Проблема во мне. Я застрял. И если в ближайшее время сам себя не сдвину с этой точки — никакой Сакумо мне не поможет. На третий день «выходных» меня накрыло. Не в стиле «всё тлен, жизнь боль, пойду плакать в подушку», а в формате глухого, вязкого раздражения. На себя. На свою нерешительность. На этот долбаный барьер, который я сам же и холю, и лелею, и оберегаю, как семейную реликвию. Вечером, когда Минато вернулся, я не стал откладывать. — Завтра спарринг, — сказал я, стараясь звучать максимально спокойно. Будто это вообще не самое сложное решение за последнюю неделю. Он удивлённо моргнул. — Серьёзно? — Серьёзно. Он пару секунд смотрел на меня, взвешивал. Потом улыбнулся, не насмешливо, просто тепло. — Договорились. И вот тут внутри что-то неприятно ёкнуло. Потому что одно дело — сказать, другое — реально выйти и сделать. На следующий день мы встали друг напротив друга. Двор, пыль под ногами, лёгкий ветер. И моё сердце, которое решило пробежать марафон без предупреждения. Мысли, которые вчера были такие решительные, сегодня внезапно столкнулись с реальностью и начали паниковать. А вдруг переборщу? А вдруг он переборщит? А вдруг что-то сломается — не кость, а между нами? Я сглотнул. — Стой, ладно… я погорячился. Давай как-нибудь в следующий раз… Да, я пошёл на попятную. Красиво. Мужественно. Браво, Широи. Минато сначала недоумённо посмотрел на меня, потом нахмурился и… без слов пошёл вперёд. — Ну ты чего, Минато, в сле.. Я не успел договорить. Кулак, летящий мне в челюсть, отлично мотивирует к молчанию. Я еле успел отклониться, удар прошёл по касательной. За ним сразу второй. Потом третий. Без паузы. Без «ты готов?». Без объяснений. Я отступал, поднимал блок, ловил удары на предплечья, от некоторых уходил в сторону. — Минато, ты.. Ещё один кулак просвистел у самого лица. Мысли лихорадочно мчались. Что случилось? Он злится? Это из-за вчерашнего? Или я что-то пропустил? Я повёлся на одну из обманок — слишком рано дёрнулся вправо — и в ту же секунду получил в скулу. Не со всей силы, но ощутимо. Голова дёрнулась, перед глазами на миг вспыхнули искры. А затем — нога в грудь. Воздух вышибло. Я отлетел назад и рухнул на землю. Пыль. Шум в ушах. Сердце долбит в висках. Минато не стал наваливаться сверху. Не стал добивать. Он просто стоял в паре шагов и смотрел. Не злой, не бешеный, сосредоточенный. — Ты опять убегаешь, — сказал он ровно. И вот тут до меня дошло. Он не нападает. Он не злится. Он делает то, что я сам просил. Дерётся. По-настоящему. Без скидок на мою трусость. Я медленно сел, сплюнул кровь с губы. — Мог бы… предупредить, — пробормотал я. — Предупреждать противника? — чуть склонил голову Минато. — Сакумо-сан так делает? Чёрт. Я поднялся. Грудь ныла, скула горела. — Ладно, — выдохнул я. — Давай ещё раз. На этот раз я не стал говорить лишнего. Он пошёл вперёд — я не отступил сразу. Первый удар — блок. Второй — я ушёл вниз, почти машинально. Третий — попытался контратаковать. Кулак прошёл ближе, чем раньше. Минато удивлённо расширил глаза — всего на долю секунды — и этого хватило, чтобы я почувствовал… что могу. Он ответил быстрее. Удар в плечо. Подсечка. Я снова на земле. Но уже не в панике. Мы повторяли раз за разом. Я всё ещё сдерживался. Всё ещё боялся вложиться полностью, но я перестал убегать, перестал просить «в следующий раз». В какой-то момент я поймал его на движении — инстинктивно, без раздумий — и мой кулак действительно достиг цели. Глухой звук. Контакт. Минато отшатнулся на шаг. Не сильно. Но это был чистый, доведённый до конца удар. Я замер. Он тоже. Несколько секунд тишины. Потом он выпрямился… и улыбнулся. — Вот, — сказал он. — Так лучше. И в его голосе не было ни капли обиды. Только удовлетворение. И в этот момент я понял простую вещь. Я боялся не того, что причиню боль. Я боялся, что меня за это перестанут принимать. А он… просто хотел, чтобы я дрался честно. Барьер не исчез, но он стал меньше. И никто от этого не отвернулся. Как только пришел на очередную тренировку к Сакумо я сразу заявил. — Спарринг! Хатаке как раз стоял у стойки с тренировочными кунаями и лениво перебирал их, будто выбирал яблоко на рынке. Услышав меня, он даже не обернулся сразу. Просто замер на секунду, потом медленно повернул голову. И посмотрел. Вот есть люди, которые смотрят, а есть такие, как он — которые видят. Взгляд прошёлся по мне сверху вниз. И уголок его губ едва заметно дёрнулся. — Мм, — протянул он негромко. — Похоже, кто-то всё-таки начал думать. Я фыркнул. — Не обольщайтесь. Просто надоело быть мешком для битья. — Сомневаюсь, что дело только в этом. Он отложил кунай на стойку, сделал пару шагов на площадку и остановился напротив меня. — Итак… — сказал он спокойно. — Ты уверен? — Уверен. — Хорошо. Он даже стойку не принял, просто стоял. И это бесило. Я сделал вдох, выдохнул, чуть опустил центр тяжести и пошёл вперёд. Первый удар — прямой в корпус. Сакумо чуть повернул плечо, и кулак прошёл мимо. Контратака прилетела сразу, лёгкий тычок в солнечное сплетение. Не сильный, но такой, что дыхание сбилось. — Медленно, — прокомментировал он. Я стиснул зубы. Ладно. В этот раз я не стал лезть напролом. Шаг в сторону. Финт. Удар ногой. Он блокировал. Поймал мою ногу рукой и мягко толкнул. Я кувыркнулся через плечо, поднялся. И снова пошёл вперёд. Теперь я не думал о том, а вдруг больно. Не думал о том, а вдруг переборщу. Передо мной был противник. Учитель. Шиноби. Кулак. Локоть. Подсечка. Он уходил почти лениво. Иногда блокировал. Иногда просто смещался на полшага. Будто танцевал. Но я не останавливался. Удар. Ещё. Ещё. И в какой-то момент мне показалось что получилось подловить, по-настоящему. Кулак пошёл в голову — резко, без торможения и в последний момент … встретил ладонь. Сакумо поймал его. Крепко. Несколько секунд он держал мою руку, потом отпустил. Мы стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Точнее, тяжело дышал я. Он выглядел так, будто просто размялся. — Ну? — буркнул я. — И? Он пару секунд смотрел на меня. Потом медленно кивнул. — Уже лучше. Я моргнул. — Уже? — Ты наконец перестал жалеть противника. — Это вы-то противник… — Привычка, — спокойно ответил он. — Если ты не можешь ударить учителя, то не ударишь и врага. Он сделал шаг назад. — Ещё. Я выдохнул. — Вы серьёзно? — Ты сам хотел спарринг. Чёртов садист. Мы снова сошлись. Теперь он начал двигаться быстрее. Не намного, но достаточно, чтобы я почувствовал разницу. Удар в бок — я блокировал. Подсечка — перепрыгнул. Контратака — он уклонился. И в какой-то момент я даже почти его достал. Почти… Ответ прилетел мгновенно. Лёгкий шлепок по затылку. — Открыт, — спокойно заметил он. Я зашипел. — Да знаю я! — Значит закрывай. Мы продолжали ещё минут десять. Для него это была разминка, для меня — маленькая война. В какой-то момент ноги начали предательски тяжелеть, дыхание стало рваным, руки начали замедляться. Сакумо остановился первым. — Достаточно. Я стоял, согнувшись, уперев руки в колени. — Вы… могли… раньше сказать… что хватит… — Мог. — И? — Было интересно посмотреть, когда ты сдашься. Я поднял на него взгляд. — И? — Ты не сдался. Он снова кивнул. На этот раз чуть заметно. — Значит, всё-таки не безнадёжен. Я фыркнул и плюхнулся прямо на землю. — Спасибо… сенсей… очень поддерживает. Он сел рядом под навесом, как делал обычно. Некоторое время мы просто молчали. Потом он спросил: — Что изменилось? Я пожал плечами. — Подрался с другом. Сакумо хмыкнул. — И? — Мир не рухнул. Он посмотрел на меня. И в его взгляде на секунду мелькнуло что-то похожее на одобрение. — Хороший вывод.